FantLab ru

Все отзывы посетителя Ny

Отзывы

Рейтинг отзыва


Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  3  ]  +

Генри Феррис Арнольд «The Night Wire»

Ny, 29 декабря 2016 г. 08:24

Не пойму за что хвалят — анахронизм ведь даже для своего 1926 года. Рассказы о живых мертвяках были страшно популярны в 19 веке и тогда, возможно, выглядели свежо. Лучше всего получалось, по-моему, у Ирвинга с его довольно забавными постоянными непонятками жив герой или нет. А здесь... Нет развитого, аккуратного пролога, нет давящей атмосферы, ужасы с туманом и описанием паники людей показаны невнятно и примитивно. Всё как-то быстро, галопом — испугаться-то не успеваешь. Что за радужные призраки, какой туман, как все жители города, где стоят 13-этажные небоскрёбы, поместились в одной церкви? Последнее сообщение телеграфиста из Зибико вообще отдаёт дешёвой драмой. И конец из серии «было или не было»...

Не хватает только таинственного кольца из забытой могилы и какого-нибудь магнетизёра — и можно, убрав упоминание про печатную машинку, смело отправлять рассказ куда-нибудь в 1850 год.

Оценка: 3
–  [  4  ]  +

Виталий Забирко «Сторожевой пёс корпорации»

Ny, 21 декабря 2016 г. 08:02

Читал первоначальную версию, которую выклянчил у автора. Читал уже после журнальной урезанной, бестолковой.

Для 1971 года — отлично. Тем более, дебют. Эдакая отдалённая перекличка с «Полигоном» Гансовского. Машина, созданная из-за утилитарной прихоти человека и человеку же не подчиняющаяся, побеждающая его.

Хорошо обозначены социальные проблемы будущего — материальное неравенство и бесчеловечность под прикрытием официальной гуманности и заботы о демократии. Ничего не напоминает? Причём система работает автоматически, как бы намекая, что добрая и злая маска по сути являются лишь инструментами, последовательно задействованными в едином процессе.

И, конечно, фирменные штуки, характерные для Забирко — инопланетные сценки из жизни будущего, краткое описание фантастических бытовых приспособлений (сапожки с восстанавливающейся подошвой, обёртка-холодильник для банки пива).

Нет, авторский вариант заметно лучше, мягче, полнее. Журнал подстриг рассказ как горозеленение подстригает тополь — обрубив все ветки до состояния столба.

Оценка: 6
–  [  2  ]  +

Г. Ф. Лавкрафт «Селефаис»

Ny, 4 ноября 2016 г. 02:25

Какой ещё «брульянт творчества автора»? Где тут «омут печали»? Лавкрафт лишь описывает какие-то личные переживания, почти не посвящая в них читателя.

Рассказ прост и прям как палка. Искусственно усложнён излишним описанием «похода» (причём, пресным и однообразным). Все словесные красивости никак не реализованы. Ну, описывает автор закаты, путешествие на галере и незыблемость стен. А толку? Они никак не работают в тексте. Вот, скажем, есть предложение «Все мужчины там носят бороды» — у меня тысяча вопросов «И что? Почему? Какой длины? Зачем? А женщины?», но автор никак факт не поясняет и не увязывает его с темой рассказа или хотя бы с прочими фактами. Но ведь автор зачем-то выделил именно наличие бороды у мужчин; следовательно, предложение должно быть продолжено объяснением «потому что...». А его нет! И всё — фраза написана впустую. И так везде! Сюжет — отдельно, обстановка — отдельно.

Нормальной интерпретации чувств и желаний героя тоже нет. Не раскрыт внутренний мир героя — я толком не понимаю что он чувствует, когда стремится к городу. Мне мало туманных намёков. Автор всё объясняет непонятной «тоской по неведомому». Так Ганс Христиан Андерсен в своё время сказки писал и получалось у него заметно лучше, достовернее и красочней.

Рассказ давно написан и тогда не было ничего похожего? Ерунда полная! Предлагаю открыть «Дверь в стене» старика Уэллса и сравнить.

У Лавкрафта вышло прямолинейно, скупо, сухо, скучно.

Оценка: 3
–  [  2  ]  +

Ника Батхен «Круги Своя»

Ny, 3 октября 2016 г. 10:27

Занятный рассказ.

Он выписан спокойно, подробно, изящно. Интонации автора напоминают сказку. Атмосфера паропанка (если я правильно определил жанр) гармонично соединена с фэнтезийно-сказочной основой рассказа. Описательная «механизированная» завязка, знакомящая читателя с миром и героем, разворачивается в небольшой обзор быта эпохи пара и оживших машин. Очень понравились действия мастера-механика во время поиска старых роботов. Отрывки местами сразу напомнили поведение Геральта из рассказа «Ведьмак» Сапковского (только аналогия возникла, естественно, по методизму, а не по цели героя). А вот Васильев с циклом «Большой Киев» почему-то даже не всплыл – всё-таки рассказ Вероники Батхен в плане натурализма темы одушевлённых машин куда живее и художественней. Хотя, возможно, причина здесь лишь в положительности героя Батхен и общем сказочном тоне рассказа. Прямо так и слышишь щелчки рычагов, звук вращающихся шестерней и скрип механических суставов. Красиво!

Ближе к концу рассказ становится детективом – мастер-механик нападает на след выдающегося изобретателя и гениального изобретения. Неторопливые действия главного персонажа теперь похожи на методы Шерлока Холмса — кропотливый учёт улик, «полевой» сбор фактов и рассылка писем. Конфликт с жадным коммерсантом отражён очень мягко, цельным, исчерпывающим эпизодом. Рассказу даже не нужен чёткий сюжет – происходящее настолько увлекательно в одних только деталях, что полностью занимает собой воображение.

И лишь конец несколько подводит этот замечательный образец хорошей фантастики. Герой слишком очевидно и быстро принимает решение. А стоило бы потянуть, рассказать больше о содержании писем, решающих судьбу открытия. История очень уж резко заканчивается.

Отлично! Замечательно! Очень понравилось. Настоящая музыкальная шкатулка, а не рассказ.

Оценка: 8
–  [  6  ]  +

Наталья Игнатова, Василина Кукаркина «Сказка о любви»

Ny, 29 сентября 2016 г. 05:22

Пространная, малопонятная история.

Решил прочитать, чтобы познакомиться с автором. Думал, «чего там — повесть — быстро проскочу». А вот фиг! Объём оказался как у небольшого романа. И накручено, накручено! История напоминает гибрид «Звёздных войн», доброй половины саг Муркока и романов Лукьяненко типа «Лорд с планеты Земля», по краям для пущей пикантности приправлено Булычевым.

Все друг друга любят. Отношения молниеносно складываются в любовные геометрические фигуры, паузы в событиях следуют только затем, чтобы девочки успели переговорить и установить расклад — кто с кем. Даже злодеи кого-то любят, автор просто не всех успевает толком раскрыть, ведь концентрация подвигов (уничтожение злодеев) составляет примерно 1/10 страницам текста. Слово «любовь» встречается чаще, чем некоторые распространённые глаголы.

Краснеют как всегда «стремительно», во время опасности всё вокруг, как это обычно бывает, «словно замедлилось», эльфийка стандартно «юная» (товарищи авторы, ну хоть один раз сделайте её старой каргой для разнообразия, а?), и т.д и т.п. Девицы все прекрасны и царственны (хотя, как можно быть «царственной» в 18 лет, если одеваешься как на дискотеку и говоришь на молодёжном жаргоне), герои мужского пола — экзотические высокие красавцы со странным психическим расстройством, сочетающим гиперответсвенность и равнодушие. Женщины, естественно, выстраиваются в очередь к самым симпатичным, чтобы поцеловать или сразу запрыгнуть в постель. Сюжета в привычном понимании нет — его заменяет череда малосвязанных событий без начала и конца, причины поступков нередко оставлены за кадром.

Впечатление после окончания повести примерно следующие: «Я не забуду даже во сне её голубые глаза на сосне!»

Винегрет!

Не то, что совсем плохо, но никакого стимула к чтению других произведений автора не появляется.

Оценка: 4
–  [  1  ]  +

Василий Мельник «Ястреб и скорпион»

Ny, 22 августа 2016 г. 10:28

Мидянин/Мельник обычно не силён в рассказах и повестях, но вот эта его штука мне почему-то понравилась.

Есть в рассказе что-то игровое, наивно-рыцарское, почти фэнтезийное. Герои просты как апельсин, но для сюжета именно такие и нужны. Сама история напоминает эпизод-квест из компьютерных онлайн-игр, однако прописана в каком-то неуловимо классическом стиле, напоминающем одновременно о «Звёздных войнах» и Рыцарях Круглого Стола короля Артура. Автор не старался подробно раскрыть мир, в котором идут события повести, но ему как-то удалось, не сорвавшись в фальшь, передать и должную серьёзность поступков, и характер своих персонажей, и начертать интригующую модель жизни космических охотников. Здесь всё на месте.

Финальный фаталистический эпизод укрепляет в целом удачную историю. Не шедевр, но — достоверно, увлекательно, красиво.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Елена Арифуллина «Хранитель перехода»

Ny, 15 августа 2016 г. 11:01

Автор основательно, даже я бы сказал — излишне подробно для небольшого рассказа — прописала своих героев и окружающий их мир. Да, сразу веришь, что она такая-то, а он такой-то. Да, очень хорошо представляешь этот переход, повседневную толкотню. И очень точно передано то особое ощущение, возникающее в жизни, когда надо бы остановиться, что-то сделать, вмешаться, но вроде бы как некогда, не вовремя, недосуг. И лишь потом понимаешь, что всё-таки поступил неверно, только уже безнадёжно поздно. Пишет Елена Арифуллина убедительно.

Обкатка идеи, на первый взгляд, тоже на уровне: что там за порогом смерти? Хочется же верить, что не можешь просто так исчезнуть. Должен же человек БЫТЬ и заниматься чем-то важным. Даже после кончины. Но, к сожалению, таких рассказов с сюжетом типа «жук в янтаре» (когда герой вдруг оказывается в незнакомом месте со странными законами природы и не может его покинуть, гадая жив или нет) даже в советское время хватало. Допустим, первое, что пришло на ум из аналогичных вещей — ставшая почти классической «Сказка королей» Ларионовой. Поэтому, все трогательные сцены о домике в степи, где «встретились два одиночества», и разговоры «пост сдал — пост принял», конечно уместны и положительны, но несколько потёрты от повторов и, на мой взгляд, наивны. Не до пошлости — конечно, нет, но до обыденности уж точно. Кроме того, я совсем не увидел искренности за отношениями героев. Ну какую же он проявил о ней «заботу», лишь донеся пару раз до кровати и накормив? Совсем не заметил настоящих, внутренних причин для рождения глубокого чувства между столь серьёзными, попробовавшими жизнь людьми. Здесь скорее сиюминутный порыв, коварство физиологии и желание забыться друг в друге. Дальше, название рассказа слишком прямолинейно намекает на очевидный сюжетный ход — мол, переход — не просто переход, а собака — не просто собака. Ну очень уж легко догадаться, а это сминает впечатление от последующих событий. Может быть, ещё за мужчиной закреплено слишком много образов — филин, собака, супергерой, инвалид. Не успеваешь фиксироваться, даже мелькает мысль «А не наплёл ли он ей?».

Неплохо для среднего проходного рассказа-мистики, но на современный магреализм это как-то слабо тянет. Нечто подобное по обстановке и ощущениям, но с уклоном к боевику любил писать в 90-ых Евгений Гуляковкий. Да и нынче почти каждый начинающий автор выдаёт 1-2 рассказа про то, как он и она встречаются на пороге жизни.

Написано хорошо, но не хватает новизны.

Оценка: 6
–  [  2  ]  +

Александр Лычёв «Дезинсекция»

Ny, 14 августа 2016 г. 15:44

В целом неплохо.

Один из немногих НФ рассказов, где автор пытается вовлечь в сюжет биологические особенности организмов и вообще как-то поиграть с научными гипотезами развития жизни на Земле. Кроме того, тот редкий случай в фантастике когда разумные организмы грамотно названы «видами», а не «расами». Приличная завязка, в меру увлекательные события, интересно проведена центральная идея — читать можно.

Но и слабых моментов хватает. Персонажи едва намечены — даже антропоморфный ракурс взгляда на героев не помогает. Слишком скупо обставлена сама сцена конфликта, недостаёт подробностей, характеристик и предыстории — рассказ можно смело переработать в повесть. Непонятно почему артефакты древнейших эпох носят названия, вытекающие из человеческой мифологии. Не хватает более стройного и подробного окончания истории.

Тем не менее, автор смог меня заинтересовать. Беру на заметку.

Оценка: 6
–  [  3  ]  +

Анна Клименко «Правило Анх-Мезора»

Ny, 28 июля 2016 г. 07:36

Рассказ оказался слишком простым — всё-таки проба пера. Не зря автор сказала о нём «Сейчас бы я написала иначе».

Очень простой сюжет о коварстве, жажде власти и самоуверенной слепоте. Простые, без побочных отступлений и подробностей, герои. Простая мораль «что посеешь, то и пожнёшь». Очень бедная обстановка — текст страшно скуп на детали.

Вместе с тем, ругать рассказ не за что. Хоть и слабо, но идея до читателя донесена. Хорошо, чисто переданы события. Набросан кое-какой антураж.

Я бы посоветовал Анне Клименко переписать этот рассказик. Переделать его в повесть — раскрасить подробностями, углубить героев, усложнить события. И может быть, выйдет вполне интересная, яркая история.

Оценка: 4
–  [  9  ]  +

Ольга Громыко, Андрей Уланов «Космобиолухи»

Ny, 15 апреля 2016 г. 06:29

Четыре раза начинал читать. За полгода так и не добрался до середины романа. Не выдержал — бросил.

Ну скучно же! Страшно до-о-лгая для юмористического произведения история. Персонажей много, все они невзрачные как мыши. Главы постоянно перескакивают на новое действие и на чём там остановились в прошлый раз я успевал потерять. Юмор какой-то был, но ничего вспомнить уже не могу. Ориентируясь на название, ждал научных приколов, подробностей и хитрушек — не дождался. Внятной сюжетной линии нет — авторы бесконечно переводят персонажей с одной сцены на другую: вот посмотрите, здесь надо посмеяться, а здесь поглядите налево — нужно удивиться, а сейчас, внимание, пока двигатели прогреваются, будет длинный комментарий. И этому конца нет как в плохом театре.

Книга по стилю похожа на вялого, долго не поливавшегося Роберта Асприна.

Оценка: нет
–  [  8  ]  +

Бэзил Коппер «Янычары из Эмильона»

Ny, 7 апреля 2016 г. 10:45

Интересно, а к какому году можно отнести рассказанную автором историю?

У меня возникло ощущение, что персонаж проживает на стыке XIX и XX веков или даже в более ранее время. Ну разве стал бы человек из XX века (особенно из послевоенного периода хоть первой, хоть второй половины) так покорно ждать своей участи, впадая то в экстаз, то в депрессию? Почему-то он не пытается активнее исследовать новый мир и оказывается совершенно беспомощным перед внезапной угрозой.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Покорно, месяцами ждёт страшного конца, позволяет добровольно заключить себя в дом сумасшедших, смирившись с лечением, которое не приносит результатов. Повествование в основной части было интересно для меня больше неспешным проявлением новых «симптомов», чем собственно картиной, являющейся во сне. Герой — удивительно инертная личность, на грани недостоверности. Или действительно, является доиндустриальным фаталистом века из XVIII, что позволяет ему подавлено-стоически относиться к поразительным событиям. Если в самом начале его реакцию на мистический сон ещё можно объяснить так, как предлагает автор, то к концу явно требуются дополнительные пояснения.

И вообще конец немного противоречит завязке: события запускаются строго определённым условием — Фарлоу утомлён дневными заботами и недосыпает. Таким образом, избавиться от опасности ему проще простого — нужно только установить нормальный режим дня и увеличить время ночного отдыха. Поэтому вся часть рассказа с дурдомом, психиатром и приближающейся опасностью выглядит надуманной, искусственной.

Дочитав, сразу представил, что сделал бы с рассказом менее сдержанный автор. Например, Генри Каттнер, у которого подобной шизы тоже хватает:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
если персонаж имеет возможность взаимодействовать с иллюзорным миром (принёс же он оттуда камень), то почему бы ему не попробовать, экспериментируя с собственным состоянием, протащить из реальности в сон, скажем, винтовку с ящиком патронов или хотя бы музейную алебарду?
Времени для этого достаточно, а финал был бы гораздо более непредсказуем, даже если оставить всю неопределённость и недосказанность.

Интересный рассказ, но какой-то зажатый. По-моему, замысел даёт гораздо больше возможностей, чем было реализовано.

Оценка: 5
–  [  3  ]  +

Томас Грессмен, Роберт Торстон «Охотники»

Ny, 4 апреля 2016 г. 12:05

Достаточно низкокачественная книга.

Перевод явно машинный — в 29 главе идут типичные компьютерные словосочетания «светлая лошадь» вместо «Легкая кавалерия». Человек-переводчик лишь задним числом сглаживал огрехи программы, что привело к слабой связанности эпизодов и общей невнятности текста. Книга читается словно пересказ малопонятного сна. Юмор почти всегда непонятен.

Вдобавок сам Т. Грессмен, как и подавляющее число его коллег, подрядившихся писать новеллизации по игровой вселенной «BattleTech», не блещет литературным талантом. Его потолок — изготовление посредственных сценариев, но не настоящих книг. Герои романа ведут себя неестественно: то глуповато шутят в самых неподходящих местах, то наоборот, начинают нагнетать обстановку или орут на подчинённых там, где нужны спокойствие и крепкая рука. Обстановка подана расплывчато, схематично. Внимание подчас уделено маловажным эпизодам, хотя это место могли бы занять более интересные сцены. Введено множество второстепенных персонажей и статистов, которые в общем-то не особо нужны, но ощутимо оттягивают объём и без того тощей книги на себя. Космические бои описаны в стилистике эпохи морского парусного флота, постоянно звучат команды «Право руля!», «Левый борт, пли!» и т.п., что при высоких космических скоростях и озвученных смешных расстояниях в сотни километров выглядит даже не фантастикой для детей, а скорее волшебной сказкой. Клановские элементалы — мастера рукопашных схваток — вдруг пугаются и пасуют перед абордажниками из Внутренней сферы, что лично мне кажется несоответствующим образу солдат Кланов. Некоторые важные эпизоды никак не раскрыты и не объяснены. Впрочем, можно перечислить ещё множество мелких огрехов и претензий...

Всё это складывается в общую довольно безрадостную картину. Книга, к сожалению, читабельна лишь в качестве бледного художественного приложения к исторической линии сюжета цикла, касающейся операции «Змея». Никаких художественных достоинств за ней не замечено. Этот том можно смело пропустить, ограничившись обзором событий на каком-нибудь тематическом сайте. Очень сэкономит время.

Оценка: 4
–  [  9  ]  +

Барри Лонгиер «Враг мой»

Ny, 30 марта 2016 г. 06:09

За что так ценят «Враг мой»? Не понял...

Довольно простая робинзонада даже без особых находок и изысков. Опять перед нами почти классические Робинзон и Пятница. Разве что здесь они представлены как враги, но позднее, когда драк превращается в детёныша, всё встаёт на свои места. Белый человек учит наивного «дикаря» жизни, одновременно проникаясь самобытностью иной культуры.

Ну, разыгран мотив терпимости и сострадания. Но автор, явно боясь замочить ноги, лишь слегка попробовал глубину темы. Инопланетянин-драк настолько практичен в быту и потребностях, что фактически отличается от человеческого ребёнка лишь внешним видом. Быстро растёт, не болеет, не капризничает, какакет только в лоток. Он даже лучше человека! Найти с таким общий язык и вообще подружиться в условиях полной изоляции дело вполне очевидное. А если бы он был негуманоидом, не умеющим издавать звуки? А если бы он был хищником, которому позарез необходимо свежее мясо? А если бы он дышал хлором? А если бы ради него пришлось рисковать или вообще пожертвовать жизнью? Была бы так проста эта история?

Например, в одно время с Лонгиером писала Октавия Батлер, которая действительно умела очень резко (даже неприятно) и нестандартно раскрыть вопросы, касающиеся ксенофобии. Поэтому популярность конкретно этой книги Лонгиера обусловлена скорее всего лишь удачным переложением старой истории о Робинзоне на модный фантастический фон. Читатель принял это не напрягаясь — обошлось без настоящих этических проблем и ломки стереотипов. Ведь очевидность и логика ситуаций, показанных в романе «Враг мой» давно стала привычной ещё по книгам Майна Рида, Фенимора Купера, Луи Буссенара, Генри Хаггарда и других классических авторов — белый учится дружить с индейцами.

По-настоящему Лонгиер проявился себя, пытаясь развить сюжет дальше. «Грядущий завет» оказался скучноватой, довольно стандартной антивоенной книгой, где компактные тезисы из «Враг мой» раздувались до размеров слона и всячески обсасывались, чтобы соответствовать актуальной проблематике текущего момента. Адекватная идея о всеобщем культурном равенстве начала сползать в область спорных понятий о всеобщем психо-физическом подобии, полезли эпизоды явно гомосексуальной направленности. Кроме того, чем дальше в лес, тем меньше драки напоминают инопланетян, всё больше рисуясь скорее некой разновидностью человечества, чем чуждыми существами. Получается, что Лонгиер здесь выехал только на остатках антуража от первой книги. Наконец, очевидную творческую импотенцию автор продемонстрировал в «Последнем враге», бездарно-банально, недостоверно обозначив причины войны между драками и землянами, и предложив совершенно антигуманное, людоедское решение конфликта. Это только американец мог додуматься до мысли остановить войну, не устраняя причины конфликта, а устрашая противников акциями геноцида! Нашему «гуманисту» даже в голову не пришло, например, просто выселить анклавы с Амадина. Нет — только кровавая «миротворческая» мясорубка может быть противопоставлена традиционной жестокости. И, конечно, гомосексуализм и анормальность психо-сексуальной идентификации здесь уже цветут пышным цветом без всякого стеснения. Ей-богу, книгу хочется швырнуть в стену!

Вот это человечность! А ведь цикл так хорошо начинался, но постепенно вылился в обширнейший конъюнктурный ряд образов и проблем. Впрочем, даже это можно было бы простить, если бы автор решал их искусно или предлагал необычную трактовку.

Единственное, за что мне хочется похвалить Лонгиера, так это за Талман. Вот он отдельно от цикла весьма интересен — красиво играет биологией драков, и самой идеей инопланетной Библии, и множеством интересных эпизодов, и десятком изящных логических парадоксов.

Сложный и одновременно простой цикл, который, как мне кажется, выродился после первой же книги, подарив нам больше любопытных побочных эффектов, чем собственно смысла.

Оценка: 7
–  [  3  ]  +

Анна Клименко «Танцующая-со-смертью»

Ny, 2 марта 2016 г. 06:23

Очень ценю рассказы, в которых читателю от автора не требуется никаких объяснений. Бывает, напишет Нил Гейман или Харлан Эллисон текстик, и давай потом объяснять что он хотел в рассказе показать. Срамота! Ну были же времена Джека Вэнса или Роберта Шекли, когда никаких пояснений не требовалось: бумага с буковками сама все рассказывала — сколько было нужно.

Особенно органично выглядит самодостаточность в фэнтези. Ведь всё равно в двух словах весь сказочный мир не опишешь — так умей сделать чтобы тебе поверили в двух словах.

Не знаю кто такая Анна Клименко и совершенно не ценю Ника Перумова, но рассказ, написанный в качестве «расширения» к какому-то перумовскому циклу, пришёлся по душе. Не вполне обычные герои, в меру боевитое действие, явный стилевой нажим «старой школы фэнтези» (на который из наших сейчас способны разве что Олди — и то редко), самодостаточные персонажи, отсутствие вымученной морали или невразумительных страданий. Всё точно, чётко, вкусно.

Прочитал с удовольствием. Оценку снизил лишь из-за собственного незнания «концов» истории. Нужно бы посмотреть что там у автора есть ещё...

Оценка: 7
–  [  8  ]  +

Антология «Ведьмачьи легенды»

Ny, 24 февраля 2016 г. 11:14

Почти неудовлетворительно, к сожалению.

Антология привлекла внимание ещё по анонсам — и обложечка что надо, и тема в самый раз, и состав авторов позволял надеяться. Самое же главное, ждал от книги дополнений к похождениям героя Сапковского. У польского автора приключения, постель, политика, этика, история, сюжет — всё представлено в должной мере. И стоило бы попытаться разыграть самые сильные стороны оригинала: обаяние героя, стильность описаний, авантюрную нотку. Но вышедший сборник получился на мой вкус «с бору по сосенке».

Кудрявцев что-то наляпал на скорую руку. Украл у Нортон мастера зверей. Вообще неинтересно и плохо написано литературно. Повесть Васильева на фоне рассказа-нескладухи Кудрявцева смотрится даже выгодно, если не по сюжету (обычные бандитские разборки в сеттинге «Shadowrun», можно было и не примазываться к Сапковскому), то хотя бы по языку и стилю. Успенский замаскировал под рассказ какие-то свои выяснения отношений в союзе писателей или среди фантастов, не по делу кидался грязью, как всегда думая, что остроумно шутит. Скучно. Белянина оценить не могу — я плохо понял что он вообще написал и о чём. Золотько, пожалуй, единственный из основного ряда авторов сборника, чей персонаж попал в Красную армию (а не в другое место) — некоторый интерес к тексту у меня возник. Но вместо задействования всего потенциала ведьмачьего цикла, автор принялся тянуть из богатой кудели фантастики нудную нить политики. Легеза и раньше-то не славился удачными рассказами, и сейчас вышло сумбурно. Так писали в середине 90-ых по мотивам произведений Стругацких, продолжая их на события ГКЧП и октябрь 1993, с путанным наполнением и «сленговыми» словами-намёками. Было что-то подобное в сборниках «Время учеников»: «... если бы Слон, Жилин и Горбовский встали тогда «горынычем», то VIPы в Доме Советов могли бы не волноваться...». А Легеза переложил Сапковского на модную сейчас виртуалку (литРПГ) и якобы политические амбиции России (далась им политика и зачем здесь опять ведьмак?).

Кто в лес, кто по дрова, лишь ведьмак так и остался за кадром. Всё это смело можно не читать — ничего не потеряешь. Вернее, прочитав, ничего не получишь.

Отдельно стоят только два произведения — очень аккуратная, выверенная, даже немного изящная повесть Галиной, написанная действительно по делу. Понравилось, автор здорово сумела связать некоторые «концы» из оригинальной саги. Это именно то, что я ждал от сборника.

И затянутая, сложная для восприятия, но крайне любопытная в плане литературной игры и трансформации знакомых образов, вещь Аренева. Сбивает с толку, ошарашивает, необычно.

Вот и всё. Не знаю, что послужило поводом для хвалебных рецензий от поляков, упомянутых на обложке, но мне сборник до 80% содержания показался «мимо кассы».

P.S. Кстати, непонятно почему составители проигнорировали другие произведения по миру Сапковского. Например, рассказ О. Громыко «The Witcher: задание «Ужасная незнакомка»» (2008) не только популярен, но и стоит гораздо ближе к теме сборника, чем половина вошедших в него рассказов.

Оценка: 4
–  [  5  ]  +

Владимир Аренев «Весёлый, простодушный, бессердечный»

Ny, 18 февраля 2016 г. 07:42

Сначала очень понравилось — «мэтр Журавль» и всё... автор сразил меня этим именем, подцепил на крючок, обрисовывая увлекательный, прагматичный мир, сложившийся спустя годы и годы после канонической истории с Геральтом. Часто говорят о «попадании» автора в запросы читателя, в мейнстрим, или ещё в какие другие места. Так вот, это попадание случилось!

Я уже почувствовал себя Винни-Пухом, летящим на воздушном шарике к дуплу с мёдом. Но повесть неожиданно затянулась, обросла множеством подробностей, персонажей, таинственных разговоров, непрозрачных намёков и отсылок. На меня, коварно спущенные автором, кинулись сразу «Моби Дик», «Питер Пэн», «Остров сокровищ», «Повелитель мух», даже кажется что-то ещё... Словом, случился у Винни-Пуха полный облом — автор внезапно саданул из ружья прямо в дупло, а когда вылетели пчёлы, то стрельба вообще пошла неприцельно: досталось и медвежонку, и дубу, и шарику, и даже пчёлам — на мёд я только издали посмотрел. И полетел вниз. Неправильное ружьё попалось!

Нельзя сказать, что повесть плохая. Она, безусловно, очень интересна одним только замыслом, необычным сплавом сюжетов и наслоением образов. Но вот сделать бы её раза в два короче, твёрже прописать героев, убрать лишние объяснения, детали и ярче подать ключевые сцены. Сильно уж здесь всего много. Произведение похоже скорее на роман. И не понравились постоянные контрасты (по-моему, автор не смог с ними справиться должным образом): серьёзная завязка оборачивается детективом, продолжается боевиком, переходит в таинственную историю, потом начинает отсвечивать мистикой, с середины клонится в фарс, затем проявляются элементы хоррора и оканчивается всё это дело условным хэппи-эндом. Теперь посадим сверху на тортик ведьмака, который в сюжете практически исполняет роль Панурга.

Оригинально, но сразу усвоить и получить удовольствие затруднительно.

Оценка: 6
–  [  4  ]  +

Михаил Успенский «Одноглазый Орфей»

Ny, 15 февраля 2016 г. 06:12

Для писателя с таким стажем получилось весьма убого.

Начиная от непонятно откуда взявшегося в фэнтезийном мире упоминания про кегельбан и заканчивая гнусноватыми переделками классических стихов и песен. Особенно меня поразила фраза что «Этого-то дерьма у меня навалом». Вот уж действительно!

И постепенно рассказ стал восприниматься не как подражание Сапковскому, а как «замаскированный» памфлет о самом Успенском под видом то ли Лютика, то ли Орфея.

Автор столько лет пародировал, насмехался и поругивал, что в конце-концов, видимо, утратил способность писать что-то иное вне скоморошечно-эпатажного стёба. А когда из литературных приёмов у писателя остается лишь умение метко кидать разные неаппетитные снаряды, то подобное творчество ну явно уходит за пределы актуальной литературы. Пусть даже фантастики. Пусть даже юмористической.

Зачем же вы так, Михаил Глебович? Ведь уже не смешно и не интересно. Я уже много раз видел Жихаря и устал от его повторений. Звать «на бис» не хочется.

Разочарование.

Оценка: 3
–  [  9  ]  +

Александр Студитский «Ущелье Батырлар-джол»

Ny, 5 февраля 2016 г. 07:14

Очень интересное произведение, хоть и глупое донельзя.

Прежде всего, его выручает действие, сюжет — история увлекательна, авантюрна, интересна в плане научного противостояния. В меру занимательны персонажи, которые хоть и ведут себя как подростки из анимэ, постоянно то находясь в напряжённых бесплодных раздумьях, то взрываясь эмоциями, но всё-таки даже полуслепая тяга героев совершить что-то выглядит занимательно. Несколько подкупает готовность людей к тяжёлой работе, трудностям, опасности.

К отрицательным чертам повести относится поразительный научный дилетантизм автора. Я даже готов оставить в стороне его позицию сторонника Лысенко — пусть. Но когда гистолог, профессор МГУ и ДОКТОР НАУК пишет, что персонаж видит невооружённым глазом клеточную структуру гигантской гидры, а потом вдруг замечает совершенно обычные растения (только огромных размеров), почему-то не видя крупных клеток... это как-то из ряда вон! Ты, гистолог, вообще лист под увеличением смотрел? Ты уверен, что человек примет растение из увеличенных клеток за «обычное»?

И много других непоняток, раз и навсегда уронивших в моих глазах научный авторитет Студитского:

Непонятно, почему организм, выращенный из культуры крупных клеток корня, унаследует увеличенную морфологию — ткани-то имеют разную функцию (даже без учёта генетики)

Непонятно, почему бы не решить проблему кок-сагыза поэтапно — методами селекции увеличить размеры корня, а каучуконосность повысить полиплоидией (учёные выглядят туповато)

Непонятно как работает экология в ущелье — ведь увеличенные размеры организма требуют иного образа жизни (мир-то вокруг не изменился)

Непонятно, почему советских учёных интересует только узкая прикладная задача, когда перед ними целая новая страна с уникальной жизнью (учёные опять выглядят туповато)

Непонятно, почему никто не пытается найти вещество, вызывающее гигантизм, и не пытается тупо использовать его для опытов напрямую, хотя для решения этой проблемы достаточно было взять в экспедицию почвоведа (учёные выглядят уже просто ослами)

Непонятно, почему гигантизм обусловлен размером клеток, а не общим увеличением массы и размера при нормальной величине клеток, как это обычно и бывает (вообще сомневаюсь, что гигантские клетки жизнеспособны)

И, конечно, рассуждения автора о наследственности — это мрак. Даже со скидкой на лысенковщину. Вот у тебя в руках крупный экземпляр, который нужно скрестить с дальним родственником для повышения продуктивности. Зачем рвать жопу по горам, чтобы добыть натурную пыльцу гигантов, если у тебя есть цветущие дикоросы (их каучуконосность никто из «учёных» проверить, естественно, не догадался), выращенные из семян , собранных в той же местности?

Жалею только об одном — автор не реализовал заветы Мичурина. Я аж дыхание затаил, когда классика селекции начали цитировать в тексте. Ну, думаю, сейчас они будут одуванчик к местным тополям прививать, чтобы улучшить его свойства (причём, выполняя пятилетний план за четыре года). Или гевею для скрещивания из Южной Америки выпишут. Вот это был бы научный триллер! К моему огромному разочарованию, Студитский, полностью поглощённый замыслом альпинистских авантюр, до такого очевидного поворота событий не дошёл.

Да, страшное было время... Неужели Акимушкин был совершенно прав, утверждая, что в СССР обитает около 25 тысяч ослов?!

Повесть — отличный пример советской фантастики первой половины XX века, когда именитый автор мог нести любую глупость вперемешку с неправдоподобием, выезжая исключительно на героико-производственном сюжете. И ничего ему за это не было...

Так хоть сейчас пропесочим!

Оценка: 7
–  [  7  ]  +

Виталий Забирко «Путевые записки эстет-энтомолога»

Ny, 15 января 2016 г. 10:07

Понравилось. Ровная, приятная вещь. Пожалуй, выполненная даже в традициях классической фантастики.

Автор неплохо вылепил персонажа — коллекционера до мозга костей. Без перегибов, спокойно обрисовал круг его интересов, эмоции, мелкие беспокойства. Хорошо, в нейтральном тоне, без всякой оценки поданы поступки героя. Из-за этого события нередко кажутся наблюдаемыми со стороны, хотя текст и написан от первого лица. Всё получилось очень правдиво — примерно так и выглядит изнутри коллекционер средней руки, движимый исключительно тягой к накоплению, и сочетающий в себе профессионализм методов с расчётливостью небрезгливого добытчика.

Может быть, приключенческая составляющая и вышла суховатой, но это с горкой компенсируется небольшими, интересными экскурсами в быт и особенности жизни общества будущего. В произведениях показаны приборы и приспособления, импланты и гаджеты с очень необычным, порой остроумным назначением. В целом сюжет напоминает не рассказы об экспедициях фанатика, собирающего бабочек, а больше документальную хронику спецопераций. Есть даже неплохие моменты (типа посещения озера Великого Ухтары) завораживающие своеобразной фантазией и полубезумным сочетанием условий, событий, деталей...

В финальной повести автор старается полностью раскрыть персонажа, заставить его переоценить жизнь, принять ответственность за поступки. Т.е. здесь сконцентрирована та самая «мораль», которую читатель по привычке начинает искать сразу же и не находит. Лично мне такая асимметрия очень понравилась.

И конечно, всё покрыто едва заметным, но ощутимым флёром «пыли иных миров», который появляется, когда автору удаётся удачно, доверительно прописать детали.

Есть мелкие недочёты, невнятности, но общее впечатление от работы Забирко положительное.

Оценка: 7
–  [  10  ]  +

Артём Белоглазов «Не люди»

Ny, 8 декабря 2015 г. 07:35

Ну ёлки-палки! 2007 год написания!

Товарищ автор, если вы взялись за избитую тему, по которой не проехал только ленивый (введём название «Не люди» в поисковик и получим массу рассказов с близким заголовком и похожей идеей), то извольте не переливать из пустого в порожнее, а хоть какую уникальную мелочь от себя вставить.

Если уж так глянулся вариант агрессивного церковного диктата, то напишите как Лазарчук что-нибудь витиевато-необычное («Священный месяц Ринь»), чтобы хотя бы развлечь читателя обстановкой. Или, если хочется впечатлить читателя контрастом между чуждыми существами и людьми, то расстарайтесь на красивую драму, как Гаррисон («Чужая агония»). Наконец, можно пойти лёгким путём и просто удачно спроецировать очевидный вывод через непредвзятого наблюдателя, что успешно проделал Лукьяненко («Люди и не-люди»). Можно вообще на почве этики конфликта, последовавшего за контактом, завернуть что-то совсем оригинальное — шиворот-навыворот (Бушков «Здесь всё иначе»).

Но зачем же писать антивоенную банальщину? Это пошло! Не нужно такие истории, требующие деликатности, яркости и чёткой выверенности морального заряда, делать постными и предсказуемо-однообразными. Напротив, они должны быть запоминающимися, серьёзно-страшными, стоящими в памяти.

Нельзя быть маляром от фантастики и красить по трафарету — даже название рассказа стандартное, очевидное...

Где авторская самоцензура?

Оценка: 3
–  [  2  ]  +

Олег Гаврилин «Энтомология третьего тысячелетия»

Ny, 28 ноября 2015 г. 23:02

Вот если бы автор статьи ещё в словарь заглянул, то узнал бы, что пауков изучает арахнология, а не энтомология. Обычно подобной неграмотностью страдают журналисты развлекательных изданий и руководители различных медицинских и санитарных контор. Возможно, О. Гаврилину следует попробовать писать именно для глянцевых журналов или санэпидемстанции, а не вводить читателей «Мира фантастики» в заблуждение странными заголовками.

Оценка: 3
–  [  2  ]  +

Олег Костман «Избыточное звено»

Ny, 16 ноября 2015 г. 17:17

И всё бы хорошо — идея правильная, но рассказ Гансовского «Спасти декабра» написан гораздо раньше.

Вдобавок, автору не хватило умения всё расписать красивей и подробней. Ну опять стандартные типажи — пытливый учёный и алчный чиновник, почти без попытки как-то персонализировать героев. Опять заезженная тема «слабого звена», без которого всё рухнет. И почти стандартный ход с вмешательством в хрупкий баланс экосистемы. Даже для 80-ых годов тема не нова: «Срубить дерево» Янга, «Ветер чужого мира» Саймака, «Сбалансированная экология» Шмица. Про наших авторов я уже и не говорю.

Слабо. «Вампиры Геоны» Тищенко (мультфильм, а не слабенький рассказ), основанные на аналогичном сюжете, выглядят ну просто чем-то гениальным по сравнению с такими вот типовыми рассказами.

Оценка: 5
–  [  5  ]  +

Михаил Шаламов «Серая хризантема»

Ny, 2 ноября 2015 г. 09:15

Для 1981 года написано отлично.

У автора неплохой образный стиль. Он умеет коротко раскрыть персонажа, ловко подать обстановку и ровно ввести читателя в действие.

Слабое место М. Шаламова — сюжет. Рассказ получился почти прямолинейным и однозначным. Развязка — слишком простой. Между тем, немного усложнив историю, можно было сделать из неё довольно острую, экзотическую повесть.

И всё-таки для 3-страничного рассказа написано весьма неплохо. Любопытный автор.

Оценка: 6
–  [  2  ]  +

Джо Холдеман «Вспомнятся мои грехи...»

Ny, 20 июля 2015 г. 08:46

Очень интересный, как мне показалось, гибрид истории тайного агента разведки и исповеди бывалого человека, оценившего изнанку своей работы. Автор смог незаметно вплести в почти классический джеймс-бондовский сюжет небольшие штришки-сцены, напрочь разбивающие стереотип и грубо затирающие фальшивый блеск романтики, обнажая бездушный, безотказный механизм государственной машины: да, ты действительно «им» нужен пока работаешь. Пока работаешь правильно. Трудно ли быть винтиком, пусть даже самым крутым и незаменимым?

Система снова смогла победить человека, но не смогла победить правду.

Хорошо! Даже отлично! Обязательно давать читать молодёжи!

Оценка: 9
–  [  0  ]  +

Энн Маккефри, Элизабет Энн Скарборо «Майор запаса»

Ny, 17 июля 2015 г. 21:02

Одна из самых глупых и бестолковых книг, которые мне только попадались. Очень не советую читать.

Роман стоило бы назвать «Анжелика у чукчей» — получилось бы ближе к сути.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Героиня якобы всю жизнь (до 40 лет с копейками) прослужила в армии, участвовала в десятке военных экспедиций, владеет различными специальными навыками и вообще — тёртый калач. Думаете что-то из этого есть в книге (300 стр)? Фиг! «Майор» только и делает, что млеет от взглядов и прикосновений перспективного любовника или созерцает быт аборигенов. Она не умеет готовить (!), вести работу резидента (которую ей поручили), не носит оружия в потенциально опасной обстановке, вообще не приспособлена к самостоятельной жизни в холодном климате. Просто выступает пассивным объектом, вокруг которого строится действие. Всё её «военное» прошлое сводится к каким-то невнятным воспоминаниям, а самое «боевое» событие — отравление газом где-то в заштатном углу Вселенной. Тем не менее, о подвигах ГГ все наслышаны. Какая-то ерунда! Главного героя попросту нет.

События тоже развиваются на уровне бреда. Кой смысл давать сложнейшее задание по раскрытию мятежа или саботажа неподготовленному человеку, не способному без помощи местных жителей даже есть и передвигаться? Если на планете регулярно пропадают экспедиции (причина-то как раз предельно ясна читателю по описанию очередной такой изыскательной партии — руководитель круглый придурок, не послушавший проводника из местных), то зачем слать новые партии и тиранить местное население допросами, не доверяя собранным фактам? Не проще ли забросить в аномальную зону профессиональных фронтовых разведчиков с оборудованием и держать транспорт для их мгновенной эвакуации? Нет, руководство несколько лет упорно гробит ценные научные кадры. В конце книги вопрос о пропавших людях так и остаётся открытым. Сам текст романа написан буднично, неторопливо, скучновато и не представляет ни эмоциональной, ни стилевой ценности. Страницы переполнены «водой» — книгу смело можно сократить раза в 3-4 без всякого ущерба. Правда, тогда получится рассказ Бредбери «Здесь могут водиться тигры» и говорить, собственно, будет не о чем.

Концентрация ляпов настолько велика, что они скорее всего сделаны умышлено. Причём ляпы не просто детского уровня, а принадлежат, вероятно, воспитаннику детского сада, чем более-менее взрослому человеку. Ну, например, авторы уверяют, что героиня прибыла на планету, единственный материк которой находится в полярной области (постоянные морозы 30-70 по Цельсию) в период смены полярной ночи и дня (правда, не сказано что кончается, а что начинается). Тем не менее, периодически «темнеет» или «наступает день», а героиня то наблюдает «уходящее через несколько часов за горизонт солнце», то любуется звёздами на фоне чёрного неба. Воду местные почему-то добывают, растапливая речной лёд на кострах, и затем разносят её в термосах по посёлку! А просто выйти из дому, зачерпнуть котелком снег с крыши и растопить его? Сани катятся «ломая тонкую корочку наста и подпрыгивая на неровностях почвы». Ага, это в мире, где «зима длится 10 месяцев» и постоянно идёт снег. Прямо вокруг посёлка в приполярной зоне растёт строевой лес и его сразу рубят на дрова (специально на зиму дрова никто не запасает — вероятно, такая предусмотрительность выше умственного уровня местных жителей), прямо на корню, сырьём! Прелесть! Охотница рассказывает, что гуманизм запрещает ей убивать дичь капканами — это приносит страдание зверькам. Она ставит в лесу силки и через пару суток собирает живых зайчиков. Вот добрая душа, посидела бы ты сама в силках на 30 градусном морозе хотя бы пару часов! А ещё персонажи периодически то бегут рядом с упряжкой по глубокому снегу в снегоступах (!), то, сидя в санях, наслаждаются свежим воздухом и упругим ветром (при минимум 30 градусах мороза). А купание в тёплых источниках с последующим возвращением в посёлок за несколько километров по страшному холоду? Ещё мне очень понравились «геологи-солдаты» — не какие-нибудь там военные геологи, а именно «солдаты»; и убийство оленя одним метким броском копья в голову (!) — чтобы не портить шкуру. И многое, многое другое...

Неужели тётки-авторши поленились пролистать хотя бы юконские рассказы Д. Лондона?

Книга исключительно плоха сразу по многим параметрам (более-менее читабельны лишь некоторые сцены культурной жизни аборигенов и отдельные ключевые события). Общий уровень романа соответствует нашим книгам, которые сгоряча публикуют в самиздате малолетки-МТА. Краткую оценку работе тандема авторов могу дать только нецензурную.

Оценка: 1
–  [  4  ]  +

Александр и Людмила Белаш «Охота на Белого Оленя»

Ny, 14 октября 2014 г. 08:46

Это не сказка и не фэнтези. Это прямой потомок социально-политической притчи Оруэлла «Скотный двор».

Повесть несколько лет была в очереди на знакомство. Всё руки не доходили прочитать, я даже не знал что там внутри файла. Вечером взялся, да так и не смог оторваться. И ведь нельзя сказать, что написано блестяще. Скорее как-то простовато, по-детски. С небольшим и не всегда нужными отступлениями, в жанре «репортажа с поля боя», с наспех замаскированными под зверей людьми, с относительно благополучным концом.

Но КАК написано! Нарочитая поверхностная «маскировка» совершенно не скрывает условности образов, событий, отсылок к недавней истории. Замечательно применён оруэлловский приём «Не будем говорить кто, но это был слонёнок». Страшные события повести, несмотря на схематичность, отлично контрастируют с её сказочным оформлением, убедительно обнажая истинные намерения отрицательных персонажей. Полное совпадение с сегодняшними реалиями по всему миру усиливает эффект от прочтения.

Самое главное, что заставило выставить высокую оценку, — жуткое совпадение событий «Охоты на Белого оленя» с текущим конфликтом в одной неназываемой стране. Невероятно, как же авторам удалось так предугадать? Их ни в чём нельзя обвинить — повесть издана аж 2006 году. Но получилось — не в бровь, а в глаз!

Редкий случай удачного фантастического прогноза при высочайшей актуальности.

Пожалуй, так или иначе, стоит прочесть.

Как говорил персонаж мультфильма: «Мы там все, Лосяш. Мы там ВСЕ... Ну, кроме кроликов.»

Оценка: 8
–  [  6  ]  +

Рэй Брэдбери «Из праха восставшие. Семейные воспоминания»

Ny, 5 сентября 2014 г. 09:07

Значительно не понравилось.

Автор по непонятной причине изменил концепцию цикла. И хорошо известные, знакомые рассказы, частично оставшись сами собой, превратились тем не менее в гимн тлену, увяданию, смерти. Старые рассказы оказались переписаны (так, действие «Апрельского колдовства» происходит теперь осенью и больше напоминает новые дурацкие истории Стефани Майер про паразитов мозга), напичканы какой-то нездоровой мешаниной образов. Автора бросает в крайности — он то восхваляет жизнь, то с видимым удовольствием говорит о мудрости смерти, или, напрочь разрушая прежнюю атмосферу романтической недосказанности, бросается описывать неаппетитные подробности быта Семьи. Я оказался засыпан вурдалаками, пыльными мумиями, чудовищами, пожирающими мухоморы, уродцами разных мастей и прочими трупоподобными личностями. В некоторых местах («К западу от октября») Брэдбери, на мой взгляд, потерял творческую чуткость и почти приблизился к пошлости. Семья перестала быть таинственным и немножко страшноватым, но обязательно добрым прибежищем волшебных существ, последним оплотом Сказки в современном мире, а превратилась в кунсткамеру жутковатых отщепенцев, враждебных человеку. Я не понял мистерию мрачного праздника, холодный осенний сквозняк и бессмысленно-недобрые выходки обитателей дома. Человеческого ребёнка, брошенного судьбой в такое гиблое место, просто жаль.

Автор явно перестарался, пытаясь совместить романтическую Сказку и классическую Мистику. Чердак утратил ореол Храма Одиночества, его пыль не выглядит украшением — от неё теперь просто хочется чихнуть. Подвал уже не Таинственная Пещера, плесень на стенах вызывает отвращение. А дядюшка Эйнар слишком легко сбросил образ вечного странника, приносящего радость одним своим видом, — теперь это сумрачный калека, не замечающий любви жены и красоты мира. Будет ли он снова счастлив, заняв место воздушного змея на конце бельевой верёвки? Раньше такого вопроса не возникало...

Где ты, отзвук бегущего лета? Где молодость, преодолевающая любые преграды? Где звонкие голоса и любопытные глаза живых героев с добрым сердцем? Романтик постарел, постарели и его книги. Жестокий ужас «Эшера II» стал реальностью и вытеснил прекрасный Гринтаун.

Книга меня просто напугала. Это не моё. Я здесь не был. И не могу видеть.

Оценка: 4
–  [  10  ]  +

Брэм Стокер «Скво»

Ny, 19 мая 2014 г. 12:08

По-моему, ни события (очень искусственная, надуманная история), ни персонажи (люди описаны весьма слабо, а кошка — скорее элемент обстановки) здесь особо не интересны.

Но вот психология героев рассказа на самом деле стоит внимания. Кто они, эти герои? Культурные джентльмены и леди конца девятнадцатого века, проводящие культурный досуг в культурной Европе. Только истинному джентльмену придёт в голову посещать в медовый месяц музей пыток. Только настоящий «сэр», совершив нечаянное убийство, может шутить по этому поводу и видеть случившееся «пустяком». Вероятно человек того времени, считавший, что подчиняется законам западной цивилизации, а значит обладает некой «высокой культурой», полагал возможным оценивать свои поступки с точки зрения своей «культурности», не забывая, впрочем, про пистолет. Всё, что стояло ниже такой «колониальной» культуры (индейцы, там, или животные) полноценного сострадания и вообще настоящего внимания не заслуживало. Поэтому, герои рассказа ужасаются в первую очередь неаппетитному зрелищу, а не чудовищной причине (хочу — значит могу) произошедшего несчастья с котёнком. Но когда у них на глазах по своей дури и ветхозаватному принципу «око за око, жизнь за жизнь» гибнет вот такой вот «джентльмен из Сан-Франциско», свидетелям неожиданно становится ясно, что причастность к сообществу «белых людей» не отменяет простого принципа справедливости. Реальность напоминает о прямой ответственности за высокомерие, в сторону отлетает вся придуманная идеологическая корка, наросшая за века на учении одного самоотверженного гуманиста из Назарета, и честной расплатой за глумление над чужой бедой становится бесславная гибель циничного идиота. Или будь Человеком, или «око за око».

Перепуганный таким откровением, рассказчик старается вычеркнуть из реальности существо, восстановившее справедливость, иначе ему придётся жить с осознанием ущербности собственного мировоззрения. А решать проблемы мировоззрения подобные «джентльмены» могут только одним способом — через новое убийство.

Рассказ мерзковатый и оправдать его, на мой взгляд, может только авторское и читательское несогласие с последним абзацем. Человек не должен пренебрегать своей ответственностью и уж тем более — бедой ближнего. В этом я совершенно согласен с авторами, писавшими достаточно жестокие рассказы о животных без всякой мистики: Сетон-Томпсон («Виннипегский волк», «Королевская аналостанка»), Ушинский («Орёл и кошка»), Астафьев («Зачем я убил коростеля?»), Айтматов «Плаха» и т.п.

Оценка: 4
–  [  6  ]  +

Михаил Петрович Михеев «Год тысяча шестьсот...»

Ny, 4 апреля 2014 г. 12:29

Написано очень бодро. Видно, автор, даже после пропесочивания его ранней фантастики критиками, не утратил тягу к приключениям. Читателя практически захлёстывает жажда романтики, стремление отправиться в путешествие, желание столкнуться с тайной. М. Михеев довольно удачно выбрал пропорцию между детективом, фантастикой и жанром авантюрного приключения с участием пиратов. Он успевает в тексте поработать с героями, пробежаться по пейзажу, сделать коротенькое пояснение, закрутить острый поворот сюжета. Действие повести не останавливается ни на минуту и она, вероятно, достойно смотрелась в середине 80-ых.

Но автор почему-то воспользовался для создания произведения далеко не лучшими приёмами, которые позднее прочно вошли в арсенал сериальщиков, наплодивших массу посредственной фантастики. Нет убедительных завязки и развязки, невнятное и какое-то детское обоснование переноса во времени (чего я от технаря Михеева никак не ожидал), новые персонажи стремительно появляются и исчезают подчас без всяких объяснений, герои по чистой случайности обладают выдающимися навыками, загадки и побочные сюжетные линии не имеют ответа или окончания, совершенно серьёзный финал выполнен в стиле авторской мистификации «Всё это настоящая правда — вот статья в журнале!», концентрация совпадений и необъяснимых случайностей слишком высока.

В итоге получилась типичная по сегодняшним меркам история про попаданцев. Автор, безусловно, честно пытался подвести под повесть какую-то твёрдую основу — показал жестокие нравы людей из Прошлого, ввёл интересную мотивацию для своих героев, попробовал коснуться быта отдалённой эпохи, отступил насколько это было возможно от советских стандартов поведения и личных отношений героев подобных произведений. Но всё забивает безудержный, головокружительный рывок к «флибустьерскому дальнему синему морю». Заметно, что самих приключений хочется больше, чем каких-либо строгих объяснений. Возможно, что для творчества М. Михеева это даже не так уж плохо. Возможно, душа автора сумела один единственный раз вырваться туда, куда её не выпускали долгие годы.

Поэтому, не стоит судить строго.

Оценка: 5
–  [  6  ]  +

Урсула К. Ле Гуин «Уходящие из Омеласа»

Ny, 5 марта 2014 г. 13:11

В городе не осталось нормальных людей — только психические калеки. Тот, что сидел взаперти — спятил от своего горя. Те, что остались снаружи — сошли с ума от страха за своё счастье. Никто не попытался спасти человека. Большинство жителей лишь научились закрывать глаза на чужие страдания. Единицы решили уйти подальше, словно расстояние способно сделать чьё-то горе меньше.

А я всегда думал, что счастье надо заработать, добыть собственными руками. Оказывается, есть другое «счастье» — жить на дивиденды от страданий ближнего.

Тема «маленькой жертвы» далеко не нова. Древнегреческие Тесей и Минотавр, ветхозаветные Авраам и Исаак, библейские Иисус и Пётр в Гефсиманском саду — аналогии можно найти с древнейших времён по сегодняшний день. Поэтому рассказ Ле Гуин показался мне недостаточно глубоким. Он лишь прикасается к проблеме и сразу же прячется за флёром фентезийного фатализма. Вопрос ставится, но ответа на него не даётся. Автор лишь намекает, что «уходящему от беды прочь» все знаки и названия видятся прочитанными наоборот. Отсюда — Омелас, где нет правды, справедливости, истинной свободы и настоящего счастья.

Однако, ответ на заданный вопрос можно легко найти у отечественных авторов. И он не меняется со временем. Допустим, советский «Дракон» Евгения Шварца и относительно свежий «Держись, брат!» Юрия Погуляя. Чтобы прекратить беду, вернуть правду, не нужно уходить. Герои наших произведений приходят и возвращаются. Лишь приходящим в Омелас дорожные знаки читаются правильно.

Оценка: 5
–  [  6  ]  +

Дженнифер Роберсон «Танцор меча»

Ny, 22 февраля 2014 г. 00:20

Скучная, пустоватая и отчасти глуповатая книга.

Он и она едут через опасности куда-то там. Куда — не так уж важно. Опасности стандартные — дикари, ураган, работорговцы, пустыня. Обстановка по минимуму. Персонажи однотипные. Приключения списаны даже не у Говарда, а, похоже, у Майн Рида. Герои с упорством слабоумных не желают принимать очевидных вещей, которые видят глазами. Логика поступков иногда не просто сомнительна — она уходит в минус. Например, едва отъехав в пустыне от оазиса, герои попадают в песчаную бурю, чудом переживают её, потеряв почти все припасы, но вместо того, чтобы вернуться к оазису и хотя бы набрать воды, они, страдая от жажды, углубляются в пески. Языка нет. Все разговоры ведутся в современном стиле. Автор лишь заменила некоторые слова или понятия экзотическими наборами букв. Колорита нет. В ходу такие установки как «Юг — это Юг, он совсем не похож на Север, сам понимаешь», «Что это за меч? Сложно объяснить... В твоём языке нет таких слов». Какого-то особого смысла в книге нет. Многочисленные и утомительные разборки в отношениях между главными героями трудно назвать интересными и стоящими внимания.

Небольшим плюсом можно отметить внимание автора к мелочам, которое, однако, не слишком роман укрепляет.

Типичная «конина» в стиле Лина Картера и ему подобных. По-моему, читать не стоит.

Оценка: 3
–  [  5  ]  +

Борис Лапин «Потаенное ныряющее судно»

Ny, 17 января 2014 г. 09:55

Не нужно уже было к 90-ым писать таких книг!

Автор хорошо подал атмосферу сибирской глубинки, образы мальчишек, трепет перед необъятностью природы и её загадками, тягу к истории родного края. Замечательно, в ироническом ключе показано первоначальное противостояние двух групп подростков. Первые главы повести в этом отношении приближаются к «Тимуру и его команде» на современный лад. Можно только похвалить.

Но как уныло сделана историческая привязка к «героической революции«! К 90-ым годам этот грандиозный переворот уже порядком подзабылся и слабо интересовал молодое поколение. История прихода большевиков к власти до такой степени обросла легендами, сказками, мифами и откровенным враньём, что превратилась в абсолютно неживую сагу библейского толка про доброго, мудрого Ильича и подлых буржуинов. Автор же с неизменной энергией робота снова попытался запустить здоровую тягу молодого поколения к познанию, изобретательству и истории на рельсы священного преклонения перед злоключениями ссыльных революционеров. «Потаённое ныряющее судно» пытается пойти по стопам «Неуловимых мстителей», «Кортика» и «Бронзовой птицы», но получается это страшно грубо и бесконечно нудно. Идейное противостояние в современности запускается с момента, когда дети обнаруживают: один потомок царского шпика, другой сопричастен ссыльным социалистам. Продолжения классовой борьбы захотелось? Детей-то зачем втягивать?

Нудность детективной части и исторических отрывков зашкаливает. Ей-богу, детские рассказы Бонч-Бруевича о Ленине и революционных событиях по сравнению с текстом Лапина видятся настоящим экшном-боевиком. Ну ты же для детей пишешь! Ты же на такую жилу напал — кустарная подводная лодка на Байкале! Ты же современный прогрессивный автор, не боящийся правды! Почему в детской повести опять тоннами идут замшелые, мёртвые рассуждения о справедливой жизни и борьбе за свободу, которые на деле показали себя не в лучшем свете? Почему опять по старым лекалам выискиваем врагов? Да что за бред?!

Приезд молоденькой учительницы и появление около посёлка научной глубоководной экспедиции немножко разбавляют концентрат политизированной истории, которой заложен в сердцевину произведения, делая концовку интересней, легче.

Но общее впечатление достаточно удручающее. Нужно же уметь так решительно похоронить живых персонажей и прекрасную атмосферу тайны под желанием в очередной раз угодить красным знамёнам! Почему, допустим Томин в 1959 году смог написать практически в том же ключе прекрасную, лирическую, лишённую даже тени идеологии «Повесть об Атлантиде», а Лапин в 1990, несмотря на отличный замысел, выпустил корявый анахронизм, более пригодный для 30-50 годов?

Справедливо забытая книга.

Оценка: 5
–  [  15  ]  +

Джек Финней «О пропавших без вести»

Ny, 27 декабря 2013 г. 23:11

Эх, куда же делся джеклондоновский герой из рассказа «Любовь к жизни» (1903) ?! Тот, который нёс свою мечту о счастье в мешочке из оленьей кожи, и был вынужден бросить этот груз — фокус всех его чаяний — когда понял, что только Жизнь сама по себе является билетом в мечту. Неужели герой Финнея забыл об этом в 1955? Странный человек и отношение автора к нему не совсем ясно для меня. Он молод, здоров, свободен. Что же мешает уже сейчас жить так, как хочется? Его ничто не удерживает от перемен — ни семья, ни работа, ни долг перед близкими. Сядь на поезд в один конец, завербуйся в армию, устройся лесником или пожарным. Перед тобой открыты все дороги, а ты ищешь счастья за стойкой бара! Лежачий камень.

Мне всегда будет ближе тот рисковый малый, выдуманный Шекли («Особый старательский», 1959), — да, сто раз буржуй, мещанин и жадина, но бьющийся за свою мечту до последнего! Он не знает, хватит ли сил пойти до конца и будет ли в конце награда, но он готов пойти, а герой Финнея — нет. И как страшно был обманут персонаж Грина («Сердце пустыни», 1923), но не дрогнул, смог устремиться дальше, став выше горестей мира, построил мечту собственными руками. Для подобных людей на пути к мечте нет поражения, ибо они веруют не отрекаясь, работают без отдыха. Даже смерть оказалась не властна над персонажем из рассказа «Мираж» Саймака (1950). Он дошёл.

Нужно не ждать и просить — нужно отправляться в путь и добиваться своего. Кто ничего не делает — получает ничто.

И так ли благородны цели раздающих халяву? Стоит ли та вера доверия? Старый сарай сразу напомнил никуда не летящий барак из повести Шоу «Стой, кто идёт?» (1977) и подлый обман вербовки дураков в армию из «Билл — герой Галактики» Гаррисона (1965). Идею произведения Финнея в этом отношении совершенно нокаутирует рассказ Варшавского «Побег» (1968). Здесь герой тоже рвётся к мечте. Трудности и проблемы жизни персонажей вообще не сопоставимы; прикосновение к мечте, на первый взгляд, на самом деле достойно усилий; финал, в контрасте с мечтательностью «Пропавших», страшен приземлённым реализмом.

Поэтому, я разочарован в рассказе. Эта вещь Финнея подкупает лишь хорошо взятым тоном и правдивой подробностью событий, так удачно прописанных автором. Но в смысловом плане рассказанная история сильно не дотянула до классической «Двери в стене» Уэллса (1906) и подобных произведений, упомянутых выше.

Оценка: 4
–  [  6  ]  +

Андрей Балабуха «Могильщик»

Ny, 23 декабря 2013 г. 22:30

Странный рассказ.

Автор явно переборщил с атмосферой тайны и игрой «Я здесь главный».

Сама история подозрительно напоминает «Непобедимый» Лема, но рассказана в несколько ином ключе. Сюжет строится вокруг таинственного появления корабля-призрака, потенциально несущего угрозу населённым планетам.

Сначала вроде увлекает — космоскафы, шеф-пилоты, Планетарный совет... загадочно и красиво. Таинственная планета Карантин, с которой не вернулась ни одна экспедиция, не менее таинственное появление древнего «Велоса», умудрённый опытом капитан, принявший непопулярное решение... И только дочитав, понимаешь, что вместо рассказа — мыльный пузырь.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Прежде всего: а был ли мальчик? А посещал ли «Велос» опасную планету вообще? Неизвестно. Опасен ли корабль-скиталец для окружающих? Крайне сомнительно, ведь ничего плохого пока не случилось. Во-вторых, чем вызвана такая спешка с принятием решения? Опасность, критическая ситуация, ответственность знающего человека? Нет ничего. Если герой и знал какую-то тайну, связанную с событиями на Карантине, то почему молчал столько лет? Автор на пустом месте накручивает таинственность. Наконец, в-третьих, было ли мудрым решение? На первый взгляд, если учесть неведомую опасность, которой мистифицируют читателя, — да. А если копнуть глубже, выходит ерунда какая-то... Опасен ли корабль — большой вопрос. Сам Карантин явно не опасен — за 300 лет орбитального патрулирования никто за пределами планеты не пострадал. А если угроза и существует, то какой смысл от неё бежать. Рано или поздно всё равно придётся что-то делать. И жертвы неизбежно будут. «Велос» давал хоть какой-то шанс получить представление о тайне, но капитан его обрубил, «мудро» приговорив к смерти следующую экспедицию на Карантин. Достаточно нелепо выглядит использование «права старшего» — карт-бланш на решение. Экипаж против, Совет против, здравый смысл и человеческое любопытство против. Может стоит задуматься при таком раскладе — прав ли ты?

Итого, принятое решение выглядит в моих глазах поступком перестраховщика, руководимого не опытом, а странноватым желанием избежать малых жертв во имя мнимого спокойствия. Поведение страуса, предпочитающего не замечать проблемы, которая рано или поздно заявит о себе. На мой взгляд, главного героя нужно судить за самоуправство, профессиональную непригодность и уничтожение ценного объекта, изучение которого позволило бы предотвратить дальнейшие несчастья.

Художественные достоинства произведение тоже невелики — нарочитая таинственность событий, сомнительная логика капитана, введённые без объяснения и наполнения понятия, краткость действия и неопределённость обстановки. В результате рассказ получился крайне спорным и без внятного смысла. Как раз мыльный пузырь.

Была бы повесть — с подробностью, адекватным героем, прописанным антуражем — совсем другое дело. Рассказ же не получился.

Оценка: 3
–  [  1  ]  +

Роберт Черрит «Наследник Дракона»

Ny, 25 апреля 2013 г. 07:35

Очередная книга-хронология из серии «Боевые роботы».

Текст нельзя назвать полноценным романом — это набор эпизодов из жизни Теодора Куриты. Почти фотографий: вот Теодор у тела деда, Теодор проводит время с любовницей, Теодор на фронте, Теодор — заговорщик, и, наконец, Теодор, говорящий отцу «Партия, дай порулить!».

Книга нудна и скучна. Кроме главного персонажа никто толком не обрисован. События не состыкованы друг с другом и следуют с большими пробелами. Словом, здесь нам под видом художественного произведения подсовывают сорс-бук «Наследник Империи Драконис и все братья-сёстры: 3004-3040 гг.» Читать только фанатам и только для ознакомления с последовательностью событий.

Единственное, чем этот увесистый том может быть полезен, — подробным описанием становления очередного Куриты, которому суждено возглавить Империю в дни самых тяжёлых её испытаний. Ну, может быть, в какой-то мере удастся получить представление о полубезумном Такаси Курите. Определённый плюс в этом есть — прочие романы Battletech практически не освещают историю Синдиката.

Однако для развлекательного чтения книга не годится совершенно.

Оценка: 6
–  [  25  ]  +

Николай Басов «Хроники Лотара Желтоголового»

Ny, 29 марта 2013 г. 10:01

Попробую-ка я написать отзыв к данному циклу. Книги о Лотаре, как мне кажется, недаром вызывают столь противоречивые отклики. Есть в них (книгах) и хорошее, и плохое. Басов довольно крепко держит свою манеру романтической серьёзности и даёт простор для воображения читателя. Это и привлекает. Более поздние его романы тяжеловесны лишними рассуждениями и не совсем комфортны для чтения. «Лотар» — самый интересный, успешный, на мой взгляд, из циклов автора. Разберём?

Буду, в основном, спорить с уже озвученным здесь в отзывах, но и замысел цикла тоже попытаюсь раскрыть.

Прежде всего, следует отметить, что романы явно рассчитаны на подростка-мальчика. Замысел истории и вообще обстановка вряд ли смогут сильно увлечь женщину любого возраста (кроме, разве что завзятой старушки-критика) — собственно из статистики видно, что мужчины поставили в 10 раз больше оценок циклу, чем женщины. Более того, по гендерному рейтингу Фантлаба Н. Басов является одним из самых «мужских» авторов. Т.е. если вы дама, то лучше сразу (с вероятностью 90%) пройти по коридору дальше, первая дверь направо с надписью «В. Камша». Для взрослого читателя с широким кругозором «Лотар» тоже будет малоинтересен просто из-за наличия более глубоких и красивых аналогичных проектов у самых разных авторов. Зато в качестве целевой подростковой литературы книги Н. Басова смотрятся достаточно выгодно.

Мне кажется, в данном случае не стоит жаловаться на то, что автор, мол, плох, глуп и т.п. — нужно уметь определять для себя характер произведения, попавшего в руки. И в оценке отталкиваться от этого критерия. Например, многие классические «детские» сказки губит именно непонимание автором подросткового или детского восприятия истории — в результате произведение полно лишних деталей, переусложнено и скучно для начинающего читателя. Для детей вполне можно писать проще, если это необходимо и уместно. На мой взгляд, Н. Басов (вольно или невольно — кто знает?) свой «дебют» уместил в рамках юношеской рыцарской саги с огромной долей фэнтези. Часть авторских посылок читателю можно расшифровать только анализируя поступки героев, а не общую логику событий. По отдельным параметрам, допустим, «Чёрная стрела» Стивенсона не будет слишком отличаться от «Лотара» — и персонажи чем-то похожи, если отбросить фантастику.

Если же взять язык, то, конечно, перед нами не Чехов, и не Грин. Аккуратность текста оставляет желать лучшего, а порой автор ухитряется дописаться до настоящих словесных парадоксов, над которыми можно похихикать, но такие вещи встречаются практически у всех — недоработка редактора. Язык романов довольно прост — без куртуазности, без лёгких и красивых фраз. Можно ли это назвать несомненным минусом? Мне кажется, нет, если не заостряться именно на языке. Что касается современных слов и вообще наполнения речи персонажей, то почему-то сходу припоминается пример фэнтезийной саги Сапковского о ведьмаке Геральте. Там можно наблюдать всё то же самое (хотя, надо отметить, — у Сапковского это дело с гораздо большим мастерством вписано в текст). И ничего – никто не возмущается… Далее, странно, что никто из «плохих» критиков не обратил внимания — действие цикла разворачивается не на Земле и прямо не связано с нашей историей. Более того, эпоха не вполне соответствует Средневековью, т.к. описываемый уровень развития человечества (наёмные армии, обширная торговля, города-республики, глобальные географические знания) и технические достижения (дирижабли, аналог пороха) позволяют предположить, что мир Басова больше похож на эпоху Возрождения. Опять же не будем забывать о Сухмете — маг постоянно и целенаправленно «натаскивает» Лотара в самых разнообразных областях знаний. Почему бы при всём этом автору не использовать современные или наукообразные слова? Что мешает?

О сюжете. Да, простая героика. Да, простые истории о том, в какой последовательности и что именно делают персонажи. Где-то боевик, а где-то почти чистый детектив, а иногда попадаются совсем буссенаровские приключения. Лотар плавно продвигается в противостоянии со Злом от безвестного «новичка» до уважаемого «полевого командира». Зло строит козни, пыжится, но повергается самым героическим образом. Многие читатели сразу начинают жаловаться — банальщина, конина. Э, нет — не нужно делать поспешных выводов. К «конине» я бы безусловно отнёс большинство книг про Трола: моральный выбор Лотара уже не довлеет над Тролом и его история становится рядовой эпопеей «могучего воина». Цикл о Лотаре всё же глубже. Героический фон истории хоть и выступает на первый план, но заметно разбавлен линией нравственного становления (пусть даже не слишком подробной) и философией. Кроме того, социальный статус и житейский опыт Лотара от романа к роману заметно изменяются — он был и молодым глупеньким «варягом», и опытным странником-наёмником, и «мэром» собственного города, и магистром воинского ордена. История Лотара по внутреннему содержанию несколько ближе к «Ведьмаку» Сапковского, чем к многочисленным конанам и волкоудавам, где герой внутренне не меняется от начала и до конца. Герой Басова не валандается по городам и весям, демонстрируя благородство натуры и раздавая люли недругам — он пытается определить своё место в жизни, понять свой «дар» и найти Предназначение. Путь Лотара лежит именно через осознание своего долга перед людьми, а не через абстрактное 100% желание нести добро. И хотя судьба героя-оборотня оказалось судьбой банального «борца со злом», но Лотар выбрал её по собственному жребию, не оглядываясь на приказы, всякие «заветы рода» или «...а у нас в Киммерии...». Это, прежде всего, история о выборе человека и понимании морали. Во вторую очередь – о личной ответственности за свои возможности. И только после этого – боевик с рубиловом и мочиловом.

Классическая компоновка сюжета в принципе сыграла на руку — почти говардовская завязка продолжается приключениями в духе средневекового коммандос и оканчивается пафосной битвой-квестом, опять же вполне в стиле Говарда. Как отголосок 80-ых, в текстах витает восточная «философия воина». Цикл, несмотря на объём, читается практически за раз (если вам повезло, конечно), не оставляя ощущения незавершённости, обычно свойственного сериалам. Последний рассказ намекает на продолжение, но если бы «Трола» никогда бы не было, то «Выкуп» вполне оригинально венчал бы цикл, подводя итог, завершая истории отдельных персонажей и внушая читателю оптимизм. Словом, история смотрится достаточно монолитно, без ощутимых «провисаний» и отступлений.

Миру, в котором идёт действие, уделено мало внимания. Автор редко углубляется в географию или подробно рассказывает о пейзаже (исключения встречаются, главным образом, в начале цикла), лишь иногда намекая на полное соответствие с земной природой. Некоторые оговорки персонажей как из «Лотара», так и из «Трола» позволяют предположить, что мы видим альтернативное прошлое, где допустимо волшебство и прочие фэнтезийные штуки.

Точно так же как мироустройство, слабо подсвечена обстановка событий. Вводная, первичная информация о месте действия и общем положении вещей дополняется очень редко — автор целиком рассчитывает на воображение читателя.

В противовес декорациям много места оставлено за диалогами персонажей и сознанием самого героя. Несмотря на то, что формально автор подает действие в 3 лице, история цикла (кроме рассказа «Выкуп») исходит от самого Лотара. Подход скучноватый, не слишком удачный, но необходимый. Без него автору было бы слишком трудно раскрыть такого героя перед читателем. Ради этого, собственно, и были принесены в жертву обстановка, реализм, амуры. Т.е. «Лотара» никак нельзя полностью оценивать по антуражу и событиям. Те, кто это сделал, посмотрели лишь на оформление сцены театра, так и не увидев самого спектакля.

Собственно, цикл и читается ради главного героя. Автор недаром постоянно выделяет его не как «цепного пса» Добра, а в качестве миротворца или «противоядия» Злу. Несмотря на то, что Лотар обычно выступает в роли Добра-с-кулаками, его победы над демонами определяются жизненным кредо, а не силой оружия. Это подчёркнуто многократно! Перед каждой схваткой он ведёт с противником отнюдь не пустой разговор, оценивая и обвиняя своего оппонента с точки зрения морали. Фехтовальный поединок совершается практически как приговор, где убивает не охотник на демонов, а суровые правила воинского кодекса: подлец не может победить честно. Его ждёт только гибель.

И здесь Басов, как мне кажется, без преувеличения великолепен! Мало кто из авторов так показал этот тонкий момент. Как же не вспомнить: «Не меч делает самурая самураем».

Однако автор не забывает и о прагматизме, что в фэнтези вообще редкость. Лотар постоянно тренируется. Постоянно! И не просто тупо разучивает приёмы боя с холодным оружием, обкатывая их до идеала, но ведёт почти научную работу, экспериментируя, изобретая новые движения, приёмы, стойки. Он тщательно обдумывает проведённые поединки и целенаправленно ищет наиболее эффективные способы сражения со своими необычными противниками. Герой на глазах читателя создаёт фехтовальную школу – это очень увлекательный момент. Я почти не знаю аналогичных фигур в фэнтези. Как правило, среднестатистический матёрый рубака либо всё умеет с пелёнок, либо учёба для него осталась где-то там, далеко, а он теперь взрослый, опытный, ага, воин, озабоченный такими почётными занятиями как пьянство, обжираловка, томное почивание на лаврах или бродяжничество. Тренируются подобные герои с неохотой, редко, словно стыдясь. Чаще всего вообще этого не делают. И это бойцы, Мастера меча? По-моему, в лучшем случае – подмастерья. Может, конечно, показаться излишней такая зацикленность на описании учебных упражнений. Тем не менее, в свете постоянных усилий по развитию искусства владения холодным оружием, фантастическая эффективность и неуязвимость главного героя в качестве фехтовальщика не смотрится фарсом или произволом автора. Лотар побеждает, потому что умеет это делать, а умеет, поскольку знает и может, а может, так как хочет и учится. И никакой искусственной неубиваемости а-ля Конан.

Здесь есть интересный педагогический нюанс. Лотар учится САМ. Он не служил в «эскадронах смерти»; не накуривался зелий или не общался с духами по методикам «ускоренного курса бойца», к которым всегда любили прибегать авторы от Бэрроуза до Зыкова; не впитывал военную науку с пелёнок под надзором «мудрого» наставника. Он сам желает стать Мастером фехтования и учит других. Это здорово отличается от общепринятой военной системы Запада: не можешь – научим, не хочешь – заставим. Так автор даёт понять, что человек в любом деле способен стать профессионалом, элитой только по собственному желанию учиться и думать самому. Без личной инициативы такого результата не добиться и любая учёба, пусть даже у «самых лучших» пойдёт не в прок. Безусловно, Лотар получил сверхспособности не сам, однако также очевидно, что колдовство Гханаши дало ему лишь базу, выше которой герой вырос уже самостоятельно.

Далее о фехтовании — лирика. Книги Басова о Лотаре особенно нравятся мне тонкой прорисовкой поединков — такой лёгкости, правдоподобия и целостности боя мне не приходилось встречать ни у одного писателя-фантаста. Обычно пишут что-то маловразумительное типа «…он окружил себя стеной стали, убивая врагов одного за другим…» или начинают грузить читателя зверской терминологией, почерпнутой из учебника по спортивному фехтованию XIX века, не заморочиваясь тем, что рапирная или сабельная школа совершенно не подходят для владения архаичным мечом. Басов же смог прекрасно описать ощущения героя от поединка – без ненужных подробностей, простыми словами, но чётко и вместе с тем очень зрелищно. Его боевые сцены приятно читать, они красивы, плотно сопряжены с действиями и мировоззрением персонажей. Осмелюсь сказать больше: привязка событий цикла к фехтованию оказалась такой прочной, что именно диалоги перед боем и моменты схваток оказались наиболее значительными идейными зеркалами истории о Лотаре. Вместе со спецификой героя это позволяет, как мне кажется, выделить подобные книги в особый раздел «фехтовального боевика».

Магия занимает у Басова особую нишу. Маг – скорее мировоззрение, чем профессия. Автор не старается придать волшебным чарам чудовищную мощь и размах, как делают например, Перумов или Пехов. Маги Басова заняты перестройкой мира в соответствии с определёнными нуждами при помощи своих возможностей. Кто-то желает купаться в золоте, кто-то хочет изучать физические свойства пространства, есть любители генетических экспериментов или власти в чистом виде. Самые могущественные артефакты служат для получения магической энергии, материальных благ или исследований – это в первую очередь приборы. Для войны, как Добро, так и Зло, используют их лишь в качестве крайней меры. Маги собирают энергию, исследуют природу, накапливают информацию – но в драки вступают вынуждено. Боевая магия – узкий раздел в талмудах здешних мудрецов. Волшебство в романах о Лотаре отражает лишь сложность мира, процессов происходящих в нём и в некоторой степени науку. Колдуны настолько заняты своими неведомыми проблемами, что размениваются лишь на создание предметов с волшебными свойствами, которые могут быть использованы другим человеком или существом. Некоторые читатели напрасно недоумевают «А чего он с помощью такого крутого артефакта просто не завяжет всех в узелок?» — магические артефакты в этом мире служат скорее для исследования, чем для боя — гвозди микроскопом не забивают. Здесь автор практически стоит на позиции классической научной фантастики, которая любит постулировать принцип «Любое средство можно обернуть во зло или на благо». Цикл «Трол» в этом отношении хуже, автор свёл роль колдунов исключительно к двум вариантам: злодейский злодей и добрый волшебник, защищающий воинов от магических нападок противников. Это, само собой, сказалось в худшую сторону на типизации персонажей.

Из всех героев цикла внимания заслуживают лишь центральные: Лотар и Сухмет.

Лотар, как характер, интересен уравновешенностью, целеустремлённостью и харизмой. Это типичный лидер, чей авторитет основан на опыте и уважении. Однако, одиночную игру он предпочитает командной, всеми силами стараясь избавится от ответственности за соратников. Где-то это выглядит уместно, где-то – нет. Первоначально автор так и прописывал самодостаточную двойку Лотар-Сухмет, но дальнейшее развитие сюжета потребовало увеличения количества второстепенных персонажей, что и привело к возникновению у Лотара очень неприятной черты – непогрешимости. Возникла она, вероятно, из слияния флегматичности и абсолютного авторитета. В какую бы ситуацию ни попали герои, кто бы ни высказывал свои соображения, но Лотар всегда оказывается прав. Это не бросается в глаза и вообще смотрится в разрезе специфики книг нормально, однако в конце концов начинает чуточку раздражать. Более того, непогрешимость Лотара наследуют другие центральные фигуры иных произведений Басова: Трол из цикла-продолжения и Ростислав Гринёв из «Мира Вечного Полдня». А вот здесь уверенное спокойствие опытного Лотара уже отрицательно сказывается на героях, создавая им ауру молодых самоуверенных всезнаек, любое возражение (верное или неверное) против которых обречено на осмеяние и опровержение. Такая модель отношений между персонажами очень искусственна и я считаю её авторским промахом – характер нового героя не должен слепо копироваться.

Сухмет выполняет роль консультанта по неизвестным вопросам и помощника Лотара. Эта фигура более яркая внешне – мудрый, добрый, сентиментальный старик с повадками то ли средневекового шута, то ли юмориста Петросяна. Хотя на деле этот ходячий компактный справочник с широким ассортиментом функций (от философии и медицины до стратегии и боевой магии) с успехом заменяет сразу несколько типичных персонажей-спутников главного героя. Сухмет, как личность, интересен, на мой взгляд, лишь своим философским восприятием событий и хитроватыми фокусами, которые он иногда выкидывает, внося разнообразие в поведение подобных фэнтезийных типажей.

Вижу ещё два момента, которые стоит отметить: секс и деньги. Что касается секса, то его нет. Замысел произведения не требует постельных сцен – действие спокойно развивается без них. Не будем забывать и о целевой аудитории книг, вспомним детство: пока мальчики играют в войну, девочки их не интересуют. Что касается меня, то я и сейчас не против поиграть, снова взяв в руки романы про охотника на демонов. С деньгами же не так просто. Автор упорно заставляет героя каждый раз требовать вознаграждения за доброе дело. Лотар под конец уже и сам не понимает зачем ему деньги, но Сухмет, защищая какие-то соображения автора, настаивает. Мне сложно сказать в чём тут секрет. Практических и этических доводов можно привести несколько, хотя по идее Лотару следует быть бескорыстным. И всё же превалирует мысль, что любой труд нужно оценивать и оплачивать в той или иной форме. Не знаю насколько я верно интерпретировал авторский посыл, но очень близкие мысли проскакивают в сообщениях и статьях Н. Басова.

Итог: «Лотар» относится к тем ранним попыткам русскоязычных авторов писать, подражая зарубежному жанру «меча и магии», которые плохо скроены, да крепко сшиты. Не было в начале 90-ых торных, хорошо накатанных дорог отечественного фэнтези — работали кто как может. Нельзя сказать, что получалось очень здОрово, но своеобразно — это точно. Один «Путь меча» Олди чего стоит!

Смертельно серьёзный, героический и одновременно наивно-романтический цикл. Схожие по тону произведения, как мне кажется, получаются у Э. Раткевич и С. Садова. Истоки, вероятно, следует искать в детских повестях Л. Кассиля и А. Гайдара. Замысел не нов, но всё же образ «рыцаря без страха и упрёка», далеко не идеально обыгранный Н. Басовым в фэнтезийных декорациях, не лишён некоторых достоинств. Лотар на заключительном этапе жизни – совершенный человек, идеальный воин, практически ангел-мститель. Ради этого образа автор частично отказался от реалистичности, натурализма, а от любовной части приключений — практически полностью. Тем не менее, мессианство центрального персонажа саги в такой оболочке выглядит уместно, позволяя избежать обычной для фэнтези ультра-героической искусственности. Кроме того, произведение очень патриотичное, мужское, мужественное – на честность, товарищество, благородство, верность долгу автор не поскупился. В романах нет сюсюканья, панибратства, фальшивого лоска, разнообразных надуманных красивостей или истеричных политических воплей, часто безнадёжно портящих подобные книги.

Словом, даже с учётом простоты центральной идеи и неглубокой проработанности мира, заметно ослабляющих цикл, «Лотар» — одна из немногих отечественных фэнтези, которую можно без опаски дать в руки подрастающему мальчику. Гораздо хуже получилось продолжение – цикл «Трол». Его книги ориентированны на достаточно взрослого читателя, знакомого с манерой автора делать текст; действие-боевик неудачно дополнено вязкими нравоучительно-философскими отступлениями; а сюжет в общих чертах повторяет «Лотара». Вторичность и отсутствие самобытных персонажей на пару с банальностью фантастического мира и необоснованной на первый взгляд героикой напрочь губят «Трола» среди тех, кто взялся за него без прочтения «Лотара». Отдельные интересные моменты (например, черви-паразиты) положения не исправляют.

Напоследок не удержусь от шпильки в адрес «отрицательных» критиков цикла, отзывы которых получили такое одобрение общественности.

Логика и писательское мастерство автора действительно не отличается гладкостью, но в чём нельзя отказать Н. Басову, так это в последовательности. В произведениях ДЕТАЛЬНО объяснено и рассказано почему демоны предпочитали поединок с оружием колдовству, и почему с помощью «офигено крутого» Посоха Гурама нельзя было раскатывать врагов в лепёшку, и почему нельзя было сразу выбраться из сети в жилище птицы Сроф, и когда именно Сухмет с Лотаром пришли в Пастарину. Персонажи романов не забывают спать, есть, пить, болеют от ран и даже (невероятно, но факт!) успевают шутить и ходят по нужде.

Просто текст нужно читать полностью. Или, когда «не моё», не читать вообще.

Оценка: 8
–  [  6  ]  +

Джордж Р. Р. Мартин «Рывок к звёздному свету»

Ny, 15 февраля 2013 г. 07:52

Понравился рассказ. Не смогли меня отпугнуть американский футбол и кажущаяся «примитивность» идеи.

По-моему, для восприятия рассказа не так уж трудно посмотреть правила и принципы игры. Они достаточно просты — я далёк от спорта, но смог без проблем ориентироваться в событиях на стадионе. Что касается завязки на национальный вид футбола — грешно укорять автора за выбор. Можно подумать, у нас не играют в регби и вообще не существует иных распространённых вариантов такой игры. Как активное силовое состязание, американский футбол, вполне интересен, оригинален. И, естественно, нужно связывать выбор игры с тоном политической проблемы, обозначенной в рассказе.

Так уж ли примитивна эта история? Здесь обыгрываются теория физической неполноценности, послевоенная, почти физическая ненависть к противнику и ксенофобия. Неужели мало? Потом, чисто в практическом смысле взята чудесная тема межпланетного спорта. Помните какие у Булычева в «Тайне Третьей планеты» кипели страсти вокруг футбольного матча на Луне между марсианами и землянами: кто получит преимущество при низкой гравитации? Это же конфетка, такие вещи расписывать! Частично Мартин взял на вооружение этот момент — сила против скорости, выносливость против опыта.

И, наконец, есть чистая политика с социологией на фоне фантастики. Спорт показан в качестве инструмента космической политики, упомянуты правовые тонкости межпланетного спорта. В дополнение заданы отличные вопросы: как поведёт себя простой человек, зная, что зажат между настроениями толпы и общепланетным интересом? Как общество воспримет бывшего врага на спортивной арене?

Согласен, слабо и прямолинейно прописан способ улаживания неудобной ситуации. Бледноваты персонажи. Явный компромисс ослабляет рассказ, лишая его остроты. Автору нужно было углубиться в специфику игры между земной и инопланетной командами, сделать несколько поворотов сюжета, придумать необычное действующее лицо, добавить финтифлюшку (отсылку к чему-нибудь или детективный момент). Возможно, рассказ получился бы ярче.

Однако даже в настоящем виде здесь есть на что посмотреть и над чем подумать. Для сравнения можно взять оценки подзатянутой повести Хайнлайна «Человек, который продал Луну». Написано живенько, с юмором, но какая зубодробительная углублённость в банковское дело, право, экономические игры! И ничего — наставили десяток... Чем Мартин с футболом хуже?

Оценка: 7
–  [  7  ]  +

Эрнест Сетон-Томпсон «Виннипегский волк»

Ny, 30 января 2013 г. 07:08

Главная беда Сетон-Томпсона в том, что он был в первую очередь натуралистом, а не писателем. Ему блестяще удавались строки, в которых говорилось о животных и птицах. Однако, толком говорить о людях он не умел или не желал. И очень жаль, иначе мы бы с детства читали второго Даррелла.

Но всё же порой, несмотря на такой пробел, автор через рассказ о детях природы начинает с большой силой отдавать со своих страниц впечатления эпохи. Её атмосферу, быт, человеческие характеры и судьбы. Сетон-Томпсон чрезвычайно редко прямо выражает своё отношение к происходящему — как настоящий историк или криминалист он описывает факты. Я всегда восхищаюсь подходом этого человека к своим историям — так ёмко показать живую жизнь через простое перечисление событий может только Сетон-Томпсон. За каждым человеческим поступком и за каждым шагом зверя встаёт целый сгусток ощущений, переживаний, решений, последствий.

Особенно ярким примером, как мне кажется, здесь будет «Виннипегский волк». Рассказ, несмотря на внешнюю простоту, зримый, острый, страшный, свежий и поныне. Трагическая судьба лесного зверя с изломанной психикой раскрывается через бытующие нравы, через описания города и его обитателей, через жуткую обыкновенность смерти в то время. И постепенно осознаёшь — то, что сейчас кажется экзотикой, дикостью, невероятным стечением обстоятельств, на самом деле никуда не делось. Чтобы почувствовать Жизнь не нужны искусственные кошмары и радости, которые нам с готовностью подсовывает нынешняя культура, норовя отвести глаза.

Виннипегский волк — страшный и трогательный символ покалеченной природы, человеческой бездумной саможестокости — не погиб. Он отступил в мегаполисах на страницы книг, притаился по подворотням в пригородах, залёг в дальних оврагах на селе. Почти исчез. Но очень редко нет-нет да мелькнёт в сумерках тень, ощетинятся домашние породистые псы, ёкнет сердце мигом протрезвевшего пьяницы. Вроде бы и нет его... Только далеко за несуществующим кладбищенским лесом кто-то воет, оплакивая этот бестолковый мир.

История не фантастическая, но по общему сплаву необычности событий и вложенного смысла, не уступающая самым выдающимся художественным произведениям.

Оценка: 9
–  [  4  ]  +

Виктор Колупаев «Любовь к Земле»

Ny, 23 января 2013 г. 07:46

Ох уж эти фантасты! Каждый городит свой огород, у каждого свои подход, манера, опыт. Каждый запоминается по-своему – какими-то произведениями, особенными ощущениями от текста, отдельными сценами. И каждому важно совершенно особенным — «своим» — способом донести до читателя что-то, что побудило сесть за перо.

Так вот, В. Колупаева забыть очень трудно. Есть для меня в советской фантастике 2 главных автора, за которыми я вижу прямо-таки неудержимое желание понапрасну пытать и убивать своих героев: Колупаев и Ларионова. Оба очень любят выстраивать драму, атмосферно и красиво оформляя срежессированную беду. Персонажи их книг нередко терзаются жизненными трудностями или страдают от смертельных опасностей, избежать которых совсем просто. Но автор почему-то упрямо настраивает их: «…здесь можно свернуть, обрыв обогнуть, но мы выбираем трудный путь. Опасный, как военная тропа…». Я понимаю – советская ментальность требовала от героев книг подвига, призывала к самоотверженности, к бесстрашию перед риском. Но она не призывала к прямому самоубийству или напрасным мукам.

Только начав знакомиться с творчеством Колупаева, я купился на его амплуа «доброго волшебника». «Девочка», «Случиться же с человеком такое!» и иже с ними вроде бы вполне соответствовали первму впечатлению. Но постепенно всё чаще стали попадаться вещи спорные, требующие вопросов к автору («Самый большой дом», «Газетный киоск»). Здесь Колупаев почти насильно навязывал читателю определенную реакцию на драматические события рассказа. Зачем так делать? Пока, наконец, меня просто добили «Качели Отшельника» и «Любовь к Земле». Да что же это за научное исследование, когда беспомощные люди намеренно работают в заведомо опасной обстановке – любая оплошность ведёт к опасным последствиям. Да кто же, словно обезьяна, станет наугад дёргать рычаги неведомой техники, только для того, чтобы посмотреть на результат? Ради какого блага космонавтов отправляют в пожизненное путешествие, отрывая от семей, нормальной жизни, человеческого общества? Что нельзя отправить в полёт женатые пары или завзятых индивидуалистов? Разве гуманно, этично ради неясной цели навсегда лишить обычного человека всего потенциала его существования? Так в петровские времена рекрутов в солдаты забирали или команды «пресс-ганг» Англии XVIII века ловили в приморских городах матросов для королевского флота. И то – был шанс вернуться. У К. Булычева есть небольшое и не слишком удачное произведение «Тринадцать лет пути», дающее, тем не менее, хороший, психологически достоверный анализ поведения людей в подобных условиях и справедливо критикующий возможные долгосрочные полёты за антигуманность. Неудивительно, что колупаевские космонавты стали «сбегать» из «полётов». Что же за цель у человечества Будущего нуждалась в таких жертвах?

Ответов для себя не нашёл. Могу только предположить, что автора больше волновал замысел произведения, чем адекватность событий. Отсюда в упомянутых рассказах столько внимания к последствиям и полное отсутствие какой-либо оценки причин произошедших трагедий.

Отдельные драмы Колупаева искусственны до такой степени, что персонажи выглядят жертвами непосредственно автора, а не обстоятельств историй. Урока, насильно выдавленного из колупаевских рассказов, я не принимаю и не одобряю. Автор слишком грубо строит свои произведения по принципу «Лес рубят – щепки летят», компенсируя угловатость действия романтикой или темой сострадания. В этом плане «Оптимистический зонг» Л. Филатова как нельзя лучше отражает настроение и суть подобных опусов В. Колупаева.

Оценка: 4
–  [  3  ]  +

Алексей Гравицкий «Карлсоны»

Ny, 12 ноября 2012 г. 06:16

«Спешились Карлсоны, их баки пусты,

Прут через периметры в рост.

В морды им впиваются осколки звезды

Самой развеселой из звезд.

Их огонек мигнул вдали и зачах,

Тропка потерялась в лесу.

Сказку убитую на крепких плечах

Хмурые Карлсоны несут.»

Да, сказка рано или поздно кончается, но не умирает. Тогда приходится спешиваться и идти в рост. И нести сказку с собой. Сказка не умирает, если её не пытаться убить, пусть иногда даже с самыми лучшими намерениями.

А это очень важно – не убить сказку.

Имея такую нехитрую истину, трудно взяться за перо. Наверно, трудно. Трудно, как прыгнуть с моста. Внизу вода безразлично кружится в водоворотах, а, бывает, плывут льдины. Мало ли зачем человек хочет прыгнуть с моста или написать книгу?

Но сказки должны оставаться живыми! Чтобы не было совестно глядеть в глаза Карлсону. Чтобы не хотелось выключить свет и вырубить звук.

Спасибо автору за рассказ. Барду – за песню. Жму руку, ребята.

Оценка: 8
–  [  7  ]  +

Томас Шерред «Щедрость»

Ny, 23 октября 2012 г. 07:33

Лаконичный, достаточно реалистично написанный, но очень уж наивный рассказ.

Если таким простым способом можно было бы избавиться от грабежей, то та же Америка во времена пионеров была бы благодатным краем, а оружие носили исключительно для защиты от индейцев. Краткость здесь также не оправдала своё призвание сестры таланта: углубись автор немного в суть проблемы и читать было бы значительно интереснее.

И, конечно, перевод. Работа Молокина (Щедрость) никуда не годится — дрянной перевод, даже читать не стоит, а Воеводин (Награда) справился очень хорошо, но зачем-то убрал из текста несколько строк.

Оценка: 5
–  [  6  ]  +

Виктор Колупаев «Самый большой дом»

Ny, 3 октября 2012 г. 07:22

Мне трудно оценивать произведения В. Колупаева. Да и не так-то их много прочитано для сложившегося мнения — с десяток. Но общие черты, кажется, обозначились ярче всего в этом рассказе.

С одной стороны, автор силён в отображении аллегорических символов. Земля и люди — дом и семья для любого сироты («Самый большой дом», «Девочка»). Или Россия-СССР, как общее пространство-время-Родина, с которым кровно связаны её жители («На дворе XX век»). И тому подобное.

С другой стороны, рассказы автора прямо-таки брызжут эмоциями. Эмоциями простыми, мощными, почти первобытными — жалостью, страхом, болью, радостью. Причём автор почти везде не старается искусно связывать эмоциональное наполнение текста с действием, а «грубо» давит на читателя, показывая ему определённую ситуацию, однозначно рассчитанную на определённый резонанс. Нужно чтобы кого-то пожалели — пусть он обгорит или останется сиротой. Нужна трагическая любовь — пусть будет измена. Нужна радость — пусть будет чудесное спасение. Такие ситуации мощными, но корявыми мазками вписаны в сюжет. Не нравится мне колупаевский стиль — словно шпалой в витраж.

Вот и «Самый большой дом» вызывает диссонанс. Рассказ с самого начала ассоциируется с «Малышом» Стругацких. Однако в «Малыше» всё уместно — необычное происшествие логично увязано с обстановкой, трагизм происходящего плотно связан с философским наполнением произведения, присутствуют фантазия и новизна сюжета, отлично сделана перекличка с «Маугли» Киплинга и неоднозначная концовка. Что же у Колупаева? Могучим ударом молотобойца по нервам читателя он громадными буквами сочувствия выбивает символ-девочку. И всё. Персонажи, нехитрая завязка и обрывочное действие играют роль антуража, крупными стрелками указывая на центральную фигуру. Смотрите — вот кому нужно сопереживать.

Нельзя, конечно, так просто сравнивать крупное произведение и коротенький рассказ. Из рассказа тоже можно многое извлечь при желании.

И всё же, прочитанные работы В. Колупаева, за очень немногим исключением, несмотря на сильное впечатление, не понравились. Слишком уж они наивно-пафосны, как-то по-детски грубовато выполнены и не очень-то сильны литературно, как мне кажется. У автора яркий, запоминающийся стиль, но подход к взаимодействию с читателем достаточно неприятный.

Оценка: 7
–  [  6  ]  +

Станислав Лем «Системы оружия двадцать первого века, или Эволюция вверх ногами»

Ny, 13 сентября 2012 г. 05:55

Замечательная попытка прогноза!

Более всего ценю Лема именно за такие вещи, а не за явную фантастику. Автор очень точно подметил ряд тенденций разработки, производства и применения оружия. Замечательно сделан прогноз стратегических задач, отлично подана сама идея произведения. Сейчас читать это даже интереснее, чем 30 лет назад, т.к. предсказание почти точно осуществляется и возникает ощущение полного доверия к словам автора, якобы получившего информацию из Будущего.

Но, на мой взгляд, автор, начав шутить, увлёкся и несколько заигрался. Он долго рассказывал о стратегических вооружениях, почти умолчав о тактических действиях и средствах. Какой толк от всепроникающего микроскопического глобального оружия, способного наносить массовые удары, если война всё равно сводится к противостоянию человека и человека? Разве это оружие способно мгновенно распознать где свой, а где чужой солдат, способно оно отличить мирного жителя от комбатанта или террориста от заложника? Нет, не способно. Лем совершенно не учёл, что прямое противоборство за кусок хлеба, клочок земли или гражданские права всё равно будут вести между собой люди. Это можно делать даже при помощи палок и камней. Ибо самое смертоносное, безотказное и высокоточное стратегическое оружие нельзя заставить истреблять людей выборочно. Оно нанесёт удар сразу по всем.

Толку-то от погодного или биологического оружия, если нужно штурмом вот прямо сейчас взять город. Даже при частичном уничтожении военного потенциала противника, чтобы захватить страну, потребуется вводить в неё войска. Как можно заставить население такой страны прекратить сопротивление или выполнить волю агрессора, не прибегая к тотальному истреблению? Только прямым принуждением с применением классических способов войны. А как вести такую войну в условиях работы автоматических вездесущих и безмозглых наночастиц? Собственные же бойцы или мирные жители станут такими же целями, как и вражеские солдаты. Словом, подобное оружие с успехом способно уничтожать армии и народы, но предотвратить переворот, разгромить партизан или подавить восстание оно не в состоянии. Не нужно захватывать стратегическую инициативу там, где требуется лишь разбить врагу нос.

Кроме того, автор совершенно умолчал ещё о двух вещах:

1) Если оружие стало неотличимо от природных явлений или животных, то разве не будут эффективны против него обычнейшие средства защиты (костюм ПХЗ, противогаз, санобработка, электромагнитное поле и т.п.)?

2) Если цели для вездесущих неуязвимых наночастиц выбираются при помощи программирования, то не перейдёт ли при равных возможностях противников конфликт технологий автоматически к конфликту информации? Если можешь воздействовать на процесс программирования оружия, значит можешь контролировать его работу.

И все же это фантастическое эссе могло бы стать первой ласточкой в ряду интереснейших предсказательных работ, посвящённых формам и методам войны Будущего. Как тут не вспомнить «Сталь разящую» Лукиных или «Магию» Каганова?

Жаль, что автор не развил тему более детально и точно.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Бертрам Чандлер «Всё началось со спутника…»

Ny, 22 августа 2012 г. 06:10

В принципе, любопытный рассказ.

Если бы развернуть его в повесть, убрать аляповатую мистику (заменив её хотя бы на неизвестность), подробнее остановиться на деталях и атмосфере, подобрать стройный сюжет, выдумать подходящего главного героя, то получился бы достаточно оригинальный и, возможно, интересный «философский» боевик-апокалипсис. Чем не зоологический вариант «Дня триффидов»?

А так из рассказа выглядывают огромные уши марсиан Г. Уэллса и невольно напрашивается сравнение с «Планетой обезьян» П. Буля, которая получилась гораздо удачнее.

Кроме того, не совсем ясно откуда взялся египетский собакоголовый бог, ведь там поклонялись Анубису с головой шакала. И совершенно непонятно чем обезьяны насолили кошкам.

Произведение вышло неожиданным и перспективным, но слишком сырым и полным натяжек, как мне кажется.

Оценка: 6
–  [  3  ]  +

Георгий Шах «Объект МКАНФ»

Ny, 7 августа 2012 г. 10:53

М-да...

Совершенно не ожидал встретить такой оголтелый выпад среди произведений вроде бы трезвомыслящего и неглупого человека.

На мой взгляд, малообоснованная и немотивированная критика. Хорошо, пусть советскому автору не понравились приключенческие романы чистой воды, подобные произведениям Л. Картера. Но, извините, в «Ночной прогулке» Р. Шоу «научности» гораздо больше, чем во всех произведениях самого Г. Шахназарова.

Отношение к зарубежной западной фантастике, показанное здесь, априори предвзятое, лишённое всякой аналитики. Можно точно такой же памфлет написать на советскую фантастику 60-70-ых (что, кстати, с удовольствием и делали отечественные авторы в 90-ые).

Вот уж действительно — соринка в чужом глазу видна лучше бревна в собственном.

Оценка: 2
–  [  2  ]  +

Харлан Эллисон «Пылающее небо»

Ny, 17 мая 2012 г. 05:16

Х. Эллисон достаточно привлекательно выглядит, когда его фантазия работает в пространстве сюрреализма или в плоскости вымышленных, условных миров Будущего. Но как только автор начинает прорабатывать что-то близкое к реализму — ничего хорошего не выходит. Эллисон настолько слабо и неровно связывает свои произведения (по крайней мере рассказы) с известными фактами, что такая привязка граничит с наивностью, а может и с небрежностью.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Вот, конечно, ведущие астрономы Земли только от пришельца узнали, что Солнечная система находится на краю нашей галактики (вероятно, и сам автор узнал об этом в 1958 году среди прочих новостей о космосе, связанных с запуском первого ИСЗ, что всё же, на мой взгляд, не обязывает к написанию рассказа). Это, безусловно, весомый повод удавиться от безнадёжности. Пипец...

Почему вдруг выход в космос и его освоение стали невозможны, я не понял. С чего бы у землян неожиданно взялось такое горе, словно ничего интересного вокруг не стало?

Слабый рассказ, немногие художественные достоинства которого совершенно испорчены пустым трагическим пафосом.

Оценка: 2
–  [  10  ]  +

Харлан Эллисон «Парень и его пёс»

Ny, 26 марта 2012 г. 05:24

Очередное людоедское произведение Х. Эллисона.

Автор верен своему стилю — множество гадких подробностей «настоящей жизни», расписанных как можно смачнее, и лишь слегка (похоже, для порядка) задеты некие этические условности.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Сюжет для меня был неинтересен — боевик-мочилово-дрочилово.

Прорисовка мира — тяп-ляп. События, по-моему, далеки хоть от какого-либо правдоподобия. Например, я сильно сомневаюсь, что «чистенькая» девушка, взятая из «стерильной» среды, вот так сразу и в таких условиях станет лихо стрелять или всю ночь трахаться. Например, я сомневаюсь, что подросток сможет стрелять из автомата Томпсона (описаны случаи, когда взрослым мужчинам отдачей этого оружия ломало руки). И таких «например» целая куча.

Идейное наполнение рассказа — на пол-пальца.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
На мой взгляд, с подобным утилитарным отношением к жизни американский Стенька Разин в следующий раз, когда «прижмёт», сожрёт не случайную девку-дуру, а своего «любимого» пса. Сделает это так же хладнокровно — се ля ви — всегда можно найти другой «ходячий запас хавки» и полюбить его. На время.

Что касается человеческой духовной деградации, которую Эллисон попытался показать в двух диаметрально противоположных обществах — смех на палочке. Пыжился, автор, пыжился, но толку не вышло. Нет в тексте ни любви, ни дружбы. Получилась только вседозволенность и сиюминутная «рациональность».

Подобные вещи расписаны гораздо глубже и страшнее более талантливыми людьми.

Что безусловно порадовало, так это работа переводчика. В моём случае всё было выдано подходящей русской нецензурщиной — наверняка немалый труд.

Оценка: 1
–  [  8  ]  +

Андрей Дмитрук «Формика»

Ny, 1 марта 2012 г. 06:05

Польстился на «энтомологическое» название рассказа и, к сожалению, не прочитал ничего хорошего.

Заметно, что в научном плане автор не удосужился пойти глубже популярной брошюры о социальных насекомых годов эдак 60-ых прошлого века. Сам он в половине упомянутых фактов не понимает о чём пишет. И похоже, без наивных книг доктора Мариковского, который был знаменит идеями о телепатии у различных членистоногих, здесь не обошлось.

Во-первых, почему «формика»? Это родовое название (название целой группы муравьёв), а не название конкретного вида, хотя в рассказе чётко обозначено русское название вида. Тогда уж рассказ следовало назвать «Формика руфа» или «Рыжая формика».

Во-вторых, автор практически незнаком с повадками и возможностями муравьёв. Учёный-энтомолог в его произведении рассуждает и действует как ученик 3 класса общеобразовательной школы. И автор, и персонаж не владеют конкретной информацией о механизмах поведения муравьев, устройстве их общества, биологии. В кучу почти без разбору свалено всё, что известно о общественных насекомых — и что относится к данному виду, и что не относится, есть и другие мелкие фактические и логические ошибки. Идея о коллективном разуме муравьёв, к сожалению, имеет седую, окладистую бороду — кажется, только ленивый об этом не писал.

В-третьих, сюжет, на мой взгляд, напоминает дешёвую драму. Автор скорее всего копирует С. Лема, с его рассказами о безумных затворниках, ставящих зловещие эксперименты. Но делает это неумело, пытаясь втиснуть в маленький объём текста всего побольше: взбунтовавшийся нечеловеческий разум, уголовное следствие, любовные закидоны гениального учёного-подкаблучника и его взбалмошной жены, «страшных» муравьёв-убийц. Это здорово отдаёт сюжетом американских третьесортных романов про смертоносных пауков (тараканов, крабов, пчёл, муравьёв и т.п.)-мутантов помноженным на классическую, набившую оскомину, русскую историю о бытовой пьяной ссоре супругов с последующим выносом тела. Поведение главных персонажей рассказа не выходит за рамки обыденности и не вызывает никакого сочувствия: он — типичный очкарик-тряпка, для которого любимые муравьи дороже всего; она — типичная баба-дура, которая сама не знает чего хочет. Собственно, труп в такой ситуации должен был появиться рано или поздно обязательно. Муравейник понадобился автору лишь в качестве драматической и фантастической добавки-катализатора.

Нелепо выглядит привлечение военных для изоляции муравейника и человеческие жертвы вообще. Даже ребёнок знает, что лесные муравьи больно кусаются, но к смерти (а уж тем более к параличу) это не приводит. Достаточно чиркнуть спичкой, чтобы превратить их муравейник в костёр. Если взрослого человека съели муравьи, значит он был пьян до полной потери чувствительности и способности передвигаться. Это, безусловно, трагедия, только муравьи здесь совсем не виноваты.

Не хотелось бы сильно ругать автора (похоже, он всё же старался в силу способностей), но получилась история скорее нелепая и странная, чем страшная и трагическая. Заурядный рассказ. Если сравнить его общий «фон» даже с такими простыми книгами, как «В Стране Дремучих Трав» и «Приключения Карика и Вали» (в которых дана масса научной информации, но в достоверной форме и без явных ошибок), то, к сожалению, он выглядит не слишком блестяще. Похожие по смыслу и сюжеты рассказы я специально для сравнения перечислил в списке под аннотацией на странице произведения — вошло всего пять (больше система не позволяет), но на деле их гораздо больше. И ей-богу, даже древний Саймак в 1944 году лучше написал о цивилизации насекомых, чем наш автор в 1985-ом.

Если же вдумчивому читателю действительно интересна тема и хочется самому разобраться в ошибках, допущенных автором, то предлагаю ознакомиться с книгой В.Е. Кипяткова «Мир общественных насекомых», где в популярной форме, но достаточно глубоко, изложены самые современные сведения об организации семьи муравьёв.

P.S. И, Long Kiber, мне, как работающему энтомологу, очень хотелось бы узнать имя «видного украинского учёного», который так опозорился, подтвердив «достоверность» всех ошибок сделанных в рассказе.

Оценка: 4
–  [  46  ]  +

Р. Скотт Бэккер «Тьма прежних времён»

Ny, 24 февраля 2012 г. 08:17

Не смог читать.

Еле переполз пролог и намертво застрял в первой части. Такое же яркое ощущение отчаяния и непонимания припомнил у себя только от текстов по высшей математике: я твёрдо знал, что за буквами и цифрами есть смысл, но совсем не мог его распознать.

Очень тяжело и скучно написано! Едва углубился в книгу, как показалось, что я уже пропустил 2-3 тома истории — автор что-то сам себе рассказывает, идёт какое-то бессвязное действие, персонажи говорят что-то неясное о чём-то непонятном... а я стою, как идиот, на обочине и думаю «Что это, Пух?».

Р. Бэккер возможно и придумал интереснейший, самобытный мир, но абсолютно не смог мне его показать. Я совершенно не понял почему автор рассказывает именно о этих персонажах и почему именно эти события столь важны, я не уловил преемственности событий — они идут настолько фрагментарно и непоследовательно, что кажутся хаотическими. Я не осознал до конца мотивов и не понял характеров персонажей — автор практически не уделил этому внимания, а мне, в свою очередь, было абсолютно нелюбопытно читать о них. Я не смог справиться с массой непроизносимых названий и имён, словно позаимствованных у тихоокеанских людоедов. Я не заинтересовался мироустройством, историей и политикой этого мира, т.к. автор не удосужился до начала действия хотя бы в общих чертах посвятить меня в какие-либо значимые подробности, имеющие отношение к сюжету. Я не получил даже намёков кто такие Нелюди и шранки (шранк — по-немецки означает «шкаф» и это всё, что я могу сказать по поводу данного слова сходу, видимо человечество в романе терроризируют ожившие шкафы), хотя они уже появились по ходу действия. Примечание в конце книги практически не даёт информации: три страницы названий вперемешку с именами, и несколько страниц с названиями десятков языков, на которых кто-то говорит. К чему это приложить и, главное, как?

Всё перечисленное вкупе с угнетающей толщиной книги напрочь убило желание читать. Просто неинтересно.

Оценка: нет
–  [  11  ]  +

Александр Житинский «Эффект Брумма»

Ny, 8 февраля 2012 г. 08:22

Неудачным вышло у меня знакомство с автором. Рассказ давно мелькал в рекомендациях, но как-то руки не доходили. А потом... потом сообщение о смерти автора, некрологи, масса хороших слов. Решил прочитать.

Рассказ лёгкий, юморной, пожалуй, достаточно актуальный в деталях и сейчас.

Но есть в нём по-моему одно «но», которое всё портит — он неправильный. Напутал что-то автор.

Дело в том, что наука сродни религии. Это вера человека в способность постичь мир самостоятельно. Это карта знаний об окружающей действительности, на которую из поколения в поколение тысячи адептов наносят границы, высоты, глубины, перевалы, размечая ещё не разведанные области. Можно быть рядовым этой «церкви» и спокойно делать своё дело по мере сил. Можно потерять «веру» или никогда её не иметь – и тащить науку равнодушно, как лошадь тянет воз. Можно быть администратором или карьеристом – и отмерять прогресс в премиях, званиях и количеством международных конференций. Можно быть безумцем или «кипучим бездельником» — и заниматься всем сразу, и ничем конкретно. Кого здесь только нет… Но самыми «главными» в науке становятся очень немногие «зрячие» — люди, не только владеющие массой информации в своей области, но и «видящие» во что эта информация складывается. Вот они-то и «двигают» науку: предлагают гипотезы, проверяют их экспериментами, интерпретируют результаты и, наконец, укладывают на карту науки ещё одну «страну»-теорию, на которую сможет твёрдо опереться практика. Если копнуть глубже, то все остальные работают только для них. Именно «мастера» науки медленно и планомерно освещают человечеству «вакуум» неизвестного, превращая его в знакомый мир. Они не обязательно именитые академики – кто-то так на всю жизнь и остаётся в «рядовом» звании. Но уважение, проявляемое к таким людям в кругах специалистов, гораздо ярче любых регалий говорит об их роли. Именно теория даёт возможность человечеству двигаться вперёд планомерно и устойчиво. Совершенно неважно, что твою работу в скромной, далёкой от практики области «смогут понять только семнадцать человек во всём мире». Это шаг в Вечность, и шаг не твой, а человечества. Совершенно неважно, что сам исследователь извлёк из своей работы для себя. Важно, в конечном счёте, только то, что получило человечество. Медленная, неблагодарная, требующая самоотречения, работа над теорией – основа науки. Она безмерно важнее, чем самые интересные практические результаты.

Безусловно, есть другие люди. Самородки-практики с живым умом и золотыми руками. Они могут создавать сразу вещи, а не теории. Для них преодолимы трудности – если приложат старание, даже чёрта могут заставить давать электрический ток. Это тоже очень хорошо и ценно. Но это дар от Гефеста, а не Афины. И к науке он не имеет никакого отношения. Сколь бы ни было ценно одиночное изобретение, сделанное на волне неугомонного интереса, нередко оно оказывается неповторимым и очень часто – оторванным от фронта человеческого знания.

Я совершенно не принимаю морали рассказа и всячески осуждаю главного героя. Стоит ли ненаписанной диссертации о свойствах солей висмута плазма над трубой деревенской бани? Стоит ли скромного вклада в теорию потрясающий, но неповторимый эксперимент? По-моему – нет. Это погоня за быстрым результатом, бег по торной тропе, игра в «угадай-ка», любовь к фокусам.

Если же говорить о других достоинствах рассказа, то я особо не впечатлился. Атмосфера 60-70-ых, типажи научных работников, командировки из НИИ в колхозы, контраст между селом и городом, деревенский кулибин, герой – «м.н.с.», народный юмор – было уже не раз. С гораздо большим удовольствием по этому поводу можно прочитать «Понедельник начинается в субботу».

Данный рассказ напоминает мальчишескую выходку: засунуть на секунду голову в окно лаборатории с серьёзными дядями и скорчить смешную рожицу. Забавно, и ничего кроме.

Оценка: 5
⇑ Наверх