Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab > Авторская колонка «ludwig_bozloff» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »


Статья написана 11 апреля 14:14

Ну и вот, спустя ~10 лет с начала этого opus magnum я практически уже созрел для завершения составления антологии и переходу к вёрстке итогового макета. Можете поздравить, кому интересно.

О чём бишь: давно планируемая антология моих переводов отдельных работ разных писателей в жанрах weird fiction, occult detective, mystery и fantasy, объединённых одной темой: "ориентальная мистическая проза англоязычных авторов XIX–XX вв." Начиная с Э. Дансейни, Г. Бутби, Ш. Брайсон-Тэйлор и Г. Илиовизи, продолжая Э. Блэквудом, С. Ромером, Дж. П. Бреннаном, С. Куинном, Ш. Фрэзером и заканчивая Р. Л. Тирни, М. Валентайном и Р. Уэйхеллом.

Антология находится в процессе создания PDF-макета (и наполнения тематического "бандла" на Boosty).

Объём ожидается приличный, около 600-700 страниц.

Иллюстрация на бета-версии обложки и общий дизайн макета: Э. Эрдлунг


читать целиком


Статья написана 17 марта 13:32

В эпоху повального засилия любительских фанфиков и высосанных из пальца сплаттерпанковых ужастиков, когда услужливые алгоритмы кормят нас безвкусной копипастой, а т. н. "фантастика" тонет в шаблонах литrpg-попаданчества, я, писатель и переводчик Элиас Эрдлунг, знакомлю читателей и ценителей с лучшими образцами жанров classic ghost story, occult detective и weird fiction вот уже более 10 лет на крупнейшем специализированном литпортале рунета fantlab.org.

С некоторых пор я пришёл к идее, глядя на успешные примеры современников: чтецов аудиокниг, хоррор- и урбанфэнтези-писателей, что неплохо бы уже и получать какое-то вознаграждение за свой труд. Переводы у меня качественные и эксклюзивные (по-прежнему перевожу вручную, без поддержки AI), авторы и их рассказы — малоизвестные российскому читателю, если только это не специалисты с Фантлаба. Так что приглашаю всех неравнодушных поддержать моё уникальное химерное творчество донатами и подпиской, благо мне есть чем поделиться с миром (40+ крутых рассказов и повестей разных англоязычных авторов).

В общем говоря, перехожу на Boosty. Уэлком!

https://boosty.to/x_libris


Статья написана 3 ноября 2025 г. 16:24

Э. Ф. Бенсон

(1867-1940)

Кошка / The Cat

(1911)

Перевод: El. Bozloff, А. Mistyka, 2025

* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *

Многие, несомненно, помнят ту выставку в Королевской академии, состоявшуюся не так уж много сезонов назад и получившую название «год Алингема», когда Дик Алингем одним прыжком вырвался из толпы борющихся и с удивительной уверенностью уселся на самой вершине современной славы. Он выставил три портрета, каждый из которых был шедевром, что затмило все остальные картины, оказавшиеся в пределах досягаемости. Но поскольку в тот год картины, за исключением этих трёх, никого не волновали, будь то в пределах досягаемости или вне её, это не имело особого значения. Феномен его появления был столь же внезапным, как появление метеора, прилетевшего из ниоткуда и проскользнувшего, огромного и светящегося, по далекому, усыпанному звездами небу; столь же необъяснимым, как прорыв источника на покрытом пылью каменистом склоне холма. Можно предположить, что какая-то крестная фея вспомнила о своем забытом крестнике и взмахом волшебной палочки одарила его этим необыкновенным даром. Но, как говорят ирландцы, она держала свою палочку в левой руке, ибо у её дара была и другая сторона. Или, возможно, Джим Мервик снова прав, и теория, которую он излагает в своей монографии «О некоторых скрытых поражениях нервных центров», говорит последнее слово по этому вопросу.

Сам Дик Алингем, как и следовало ожидать, был в восторге от своей крестной феи или своего неизвестного успеха (что бы ни было причиной) и откровенно признался своему другу Мервику, который все еще пробивался сквозь толпу молодых врачей-практиков, что все это было для него столь же необъяснимо, как и для кого-либо другого. Упомянутая выше монография была написана после смерти Дика.

«Всё, что я знаю об этом, — сказал он, — так это то, что прошлой осенью я два месяца провёл в состоянии настолько ужасной депрессии, что снова и снова думал, что схожу с ума. Ежедневно часами я сидел здесь, ожидая, что что-то сломается во мне и, с моей точки зрения, положит конец всему. Да, была причина, вы знаете её».

Он на мгновение замолчал, плеснул себе в стакан довольно щедрую порцию виски, наполнил его до половины из сифона и закурил сигарету. Впрочем, причину не стоило особо описывать, поскольку Мервик прекрасно помнил, как девушка, с которой был помолвлен Дик, бросила его с почти величественной внезапностью, когда появился более подходящий кавалер.

Последний, безусловно, был весьма подходящим кандидатом, учитывая его красоту, титул и миллион денег, и леди Мэдингли – бывшая будущая миссис Алингем – была вполне довольна своим поступком. Она была одной из тех светловолосых, стройных, шелковистых девушек, которые, к счастью для мужского спокойствия, встречаются довольно редко и напоминают какую-то очеловеченную, но в то же время небесную и вместе с тем адскую кошку.

«Мне не нужно говорить о причине, — продолжал Дик, — но, как я уже сказал, эти два месяца я трезво думал, что единственный конец всему этому — безумие. А потом однажды вечером, когда я сидел здесь один — а я всегда сидел один, — что-то щёлкнуло у меня в голове. Знаю, я задался вопросом, совершенно не заботясь о том, то ли это безумие, которого я ожидал, или (что было бы предпочтительнее) случилась какая-то более фатальная поломка. И даже пока я размышлял, я понимал, что больше не впадаю в депрессию и не несчастен».


читать целиком


Статья написана 26 июля 2025 г. 17:23

Weird Orient

Генри Илиовизи

Учёный из Тимбукту

(1900)

Перевод: И. Бузлов, 2025

* * * * * * * * * * * * * * * * *

Другие истории из сборника:

I. The Doom of Al Zameri

II. Sheddad’s Palace of Irem

III. The Mystery of the Damavant

IV. The Gods in Exile

V. King Solomon and Ashmodai

VI. The Crœsus of Yemen

VII. The Fate of Arzemia

VIII. The Student of Timbuctu

IX. A Night by the Dead Sea

* * * * * * * * * * * * * * * * *

К концу 1578 года невольничьи рынки Мавритании были пресыщены до отказа, и в итоге цена за раба мужского пола стала ниже, чем за осла. Этот переизбыток человеческого товара стал возможен благодаря тысячам узников, выживших в судьбоносной битве близ аль-Кезар Кебир, на берегах Элмахассена. Сражение это произошло между вторгшейся армией Дома Себастьяна, молодого, властолюбивого монарха Лузитании, и войском Мули абд аль-Мелека, грозного эмира аль-Мумемина, командира правоверных, сидна или повелителя мавританской империи.

Мусульманская жестокость к рабам-христианам росла пропорционально снижению спроса на последних в качестве ходового товара, а их фанатизм услаждался ежедневным зрелищем крестоносцев, обречённых на заточение, ибо те отказывались принять ислам через произношение фатха. Ирония исторической карусели выразилась в том факте, что аутодафе католиков имело аналог в ужасной гибели короля и его армии, ведомой блеском его благородства. Едва ли отойдя на сотню миль от побережья своего королевства, они встали перед выбором между вероотступничеством и вариантом быть замурованными заживо в качестве назидания мстительными маврами. Несчастные вынуждены были готовить самим себе могилы, обыкновенно в виде клеток в городской стене; один христианин закладывал кирпичами другого лишь затем, чтобы в свой черёд быть погребённым заживо.

   Меланхолическое исключение из общего правила было позволено лишь фанатику-королю, Дому Себастьяну, который повстречался с сокрушительным поражением и унижением. С менее, чем половиной своей разбитой конницы и доблестных солдат, он оказался во власти безжалостного врага; раненый и закованный в цепи, томился Дом Себастьян в гнусной темнице Мекинеза, одной из столиц султаната. Другими двумя были Фес и Марокко. После погребения неоплаканного сидны, что погиб на поле брани, его сын и наследник, провозглашённый новым султаном и коронованный в святилище Мулай Эдрис в Фесе, предложил отметить свою инаугурацию погребением заживо христианского короля, что столь нагло вторгся в империю его отца. И это несмотря на предупреждение покойного шерифа о том, что несправедливое вторжение наверняка приведёт агрессоров к краху. Более того, Его Величество вспомнил предательский поступок Себастьяна, который в конце решающей схватки поднял было белый флаг, но затем нарушил перемирие, бросившись с пятью десятками своих рыцарей в гущу мавританских рядов, устроив резню и наведя ужас, что закончилось смертью покойного султана.   


читать целиком


Статья написана 26 мая 2025 г. 14:20

Марк Валентайн, Джон Говард

Храм Времени / The Temple of Time (2008)

из авторского цикла "The Collected Connoisseur"

Перевод: Элиас Волзуб-Эрдлунг, 2025

* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *

цитата
В этих грёзах я созерцал гигантские фасады, обширные протяжённости величественно спланированного ландшафта, самодвижущиеся дороги, которые могут доставить вас в любую точку мира по вашему желанию, вместо того, чтобы самим идти по ним. «Всё это и многое другое сотворим мы», — обрадовался я. И, хотя бесконечные новые вещи будут достигнуты, ничто из того, что любимо сердцем человеческим, также не будет потеряно.

Г. Дж. Уэллс, «Счастливый поворот»

Я нервно поглядывал на часы, пока спешил вверх по ступеням к комнатам моего друга, Знатока. Снаружи старый город был залит сочным оранжевым сиянием апокалиптического заката. Хотя всё ещё было позднее лето, лёгкие порывы ветра приносили с собой первую прохладу осени. Запахи автомагистрали и остывающих тротуаров время от времени вытеснялись нотками срезанного газона, а из загородных сельских угодий доносился аромат свежескошенного сена. Я уже пребывал в каком-то болезненном настроении, и общая сцена навевала ощущение приближающегося конца не просто очередного сезона, но целой эпохи.

Несмотря на опоздание, я был более чем уверен в неизменно тёплом, хотя и несколько сдержанном, приёме. Знаток отличался пунктуальным подходом в соблюдении того, что он считал общепринятыми правилами хорошего тона, в том числе и по отношению к друзьям. Но пусть и так, я знал также, что он высоко ценил пунктуальность у других, и не мог отделаться от ощущения, что моя медлительность будет так или иначе замечена.

Но, конечно же, мне не нужно было слишком тревожиться об этом. Мой друг распахнул дверь, как только я поднял руку к антикварному дверному молотку. Историю об этом предмете он поведал мне другим памятным вечером.


читать целиком





  Подписка

Количество подписчиков: 65

⇑ Наверх