Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «Клован» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »


Страницы: [1] 2  3  4  5  6  7  8  9 .. 12  13  14

Статья написана 2 сентября 12:21
Размещена:

Лю Цысинь. Задача трёх тел

В школе я читал фантастику запоями. Потом лет десять не читал её вообще, перейдя на классику. Потом частично стал возвращаться, но чаще перечитывал и выборочно: Лем, Воннегут, Дик, Стругацкие. К новым именам, появившимся в XXI веке, даже не подступался, заполняя пробелы из «золотого века» менее раскрученными фамилиями. Считал, что ничего нового и уж тем более качественного в этой волне нет. Но, сколько я там лет на ФантЛабе? — восемь? Десять? Даром это не прошло. Постоянные упоминания тех или иных фамилий рано или поздно заставляют обратить на них внимание. Потихоньку сдвинулось с мёртвой точки — Робинсон, Чан, Уоттс. Теперь вот Лю Цысинь.

Каждый новый фантастический роман открываю с предубеждением, с какими-то преувеличенными ожиданиями — вот, его ж нахваливают, это ж новое имя, новое слово. Вообще удивительно, что в наше ужасающе невежественное время появляются книги не для минутного развлечения в транспорте. Но закрываю с обычным налётом разочарования. Да, новые термины, иногда новая смелая игра словами, широкое упоминание нынешних реалий быта тоже приятно радует. Но! Всё это уже было. Что там у Робинсона — «Мы наш, мы новый Марс построим!», лингвистические изыски Теда Чана? Все эти поля уже вспаханы чуть ли не сто лет назад. Современные авторы только берут лопатку, а то и совочек и меленько перекапывают уже готовый огород. А я-то каждый раз жду чего-то нового! Что ж, можно любоваться огромной перепаханной целиной, а можно и маленькой аккуратненькой грядочкой (это я так сам себя сейчас уговариваю примириться с фантастикой XXI века). Ну, если отбросить эти условности, то картина вполне себе хороша.

Начинается книга кровавой бойней «культурной революции» в Китае. Любопытно — не доводилось читать об этом в художественном произведении. И сразу эти главы пошли в минус всему роману. Сложилось впечатление, что все события утрированы, сфабрикованы на потребу публике. Будто нынешние графоманы пишут о 37-м году: «Ужас-ужас, из каждого дома каждую ночь по сто человек забирали!» Несмотря на то, что автор, пусть и в детстве, но сам пережил те годы. Наверняка я неправ, и в пекинских университетах так всё и происходило, но вот не зацепило, не легло.

Дальше идёт наше время, ситуация исправляется — правдоподобие испаряется вовсе! Шучу, конечно, но история с обратным отсчётом, тикающим прямо перед глазами главного героя — это из разряда всадников Апокалипсиса. Нужно добавить, что в конце она вполне разумно объясняется.

Чтобы не накидать спойлеров, не буду больше касаться непосредственно сюжета. Основная идея открывается уже через пару десятков страниц: «Они придут и будут нас завоёвывать!» Вагоны книг написаны на эту тему, в основном отвратного качества. К счастью, «Задача трёх тел» из маленькой тележки тех, что получше.

Интересно описан сам контакт, в котором немалую роль сыграл человеческий фактор, что именно этот персонаж принял сигнал. Забавно столь быстрое формирование «пятой колонны». Трогательна история Эванса, предателя рода человеческого. Любопытна компьютерная игра, выявляющая сторонников. Приятен довольно редкий китайский антураж всего происходящего (мне, как давнему поклоннику корейского кинематографа, легко далась масса обрывистых имён).

Не могу обойтись без упоминания довольно серьёзного ляпа (голлм-голлм!). Альфа Центавра тройная звезда лишь номинально. Светила А и В примерно равны по размерам (чуть больше и чуть меньше нашего Солнца) и являются двойной системой, а карлик Проксима вращается вокруг них на приличном удалении, не оказывая серьёзного гравитационного влияния. В романе же полноценная тройная система, с тремя солнцами, меж которых мечется планета трисоляриан.

В целом, всё-таки скорее понравилось. Вероятнее всего, куча премий у этого романа на фоне всего остального (я всё же не специалист по современной фантастике, несмотря на все семь прочитанных рассказов Теда Чана!), я бы его так прямо в шедевры не записал, но, видимо, в сравнении... Конечно, с главным специалистом по вторжениям из Чикаго не сравнить, но заслуженные 8 из 10.

Виктория Токарева. Ехал грека

Любили в Советском Союзе тему эгоизма. Книги писали, фильмы снимали... Сейчас нет. Вылечили, что ли? Как птичий грипп?

Жил-был трубач из ансамбля. Полетел он в Адлер отдыхать, а самолёт, на который он ненароком опоздал, разбился. А он-то и не знал. По-другому тогда новости были устроены, катастрофы, чем больше погибших, тем лучше, не освещались в первых строках. Вернулся он — а его уже нет нигде. Все решили, что он погиб. Подруга замуж вышла, в ансамбле другой трубач, в комнате соседи спят... Всем лучше. Только родные ничего не знали, мать да сестра. Вот так.

Потрясающе. Очень охолаживает. Полно таких, ходят и вопят: «Да мне никто не нужен!» Подростки так вообще каждый первый. Но и у многих вроде взрослых людей встречается, я, во всяком случае, лично знаю парочку. «Я не могу никому принадлежать дольше, чем полтора часа в сутки», видите ли. И вот когда таким, кому никто не нужен, каким-то образом удаётся показать, что и они никому не нужны... А что будет? Изменится что-то? Ну, погрустят, пожалеют себя, расстанутся с парой «друзей», новых заведут... Мама-то всё равно любит.

Лю Цысинь. Тёмный лес

Часто ли встречается, чтобы продолжение было лучше? Мне вот «Тёмный лес» показался гораздо качественнее «Задачи трёх тел».

При том, что первая часть кажется законченной и вполне может (и у многих читателей так и получилось, судя по количеству оценок и отзывов) остаться единственной прочитанной из трилогии. Тем не менее продолжение явно задумывалось изначально, а не возникло «на волне успеха». Плюс автор подтянул слабые стороны и более подробно остановился на персонажах, превратив их из картонных фигурок в уже подобие живых людей.

Несколько интересных теорий, очень правдоподобное объяснение парадокса Ферми (не сведущ в этом вопросе и не утверждаю, что Лю Цысинь первым додумался до этого — просто до него подобного я не встречал), любопытная попытка найти способ решения (я про затею с Отвернувшимися). Софоны, конечно — глядя на современную действительность, начинаешь подозревать, что они и в самом деле существуют и пакостят потихоньку, так извинительнее для человечества, стремительно мчащегося к могиле. Великолепное описание космического сражения — Гамильтон и Ко со своими феерическими лазерными картинами отдыхает — вот оно, превосходство технологии!

Минус балл лишь за невнятную последнюю главку — что, вот так сразу трисоляриане согласились жить в мире с клопами?! Надеюсь, третья часть не зря написана и там мы увидим, что к чему.


Статья написана 9 августа 07:30
Размещена:

Повесть, спектакль, фильм.

Виктория Токарева. "Ехал грека"

Любили в Советском Союзе тему эгоизма. Книги писали, фильмы снимали... Сейчас нет. Вылечили, что ли? Как птичий грипп?

Жил-был трубач из ансамбля. Полетел он в Адлер отдыхать, а самолёт, на который он ненароком опоздал, разбился. А он-то и не знал. По-другому тогда новости были устроены, катастрофы, чем больше погибших, тем лучше, не освещались в первых строках. Вернулся он — а его уже нет нигде. Все решили, что он погиб. Подруга замуж вышла, в ансамбле другой трубач, в комнате соседи спят... Всем лучше. Только родные ничего не знали, мать да сестра. Вот так.

Потрясающе. Очень охолаживает. Полно таких, ходят и вопят: «Да мне никто не нужен!» Подростки так вообще каждый первый. Но и у многих вроде взрослых людей встречается, я, во всяком случае, лично знаю парочку. «Я не могу никому принадлежать дольше, чем полтора часа в сутки», видите ли. И вот когда таким, кому никто не нужен, каким-то образом удаётся показать, что и они никому не нужны... А что будет? Изменится что-то? Ну, погрустят, пожалеют себя, расстанутся с парой «друзей», новых заведут... Мама-то всё равно любит.

Между небом и землей.

Великолепный Андрей Миронов сидит в шезлонге под шорох морского прибоя и уставшим скучающим голосом говорит: «Шел восьмой день отдыха». Так начинается телеспектакль «Между небом и землей» по повести Виктории Токаревой «Ехал грека». Отличный спектакль. Минимум реквизита, почти всё происходит на лице Миронова. А ещё Неёлова, Пельтцер... Кое-что из книги убрано, но основные фразы произносятся дословно. И произносит их Миронов, непрерывно глядя с экрана тебе прямо в глаза. А главное, режиссёр Валерий Фокин, возможно, непроизвольно, умудрился подпустить мистики, которой в книге нет вовсе. По крайней мере, у меня сложилось стойкое впечатление, что герой погиб на самом деле, а по родным и друзьям ходит его неприкаянный дух. Какими-то неприметными фразами, акцентами... И это здорово!

Шляпа.

Вот полное соответствие содержания названию (притом, что я так и не понял, почему называется именно "Шляпа" — сей головной убор присутствует, но никакой особой роли не играет)! Кошмар! Как экранизация «Ехал грека» полнейший провал, как самостоятельное кино — ещё хуже. Начать с того, что это мюзикл (ох, не зря потешался Высоцкий над «советскими мюзиклами»!) и если выбросить все эти ужасные, занудные, визгливые «музыкальные номера», от тайминга фильма останется меньше половины. В этой половине от повести не осталось и десятой части, и та не в сюжете, а в вырванных фразах.

Трубач в исполнении Янковского — сволочь с большой буквы С. Но обаятельная сволочь, это ж Янковский! Он беззаботно топчет всех на пути к своему никуда — потому что абсолютно непонятно, чего он хочет, чего добивается, чего ищет. Он вроде как ушёл с большой сцены, чтобы создать молодёжную группу, но перед самым выступлением на конкурсе бросает их и летит в Сочи, выступать в мюзик-холле. Там скандалит, срывает номера, в итоге бросает, летит обратно в Москву... Но всё так бестолково, так без души. Не веришь, не сочувствуешь, не понимаешь.

Актёрский ансамбль отличный, один Кваша чего стоит! Правда, он откровенно играет своего бургомистра из захаровского Мюнхгаузена, но я бы не отказался посмотреть на этого персонажа и ещё в нескольких фильмах.

Вывод.

«Между небом и землёй» — смотреть обязательно! И не раз (я за неделю посмотрел его трижды!). И каждый раз будут мурашки от гипнотического взгляда и голоса Андрея Миронова.

«Ехал грека» — конечно, желательно прочесть, но спектакль удался ярче книги (прямо напрашиваются «Пять вечеров»). Повесть немного прояснит то, что пропущено в спектакле, но спектакль скажет много больше того, что в книге.

«Шляпа» — только ради Янковского (далеко не лучшая роль), Кваши, Фарады и парочки смешных моментов. Но, не посмотрев, пропустите только «советскую рок-группу «Автограф», а это, как по мне, невелика потеря.


Статья написана 1 августа 08:08
Размещена:

Дэвид Митчелл. Облачный атлас

Сейчас этот роман уже неразрывно связан с довольно неплохим фильмом Тыквера и братьев-сестёр Вачовски. Что уж скрывать — я и фамилию-то Митчелла узнал только в кино. Ну а на днях, случайно наткнувшись на очередной показ по телевизору, решил перечитать.

Сразу скажу банальную вещь: книга лучше. И не только потому, что из фильма выпали несколько ключевых ходов и персонажей, всё серьёзней — фильм полностью игнорировал основную мысль романа, закончив историю Закри (а значит, и всего человечества) розовыми соплями.

Итак, шесть историй, последовательно связанных сначала вперёд, от девятнадцатого века до постапокалиптического будущего, а потом назад. Алгоритм показан в секстете «Облачный атлас» — музыкальном произведении композитора Фробишера, персонажа одного из рассказов — шесть инструментов ведут каждый свою партию один за другим, начиная с того места, где остановился в прошлый раз. Правда, я так и не смог угадать, какой истории какой инструмент соответствует, а наверняка это заложено.

Суть всех шести историй не нова: борьба одиночек с несправедливостью. Разной степени — от несправедливости в человеческих отношениях до несправедливости общего мироустройства. Но, побеждая в своих локальных битвах, войну они всё же проигрывают — и в повествовании Закри видно наступление Тёмных времён, гибель последних очажков цивилизованности и торжество Дикаря над Человеком.

Одна из лучших антиутопий последних лет.

Дэвид Митчелл. Литературный призрак

Митчелл всего несколькими романами успел выстроить собственную довольно достоверную вселенную. Персонажи этой вселенной вновь и вновь появляются в следующих произведениях автора, то становясь главным героем очередной истории, то удостаиваясь лишь краткого упоминания, но никто не пропадает навсегда, и если кто-то попался вам на глаза лишь раз, то вполне возможно, в новом романе он ещё возникнет.

В «Литературном призраке» девять глав (десятая — эпилог и пересекается с первой) и каждая последовательно вырастает из предыдущей, иногда через окружение героев, иногда по месту действия. Некоторые персонажи проявляются в нескольких главах, некоторые — только в одной. Повествование течёт из страны в страну, то задерживаясь где-нибудь в Гонконге, то стремительно перелетая через полмира. Время тоже не стоит на месте — в основном действие происходит в конце девяностых, на пороге миллениума, но иногда делает скачки то в прошлое, то в недалёкое будущее.

А смысл? Как в жизни — каждый найдёт свой, или не найдёт вовсе. Я просто наслаждался хорошо написанной книгой, замысловатым пересечением совсем разных людей в разных частях света, историями любви и дружбы, благородства, предательства и целеустремлённости.

Дэвид Митчелл. Простые смертные

Одно из любимых моих выражений у Стругацких: «Даже куча дерьма, если она до неба, вызывает невольное уважение». Ни в коем случае не отношу это к данному роману! Просто кирпич подобных размеров, к тому же добротно и интересно написанный, как говорится, застит глаза. Вызывает уважение и не даёт поставить низкую оценку. А придраться есть к чему.

Во-первых, главная героиня. Мы наблюдаем за её жизнью с перерывами на других героев (и некоторые из них прописаны на отлично!) целых шестьдесят лет. И много ли узнаём? Нет. Я предугадывал её поступки не потому, что понял, какой она человек, чем дышит, о чём думает, а потому, что они шаблонны. Так должен поступать такой вот герой.

Второе — сами истории, без мистической составляющей, а обычные жизненные ситуации — сбежавший из дома подросток, влюбившийся повеса из «золотой молодёжи», семейные передряги военного корреспондента, стареющий выпавший из обоймы писатель... Кое-что из этого уже было у самого же Митчелла, я так и не смог отделаться от мысли, что Криспин Херши — это никто иной, как бедолага Тимоти Кавендиш из «Облачного атласа». Начинающая же роман глава про пятнадцатилетнюю девицу, сбежавшую к своему бойфренду — вообще голливудская штамповка. Но, когда поверх набившей оскомину обыденности накладывается совершеннейшая дичь с Хорологами, Анахоретами и Часовней Мрака, становится по-настоящему интересно. Тем более что оно всё появляется сразу, без объяснений и проносится мимо, как поезд метро. Ошарашенный, продолжаешь читать — а там снова обычные дела. В вагон поезда для окончательного понимания, что к чему, мы попадём только в предпоследней главе.

Ну, и кое-как воткнутый хэппи-энд (относительный, конечно, но тем не менее). Вот уж не ожидал от автора такой уступки на угоду публике! Последняя глава вообще удалась, прямо мурашки побежали от достоверности того, к чему неуклонно катится наш мир. Но — умерла, так умерла! Нет, вот вам последний непобедимый бастион. В том же «Облачном атласе» при описании такого же заката цивилизации Митчелл поступил более... честно, что ли.

Но. Мне нравится, как пишет Митчелл, я прочёл все его романы (кроме пока «Голодного дома», но и он уже имеется, ждёт очереди), и пусть начались самоповторы, пусть где-то появилась слабина. Пусть этому роману я поставил самую низкую на данный момент оценку из всех. Но я проглотил эти семьсот страниц за несколько дней и с удовольствием.

Владимир Набоков. Приглашение на казнь

До сих пор у Набокова прочёл лишь «Король, дама, валет», много лет назад, сразу после школы. Наконец пришла очередь второго романа.

Некий Цинциннат Ц. ожидает исполнения смертного приговора. Дни в камере проходят в каком-то фантасмагорическом бреду, первое время кажется, что всё это лишь в воображении подсудимого.

Конечно же, первая ассоциация — с «Процессом» Кафки. Не по смыслу, а по абсурдности происходящего.

Двоякое впечатление: вообще мне подобные произведения нравятся, но вот Набоков почему-то «не зашёл». Заковыристый язык, многочисленные аллюзии — всё это я тоже люблю, но в данном случае оказалось как-то не к месту.

Думаю продолжать знакомство — тем более, что непрочитанная «Лолита» это уже неприлично — и где-то попадалось суждение, что «Приглашение на казнь» вовсе нехарактерная вещь для автора. Так что со временем, может, мозаика сложится по-другому, кусочки займут свои места и оценка изменится. А пока — 7 из 10 (всё же некоторые фразы и эпизоды очень хороши).


Статья написана 30 июня 09:15
Размещена:

Говард Лавкрафт. "Хребты безумия"

Тень над Инсмутом

Относительно крупное произведение, к сожалению, опять не дающее ничего нового — только если прочитать его вперёд десятка других. Вновь самоповторы — и подводная раса Великих Древних, и злодей, завёдший таинственную связь с чудовищами, и потомство людей и неведомых зверушек... Но объём повести на этот раз позволил что-то осветить подробнее, обрисовать яснее. И пусть «неожиданный» финал вновь оказывается набившим оскомину секретом Полишинеля, пусть несуразности и нелепости громоздятся одна на другую — но проскальзывает иногда и что-то новенькое, а уж мастерство автора в деле припугивания читателя обсуждению вообще не подлежит. Так что целая девяточка.

Праздник

«Глубин иного мира не измерить взором, их чудеса поистине диковинны и внушают трепет» — пишет безумный араб Абдула Альхазред в своём «Некрономиконе». Вот и герой рассказа попал на празднование Рождества в какой-то иной мир.

Безымянный город

Ну, вот мы наконец и попали на родину безумного араба Абдулы Альхазреда — в аравийские пустыни! А то всё Аркхем да изредка замки старой Англии. Не менее безумный искатель приключений натыкается на развалины в песках и находит под ними то, о чём писал автор «Некрономикона». «Чему не страшен тлен, то не мертво».

В поисках неведомого Кадата

Вот это был чистый восторг!

Совершенно нехарактерная для Лавкрафта вещь: сказка, фэнтези. Сюжет, обратный «Одиссее» — главный герой, увидев во сне прекрасный город, отправляется на его поиски. Пройдя через множество приключений он, конечно, находит этот город, и, конечно, не так, как хотел.

Распевный, поэтичный язык — возможно, заслуга переводчика (мне достался перевод Афиногенова) — просто не отпускает от книги и ты бежишь вслед за Картером по горам, пустыням, морям, подземельям, вперёд-вперёд, без остановки, периодически встречая героев из других рассказов «сновидческого» цикла — то кошек Ултара, то художника Пикмена, то короля Куранеса...

А в самом конце редко где встречаемая мысль (мне кажется, больше нигде и не попадалось) — что у человека может оказаться такое воображение, что даже боги поразятся и уйдут жить в его город, бросив свой собственный Олимп.

Эта повесть открывает совсем другого Лавкрафта. Да, встречаются и в этих мирах приметы кошмарных порождений мрачного гения — но что за сказка, в которой нет зла? Здесь вон даже упыри вполне себе приятные ребята и бьются с гораздо более отвратными существами, выручая нашего героя. А общий настрой всей книги светлый.

Вывод: уж если взялись читать «Эдгара По ХХ века», то сей труд пропускать ни в коем случае нельзя, иначе картина миров Лавкрафта будет неполной. А если вам не нравится «литература ужасов» — так тем более читайте, потому что это совсем другая литература!

Ужас и сверхъестественное в литературе

Прямо некая традиция образовалась: авторы любят писать о том направлении, в котором сами работают. У Толкиена есть замечательные эссе о сказках, у Лема разбор фантастики вылился в многотомное исследование, и у Кинга есть «Пляска смерти». Вот и Лавкрафт отметился.

Не так много рассуждений о причинах появления «литературы ужасов» и её популярности — большей частью перечисление наиболее знаковых произведений этого жанра. Полезно для тех, кто хочет окунуться в истоки готического романа — выписать несколько названий.

А.Азимов, Р.Сильверберг. "Приход ночи"

Профессор психологии, по совместительству практикующий врач, специализируется на пациентах, боящихся темноты. Профессор археологии на раскопках, благодаря природному катаклизму, делает удивительное открытие. Профессор астрономии, занимаясь вычислениями орбиты, подвергает сомнению теорию всемирного тяготения. Профессор... нет, теперь уже просто журналист, более-менее знаком со всеми этими профессорами и пишет о них в своих статьях. Но всё это происходит на некоей планете, у которой шесть солнц и на ней никогда не наступает ночь — всегда хоть одно маленькое солнышко да светит с неба. Ну, и не будет спойлером сказать, что произойдёт — это вынесено в название романа.

Роман предваряется совершенно непонятным обращением к читателю: мол, Калгаш — это чужая планета, населённая чуждыми существами, ничто там не похоже на Землю и людей. Мы, мол, могли бы наизобретать кучу непонятных слов для обозначения инопланетных событий и предметов, но не делаем этого для удобства читателей. А так, знайте, «руки» — это не руки, «мили» — это вовсе другое расстояние и т. д. Беда в том, что, за исключением одного-единственного различия от человека: панической боязни темноты, эти инопланетяне один в один обычные люди. Делать их по-настоящему непохожими на людей — это же сложно, это же заумно, это же как у Лема, это же непонятно и никто потом не купит. Зачем тогда было нужно это предисловие?

А ведь такая вещь, как вечный день, даже я понимаю, наложит очень существенный отпечаток на развитие цивилизации. И в культуре, и в технике. Человек (наш человек, землянин) «приручил» огонь не только, чтоб готовить пищу — в очень немалой степени это была защита от ночных хищников и освещение. Да и сами ночные хищники, значит, на Калгаше отсутствуют. А ведь огонь — один из краеугольных камней в прогрессе. И как всё пошло бы, если б огонь был нужен только, чтоб пожарить мясо?

Нет, в книге ничего подобного нет. Обычные жители Нью-Йорка в своих обычных пиджаках и свитерах сидят в обычных ресторанах, только на небе у них то два, то три, а то и все пять солнц. То есть от интереснейшей задумки (хоть это и невозможно в материальном мире — в шестикратной звездной системе просто не может быть планет, по крайней мере, с устойчивой орбитой) — как могла бы развиваться такая цивилизация, что бы из неё к описываемому времени получилось, авторы взяли только светобоязнь. И всё! И обошли сторонкой неудобные вопросы — почему при развитой авиации и даже лучевых пистолетах нет ракетостроения, почему до радиотелескопов не додумались при уже имеющемся телевидении и т. д.

Обычно в отзывах я от минусов перехожу к плюсам, побрюзжу на автора, что вот тут не то, а тут не так, да и похвалю за то вот и за другое. А здесь хвалить не за что. Можно от главного минуса перейти к второстепенным, но тоже минусам — и указывать на одну нелепость за другой, но зачем?

Крайне разочарован. Воплотить эту задумку можно было по-другому, заявленные темы раскрыть по-хорошему. А так... Цикличность развития еле-еле задели, астрономия в подобных условиях вообще непонятная, катастрофа, гибель цивилизации нестрашная какая-то, пост-апокалипсис невнушительный (а уж как я это дело люблю, как понял, к чему клонится, начал ручки потирать: ну, сейчас реабилитируются, но нет!). И вывод. Какой? Что из этой книги можно вынести? Какие были бы люди, если бы в их мире не было ночи? Нет, я этого не узнал. Что было бы, если бы каждые две тысячи лет большая часть населения погибала? Нет, это пропущено. Даже самая благодатная для фантазии тема — восстановление человечества малой выжившей частью — превращена в какое-то нелепое шатание по лесам и развалинам. Просто развлекательная литература без всякой смысловой нагрузки. При том, что все условия для этого были, нет, авторы решили не заморачиваться. А за развлекательный роман от авторов из «Золотого века» и оценка соответствующая.

4 из 10.

Питер Уоттс. "Ложная слепота"

Оказывается, эта книга в своё время наделала много шуму, но Ледовое побоище прошло мимо меня. Сейчас, конечно, страсти улеглись, но, думаю, как и, например, с фильмом «Трудно быть богом» Германа — напиши своё, неважно какое, мнение в давно уснувшем форуме — и вновь начнётся: «Шедевр!» — «Фекалоид!»

Контакт. Не прилизанный отсутствием фантазии у автора контакт землян с такими же человеками, только зелёными и с бластерами, а такой, как кажется, и должно быть — непонятный и ненужный, по большому счёту, обеим сторонам.

Одно только описание действующих лиц может вызвать нервный тик. Итак, со стороны Земли на место встречи прибыли:

Наблюдатель. От его имени идёт повествование, он же рассказывает о своей прошлой жизни на Земле конца XXI века, так что это главный герой. У него вырезана часть мозга, а оставшееся преобразовано биомеханическим способом так, что он может воспринимать информацию как некий «черный ящик», выдавая на выходе выводы, непонятно даже ему самому каким образом полученные. Некий беспристрастный свидетель, задача которого — все заметить, запомнить, проанализировать. А потом рассказать.

Биолог. У этого бедолаги весь организм перестроен так, что он может «глазами слушать, пальцами нюхать». Чем это помогает врачевать и исследовать чужеродные организмы не совсем понятно, но так уж есть.

Лингвист. Про Билли Миллигана слышали? Тут поменьше — всего четыре личности в одной голове. Но все мыслят непрерывно, независимо от того, кто сейчас «у руля», и совершенно не враждуют друг с другом, наоборот, сотрудничают. Так что имеем четыре полноценных персонажа в одном теле.

Майор. Здесь всё ясно — пластиковый терминатор. Включена (это женщина) в экипаж на случай возможной агрессии со стороны чужаков.

И главное — капитан экспедиции. Вампир.

Думаю, достаточно.

Написано сочно, неожиданно, в некоторых местах обрывисто — приходится додумывать, что имелось в виду. Много рассуждений о лингвистике, способах расшифровки чужого языка. О разуме, о сознании, о способах восприятия. О человеческой природе, которую так легко изменить внешне (имею в виду всевозможные преобразования тела и мозга), но которая не особо изменилась с пещерных времён.

Не «Солярис», конечно. Скорее, «Фиаско», если уж сравнивать с главным (для меня) писателем о контакте.

Такое чтение я люблю. 9 из 10.

Боги насекомых

Сложный для понимания рассказ. Описывается происходящее на Земле в то время, как «Тезей» (космический корабль из «Ложной слепоты», отправившийся на встречу с инопланетянами) затерялся где-то в глубинах космоса. Миллионы людей, ушедших в виртуальную реальность, образуют общее сознание.

Полковник

Ещё один рассказик о земных событиях в отсутствие «Тезея». Без романа совершенно теряет смысл.


Статья написана 2 июня 12:30
Размещена:

Говард Лавкрафт. "Хребты безумия"

Герберт Уэст — воскреситель мёртвых

Сильно раздражает, что небольшой рассказ поделен на шесть глав, каждая из которых начинается кратким пересказом всего с начала. Видимо, печаталось в журналах или газетах частями.

И скучно, нестрашно — всё уже ясно из названия.

Артур Джермин

Несколько поколений английских аристократов вели свой род от странной человекоподобной обезьяны, а их предок был белым богом африканского племени. Такая вот загогулина.

В склепе

Ожившие мертвецы мстят нерадивому гробовщику.

Собака

Два пресытившихся друга в поисках развлечений начинают грабить могилы. Найденный в одной из них амулет призывает нечто ужасное.

Заброшенный дом

-Стоял тот дом, всем жителям знакомый,

-Его ещё Наполеон застал...

Владимир Семёнович невольно создал замечательную иллюстрацию к этому рассказу. И «ахало», и «охало» что-то в доме, и жильцы давно уехали. Только концовка немного другая, но общий смысл тот же: «весело, здорово, красочно стало».

Неплохая, чуть подзатянутая и скучноватая местами, но вполне себе впечатляющая история про нечто из другого мира. Что это было, какое оно, как сюда попало — как обычно, автор предоставил додумывать нам.

Наследство Пибоди

В очередной раз предок-колдун, старый загадочный дом, слухи от невежественных соседей, стопки богохульных книг («Некрономикона» в этот раз нет). Но живенько, захватывающе. Понравилось.

Натура Пикмена

Отличный рассказик! Замечательная подача от первого лица в разговоре

Крысы в стенах

Ох, напрасно заинтересовался потомок древнего рода бежавших в Америку английских аристократов наследством предков — замком, построенном на месте друидского капища! Зря он его выкупил, отреставрировал и поселился там со слугами и десятком кошек!

Многократно повторенная автором на разные лады тема древнего заброшенного жилища с дурной славой в очередной раз неплохо попугивает.


Хребты безумия

Здесь автор свёл воедино несколько уже опробованных в других рассказах и хорошо зарекомендовавших себя в деле пугания читателя тем. Итак, снова на сцене: Великие Древние, Ктулху со своими подельниками Ми-Го, шогготами и прочими тварями, и, конечно, творение «безумного араба Абдулы Альхазреда» — только так именуется знаменитый «отвратительный и богомерзкий» «Некрономикон»! И вся эта прелесть в антураже антарктической исследовательской экспедиции, что моментально наводит любого уже пуганого читателя на завораживающие картинки из карпентеровского «Нечто» (у меня, например, периодически навязчиво вертелась сценка с полётом вертолёта и стрельбой по собачке-несобачке, что ну никаким боком не касается романа — хотя и полёты и собачки там присутствуют).

Сразу о минусах, без них не обошлось. Вот уже утомляет постоянно описываемое автором чувство страха у героев, приближающихся к чему-то, пока ещё по всем признакам нейтральному. Сели они на окраине города, выстроенного миллионы лет назад — чего они сразу же боятся? «Чудовищных, богохульных» башен? При всём своём больноватом воображении я не могу себе представить, что может быть страшного в архитектуре и как стены могут быть «богохульными». Вы же исследователи, чёрт возьми! Вы открыли целый древний город! Да, после неких неприятных событий, но, как мне кажется, значимость такого открытия с лихвой перекрывает любые переживания. Так ведь нет — идут и попугиваются! Вот это искусственное нагнетание Лавкрафтом ужаса там, где без этого вполне можно обойтись (и не впервые такое встречается в его произведениях) и начинает раздражать.

Второе — как наши доблестно испуганные ученые за несколько часов, разглядывая на ходу барельефы на стенах, изучили всю многомиллионолетнюю историю Старцев. Всю последовательность событий. Можно ли, придя даже в какой-нибудь прямо вот общемировой музей, совершенно не зная, про кого там, и не зная языка подписей, за пару часов, пробежавшись по залам, установить, что Колумб открыл Америку до наполеоновских войн? Сильно сомневаюсь. А тут просто случайные коридоры в лабиринте строений. Удивительно, что они вот так, сходу, ещё и надписи не расшифровали!

Но это на самом деле придирки. Роман отличный. Написано мастерски. И в сотый раз пугаешься, когда на полу, покрытом вековой пылью, вдруг замечаешь свежий след, и, конечно, не человеческий. А уж та самая история Старцев! Вот где фантазия автора разгулялась от души — сто миллионов лет туда, сто миллионов сюда. И «Некрономикон» снова оброс дополнительными подробностями. И древние боги, в очередной раз перемешавшись, заняли свои новые места. И опять нашёлся враг всему человечеству. Фантастика о пришельцах и роман ужасов в одной обложке. Что вас более привлечёт — то и читайте. Но и то, и другое — хороши.

По ту сторону сна

Один из ранних рассказов будущего мастера. Скучновато, не очень профессионально, с ляпами.

Кошки Ултара

Отличная сказка об этих милых, загадочных пушистиках, живущих с нами со стародавних времён.

Болото Луны

В очередной раз новый владелец нарушает вековой покой старого замка и окружающего болота — и древние боги карают нарушителя.

Затаившийся страх

Ух, страшненько! Неведомое зло во время каждой грозы терроризирует деревни, окружающие заброшенный замок и главный герой, теряя одного помощника за другим, всё же устанавливает, в чём тут дело...

Кое-где непоследовательно, иногда однообразно, но градус вполне поддерживает. Крепкая, классическая вещица в авторском стиле.

В стенах Эрикса

Первый рассказ Лавкрафта для меня, где он вышел «в космос» — на Венеру. И, по мере прочтения, убедился, что читал этот рассказ когда-то давно, в школе, когда фантастика шла запоем, книга за книгой, и в месиве фамилий затерялось имя мастера ужасов, да я тогда и не знал про него. А рассказ запомнился, и сейчас, страница за страницей я думал: «О, а про стеклянный лабиринт я ж читал у кого-то! Вот, оказывается, у Лавкрафта спёрли!» Оказывается, не спёрли — это тот самый рассказ и есть.

Идея больно хороша — главенствующая роль зрения в ориентировании. Жаль, что Лавкрафт эту идею лишь озвучил, создал для неё необходимые условия — но, отвлекаясь на не особо существенные детали, так и не раскрыл качественно, до конца.

Обитающий во мраке

Чем больше рассказов Лавкрафта прочитано, тем чаще встречаешь самоповторы. Ну, всё это уже было, немножко другими словами — и заброшенная церковь, и напуганные жители, и ужас, летящий на крыльях ночи... Начинает надоедать.


Страницы: [1] 2  3  4  5  6  7  8  9 .. 12  13  14




  Подписка

Количество подписчиков: 12

⇑ Наверх