Мариам Петросян «Дом, в котором…»
- Жанры/поджанры: Магический реализм (Современный )
- Общие характеристики: Психологическое | Социальное | Философское
- Место действия: Наш мир (Земля) (Не определено | Россия/СССР/Русь ) | Неопределённое место действия
- Время действия: 21 век
- Сюжетные ходы: Становление/взросление героя
- Линейность сюжета: Линейно-параллельный
- Возраст читателя: Для взрослых
На окраине города, среди стандартных новостроек, стоит Серый Дом, в котором живут Сфинкс, Слепой, Лорд, Табаки, Македонский, Черный и многие другие. Неизвестно, действительно ли Лорд происходит из благородного рода драконов, но вот Слепой действительно слеп, а Сфинкс — мудр. Табаки, конечно, не шакал, хотя и любит поживиться чужим добром. Для каждого в Доме есть своя кличка, и один день в нем порой вмещает столько, сколько нам, в Наружности, не прожить и за целую жизнь. Каждого Дом принимает или отвергает. Дом хранит уйму тайн, и банальные «скелеты в шкафах» — лишь самый понятный угол того незримого мира, куда нет хода из Наружности, где перестают действовать привычные законы пространства-времени.
Дом — это нечто гораздо большее, чем интернат для детей, от которых отказались родители. Дом — это их отдельная вселенная.
В 2010 году роман был назван лучшей книгой в формате «Крупная проза» на пятом литературном конкурсе «Русская премия».
Содержание цикла:
|
![]() |
|||
|
![]() |
|||
|
![]() |
циклы (сворачиваемые)
циклы, сборники, антологии
романы
повести
рассказы
графические произведения + примыкающие, не основные части
Награды и премии:
лауреат |
Большая книга, 2009 // Победитель читательского интернет-голосования | |
лауреат |
Русская премия, 2009 // Крупная проза (Армения) | |
лауреат |
Портал, 2010 // Открытие себя (имени В. И. Савченко) | |
лауреат |
Звёздный Мост, 2010 // Лучшая дебютная книга. 2 место "Серебряный Кадуцей" | |
лауреат |
Странник, 2010 // Необычная идея | |
лауреат |
Книга года по версии Фантлаба / FantLab's book of the year award, 2010 // Лучший роман / авторский сборник русскоязычного автора | |
лауреат |
Русский Букер, 2010 // Студенческий Букер | |
лауреат |
РосКон, 2011 // Роман. 3 место («Бронзовый РОСКОН») |
Номинации на премии:
номинант |
Мраморный фавн, 2009 // Роман | |
номинант |
Русский Букер, 2010 // Русский Букер | |
номинант |
Странник, 2010 // Блистательная стилистика | |
номинант |
Портал, 2010 // Крупная форма | |
номинант |
Дни Фантастики в Киеве, 2010 // Роман | |
номинант |
Бронзовая Улитка, 2011 // Крупная форма | |
номинант |
Интерпресскон, 2011 // Крупная форма (роман) |
FantLab рекомендует:
— Мариам Петросян «Дом, в котором...»
Статьи и интервью:
- /языки:
- русский (10), английский (1), испанский (1), французский (2), итальянский (1), латышский (1), чешский (3), украинский (1), польский (2), болгарский (3), венгерский (1), македонский (1)
- /тип:
- книги (26), аудиокниги (1)
- /перевод:
- Э. Гуэрчетти (1), К. Дьяконова (1), М. Кияновская (1), Г. Крстевски (1), Ю. Мачкасов (1), Р. Паш (2), Н. Пигулева (3), М. Полякова (1), Е. Редлих (2), К. Шинделарж (3), А. Шопрони (1)
Аудиокниги:
Издания на иностранных языках:
Отзывы читателей
Рейтинг отзыва
андрей174, 24 октября 2014 г.
Удивительная книга. Не чего подобного читать еще не доводилось. Хотя с начала пошла тяжело, казалось каким то бредом, странные группировки подростков и если одни из них можно было идентифицировать с молодежными движениями то другие неподдавались анализу. Очень сильно врезалась в память глава о встречи слепого и кузнечика, описания быта и взаимопомощи слепого и безрукого мальчика. Обычно приближаясь к концу книги у тебя уже нет вопросов, но здесь чем дальше тем их больше. Очень много не досказано или может быть упущено мной? Знаю одно что буду перечитывать и не один раз. Концовка показалась скомканной и грубой, как будто автор торопился дописывая роман. Но чуть позже пришло понимание что в большей степени это мое желание не отпускать героев книги, даже заметил что чем ближе концовка тем меньше я брал книгу в руки подсознательно понимая что развязка близка и полюбившаясь сказка может закончится уже сегодня вечером. Совет кто собирается читать — если трудно идет осильте первые 100 стр. после этого рубежа вы или влюбитесь в книгу либо не поймете что в ней находят восхищающиеся читатели.
Weevil, 6 апреля 2017 г.
На окраине городе стоит серый дом... Люди Наружности сторонятся его, а он оберегает своих обитателей от нее. Он свято хранит свои тайны, открывая проход на Ту Сторону лишь избранным. Там обитают фазаны и крысы, псы и птицы и множество других персонажей. Здесь Кузнечик превращается в Сфинкса, а Смерть становится Рыжим. Здесь у каждого своя стая и свой вожак....
Здесь Лось — покоритель детских душ, а пауки из Могильника герои страшных сказок... Здесь все с трепетом ждут самой длинной и с восторгом ночи сказок. Здесь нужно уметь слушать между слов и вытаскивать ответы среди молчания. Здесь и каждого своя история и своя магия. Здесь живет Ангел. Здесь правит Лес...
Это книга которая, как мне кажется не может оставить равнодушным. Она может понравиться или нет, но совершенно пройти мимо не может никак. Я не могу сказать, что я в полном восторге, но эта книга определенно чем-то меня зацепила, вот перевернута последняя страница и я понимаю, что во мне еще надолго останутся жить Слепой и Сфинкс, Табаки, Рыжая и Русалка. Мне будет хотеться прогуляться по Той стороне и встретить тех кто ушел...
Отношения у нас с этим произведением складывались не простые. Я много раз ее откладывала, а отложив находила кучу отговорок для того чтобы не читать дальше, но каждый раз, когда я пересилив себя снова брала ее в руки и полностью тонула в этом мире и вытаскивать меня от туда приходилось силком. По началу было очень много не понятно,я путалась во временах, лицах и событиях, но чем дальше я читала, тем яснее становилась картина, каждый кусочек пазла становился на свое место, создавая непередаваемое полотно повествования. Единственное, что меня немного печалило на протяжении всей книги это то, что на мой взгляд Курильщик так и остался с душе Фазаном, не сумев переродиться с горниле четвертой...
urs, 11 апреля 2012 г.
Странная книга. В которой реализм и притча переплелись со сказкой. Но навсегда приходящая к тебе. Однако причем здесь дети-инвалиды... инвалиды, и вообще дети?
Здешние ребятишки подчас поражают весьма взрослыми мыслями и интересами... подчас, а в остальное время они не учатся, курят, пьют всякие неподобные зелья, интригуют... подобный интернат, подобную вольницу, существуй она реально, закрыли бы после первой инспекции... так что, можно сказать. что действие происходит в зазеркалье, в астрале... И кто может сказать, когда? Реалии подсказывают вроде бы конец двадцатого века, но время действия — скорее большое сейчас. О чем вообще сия гибель словесная? О взрослении персонажей? Нет, они взрослеют рывками, не показанными нам. О характерах? Возможно, ибо все мы -разные. Но уж точно не об инвалидах. Реальность сказочная не тождествена реальности нашего мира. В нашей реальности этот дом показался бы чистейшей жутью, полной вонючих калек, идиотов, слабоумных и одержимых бесами.
Но если подумать о том, зачем приходят в мир наши души, все немедленно становится на место. Мир -есть место испытания, воспитания, обучения, взросления. И Дом Петросян — аллегория места, в котором они взрослеют, окруженные смесью сказки, правды, жестокости и любви. Дом — это наш мир, и мы в нем калеки... безногие, безрукие, без царя в голове со своими фобиями, симпатиями, желаниями.
Удивительно, как Петросян удалось создать такой текст... как бы ни о чем, собрание коанов, которые каждый разрешает по своему. Есть ли в нем центральная идея, ось пронизывающая насквозь весь сюжет? Нет. Есть загадка и недоумение. Нечто всегда недосказанное.
Не думаю, чтобы книга эта получила большой общественный резонанс. Все-таки она для узкого круга. Книга — событие, книга -ощущение. Книга не для тех, кто готов понимать ее буквально. Наверно и сама Петросян не до конца понимает ее. Но спасибо ей. Она свое сказала. Зерно пало в борозду. и плод будет велик.
facepaw, 18 мая 2013 г.
Прочитала «Дом в котором...». Если честно, хочется остановиться на предыдущем предложении, потому что сложно объяснить мои эмоции от этой книги. Но я попробую.
Прочитав аннотацию, я подумала, что это какое-то странное фэнтези, наподобие Макса Фрая — Табаки, Сфинкс... Три раза «ха». Эта книга — метаморфоза. С точки зрения голого реализма, это книга о закрытом социуме. Детях-инвалидах, живущих в своих мечтах, брошенных и нашедших смысл, без душераздирательных историй, без лживых трагических сцен, призванных вызвать у читателя скупую слезу и пожалеть малюток. С толикой мистики, «чтобы волосы блестели».
Но. Не сочтите за шизофреника, но при прочтении мне казалось что я прыгала между параллельными мирами, в одном — это те самые дети, которые «с точки зрения кристально чистого реализма», а в другом — я представляла себе Табаки действительно с шакальей головой, как в мифах Древнего Египта. Причем эти прыжки могли происходить за один диалог несколько раз. И в конце концов герои уже представлялись мне как размытые пятна, в которых можно различить и детское лицо и шакалью морду. Про Сфинкса я, пожалуй, вообще не буду заикаться. По-моему, эта книга свела меня с ума :)
Adiga-man, 21 июня 2012 г.
Рецензия в стихах одной девушки.
Есть книги-герои,
Есть книги-атланты
Есть мелочь, брошюрки,
А есть – фолианты.
Есть книги — миры,
А бывают трущобы,
Уроды и девы,
Леса и чащобы.
Есть книги о главном,
А есть о ненужном.
Есть книги на завтрак,
А есть и на ужин.
Роскошны, бедны,
Горьковаты и сладки,
С душой и от сердца,
А есть и от…матки.
Брильянты и шлак,
Метеор и комета…
Чего только нет!
А бывают, как ЭТА:
Тягуче-печальна
И так доверительна
Магической детскостью
Вечной пленительна.
О дружбе, вражде,
«Групповом одиночестве»,
О смелых мечтах,
Что без имени-отчества
Летают над Домом,
Пугаясь Наружности
И всё замыкаясь
На прежней окружности.
Об этом романе
Мой краткий рассказ.
Чудесная книга
Для нас и о нас!
M-Bear, 18 марта 2018 г.
После прочтения внезапно поймал себя на мысли, что книга устойчиво ассоциируется у меня с «Остаться в живых» (теми, что «LOST») — и там, и там достаточно... нет, затянутым его назвать нельзя. Скажем так, продолжительное произведение, за время которого искренне привязываешься к персонажам. Многим из них, по крайней мере.
И там, и там — постоянные прыжки от персонажа к персонажу, смены рассказчиков и времени действия. И там, и там — достаточно неожиданный финал. Вот только в книге он цепляет гораздо сильнее.
Все эти сходства не делают книгу хуже: все-таки, это совершенно разные виды искусства, не говоря уже о совершенно разных сюжетах. Хуже, на мой взгляд, его делают проявления прагматичной жестокости обитателей Дома, не гнушающихся и убийств, спокойного отношения к этому со стороны окружающих, а также некоторой вседозволенности в плане потребления алкоголя, никотина и иже с ними (кстати, для меня так и осталось загадкой, откуда все это в таком количестве попадало в Дом).
Но, не смотря на все это, книга вызывает больше положительные эмоции, не заставляя пожалеть о ее прочтении. Вот только так и остались загадкой подробности произошедшего с Лосем и случившегося после выпуска со многими обитателями Дома. Что, правда, дает надежду на продолжение, потому что, как уже сказал, автору удалось создать персонажей, к которым невозможно не привязаться, и Дом, который не отпускает тебя даже недели спустя окончания прочтения книги.
Тиань, 6 июля 2014 г.
«Не мы раздаем эти карты, и не нам решать, садиться ли за игровой стол, но мы несем полную ответственность за то, как разыграть свою раздачу.» Эти слова Стива Альтена могли бы быть эпиграфом к данному роману. Его героям досталась сложная раздача: они живут в доме для детей-инвалидов. Когда понимаешь, где происходит действие, сразу начинаешь подозревать, что вот сейчас автор будет давить на жалость и все сведется к описанию страданий несчастных детей и зверских нравов в интернате. Но нет, роман не об этом. Обитатели Дома — сильные игроки.
Дом — место особенное. Он был приютом для больных детей аж с 1870 года. В то время дети находились на попечении монахинь под руководством строгой сестры Анны. В подвалах сохранились старые документы о тех временах. За полтора столетия Дом пропустил через себя столько человеческих страданий, причем страданий детских, незаслуженных, что стал особенным местом. В какой-то момент у него появилась изнанка. Сложно сказать, что это такое, но оно дает возможность выбора. Не всем, а только тем, кого Дом признает своим. Признает, но не сумеет поработить.
Слепой, Сфинкс, Табаки — они свои, тройка лидеров. Но у Слепого выбора уже нет. Не потому, что он слеп и никому за пределами Дома не нужен, а потому что принадлежит Дому. Его неприятие Наружности (так называют воспитанники внешний мир) доведено до крайности, за пределами Дома он жить не может. Сфинкс сделал выбор, но не уверен, что сможет ему последовать. Парню кажется, что Дом его не отпустит, или не отпустит Слепой. Табаки не нужно выбирать, хотя об этом никто не знает.
У обитателей дома нет имен. Даже воспитатели ни разу не назвали друг друга по именам. Дом, как монастырь. Вступивший в него отрекается от себя прежнего и принимает имя, которым его нарекут. У кого-то это имя остается навсегда, у кого-то меняется. Например, Сфинкс был сначала Кузнечиком. Так назвали безрукого девятилетнего мальчишку старшеклассники при его появлении в Доме. После первого перехода на изнанку Дома он стал Тутмосиком, а вскоре Сфинксом. Табаки тоже не сразу обрел свое имя. А вот Слепой стал собой сразу, как только вступил в Дом.
Ребята в Доме не только отказываются от имен, но и не выносят упоминаний о Наружности, закрашивают выходящие на улицу окна в коридоре, боятся фотографий внешнего мира. Наружный мир как бы отторг их от себя, вытеснив в гетто, некоторых предали родители. И дети со своей стороны тоже возвели стену, не подпуская к себе никого и ничего извне. Эта двойная стена оказывается настолько глухой, что о жизни в Доме за пределами классных комнат в часы занятий ничего не знают даже воспитатели, постоянно живущие в Доме.
Даже Лось — воспитатель, которого прозвали Ловцом Детских Душ — ничего толком не знал о беззаветно любящих его воспитанниках. Он мог найти подход к любому мальчишке, причем сам любил детей, но так мало понимал их, что невольно подставил под детские кулаки девятилетнего безрукого мальчишку. Кузнечика много лет избивали и гоняли по всему Дому по вине горячо любимого им воспитателя. Самое ужасное, что взрослый человек не только не осознал свою ошибку, он даже не заметил ее. А вот сами воспитанники, повзрослев, заметили, осмыслили и к сведению приняли. Эти дети особенные. Они принимают к сведению многое из того, что проходит мимо детей Наружности.
<...>
«Не слишком ли многих ты приручила, Рыжик?» — спрашиваю я (семнадцатилетний Рыжий). — В вопросе только нежность, я понимаю ее слишком хорошо. Я понимаю, каково это — не приручать, если ты любишь, когда любят тебя, если обретаешь младших братьев, за которых ты в ответе до конца своих дней, если превращаешься в чайку, пишешь незрячему любовные письма на стенах, письма, которые он никогда не прочтет. Если несмотря на твою уверенность в собственном уродстве кто-то умудряется влюбиться в тебя… если подбираешь бездомных собак и кошек и выпавших из гнезд птенцов, если разжигаешь костры для тех, кто вовсе об этом не просил…
Но при этом все равно приручают друг друга. Так что, когда наступает момент выпуска старшеклассников, это равносильно крушению мира. В Доме происходят беспорядки, драки, даже убийства, виновников которых никогда не удается обнаружить. Да никто особо и не пытается. Нравы в Доме суровые: относительная безопасность гарантирована только в пределах своей стаи, если ты свой. Это страшно. Но, как бы цинично это не звучало, так выковывается характер.
На целых семь лет Дом становится единственным миром подрастающих мальчишек и девчонок. В этом мире они на равных. У каждого свой недуг, и каждый помогает соседу, чем может, во всем, что связано с этим недугом. Неразумного накормят, переоденут и не забудут вывести на прогулку, и лакомство дадут в первую очередь, как ребенку. Безрукому помогут одеться и поесть. Колясника перенесут через препятствие и доставят куда надо. Но в драке пощады не будет никому. И каждый будет в ней участвовать.
А через семь лет каждому придется выбирать, уходит он или остается. Остаться в Доме, разумеется, нельзя. Это интернат для детей до восемнадцати лет. Остаться можно в изнанке Дома, если ты умеешь сам переходить границу или найдешь проводника. Умеющие переходить границу уходят на изнаночную сторону целиком, исчезая из нашего мира. Не умеющие — только сознанием, оставляя здесь спящие тела, спящие десятилетиями. Так поступают те, кто не готов вернуться в отвергнувший его мир. Так поступил Слепой — Хозяин Дома. Он не только ушел сам, но и увел всех неразумных, которым за пределами Дома путь только в психиатрические интернаты. Вожак не бросил свою стаю. Сфинкс решил остаться и прожить свою жизнь в своем мире, пусть и без рук.
По прошествии многих лет именно Сфинкс осознал значение изнанки Дома. Это не только другой мир, куда можно спрятаться от мира этого. Диапазон выбора гораздо шире. Он дает возможность перейти на другой круг, изменить что-то одно в своем прошлом и на новом круге прожить немного иную жизнь, повлияв тем самым на жизнь всех других людей. Дом сразу обретает другой смысл — это не гетто, не врата, а центр круга. И маленький Кузнечик снова входит в Дом на другом круге. А маленький Слепой держится за руку взрослого Сфинкса, который не Лось, который, возможно, сумеет отвоевать вожака у Дома и иной стороны... Приручать друг друга все-таки можно. Не так уж далеко они друг от друга — Наружность и Изнанка. Это в Доме, на Перекрестке коридоров казалось, что совместить их нельзя — или-или. Жизнь показала, что можно. Сфинкс сумел. Возможно, и Слепой сумеет, на следующем круге.
Роман с бесконечным количеством тем, вопросов, точек зрения. Не случайно Мариам Петросян писала его почти десять лет. Видимо, ей очень нужно было рассказать людям эту историю, приоткрыть изнанку многих явлений, научить преодолевать свой страх и стены, отгораживающие от мира.
ворчун Гамми, 8 января 2012 г.
Вы когда-нибудь ощущали себя губкой? Обычной такой губкой, которая всё в себя впитывает? Мне вот довелось. Шесть дней чтения «Дома, в котором...», шесть дней прибывания в не нашем мире, шесть дней чувства, что я — губка. Я впитала в себя всё, что можно: Дом, Слепого, Сфинкса, Табаки, даже Курильщика и еще многих и многое.
Дом не остался в долгу и подарил пищу для размышлений, переживания и желание перечитать Книгу. Желание вернуться в Дом, в его атмосферу, и прожить эту историю заново. Историю всех героев и каждого в отдельности, историю о том, что мудрость не дается просто так, и о том, что за все приходится платить. И цена эта, подчас, очень велика. О выборе, который должен сделать каждый, о любви, которая сильнее всего на свете и делает человека немного маньяком. И еще о стольких вещах, что всего и не перечислить.
К «Дому, в котором...» нельзя относится как к обычной книге о детском доме для детей-инвалидов. Она не прощает такого подхода, и никогда не откроется с другой стороны. Но если позволить Дому околдовать себя, то можно увидеть настоящую магию. И она, как и подарок Табаки, останется с читателем навсегда...
ivan2543, 21 июля 2011 г.
«Так стоит ли слать приветы с обратной стороны Солнца?» (Веня Дркин)
Снова совпадение – я решил прочитать этот роман незадолго до того, как он появился моих персональных рекомендациях на ФантЛабе.
Впечатление глубоко положительное. Собственно, где-то, прочитав несколько глав, я уже понял, что передо мной одна из тех книг, которые возвышаются над общим литературным процессом, являясь воплощением своей эпохи. Это оригинальная, штучная работа, из тех, количество которых можно пересчитать по пальцам.
Замкнутое, сакральное пространство детства, закрытое от внешнего мира, но открытое для миров внутренних, для самостоятельного, не подверженного чуждым влияниям развития. Вспоминается и патриархальный, заповедный Гринтаун Рэя Брэдбери, и первые, еще невинные годы города Макондо из книг Габриэля Гарсиа Маркеса. Но здесь – даже не город, а Дом.
Кого-то отпугнуло или озадачило, что действие происходит в интернате для инвалидов. Но на самом деле с первых страниц ясно – здесь нет и не будет никаких спекуляций на человеческой жалости. Да и, собственно, воспитанники Дома совсем не жалки и далеко не безобидны (и это еще очень слабо сказано). Некоторых из этих «инвалидов» впору было бы переводить в какую-нибудь школу супергероев.
Нет, на этих страницах нет места жалости – зато есть место любви, дружбе, человеческой доброте, смелости. А также – депрессии, зависти, напряженным и страшным поискам себя самого в бесконечно ветвящихся коридорах многоуровневых ночей, где сон и явь неотличимы и взаимозаменяемы, взаимно влиятельны, взаимно двусмысленны в подсказках, не-ответах на главный вопрос – ЗАЧЕМ на этом свете так жить хорошо? Если все когда-нибудь закончится? Или время – только обман, и стоит только обхитрить его, уничтожить все циферблаты – и времени больше не будет?
В детстве так легко поменять местами быль и небыль – но мир вымышленный – продолжение реальности, а сны – дороги раскрывшегося подсознания. Сны и видения много значат в Доме, пожалуй, больше, чем повседневная жизнь.
Да, и еще об инвалидах. Суть этой метафоры – в обостренном различии между людьми. Ведь каждый человек по-своему отличается от эталона, от безликого совершенства, обладая теми или иными достоинствами и недостатками, которые, проистекая друг из друга, в конечном счете, и составляют то, что называется Личностью. Каждый чего-то лишен и каждый может что-то обрести, взамен, опять же, чем-то пожертвовав.
Мир Дома никак нельзя назвать идеальным. И все же это тот мир, который его жители, его воспитанники (а Дом, конечно, повлиял на них куда сильнее, чем все воспитатели, вместе взятые) построили для себя; и поэтому так яростно они пытаются оградить себя и его от Наружности. Им достаточно, что внешний мир предоставляет им пищу, но большее соприкосновение с ним может нарушить внутреннее равновесие Дома, впустить в него людей и их мысли, которым нет места среди его стен.
В книге подробно раскрыт характер практически каждого героя. Более того, почти каждому посвящена часть, написанная от его лица. И это – совершенно разные люди, не смотря на то, что много лет они жили в своем замкнутом обществе.
Первый, чьими глазами мы видим коридоры Дома – это Курильщик. Он – очень своеобразный, и, в общем-то, нетипичный для Дома человек, привыкший больше доверять рассудку, нежели эмоциям. Лично мне он напомнил главного героя книги Сэлинджера «Над пропастью во ржи» — то же странно, болезненное (а на самом деле – очень характерное для подростков) неприятие окружающего мира, стремление разоблачать его фальшь и вникать во все собственным умом. Вполне понятно, почему именно он предстает перед читателем первым – он, в общем-то, так и не стал для дома своим, так и не смог раскрыть ему свою душу. Ему постоянно мешает неумение просто жить, ему мало чувствовать происходящее, но важно понять какие-то тайные законы.
Похож на него только Черный – но он-то как раз понял Дом очень хорошо – и отверг это понимание. Черный слишком практичен для Дома, он привык думать о будущем, о Наружности. Его, в отличие от остальных, эти мысли не пугают – напротив, он подсознательно боится Дома, боится стать его частью и потерять будущее.
А вот Слепой – настоящее воплощение Дома. Он не мыслит себя в другом месте, он навсегда сросся с этими стенами; для него пространство Дома бесконечно и все дороги в нем открыты. Отсутствие зрения позволило ему развить другие чувства, которыми он и воспринимает потайные ночные миры, призрачные леса и невероятные страны. Он – хищник зыбких пространств, и не случайно принципиальный реалист Черный готов драться с ним – более противоположных характеров в Доме найти сложно.
Шакал Табаки постоянно веселится, пытаясь криками и песнями заглушить сомнения и страхи, обитающие в подсознании. На самом деле он знает и понимает не меньше Слепого (а может быть, и многократно больше) но пафос и серьезность ненавидит. Для него, авантюриста и скандалиста, жизнь – непрерывная, радостная и яростная битва, и он готов уничтожить все часы, напоминающие ему о конечности всех праздников и побед.
И так каждый персонаж – раскрыт во множестве противоречий своего характера, выписан с чувством и живостью. Просто удивительно, сколько поместилось в этой книге настоящих личностей, жизнеописание каждого из которых потянуло бы на отдельный роман.
Каждый из воспитанников Дома по-своему бежит от реальности. Фазаны из первой комнаты пытаются подавить свои страхи прилежной учебой, Крысы из второй скрывают истинные чувства за показными истериками и нигилизмом, Птицы из третьей погружены в метафизическую скорбь, которой их заразил вожак, таинственный и мудрый Стервятник; Псы из шестой видят свою жизнь в подчинении вожаку, и только обитатели четвертой комнаты – прирожденные нонконформисты, которым не нашлось места в других стаях, пытаются придумать, каждый для себя, средство спасения от времени.
Кто-то ругался на финал книги – дескать, сложно, запутанно, неоднозначно, многие рассчитывали на эффектную трагическую концовку… Но на мой взгляд, такая история по-настоящему не может закончиться никогда – ведь Дом на самом деле бесконечен, и, даже исчезнув из нашей реальности, он продолжает быть еще чем-то и где-то.
И еще чем цепляет эта книга – каждый может вспомнить заповедные места своего детства и юности, хоть немного, но похожие на этот мистический Дом. Дворы, здания, квартиры, которые казались нам волшебными – но в действительности это мы наполняли их волшебством, силой воображения и жаждой творчества, верой в чудеса и бесконечные просторы наполненных торжествующей жизнью миров.
Да, и еще хочется отметить – почти всех героев книги автору удалось выписать с какой-то особой любовью и пониманием, так, что даже удивительно, сколько ей удалось придумать очень разных, но одинаково симпатичных личностей. Незначительных, вспомогательных персонажей – очень мало, почти каждый упоминаемый по имени персонаж получает как минимум одну персональную главу и небольшой сюжет.
Разумеется, такое здание, как «Дом, в котором…» можно выстроить только многолетним трудом. И, несмотря на то, что иногда все же заметно, что работа длилась годами, это не оказало негативного влияния на произведение, не сделало вопиюще неоднородным, как это обычно бывает с книгами-«долгостроями». (Вспомнить хотя бы «Фауста» Гете – потрясающую разницу между динамичной и пронзительной первой частью и причудливой философской мутью второй, типичный пример книги-которую-слишком-долго-писали). Композиция, конечно, ближе к середине становится более хаотичной (в первой части очевидно прослеживается чередование двух сюжетных линий, «сейчас» и «тогда»), но это больше согласуется с грандиозным замыслом «Дома…», иначе книга была бы в несколько раз больше (иногда, впрочем, думаю – жаль, что автор ограничился девятью с небольшим сотнями страниц, эта книга из тех, с которыми не хочется расставаться.)
Достоинства произведения:
уникальный мир и оригинальный сюжет;
достоверный психологизм, проработанные образы персонажей;
множество ярких образов и удивительно поэтичный язык;
сложные философские идеи, воплощенные в простой и красивой форме.
Недостатки: не обнаружено.
Итог: см. эпиграф. Можно еще много написать – об архетипе Дома, как сакрального пространства, о расширении сознания, о «графических» образах и их роли в произведении. Но надо ли? Лучше всего – прочитать эту книгу. И увидеть Дом своими глазами.
nik4x, 16 ноября 2016 г.
тут много всего наговорили, и восторгов и критики.
в двух словах: есть книги которые читаешь взахлеб, и при этом хочешь чтоб они не заканчивались. эта , к сожалению, не такая.
первая треть очень интересна. когда не ясно, мистическая составляющая, это бред нездоровых детей или действительно мистика. хорошо зафинализированна, с интригой.
вторая скучна и растянута..нет событий, много «воды» и невнятного морока. хотел быстрее дочитать, ждал когда закончится.
третья особо не отличается от второй (не понятно зачем ее отделил автор) почти до финала. финал скомкан. уж слишком долго к нему готовили, а он оказался пустоват. посткриптумы о героях, коротко динамично (хотя в разы интереснее и насыщение всей второй и половины третьей части, как раз тут можно было бы и помногословнее). ощущение когда у кино заканчивается бюджет.
итого: затянуто. местами вымученно, местами скомкано без должного развития. но интересно, весьма не обычно
в общем понравилось
не любитель писать отзывы. так как возникло желание- это показатель того что книга стоящая
newsmart, 5 апреля 2016 г.
Несколько раз принимался за прочтение, несколько раз бросал. Но все-таки осилил.
Читая книгу я постоянно чувствовал себя одним из героев — Курильщиком. Потому что также, как он, в голове моей постоянно возникали вопросы, на которые я так и не получил ответов. Книга похожа на дневник, в котором все написано оборванными фразами, понятными только самому автору. Все происходящее в книге мелко и малозначительно, а тайны по настоящему поворотных событий лишь немного приоткрыты. Все подробности тонким слоем размазаны по всей книге, так что полную картину сложить трудно.
К концу второй части мозаика понемногу начинает складываться, становится интересно. В это время у меня рождается фраза для отзыва «если вы начали читать эту книгу, обязательно дочитайте ее до конца». Большие надежды я возлагал на третью часть, которая меня полностью разочаровала. Как и книга в целом.
Несмотря на все выше написанное, иногда книга по-настоящему захватывает, цепляет и трогает. Благодаря своей атмосфере и фразам вроде:
«Тишина капает тяжелыми каплями...»
«Я надеваю очки, затеняя мир...»
Коротко и ёмко!
Может быть, чтобы понять книгу, надо прочитать ее еще раз, но что-то совсем не хочется этого делать...
В чем был тайный смысл переселения Курильщика от Фазанов?
Зачем Ральф заставил вести Курильщика дневник перед выпуском?
В чем ужас «самой длинной» выпускной ночи?
Зачем в книге был Кузнечик?
Куда делся Шакал Табаки?
Kartusha, 7 февраля 2012 г.
Эта книга необычна, неожиданна, непредсказуема и чрезвычайно многогранна. Маленький, но полноценный и столь яркий мир, который засасывает читателя и делает его живым участником разворачивающихся событий. Каждый персонаж, каждый предмет, каждая трещина настолько реальны, что можно прикоснуться к этому миру и ощутить его дыхание, уловить и попробовать все эмоции и краски.
Повествование ведется от самых разных лиц. Такой ход позволяет невероятно детально увидеть Дом и все, что в нем происходит. Роман требует определенной концентрации внимания – ведь во множестве сплетающихся и расплетающихся образов скрываются россыпи философских отступлений.
Беря в руки «Дом, в котором…», попадаешь в капкан, где остается только думать, чувствовать и жить.
Книга пронизана такой любовью и добротой, что они выплескиваются и на читателя. И этот серый, страшный, безумный Дом может быть таким? С недоумением понимаешь, что можно в чем-то позавидовать этим обделенным детям: такой яркой и насыщенной жизни, наполненной небывалой энергией и интересами.
Своим философским подтекстом роман напомнил фильм «Красота по-американски».
Произведение сложное, тяжелое, неоднозначное, но будоражащее самые глубины души.
И перечитывать можно не раз, каждый раз находя и открывая новые секреты Дома.
Думаю, эту книгу необходимо прочитать всем родителям, а так же парам, которые намерены взять из приюта детей. Хотелось бы верить, что тогда многие дети-инвалиды будут поняты, более любимы, будут спасены и обретут счастье.
ab46, 3 января 2017 г.
Некоторые сцены романа завораживающе богаты и динамичны – просто мечта кинематографа. Умеет рисовать Мариам Петросян, внучка под стать знаменитому деду Мартиросу Сарьяну. А словами или красками – это уж у кого какой талант (она и красками может) .
Мой отец любил приговаривать: «Что нам стоит дом построить, нарисуем – будем жить.» Вот, Петросян и нарисовала Дом. Не тот дом, где разбиваются сердца, как у Шоу. Просто дом, где живут. Просто дом, хотя и не простой. Дом, где не только выжить можно, но и вырасти. И не только лучшим детям, но и изначально слабым, ущербным, на первый взгляд, обречённым.
Возможно ли такое? Я не про мистику, кто считал, сколько её в реальной жизни (в наружности, если по книге). Я про дом, умеющий стать родным, талантливо заменяющий семью. Дом – наставник, помощник и судья. Хочется в него верить. И это не трудно. Ведь хороший писатель – это человек, способный превратить выдумку в реальность. И спасибо ему за это.
lora3166, 8 мая 2015 г.
Шедевр.Понимаю,что с этим словом надо поосторожней,но тут редкий случай ,когда я согласна с «Букером«и «Больщой книгой».Читать эту книгу без слез(не умилительных розово-сопливых,а немного злых и горьких) нельзя.И еще-после чтения хочется пойти и сделать что-то очень хорошее или очень плохое.Вижу только одну проблему-трудно будет автору оставаться на таком уровне.
Massarkasch, 10 июля 2014 г.
Давайте сразу определимся — это серьёзное произведение. Выстраданное автором, видимо рождённое в муках. Не развлекуха, не детектив, не боевичёк... А если так, то и оценивать его следует так же как и романы рядом с которыми он мог бы соседствовать на полке — ну например, «Сто лет одиночества», «Моби Дик» или даже «Дон Кихот». Тогда моя оценка «6». При том, что книга очень понравилась. Постараюсь объяснить, в чём же такое раздвоение оценки.
Меня сильно раздражала некая нарочитая отвлечённость повествования (то что многие как раз ставят это в заслугу автору) — я так и не смог понять про кого роман. Про подростков? Вовсе нет — действия, психология, мысли скорее взрослых. Ученики из школы интерната? Тогда почему большинство из них изъясняются как выпускники филфака? Про инвалидов? Опять нет. Какие то ненормальности описаны лишь у некоторых персонажей мужского пола (большей частью главных героев, да и то не у всех). Кстати, как туда вообще попали девушки? Самый большой описанный их недостаток это несимпатичность (ага:- всех некрасивых в резервацию).
Второй напрягающий момент — на мой взгляд неоправданно большой объём произведения. Нет некой компактности изложения. И, видимо, огромное нежелание автора резать по живому готовый текст.
При этом при всём, я очень надеюсь увидеть ещё какие то произведения Мариам Петросян, а если они появятся обязательно прочитаю.