Сегодня, 21 июля 2026 г., исполняется 51 год петербургскому писателю и литературному критику Кириллу Владимировичу Казачинскому, члену Международного Совета по фантастической и приключенческой литературе при Союзе писателей России, лауреату Беляевской премии, литературной премии «Во славу Отечества» и др. В интервью с ним мы поговорили не только о его творчестве, но и о Викторе Павловиче Точинове, продолжение одной из книг которого написал Казачинский.
Учитывая, что в интервью упоминаются разные произведения, в том числе ориентированные на взрослых читателей, считаю разумным поставить маркировку 18+.
Кирилл Владимирович Казачинский (фото из личного архива К.В. Казачинского).
Кирилл Владимирович, как вышло, что Вы написали роман «Эвакуация», фактически являющийся продолжением «Резервной столицы» Виктора Павловича Точинова, тем самым завершив начатую им историю?
В этом есть огромная доля неожиданностей и случайности. Ведь жанр шпионского детектива был для Виктора в новинку. Не писал он в таком жанре. Про моё исследование шпионских произведений знал, мотивировал и подталкивал издать хрестоматию на эту тему. А при одном из визитов ошеломил меня твёрдым желанием написать именно шпионский роман. Мне как большому ценителю его творчества эдакая задумка маэстро очень импонировала, и чем мог я помогал ему в процессе. Мы много обсуждали вопросы, в которых я разбираюсь: железнодорожные реалии, особенности спецвагонов, перипетии выдающихся шпионских произведений. Виктор «мотал всё на ус», но шёл своим путём, тщательно прорабатывая, продумывая, собирая исторические факты и искусно вплетая их в канву произведения. В своё время он съездил в Самару и там набрался впечатлений. Надо сказать, Виктор несколько раз садился за написание второй книги романа, от которой в рукописи осталось ровно три слова: «Книга вторая. Эвакуация». Дальше план. Не шла эта работа у него, рождались рассказы и повести на другие сюжеты. А потом внезапно здоровье Виктора ухудшилось настолько, что врач «скорой», приехавшей на вызов, настаивал на немедленной госпитализации. Тот отложил её на сутки и занялся приведением дел в порядок. Через сутки лёг в больницу. Позвонил мне. Как сейчас помню, был вечер среды… Мы мило поговорили, и я сказал, что не смогу приехать в четверг, зато в пятницу буду на достаточно долгое время. Если бы я знал... В пятницу было уже поздно. После — траурный костюм, прощание в крематории. Когда открывали крышку гроба, было крайне удивительно: Виктор лежал в очках.
А уже после церемонии вдова, отвечая на вопросы о дальнейшей судьбе произведений, обратилась ко мне: допишу ли я «Резервную столицу». Я — человек, на тот момент писавший только шпионскую энциклопедию, неожиданно для себя согласился. А тут уж «ежели взялся за гуж, не говори, что не дюж». Сын Точинова, Артём, отыскал в файлах авторский план произведения, скорее даже хорошо прописанный синопсис, и дал его мне для работы. Результат вполне устроил издательство «Вече», и книга вышла в свет. От авторского плана я ничуть не отступил. Правда, у Виктора отсутствовала концовка, а оставлять историю без финала мне не хотелось, досочинял сам. Сначала думал стилизовать текст под Витин слог, но посоветовался с редакторами и писателями, и те рекомендовали мне этого не делать. В итоге творил в своём только нарабатываемом стиле. Первое написанное произведение — и сразу роман. К своему удивлению, 15 июня 2026 года, накануне дня рождения Точинова, узнал, что обе книги: и «Резервная столица», и «Эвакуация» переизданы. Причём моя книга — через полгода после первого выпуска. Значит, получилась покупаемая вещь, и мы с Виктором старались не зря.
"Резервная столица" В.П. Точинова, первый том романа-эпопеи, издание 2024 года (фото обложки из базы сайта «Лаборатория Фантастики»).
«Резервная столица» — Ваш любимый роман Точинова? Или есть его книги, впечатлившие Вас не меньше?
С «Резервной столицей» вопрос сложный. Она для меня и отправная точка, и материал для исследования, и кладезь информации. В то же время — половина романа — моё произведение. Когда всё так сплетается, непросто быть объективным.
Есть два произведения Точинова, к которым у меня особенное отношение: это «Резервная столица» и «Дорога к мёртвой горе». В процессе создания последнего мы и познакомились с Виктором. Я анализировал этот текст, высказывал мнение стороннего наблюдателя, за что и был упомянут в списке помощников. Тексты, в которых есть три моих мысли и находки (две упомянуты, а третью знаем только мы с Виктором), я судить не берусь, много труда в них вложено, и я к ним прикипел.
С «Эвакуацией» у меня была связана одна интересная история. При написании сюжетных линий я вдруг осознал, что необходимо убить второстепенного персонажа. Нет его в синопсисе Точинова. Неделю ходил, собирался с духом. Наконец, в выходной день, будучи на даче, засел в беседке, попросил родных «меня не беспокоить» и приступил. Погода была прекрасная, солнце светило, на небе — ни облачка. Подбираюсь к моменту убийства, налетает шквалистый ветер, сгущаются тучи, и начинается ливень с жуткой грозой. Молнии бьют чуть ли не в близстоящие деревья. Мне семья говорит: «Иди домой». Я — в ответ: «Сейчас убью героя, и посмотрим»… Не поверите, закончил сцену — как по мановению волшебной палочки, опять ни дождинки, ни ветринки, солнце светит, небо чистое. Говорю жене, посмотри, как я написал, пунктуация, то да сё… Она идёт в беседку, начинает читать: опять — ураган, ливень, молнии. Говорю супруге: «Сейчас второго героя буду убивать». Она — в ответ: «Перестань, доиграешься до Армагеддона». Послушался, вслух сказал: «Хватит на сегодня. Никого больше не трону» — и опять тишь и гладь. Вторым героем занимался чуть позже — в другой день.
Любимыми произведениями Точинова для меня являются: «Остров без сокровищ», «Одиссея капитана Флинта», «Царь живых» (дочитав эту вещь, я сразу набрал Виктора и сказал: «Ты гений!» На что он скромно ответил: «Я знаю»). Обожаю цикл «Новая инквизиция», эссе «Мы играли вам на свирели…». Люблю рассказ «Ещё двенадцать лет спустя», повести «Револьвер системы «Наган» № 47816» и «Родившийся в ночи». Кстати, последнее произведение я не чаял увидеть в напечатанном виде и был очень рад, когда выяснилось, что ошибся.
"Эвакуация" К.В. Казачинского, второй том романа-эпопеи "Резервная столица", издание 2025 года (фото обложки из базы сайта «Лаборатория Фантастики»).
Нет ли планов сочинить продолжение какого-нибудь другого произведения Точинова, например, одного из его циклов? Или же Вы намерены сосредоточиться исключительно на своих мирах и героях?
Видите ли, вместе с авторским планом «Резервной столицы» родственники Виктора передали мне ещё один авторский план недописанного произведения. Роман «Защита Ковача» из цикла «Вселенная «Метро 2035» прерывается на очень напряжённом эпизоде — побеге с подземной базы. Прочитав план, я знаю, что произойдёт дальше и вынашиваю мысль закончить и это произведение мастера. Не люблю, знаете ли, недомолвок.
У Точинова произведение построено на ходах шахматной партии, сейчас пытаюсь понять — какой. Говорил с шахматистами, не могут подсказать. Когда пойму следующие ходы — смогу дописать. Мне крайне любопытно доиграть эту партию.
"Дорога к Мёртвой горе, или Снова о группе Дятлова" В.П. Точинова, издание 2021 года (фото обложки из базы сайта «Лаборатория Фантастики»).
Среди Ваших полностью авторских произведений выделяется повесть «Остаться (с) человеком», в которой Вы прибегаете к разнообразным литературным приемам, стилизуетесь в отдельных эпизодах то под Виктора Точинова, то под Михаила Успенского, то под Кира Булычева, даже делаете хулиганский разбор произведений Астрид Линдгрен. Вещь получилась постмодернистская, я бы даже охарактеризовал её как авангардную, она значительно отличается от Вашего романа «Эвакуация». Так вот, «Остаться (с) человеком» — это был для Вас литературный эксперимент или именно в подобной форме Вам наиболее комфортно работать?
С повестью «Остаться (с) человеком» вышло весьма занятно. Приятель во время написания мною «Эвакуации» упомянул, что у него в чате садоводства идёт любопытная переписка про творящиеся на одном из участков дела. Он прислал эту беседу, и я, читая эти «экзерсисы», минут сорок хохотал. К слову, именно эта переписка приведена в начале повести практически без изменений, я только чуть сократил ремарки, оставив оригинальными и стиль написания, и орфографию. Дальше включилось воображение, и я начал придумывать характеры пишущих персонажей. А в какой-то момент сработало извечное «А что, если всё было примерно так…». И переписка потянула за собой историю нескольких семей, чуть позже подключилась и скандинавская мифология, и культовые шведские персонажи, и герои русского фольклора… По мере развития сюжета, возникла «гремучую» смесь. Причём персонажи вдруг стали пытаться «тянуть одеяло на себя». Укоротил, загнал их в рамки, закончил практически в пушкинском стиле.
Между прочим, шпиц Зая — персонаж не выдуманный. Это собака моего сына — маленькая хитрюга. Героиня списана почти с натуры — выдуман лишь зеленоватый оттенок глаз.
Альманах "Полынья. Выпуск третий: Стороны света", издание 2025 года, дизайн-макет обложки и оформление Ю_Шутовой, в альманахе опубликован рассказ "Заслони меня от бед..." К.В. Казачинского (фото обложки из базы сайта «Лаборатория Фантастики»).
Судя по Вашим произведениям, становится очевидно, кто из отечественных авторов повлиял на Ваше творчество. А кого из западных мастеров Вы можете выделить?
Ну что тут ответить… Список будет длиннющий. Люблю, знаете ли, почитать. Ну, одними из первых могу назвать глубоко мной чтимых: Гилберта Кита Честертона, Роберта Стивенсона, Алистера Маклина, Чарльза Диккенса, Дафну дю Морье, Харпер Ли, Джеймса Крюса, Марка Твена. Если мы говорим про фантастов — Айзек Азимов, Роберт Хайнлайн, Роберт Асприн, Лорд Дайсени, Лоуренс Уотт-Эванс, Гарри Гаррисон. И многие, многие другие. Тут сложно отдать предпочтение — на тебя влияет весь багаж прочитанного ранее.
Альманах фантастики "Полдень" № 35, издание 2024 года, иллюстрация на обложке В. Гуркова, в альманахе опубликован рассказ «Лёгкий ветерок» К.В. Казачинского (фото обложки из базы сайта «Лаборатория Фантастики»).
Невзирая на ряд художественных произведений, Вы на сегодняшний день больше известны как литературный критик и автор фундаментального труда «Контрразведка в российских и советских художественных произведениях». Над чем Вам работать интереснее?
Обращусь к статистике и нынешним мироощущениям. Если посмотреть на произведения, за которые я получил награды, выяснится: литературная премия «Во славу Отечества» 2022 года, Беляевская премия 2025 года, премия Всероссийского конкурса СМИ «Культура слова-2025», литературная премия «Полдень» 2026 года получены за публицистику, журналистику и критику. За роман «Эвакуация» я удостоился не менее значимого для меня благодарственного письма Законодательного собрания Санкт-Петербурга. Как видите, соотношение наград, полученных за разные виды деятельности, четыре к одному. Это наталкивает на мысль, что я более успешен как критик и публицист.
В последнее время мне больше импонирует литературная аналитика, копание в истории и разбор текстов. В работе сейчас две книги: «Тайна трёх с половиной писателей» (рассказывающая о секретах четырёх авторов; в произведение войдёт, помимо прочего, полный вариант эссе о Вадиме Шефнере) и вторая часть хрестоматии по шпионской литературе: «Контрразведки» (она охватит период с 2000 по 2025 гг., хочу издать вместе с первой в бумажном варианте). И всё же недавно написал парочку художественных рассказов: «Романыч» — притча, легенда, действие которой разворачивается в петербургском районе Коломна, и «Некто Воланд, или Салют Мессир!» — фантасмагория по мотивам Булгаковских произведений.
Как видите, и в данный момент у меня опять перевешивает литературная аналитика. А что будет дальше, я пока не могу вам сказать — меня может «качнуть» в любую сторону. Ведь я пишу, только когда есть вдохновение.
Альманах фантастики "Полдень" № 42, издание 2025 года, иллюстрация на обложке В. Гуркова, в альманахе опубликована статья "Вадим Шефнер — «невзрачный рыцарь» советской фантастики" К.В. Казачинского (фото обложки из базы сайта «Лаборатория Фантастики»).
Готовя обзоры художественных произведений, как Вы выбираете для этого книги? Смотрите на новизну изданий или делаете тематические подборки?
Тут мне сильно повезло. Портал «Культура Петербурга» — официальный ресурс Комитета по культуре правительства Санкт-Петербурга — даёт мне возможность самостоятельно выбирать даты, к которым я готовлю подборки, а также самостоятельно находить произведения для обзоров в рубрике «Книжная полка». Соответственно, я опираюсь не на новизну изданий, а на достоинства книг, взволновавших меня (значит, надеюсь, и читателей). Произведения подбираются в рамки выбранных дат. Работы должны сложиться в гармоничную «мелодию», звучащую внутри. Без этого обзор, на мой взгляд, не играет. Не трогает читателя. А самая главная задача — показать разнообразие издающихся талантливых книг, обратить внимание на то, мимо чего в суете и спешке «падающего» на нас вала информации очень легко пройти. Ведь литература, по моему мнению, делится на хорошую и плохую. Остальное деление неважно читателю — если ты не можешь оторваться от произведения, тебя меньше всего волнует его жанр. Книга хороша, если в ней есть хотя бы одна мысль. Не секрет, что нас заваливают произведениями, где мыслей нет совсем. Зато в анонсе на каждое издание можно прочитать примерно следующее: «впервые… шедевр... лучшее… откровение». При этом такое рекламное описание крайне редко соответствует действительности. Читатель будет вынужден терять время, пытаясь поглотить это низкосортное чтиво. А я пытаюсь помочь избежать этой пустой траты сил, стремясь подсвечивать достойные книги.
Спасибо за ответы!
Интервью для сайта «Лаборатория фантастики» (fantlab.ru) взял Сергей Вячеславович Неграш.