Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «ХельгиИнгварссон» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »


Страницы:  1 [2] 3  4  5  6  7  8  9 ... 20  21  22

Статья написана 11 августа 16:07

Бахубали: Начало (Bãhubali: The Beginning), Индия, 2015

Бахубали: Рождение легенды (Bãhubali 2: The Conclusion), Индия, 2017

***

Раненая женщина с младенцем на руках убегает от вооружённых солдат. Понимая, что долго не протянет, она возносит последнюю молитву Богам и просит спасти жизнь ребёнка, а сама погружается на дно реки, держа младенца в вытянутой руке над водой. На следующий день его находят местные жители и решают усыновить. Спустя годы мальчик превращается в крепкого и рослого Шивуду, наделённого невероятной силой. Однажды он находит маску и решает во что бы то ни стало разыскать её владельца, не подозревая, что она принадлежит прекрасной воительнице Авантике, клан которой пытается вызволить королеву Девасену из плена тирана Бхаллаладевы…

***

Старый Каттаппа рассказывает Шивуду об Амарендре, его отце. После того как тот был усыновлён королевой Шивагами, старший сводный брат Бхаллаладева всегда ему завидовал. Зависть достигла апогея после битвы с дикими племенами, когда Шивагами нарекла младшего сына наследником королевства. Бхаллаладева и его хитрый дядя начинают плести грязные интриги, чтобы сжить Амарендру со свету…

***

Несмотря на слухи о скором пришествии «Бахубали: До начала» про некую одержимую местью девушку, вовлечённую в политические игры вокруг трона Махишмати, в серии на данный момент вышло два фильма. Неизвестно точно, про что и кого конкретно будет третий (и будет ли вообще), но «Бахубали: Начало» и «Бахубали: Рождение легенды» выглядят законченной дилогией с единым сюжетом. Судя по всему, именно так изначально и задумывалось, поскольку 40% материала для второй части было отснято одновременно с первой.

История «Бахубали» повествует о перипетиях престолонаследования в древнеиндийском королевстве Махишмати. На протяжении вот уже трёх поколений на одну корону претендуют два близких родственника мужского пола одновременно. Один должен править по старшинству, другой любим народом. Старший прав по закону, младший по совести, а выбор должности осуществляет третья сторона, причём почему-то сердцем. Каждый раз начинается форменная чехарда: обиды, соревнования, интриги. Чем дальше, тем страшнее – доходит и до убийства внутри семьи. Всё в лучших традициях «Махабхараты», но гораздо короче, динамичней, без видимого участия богов и почти без религиозно-философских экскурсов и нравоучений.

Сюжет в дилогии рамочный. В начале протагонист, представитель младшего из трёх поколений правящей династии, растёт и набирается сил среди простого народа в полном неведении о своём высоком происхождении, где-то далеко-далеко на задворках цивилизации. В конце он волею судьбы познаёт себя и уже осознанно восстанавливает справедливость. Посередине действие отматывается к переломному моменту в жизни старшего поколения и через историю поколения среднего возвращается в настоящее. Герой слушает рассказ очевидца и проникается, зрители смотрят и восторгаются.

Восторгаться тут действительно есть чем. Дорогущая «голливудская» пышность, летучие «китайские» боевые сцены и экзотика Индии во всём. Прежде всего – в смысловой и эмоциональной наполненности сюжета, берущей истоки в древнеиндийском эпосе. Но есть и не менее приятные мелочи. Далёкие от привычной худобы и прочих европейских стандартов актёры. Особость женских персонажей – властность и боевитость без утраты женственности и вне всяких гендерных перевёртышей. Своеобразное сочетание компьютерной графики, павильонных сцен и реальных пейзажей от Индии до Болгарии. Общая установка на театрализованное шоу.

Интересны узнаваемые параллели с русскими волшебными сказками и фильмами Александра Роу. Летучий корабль, Царевна Лебедь, младший царевич, слишком добрый богатырь, старый крепкий дядька, беспрекословное поклонение сына матери. Конкретное сходство сцен «Бахубали» с – к примеру – «Морозко»: саночный слалом по снежной лавине, любовь среди берёзок, кеглерукопашная манера боя. А ещё удивительное родство лиц, фигур, сочетаний цветов и кроя одежды – от «это же Ванька и мамка евоная» до обрусевших цыган с рынка и персонажей наподобие Будулая.

Вот юмор в «Бахубали» особый, и даже для его опознания придётся прилагать определённые усилия. Надо «всего лишь» иметь элементарные знания об индийской культуре и совсем забыть о падающих в говно клоунах. К примеру, персонаж самоутверждается в пламенном монологе как муж-мужчина, а оппонент, внимательно выслушав и поклонившись, тут же низводит его одной репликой до мужа – просто супруга властной женщины. А чего стоят традиционные подколки двух влюблённых! Тут вам и взаимная охота на кабанов, и незамеченное реципиентом набивание тату, и борьба, переходящая в страстные объятия… Пожалуй, легче всего комизм усваивается при последовательном освещении смысла одного и того же явления в низком и высоком стиле, а сложнее – основанный на религии, традициях и ритуалах.

Действо не боится разбавлять брутальный экшен танцами, песнями, разговорами и даже пейзажами. Возможно, именно из-за постоянной смены ритма без малого трёхчасовые ленты смотрятся на одном дыхании. К примеру, про обе индийские экранизации «Махабхараты» сказать такое никак нельзя. Сами танцы достаточно далеко отошли от привычных по фильмам прошлого века индийских «ансамблей песни и тряски». Теперь это больше позирование и полёты на сказочно-диснеевском фоне, причём с заметной долей эротизма. Обнажение пока коснулось только мужского торса, но восхитительная мягкость пышных женских форм показана наглядно и экспрессивно. Например, смуглыми мужскими пальцами, погрузившимися в светленький и нежный бочок случайно упавшей в руки героя красавицы.

Город-королевство Махишмати выглядит неким условным сказочным местом. Стоило копнуть – оказалось, что именно так раньше назывался реальный город Махешвар в центральной Индии, буквально означающий «обитель Шивы». В «Падма-пуране» указано, что основан он неким Махишем – возможно, это ещё одно из имён Шивы, как и Махеш. Позднее из того же источника становится известно, что Тысячерукий Картавирья Арджуна отбил его у короля нагов и сделал своей столицей. В «Рамаяне» Махишмати по-прежнему столица королевства Картавирьи Арджуны. В «Махабхарате» есть упоминание о том, что Сахадев – младший из братьев-Пандавов – захватил этот город, победив уже совсем другого правителя – Нила.

Бахубали – родовое имя королевской династии Махишмати кинодилогии. В индийской мифологии Бахубали известен как Могучерукий, Гоммата и Гомматешвара. Как персонаж принадлежит джайнизму – доведической религии Индии, существующей и в настоящее время. Несмотря на то, что олицетворяет собой ненасилие и аскетизм, деяниями своими он вполне мог послужить прототипом внука, отца и деда в фильмах. Был младшим сыном короля, который отрёкся от трона, не назначив наследника. Естественно, боролся со старшим братом за власть. Но в мифах воинственен и властолюбив он, а не старший, который вообще подался в монахи. Но получил просветление именно младший. Всё сложно? Такие вот мифы. С той же долей вероятности всё происходящее на экране можно представить египетскими расстановками Исиды, Осириса, Сета и Гора.

В сравнении с экранизацией «Махабхараты» 2013-2014 годов дилогия «Бахубали» лучше адаптирована для мирового зрителя. Но одновременно с этим утратила глубину и многоплановость смыслов, став подобием театрального (если не оперного) музыкально-драматического действа для развлечения. Экзотика игры и внешности актёров остались прежними. Оружие и доспехи перестали болтаться от собственной тяжести, выдавая не те материалы. Вместе с тем боевые сцены утратили связь с массой и земным тяготением вообще. Фоновая компьютерная графика улучшилась, а вот изображение живых и движущихся объектов всё такое же неестественное. Ещё не комикс, но тенденция сближения с ним прослеживается чётко.


Статья написана 29 июля 11:45

Обход — Бродяжничество — Прогулка (Walkabout), Великобритания, США, 1971

«Обход (Бродяжничество)» английского режиссёра Николаса Джека Роуга выстроен на тотальном непонимании. Во-первых, в фильме огромное количество сцен, оставленных на побочную активность заинтересованного зрителя, а также на его эрудицию. Чего стоит одно только появление стада диких верблюдов в Австралии, или странное мясо, похожее на тунца! А почему фермы поселенцев находятся в столь плачевном состоянии? Что за полуразрушенные заводские корпуса и заброшенные рабочие бараки в пустыне? Во-вторых, пропасть культурного и мировоззренческого различия между персонажами-европейцами и аборигенами так и осталась непреодолимой. Даже основная троица идёт рядом, но пути и мысли у них разные, и разговаривать друг с другом они так и не научились. В-третьих, «потрясённому сознанию» зрителя порой недоступно даже то, что вроде бы должно быть ясно героям произведения. К примеру, чем закончилось «приключение» городских детей? Танец юного австралийца был свадебным или – в контексте дикой охоты белого человека и странной раскраски самого танцора – прощальным?

Николас Роуг известен как экспериментатор и авангардист: «Человек, который упал на Землю», «Ведьмы», «А теперь не смотри», «Полный массаж тела». Его фильмы интригуют, обманывают ожидания, удивляют и шокируют, – но в конце концов он ушёл в своих причудах настолько далеко от массового зрителя, что его вообще перестали понимать. Не стал исключением и данный фильм. Если рассмотреть событийный костяк произведения отдельно, то всё просто и великолепно. Отец вывозит детей на пикник, просматривает какие-то официальные документы, неожиданно устраивает безумную стрельбу и кончает жизнь самоубийством. Девушка на грани совершеннолетия и мальчик детсадовского возраста остаются одни где-то посреди Австралии. Жара, первобытная пустошь, воды и еды почти нет, в какой стороне дом и сама цивилизация – неизвестно. Брат и сестра погибли бы, не встреться им австралийский паренёк. Выглядит заманчиво, но подано это несколько своеобразно.

Для начала визуальный ряд будто бы является самоцелью. Пейзажи, флора, фауна документальны до уровня познавательных телепередач BBC или National Geographic – и, с учётом экзотических эндемиков Австралии – действительно самоценны. Бытовые и повседневные занятия эпизодических персонажей кажутся лишними. Девушка и юноша привлекательны, ребёнок забавен. Охота, трупы, кости натуралистичны. Это я распределил сцены по группам – в самом фильме их чередование кажется хаотичным. Мало того, из 100 минут хронометража треть никак не относится к сюжету, а ещё треть может влиять на него лишь косвенно. Оставшаяся часть показывает внешние движения и перемещение героев в пространстве, давая лишь многозначные намёки на их чувства и мотивации.

Следующий момент. «Обход» вовсю пользуется приёмами и клише американского эксплуатационного кинематографа. В чём это выражается? Во-первых, фильм поймал всплеск интереса американского зрителя к кинопродукту Австралии, связанный с «австралийской новой волной» 70-х и 80-х годов (прямо говоря, там разрешили снимать 18+). Некоторые утверждают, что сам Роуг и начал этот период своим фильмом, вышедшим в 1971-м году. Во-вторых, девушку и юношу раздели и показали со всех сторон. От банального заглядывания под «случайно» задравшуюся юбчонку до украшенного перьями члена крупным планом. «Посередине» также было много чего примечательного, и, к сожалению, далеко не все натурщики и натурщицы оказались столь же молодыми и сексуально привлекательными. В-третьих, «возвращение к природе» обыграно в духе хиппи. В-четвёртых, видны заигрывания с модой на «зелёных». В-пятых, показан ужас перед лопнувшими акционерными обществами. В-шестых, наглядно изображены последствия катастрофы, вызванной внезапно кончившимися природными ресурсами.

Фильм распадается на сцены и блоки прямо во время просмотра, и скрепляет его воедино лишь вариативность толкования. Достигается эта многозначность обращением к символизму. Вот не тронутая солнцем и мужчиной нежнотелая девственница сопоставлена с раздвоенным треснувшим деревом, мёртвым и выбеленным до состояния кости. Вот гордый и довольный австралиец с ярким надувным шариком, который тут же лопается, пугая его до смерти. Девочка не отлипает от радиоприёмника с песенками и обучающими передачами, но лишь невинно хлопает глазками на куртуазные – в рамках туземной культуры – ухаживания реального спутника и вообще предпочитает общаться с ним через младшего брата. Трое на заброшенном земельном участке с тремя могилами планируют счастливое будущее. Перечислять можно долго, поскольку символы авторские и контекстуальные, частично индивидуально-ассоциативные для каждого зрителя.

Каждый компонент сюжета – от экспозиции до эпилога – схематичен, символичен и вариативен. Отец сошёл с ума или прогорел на бирже? Обанкротилась корпорация по добыче полезных ископаемых, в которой он служил, рулил или работал? Почему он оставил в городе жену и пристально разглядывает прелести дочери? Определяет степень зрелости, подумывает начать жизнь заново, или жалость к прекрасному проснулась? Стрелял в детей, чтобы прогнать – или промазал и догонять поленился? Бог Отец умер? Возвращение к природе или варианты насилия над нею? Помешательство или жестокая инициация? Уничтожение собственного будущего или попытка ассимиляции, симбиоза, понимания? Количество вариантов толкования каждого эпизода явно превышает пределы терпения любого зрителя – и всё-таки фильм хочется досмотреть до конца. Почему? Это тоже загадка.


Статья написана 16 июля 08:32

Слепой Лонгин, Алексей Холодный, 2021

В базе Лаборатории Фантастики отсутствует. Готовится к печати издательством "Перископ-Волга" в составе сборника, доступно на Литмаркете в сборнике "Культ".

***

На окраине тихого городка готовится ритуал: группа школьников желает короновать очередного Царя. Его нужно заклать, измучив пытками. Это не просто садистская игра, а Посвящение! В закрытую касту пожелал попасть Лёнька Длинный — худой очкарик, в предыдущей школе едва переживший травлю старшеклассниц. Справится ли бывшая жертва с возложенной на себя ролью хищника? Ведь ради этого нужно переступить через старую дружбу. Короновать друга, который не защитил его от своих поклонниц...

***

Тема подростковой жестокости, взятая за основу в рассказе Алексея Холодного «Слепой Лонгин», приятной и общепринятой не является. Перестанет ли существовать это явление, если его замалчивать? Нет, никуда не денется – так же, как повышенный гормональный фон, кипящие по первости страсти и отсутствие личного опыта у подростков. Исчезнет, если написать и прочитать? Тоже нет. Так для чего вообще нужно освещать подобные гадости в литературе? Хороший вопрос. Если вы берётесь за хоррор, чтобы расслабиться и получить чисто эстетическое, стыдно-щекотливое удовольствие, то тема явно не ваша. Ищите монстров, маньяков и поллитровку крови на вечер где-нибудь ещё. Здесь, у Холодного, будут просто дети.

Читатель, раскрыв произведение, окажется перед выбором. Брезгливо отскочить, виртуально получив по морде зассанными трусами от милой школьницы – или осознать, что настоящие ужасы реальны и происходят здесь и прямо сейчас, под боком. Может быть, после прочтения именно этого рассказа вы, поспешая домой с работы или магазина, присмотритесь к играющим на пустыре, газоне или спортивной площадке детям. Быть может, вон те разряженные куколками девочки и один интеллигентного вида мальчик, обступившие кружком другого мальчика, окажутся страшнее исписанных кем-то бумажных листов. Вы снова пройдёте мимо? Значит, рассказ был прочитан зря, вы взяли из него только тему.

Персонажи «Слепого Лонгина» – дети, в основном из средней школьной параллели. Немного, всего человек пять. Место действия вообще одно. И чуть более трёх с половиной тысяч слов. Мало? Да нет, кому-то даже чересчур покажется. Описаны две – нет, даже три мучительные казни. Или все четыре? Больше? Как в одноактной пьесе, действие условно, ритма почти нет, – а темп зашкаливает, грозя порвать манометр допустимого. Почему так? Всего-то и делов, что трое мальчишек зажали одного, а пятый чуть в стороне плетёт какую-то хрень из колючей проволоки. Побесятся и разойдутся. Помятыми, но довольными вернутся домой и примутся уроки делать. Какой пацан без синяков и ссадин? А ведь это только событийный план.

Культурные аллюзии и религиозные символы в рассказе не прячутся, они выставлены напоказ и доступны всем. Более того, тут они актёры разыгрываемой на наших глазах драмы. Сегодня у нас на сцене подают Распятие Христа – не желаете ли отведать в несовершеннолетней постановке? Ну да, как-то не эстетично и мелко: остов строения, грязь, запах нечистот, коммунальные рабочие на заднем плане в котловане ковыряются. Одного мальца пнули пару раз, другой ладошки поцарапал. Это взгляд снаружи – а если изнутри? Внутри кипят страсти. Один пацан думает, что верит в Бога, и до сих пор пытается понять и простить всех. Другой разуверился во всём и мстит, познав страшное от святого отца, отчима по совместительству. Третий пытается убить в себе веру в лучшее, чтобы суметь из стада травоядных жертв перейти в касту хищных повелителей жизни. У четвёртого тело выросло вперёд ума и совести, у пятого наоборот. И у каждого уже есть негативный опыт и воспоминания, которые будут мучить всю оставшуюся жизнь. Как вам такой Young Adult, седеющая Инфантерия Вороных Пегасов?

Не модно. Не красиво. Пошло как в бытовом, так и в культурном смысле. Мерзко. Насколько надо быть извращённым, чтобы писать подобную гадость! А теперь просто войдите в интернет и пробегитесь по детским сайтам-обменникам. Посмотрите видео, посты, комментарии, лайки. Особенно – снятый детьми на личные мобильники контент. Мешанина похлеще, чем можно кому-то измыслить. Ну да, вот именно ваш ребёнок не такой. Он сидит в башне из слоновой кости на райском необитаемом острове, и воспитываете вы его по древнегреческой системе: один мудрец на одно дитя. У него нет личного мультиустройства, подключенного к сети Интернет, он не ходит в школу и спортивную секцию, не посещает подготовительные курсы и совсем не бывает на улице — вы всюду возите его на личном авто. Он постоянно занят, и у него даже времени нет на всякие глупости. И да, он не может быть одним дома, другим в школе, третьим с мальчиками, четвёртым с девочками, пятым с назначенными задротами, шестым со своей собакой, седьмым с бездомной кошкой. Он не может приспосабливаться и менять маски, он же ещё ребёнок. Ваш ребёнок.

«Слепой Лонгин» сознательно смешивает приёмы драмы и эпоса, эстетику символизма и натурализма, мифическое прошлое с реальным настоящим. Если кто не помнит, Лонгином называли человека, нанёсшего удар копьём распятому Христу. Неизвестно, было ли так, но теперь он официально причислен к лику святых. Знаковые фигуры прошлого очищены и расставлены по полочкам, а дети живут здесь и сейчас. В информационной и бытовой грязи, на обочине бегущих по делам родителей, на периферии взрослой жизни. Не персонажи рассказа, а настоящие дети. И ежедневно делают выбор и совершают поступки, слишком часто руководствуясь лишь тем, чего у них в избытке – эмоциями. Но фокус в том, что А. Холодный не пишет просто чернушку. Присмотритесь: в его современной драме окружающая реальность условна и символична в той же мере, что и сцена на Голгофе. Каждый предмет реквизита получает значение символа и тянет за собой шлейф смыслов и ассоциаций. Не просто кривое отражение Библии, не только и не столько. К сожалению.

Лонгин уверовал, и его жизнь и гибель обрели смысл и значимость. Что получит, где и каким окажется очкарик Лёнька Длинный, всерьёз играя в чужие игры? А ведь не он один тут заигрался. Случилось страшное, непоправимое. Такое, что даже заводила в ужасе. И всё это время неподалёку, на заднем плане сцены, присутствует целая бригада взрослых мужиков. Конечно, прорвавшая канализация под развалинами церкви куда важнее возни школьников. Только вот по кому звонит упавший наземь колокол? Что разрушило Храм Божий? Что за нечистоты разлились на его месте? Взрослые люди работают, обеспечивают своих детей, устраняют глобальные проблемы в плане общем. Быть может, надо уметь видеть и частное у себя под носом? Вмешиваться, даже если оно чужое? Кто там когда сказал, что чужих детей не бывает?


Статья написана 10 июля 16:43

Мэбэт (История человека тайги), Александр Григоренко, 2011

https://fantlab.ru/work370809

«Мэбэт (История человека тайги)» Александра Григоренко – необычный роман. Во-первых, он напоминает фэнтези на базе ненецкой мифологии. Кто уверен, что знает эту мифологическую систему досконально? Хотя бы просто знаком с ней? Адаптированные сказки этого народа в детстве и детям могли читать многие, кажется, есть даже мультфильмы по мотивам. Придут на ум «Как медведь хвост потерял» и подобные забавные истории, среди которых обязательно попадутся «Почему у бурундука полоски» и другие северные и сибирские, а не одних только ненцев. Сказки – да, что-то такое всплывает. А мифы? Вот то-то и оно: писать можно всё что угодно, никто и не заметит расхождений. Во-вторых, повествование стилизовано под не сказочное фольклорное произведение по типу легенды, написано в сказовой форме. Синтаксис, лексика и связанные с ней реалии несколько экзотичны, но в меру, чтение не усложняют. В-третьих, «Мэбэт…», несмотря на два предыдущих, по большей части относящихся к форме пункта, по смыслу и содержанию полностью современное произведение. Именно об этом стоит сказать подробнее.

Автор скрывается за повествователем – ненцем, потомком главного героя, рассказывающим о давно прошедших временах. Событиям этим он свидетелем и участником не был, они открылись ему во снах. Но люди, видевшие героя живым, подтверждают многое из этих мистических видений. Реальный автор, А. Григоренко, лишь чуть вмешался в художественную реальность с позиции белого человека. Ненцы-де календаря не знают, летоисчисление ведут по выбивающимся из обыденности событиям, и потому в одном рассказе могут встретиться и викинг в рогатом шлеме, и русский «косматый геолог», – и потому не судите строго. А ещё автор зачем-то задействовал возможность того, что в жилах протагониста течёт толика крови европеоида или неведомого бога. Куда ж без затравки-то?

Герой здесь Мэбэт, человек тайги с голубыми глазами. Как водится, с малых лет остался без родителей, но это не помешало ему вырасти большим, сильным и самостоятельным. В юные годы, когда ровесники ещё только одинокого волка не боятся, он уже в одиночку завалил своего первого медведя и сел в круг почитаемых охотников. И вот тут начинаются странности. Психотип героя тоже явно не местный и какой-то слишком уж современный. Обычно в фольклоре как? Возгордился богатырь и получил по башке от божества, духов или племени, раскаялся, прошёл очищение и влился в коллектив. Ну или в лес убежал зверем диким, камнем на берегу реки застыл, сквозь землю провалился, если не раскаялся или испытание не прошёл. А Мэбэт прямо неуязвимый какой-то, бессовестный и бесчувственный. Не злой, не агрессивный, не жестокий, особо не озорует даже и баб под себя не гребёт, но вот традиции не чтит и ни на кого из старших не оглядывается. Сильный, смелый, умный и удачливый. Делает всё так, как считает нужным, и на это все обижаются: кто завидует, кто ущемление прав своих видит, кто в стойло субординации загнать пытается.

Почти весь роман занимает описание жизни Мэбэта и его семьи. Очень странной для эпоса и даже для фэнтези жизни, и не только потому, что уклад ненцев сильно отличается от привычного нам. Представьте, что Илья Муромец, отлежав на печи положенное, вышел наружу и за день дров на всю зиму наготовил. Подвиг? Ещё какой! А после отделился от родителей и свою избу срубил где-нибудь в чистом поле. Жил так и не тужил, и татар только от своего двора отгонял или если под ногами путаться начнут, князю Владимиру не служил, соседям не помогал и старикам при встрече не кланялся. Вот тут и призадумаешься, для чего вообще такой герой уродился и от кого. Интригует лишь предсказание, данное юному Мэбэту обезножевшим стариком: дурак ты, говорит, и сердце у тебя, как и у всех людей, сломается. Посмеялся тогда над стариком Мэбэт. Сами понимаете, что зря.

Незадолго до окончания книги сердце Мэбэта действительно сломалось. Он выпал из мира людей и там, за гранью, узнал, почему он такой и что с ним не так. Страшной оказалась цена, что платил он за жизнь свою и удачу, не подозревая о том. Именно тогда Мэбэт стал настоящим героем, а роман сменил стиль бытовой сказки на сказку волшебную. Переход настолько резкий и контрастный, что финальное приключение воспринимается полным сюром. Начинается традиционный героический эпос? Нет, А. Григоренко осовременивает и видоизменяет также мифологические мораль и мировоззрение. Да, получилось органично, но ненец, прочитав книгу, наверняка скажет что-нибудь анекдотичное и запоминающееся. Может быть, наоборот, что-то коротко и по-русски. По факту в романе можно нарыть символические психотренинги, хвосты западной и восточной философий и даже христианство.

«Мэбэт…» – роман на любителя. Своего рода неформат современной литературы, использующий элементы нескольких разнящихся между собой жанров и направлений, объединяющий их в подобие магического реализма. Возможно, появление романа и было вызвано интересом к ненецкой мифологии, но используется она в духе Г. Л. Олди. К сожалению, не столь динамично и даже не столь достоверно, максимум – на уровне индейцев советского кинематографа. По-моему, здесь прослеживается та же тенденция возврата к автохтонной культуре авторами, не являющимися её прямыми носителями, что и в США. К примеру, телефильм Стива Бэррона «Властелин легенд (Dreamkeeper)» 2003 года. Там старый индеец из резервации просит внучка подвезти на автомобиле до места проведения этнического фестиваля, а по пути насылает видения и проводит ему шаманскую инициацию. Здесь же, в романе, и времена вроде бы стародавние, но персонажи и проблематика такие же современные. В фильме вектор из настоящего в прошлое, в книге из прошлого в настоящее – а идея общая. Сохранить национальную культуру ассимилированных аборигенов, заинтересовав подрастающее поколение экзотической сказкой, сделанной максимально близкой и понятной всем пришлым и родства не ведающим. Показательно, что в обоих случаях произведения не утверждают превосходство одной расы или культуры над другой, причём ни в том, ни в другом направлении.

Опубликовано на странице произведения: https://fantlab.ru/work370809?sort=date#r...


Статья написана 29 июня 09:28

Оно (It), США, Канада, 1990

Оно (It), Канада, США, 2017

Оно 2 (It Chapter Two), Канада, США, 2019

Всем здравствуйте! В этом эссе хочу сравнить на пальцах две экранизации романа Стивена Кинга «Оно» без учёта меры подобия оригиналу. Возьму телефильм Томми Ли Уоллеса 1990 года и кинофильм-дилогию Андреса Мускетти 2017-2019 годов. Серьёзного разбора не ждите: я на нескольких примерах эмоционально отмечу некоторые современные тенденции массового кинематографа. Кому как, а лично меня они задрали, и потому я перегну через колено именно недавний блокбастер. Если кто-то вдруг считает сей продукт шедевром, предлагаю закончить чтение на данном абзаце. Меня вы точно не переубедите.

Пусть первой будет дама. В ранней версии Беверли – милая, но зажатая девочка. Ключевое слово здесь именно девочка, суть ребёнок. Худенькая, даже вторичных половых признаков не наросло, и кофточка смешная пушистая. В современной экранизации её хочется трахнуть прямо посреди улицы. Да вообще везде, где только появится. Она сознательно одета, загримирована и снята именно так, а не иначе. Мало того, новая Беверли полностью осознаёт свою сексуальную притягательность и вовсю пользуется ею в отношении как ровесников, так и более чем зрелых мужчин. При этом для её сорокалетнего воплощения всё сделано ровно наоборот и столь же нарочно – хотя у стройной Джессики Честейн размер груди приближается к третьему (дружно вспомним фильм «Большая игра» 2017 года).

Второе, абсолютно логично вырастающее из первого, – это отец Беверли. «Пуританин», строго воспитывающий дочь, блюдущий её девичью честь и наказывающий даже за стишок от мальчика (дескать, рано ещё), был анахронизмом в девяностые. Возможно, в наше время такие родители вымерли, как динозавры? Не верю. Насильник, педофил и кровосмеситель, отлюбивший своё чадо задолго до событий фильма, более современен? Надо ли говорить о том, что обновлённый папочка не занимается воспитанием дочурки, а банально ревнует её к каждому столбу и желает видеть своей единоличной собственностью?

Первый и второй пункты представляются мне особенно странными. Тем более странно их смакование в свете действующего законодательства, в том числе и российского. В реальности помочь потерявшемуся ребёнку нельзя, хулигана за ухо к родителям привести нельзя. Много чего стало нельзя, и даже новый вид мошенничества появился – «дядечка, помоги!» – и следом угроза привлечь обалдевшего мужика за педофилию. Хорошо, пусть это называется «правовым обществом». Для чего тогда несовершеннолетняя секс-бомба и педоинцест в фильме?

Третьим в списке Бен. Крепкий упрямый пухляк из сельскохозяйственного штата (считай деревни) превратился в аутичную амёбу. Характеристика затронула всё: тело, одежду, речь, поведение в школе, дома, в группе друзей и против недругов. Было противостояние превосходящим силам, стал дрейф по течению. Был соперник Билла за лидерство и Бев, стал терпила и вуайерист с нарушениями моторики и координации, балдеющий от «девочковой» группы. Такие вот нынче талантливые дети с особенностями. За парня обидно, как за родного, хоть он здесь и типа «гений».

Четвёртое. Стэн был евреем, им и остался. Добавились ненужные сцены этнической инициации и подготовки к ней. Решительный монолог Стэна ничего не даст тем, кто не в курсе национальных особенностей и фрагментарно показанного ритуала. «Гонения» есть, но без акцента. Его самоубийство представлено как сакральная жертва, без которой погибли бы уже все. Вопрос один: для чего лишние сцены, не работающие без знания еврейского мистицизма средним зрителем?

За пятым номером афроамериканец Майк. Чуть более выраженные «гонения» в сравнении со Стэном. Так, чисто для галочки чмокнуть. И два не раскрытых в сюжете эпизода биографии добавлены в новом фильме. Я говорю о пожаре и забое скота: возгорание не он организовал (да и засов-который-не-отодвинул куда-то пропал), пневмоколотушка и «тварь я дрожащая или право имею» вообще использовались Биллом. В старом фильме Майк был умным, здесь стал сильным – но всё же остался библиотекарем. Вопрос режиссёру: для чего было вводить, если про фрикции ничего не знает? Догнал, поймал, зажал – а что дальше, забыл. Как вариант – не смог. Анекдот!

Шестой – Билл в ипостаси «О'Джорджи» (да, это не запятая, это прикол такой). Реальные переживания и психиатрический выход в ранней версии, кровавое соплежуйство и День сурка в поздней. Сколько раз погибали мальчики в современной экранизации? Честное слово, уже надоело. Уж лучше бы Билли не кораблик сделал, а сразу сам братишку убил и повесился. Не мучился и других не мучил: всё, «гамовер».

Момент седьмой. Когда у Томми Ли кого-то бьют, это реально больно. Метод Мускетти, похоже, вырос в теплице на компосте из памперсов и комиксов. Просто поглядите бойню камнями – снежками больнее прилетает. Остальные «батальные» сцены сняты в том же стиле. Вопрос: неужели современные режиссёры и зрители никогда не дрались и не получали камнем, палкой или кулаком? Ахинея начиналась с кровищи и кишок в ужастях от автор-р-ров, которые порося в жизни не зарезали, теперь вот дошла до таких вот мелочей. Ах да, ещё в «Оно 2» был нож в угол челюсти по самую рукоять. Это в старом фильме после ножевого ранения в правый бок почему-то в реанимацию попадали, а здесь фигня, даже говорить не мешает.

Кого-то я забыл. Кого же? А, Ричи и – скажу политкорректно – гомосексуально ориентированных мужчин из «Оно 2» современности. Шутником-то балабол остался, только вот совсем модным стал. Вспомните его финальные поскребушки инициалов на местном Мосту Влюблённых. Вот это уже не удивляет. Однако, стремясь открыжить всё положенное, режиссёр несколько переборщил. Гей-тема в прологе второй части получила статус сюжета в сюжете и восьмого пункта в моём списке! Да, я гомофоб и неисправимый лесбиян (хоть обеих). Но, позвольте, разве клоун сообразно логике фильма не детьми питается? Не? А в старой версии возвращение началось именно со сцены с ребёнком.

Обратите внимание на Клуб Неудачников в сорокалетнем возрасте – вот пункт номер девять. Вам тоже заметно, что в новом фильме герои остались личностно незрелыми к «встрече выпускников» и в финале? Инфантилизм чистой воды, который не скроют никакие цацки. Показательный пример – «полигамные отношения» в компании. То, что в детстве выглядело ми-ми-мило, в 40+ стало мерзким убожеством. Взрослые не способны решиться на полноценные отношения, принять решение и определиться! Беверли в новой экранизации не беременеет от Бена, Стэн ещё только планирует стать отцом, от жены Билли остались лишь трясущиеся титьки, Эдди вообще ни с кем не смог. Всё те же дети, только яйца почему-то поседели.

Ита-а-ак, я начинаю итого. В сравнении со старой новая экранизация отличается следующими особенностями. Повышенный интерес к сексу с несовершеннолетними, желательно внутри семьи и садомазо. Внимание к геям и прочее уже неудивительное выросло от крыжика до сюжетных изменений и вставных сюжетов. Бравируются неспособность постоять за себя в детстве и взрослый инфантилизм. Полное отсутствие реализма в сценах насилия при увеличении количества и кровавости этих сцен и акценте на них. Лишние и оборванные эпизоды вообще стали нормой сюжета.

Я удивлён, но нашлось и то, что в фильмах Мускетти мне понравилось. Это композиция, подающая события в хронологическом порядке. В кои-то веки упрощение сюжета пошло ему на пользу! На фоне сознательно проводимой политкорректности и общей деградации считаю это случайным совпадением. Кассовость «Оно» и «Оно 2» 2017-2019 годов оставлю без комментариев, а разницу в сборах попробую угадать. Первый фильм тащила на себе жёстко эксплуатируемая красотка София Лиллис (Бев), да и остальные дети получились куда интереснее всё просравших унылых взрослых.


Страницы:  1 [2] 3  4  5  6  7  8  9 ... 20  21  22




  Подписка

Количество подписчиков: 49

⇑ Наверх