Джон Уиндем «День триффидов»

Может ли комнатный фикус съесть своего хозяина? Пока нет, но... Роман Джона Уиндема «День триффидов» это но раскрывает в полной мере. Как сельскохозяйственная культура из чудо агро-мысли превратилась в главного хищника на планете – вот вам и повод для разговора о человечности. Да, да! Вся классическая фантастика — это о человечности, а монстры, пришельцы и катастрофы удачно его оттеняют.

Триффиды – ходячие плотоядные растения. Они крайне ядовиты и агрессивны. Опасность триффида в том, что он может питаться и как обычное растение, однако предпочитает падаль. Отравив жертву, эта тварь ходит вокруг тела и «откусывает» понемногу сколько может ухватить. Не уничтожили их всех из меркантильных соображений. Триффидное масло оказалось крайне ценным ресурсом. Никто же не знал, что однажды всё человечество ослепнет, а «ресурс» успешно этим воспользуется.

С цветочками разобрались (опять нежданный каламбур), теперь к ягодкам. По мысли Уиндема, без зрения современный человек становится абсолютно беспомощным. Причем не столько перед другими видами, сколько перед более везучими сородичами. Вы только подумайте: в Лондоне цивилизация рухнула за одну ночь. И из всех персонажей хотя бы минимальным набором навыков для выживания обладали человека 3. А уж желающих эксплуатировать выживших, быстренько стать властелином мира или легализовать гарем под эгидой возрождения человечества вообще пруд пруди! Уж и не понять кто хуже – люди или триффиды.

Из минусов я бы отметила несколько затянутый финал. Причём он логичный, конкретный, но избыточный. Меня главы за две до конца отключило. В остальном книга очень хороша. Даже обидно, что она столько лет лежала в схроне просто так.

Самое интересное в этом романе — не фантастическая придумка про ходячее растение (придумать можно вообще что угодно, и ходячее растение, и разумный кирпич), а то, как Уиндем распределял планы спасения человечества. Для попыток спасения возможно большего числа людей он ввёл двух в равной степени неадекватных лидеров: Коукер, вроде бы, разумный, логичный и демократичный, почему-то надеется на «помощь из Москвы» (британские коммунисты времён написания «Дня триффидов» субсидировались Советским Союзом и надеялись на товарища Сталина, как на господа бога, но Коукер вроде не коммунист, а тред-юнионист, так что Уиндем здесь специально оглупил своего персонажа, чтобы его разумный план не удался), а Торренс желает терроризировать своих «подданных».

Между прочим, никто (и я тоже в момент первого прочтения) не замечает, что в романе нет детей (за исключением одного несмышлёного младенца). По идее, большая часть детей должна была спать во время «ночи зелёных звёзд» и, таким образом, сохранить зрение. Это могло сильно повлиять на сюжет, но Уиндем, по всей видимиости. сознательно уклонился от проблемы спасения зрячих детей.

И ещё между прочим: если быть объективным, план Торренса по спасению и социализации как можно большего числа людей не плох. Это могло бы сработать — но Уиндем чисто литературно, по писательски, своим произволом, сделал Торренса максимально неприятным персонажем, так что мы ему совсем не сочувствуем, наоборот, желаем провал его плану спасения десятков тысяч людей.

Зато мы желаем успеха симпатичному центральному персонажу, изоляционисту, который вообще не собирается никому помогать, плевать хотел на умирающих («пусть они поумирают скорее») и устраивается по принципу «моя хата с краю, ничего не знаю». Понятно, что без писательской помощи Уиндема микросообщество центрального персонажа, этого милого Майкла Бидли, деградирует до скотского состояния уже во втором поколении — подобная инволюция всегда происходит с такими общинами, исключений нет. Но, видите ли, Джон Уиндем — консерватор, носитель крайне правых убеждений, которые диктуют именно такое поведение — «умри ты сегодня, а я завтра». В следующем романе Уиндема, «Кракен пробуждается», центральный персонаж ведёт себя точно так же, он такая же обаятельная и славная самовлюблённая сволочь, как и Майкл Бидли.

Когда я прочитал «Семиозис» Сью Бёрк, недавний заметный роман на тему контакта с инопланетным растительным разумом, вспомнил про «День триффидов». Про этот роман я, конечно, знал, но он входил в число моих пробелов, как и прочие произведения Джона Уиндема. (Если вспоминать другие произведения подобной тематики, то нельзя не сказать об отличном романе Брайана Олдисса «Долгие сумерки Земли», где изображены эволюционировавшие растения, которые в будущем заняли экологические ниши животных.) Перед этим прочитал «Хризалиды» Уиндема, но «День триффидов» понравился больше.

В нашей стране данный роман примечателен ещё и тем, что его перевёл Аркадий Стругацкий (который, кстати, очень ценил Уиндема и называл его новым Уэллсом). И надо отдать должное АНС: стиль перевода совсем не похож на стиль братьев Стругацких и конкретно Аркадия Натановича, что может говорить о высоком качестве перевода, в котором переводчик очевидно старался сохранить авторский стиль.

Сюжет основан на двух фантастических допущениях.

Интересно, что автор демонстрирует разные модели поведения человеческих сообществ, пытающихся выжить в этой катастрофе. Многие люди опускают руки и кончают с жизнью или просто живут одним мгновением. Многие начинают впадать в варварство и дикость. Но некоторые организуются для долгосрочного выживания.

Главный герой мне оказался близок и интересен. Он не герой в привычном смысле, на первый взгляд похож на обычного обывателя, но на протяжении всей истории он остаётся верен себе и своим принципам.

В те годы в научной фантастике были популярны сюжеты об опасностях и последствиях ядерной войны. Уиндему в этом романе удалось изобразить подобную катастрофу, но на основе своей собственной более оригинальной фабулы. Он дал тот же посыл, предупредил об ответственности человечества перед будущим, о хрупкости нашего мира, но создал для этого своё уникальное произведение.

Я прочитал этот роман где-то в 1964-65 году. Вернее, не прочитал, а прослушал. А ещё вернее — начал слушать и прослушал четвертую часть романа.

«День триффидов» решили прочесть на Би-би-си. Честно говоря, «вражьих» голосов я не слушал, зато отчаянно любил фантастику. У нас была огромная радиола, я по вечерам крутил приемник и случайно наткнулся на анонс Би-би-си: со следующей недели по будням вечером (во сколько — не помню) будем читать роман Уиндэма «День триффидов» (ну, и краткое содержание романа).

Со следующей недели я каждый вечер минут на 25 прилипал к радиоле. Ловить Би-би-си было страшно тяжело: в малюсеньком секторе между двумя диапазонами других радиостанций, постоянно подстраиваясь, пропуская куски читаемого вслух текста... Да и глушилось всё постоянно, правда, слушать было можно. Вот я и слушал. И дослушал до того места, как ГГ покинул Лондон. Потом Би-би-си куда-то окончательно исчезло, а я остался без «Триффидов».

Зато в 1966 году вышел 8 том «Современной библиотеки фантастики», авторский том Джона Уиндэма. Вот тут-то я и прочел «День триффидов» полностью, с огромным удовольствием (да ещё в переводе АБС)!

До настоящего времени считаю «День триффидов» лучшим романом Уиндэма. Конечно, его «Кукушки Мидвича» — превосходный роман, но, по моему мнению, как-то камернее, что ли, а «Кракен пробуждается» — ну... ну это всё-таки не «День триффидов».

Что-то у меня в последнее время получаются не отзывы, а какие-то истории о прочтении книг. Прошу простить.

Говорят, что в Англии — старейшая в мире парламентская система. Что в этой удивительной стране дом каждого — его крепость, люди законопослушны, знают свои права и гордятся своей свободой. Говорят даже, что там, на счастливом Западе, есть гражданское общество. И — ах, да — что там никто не пытается переложить собственные проблемы на государство.

Но вот приходит Джон Уиндэм и обрушивает старую идеологию как карточный домик. Да, в Англии парламентаризм, законность и гражданское общество... пока все благополучно. В мире постапокалипсиса вчерашние граждане мгновенно превращаются в дикарей. Мародерство — а почему нет? Помогать другим — ну, всем ведь не поможешь, так не лучше ли спастись самому, наплевав на прочих? Главный герой так и рассуждает, причем не сомневаясь в собственной порядочности. Как ни странно, картина всеобщего одичания, как и предыдущая, с процветающим демократическим обществом, тоже сидит у Запада где-то в подсознании, не случайно ее воспроизводят в европейских и американских книгах и фильмах с завидной регулярностью. Тонкий, тонкий слой цивилизованности стерт и оставлен за ненадобностью. В каменных джунглях разрушенного Лондона каждый за себя до тех пор, пока... (вот здесь у Уиндэма поистине удивительный момент, если вспомнить мифологию о собственных проблемах и государстве!) пока кто-нибудь не скажет, что нужно делать. Оказывается, без парламента, полиции и судов гражданского общества не существует тоже.

На протяжении книги я не могла не восхищаться решительностью, с какой автор ломает любимые убеждения Запада... и тут же воспроизводит другой, более темный западный миф — о том, что «человек человеку волк», если только государство-Левиафан его не сдерживает.

P.S. Что касается триффидов, у меня возникло смутное желание позвонить в «Гринпис». Ну, в самом деле, у нас есть разумные (!) существа, которых держат на цепи или в загонах. А если и пускают на волю, то калечат. А потом выжимают из них масло. Не принадлежи я сама к одному биологическому виду с автором, то всерьез засомневалась бы, кто тут чудовища и что считать хэппи-эндом.

Общее впечатление: хорошо написанная, умная и очень-очень «западная» книга.

«День триффидов» — это не банальный ужастик про ожившие растения, хотя Голливуд и пытался доказать нам обратное. «День Триффидов» — это социальная драма, постапокалипсис и философское исследование. Жаль, что Джон Уиндэм написал такую яркую, но такую маленькую книгу!

Человек считает себя центром Вселенной, самым разумным и приспособленным видом на Земле, но кто знает, что будет завтра. Вот одна из главных идей, которая задумывалась писателем. Если отбросить условности можно понять, что слепцы – это обычные городские люди, цивилизованные люди, изнемогающие от дискомфорта две недели летом, когда отключают горячую воду, впадающие в панику, если в доме отключили свет, не знающие что делать если в нужный момент села батарея в мобильнике. А если отключить Интернет? Очень многие уже забыли, как с живым человеком общаться! Большинство из ныне живущих вряд ли смогут выжить в условиях дикой природы. Они-то и есть настоящие слепцы по Джону Уиндэму. Автор показывает всю сущность человека, поставив его в невыносимые условия. И в очередной раз убеждаешься, что самый страшный монстр для человека это человек. А триффиды, так — мелкая неприятность.

«День триффидов» я читал трижды, причем в трех разных изданиях. Я уже даже не помню, как попали ко мне первые две книги, точно знаю, что не покупал их. Что тут сказать?.. Это были девяностые, мы менялись книгами, а затем забывали, с кем и на что менялись. К слову, отзыв написать меня сподвигла покупка издания сборника романов Джона Уиндема в серии «Шедевры фантастики»: просто в магазине вдруг решил, что пора бы познакомиться с творчеством этого автора получше. Для начала, конечно же, освежил впечатления от уже прочитанного когда-то.

Итак, роман. Это самое известное произведение Уиндема и одна из лучших книг, что я читал. В мире происходит катаклизм неизвестного происхождения. В небе виден завораживающей красоты метеоритный дождь (или что-то похожее на него), после чего все свидетели необычного явления слепнут. Кому же повезло сохранить зрение, вынуждены выживать в мире, где старые порядки рухнули и каждый сам определяет меру этичности своих действий. И, как будто этого было мало, на людей начинают повсеместную охоту хищные, полуразумные и не имеющие естественных врагов растения – триффиды. Но и на этом беды человечества не заканчиваются: по населенным пунктам прокатывается эпидемия чумы. Книга представляет собой грандиозный социальный эксперимент: в ней продемонстрированы все возможные линии поведения людей в подобных обстоятельствах. Причем смоделировано все так ярко и точно, что даже и сомнений не остается, что все будет именно так. Персонажей немного, лично я по-настоящему симпатизировал лишь троим:

• Главному герою. Его глазами мы видели всю трагедию от начала и... до конца? Тут, пожалуй, будет уместна оговорка, что до конца романа, читавшие меня поймут.

• Девушке главного героя. Ну как без любовной линии? Да еще настолько обычной и человечной, такую легко встретить не просто в своем окружении, а даже в своей семье.

• Коукеру. Мне искренне импонировал этот человек действия. До метеоритного дождя он активничал, после – пытался спасти тысячи слепых, затем яро защищал выжившие общины. Люблю таких деятельных персонажей.

Книгу можно было бы назвать очень страшной и печальной, многие моменты в ней полны невыносимой грусти и отчаяния, но благодаря ироничному авторскому стилю и тому факту, что Уиндем всегда давал своим героям надежду на светлое будущее, книга оставляет довольно приятное послевкусие. Не в последнюю очередь за это стоит благодарить А. Н. Стругацкого, который великолепно перевел этот роман. Вот уж действительно, хороший переводчик должен быть еще и хорошим писателем.

Сейчас роман смотрится несколько наивно, все же ему уже более 60-ти лет, однако я советую прочитать его всем любителям философской, социальной и приключенческой прозы, вы не пожалеете.

Долго же я шел к тому, чтоб прочесть «День триффидов», ох, долго. Успел ознакомиться с целым сонмом романов-катастроф, постапокалиптики и прочего разного в том же духе. Хорошего и плохого, шедеврального и отвратительного. Разного. Казалось бы, что нового можно почерпнуть из книги, относящейся к упомянутому пост- и просто апокалипсису, написанной к тому же, Бог мой, аж в 1951 году?!

Оказывается немало. Да, в романе используются те же приемы и сюжетные ходы, тот же антураж что я уже видел не раз, не два и даже не десять раз – но видел далеко не в таком впечатляющем исполнении. Триффиды не смотря на свою давность все еще на высоте – переплюнуть их не удалось практически никому.

По части увлекательности, не спорю, в среде подростков какой-нибудь Круз, или ему подобный генератор лулзов, дает Уиндему какую-то фору, но добивается этого исключительно тем, что заполняет свое… гкхм… повествование детальными описаниями мародерства и манкчинства, тоннами стрельбы и тератоннами всяческих огнестрелов. Атмосфера – к чертям, персонажи, эмоции, смысл – туда же. У Джона Уиндема другой путь. У него тоже есть и оружие, и стрельба, и мародерство тоже, но на них нет особого акцента. Что лично меня не может не радовать.

Идея книги, не смотря ни на что, смотрится весьма оригинально до сих пор. Триффиды фигурируют в названии, недвусмысленно намекая, что они, здесь, как бы, главные, но сказать по правде, больше половины романа я о них вспоминал крайне редко. И без них не до шуток. Ослепшее человечество, по-моему, как-то даже грандиозней ходячих и смертельно опасных растений. Нет, ну серьезно. Триффиды показывают, что они действительно важны лишь в последней трети романа. Показывают убедительно. Действительно важны. В связке с ослепшим человечеством, так даже архиважны.

Особо стоит расхвалить атмосферу романа в целом и исключительную эмоциональность отдельных моментов. Вроде написано простыми словами, а доставляет, трогает. Несколько раз чуть не расплакался, один раз не чуть.

Есть, конечно, и недостатки, нелогичности, допустим, в поведении людей после трагедии… хотя… кто знает, как бы вело себя ослепшее человечество. Вполне может быть, что начались бы самоубийства. Сложно судить, сложно. Тонкости психологии. Я не психолог, утверждать или опровергать что-либо не берусь. Однако когда читал, сомнений в психологической достоверности человечества не возникало. Слишком много поправок и условий.

Роман разворачивает перед нами театр мировоззрений и амбиций. После катастрофы каждый зрячий может творить, что пожелает, воплощать идеи, планы, строить новый мир по своему усмотрению. Наружу тут же выползает вся грязь человечества – но цветут и добродетели, гуманность опять же. Старые законы морали неприемлемы для нового мира, предрассудки губительны, но и без них можно остаться человеком. Ведь можно. Глупо спасать всех налево и направо (и милосердия бывает слишком много), глупо жить по божьим законам, законам ушедшей в прошлое морали, предрассудкам – но вовсе не это делает человека человеком. А что? Роман дает хорошую почву для размышлений.

В общем, «День триффидов» дает пищу и для души и для ума, и он по-настоящему интересен. Не сказать, что перед нами стопроцентный шедевр, но... хотя, почему нет?! Шедевр! Читать обязательно!

В большинстве отзывов, написанных о «Дне триффидов» есть указания на скомканность последних эпизодов книги, ее незавершенную концовку. А мне, так наоборот, финал книги представляется очень логичным. Есть ли у челочества шанс выжить и достойно ли оно, этого шанса вообще? Именно так стоит вопрос для самих героев романа, которым волей-неволей приходится выбирать между нормами морали и совестью с одной стороны и доводами здравого смысла и стремлением остаться в живых с другой. Крушение привычного старого мира, до того казавшегося незыблемым и вечным, отменяет все его законы и ограничения, существовавшие раньше и вынуждает элементарно бороться за существование. Однако автор дает героям значительную фору в виде огромных запасов ресурсов и продовольствия которые в результате катастрофы стали доступным всем зрячим. Таких «счастливцев» осталось немного и в большинстве своем они переживают шок и дезорганизованы. Но, тем не менее, немного времени чтобы прийти в себя и подумать у них есть.

То что происходит происходит позднее очень предсказуемо. Сумевшие по чистой случайности сохранить зрение люди сбиваются кто в банды, кто в организованные сообщества, некоторые от растерянности создают нечто вроде патриархальных сект. Собственно это и есть главная дилема: по какому пути пойдет человечество: свободной общины построенной на демократических принципах или наоборот вновь скатится ко временам «темных веков», в новое средневековье с его феодальным гнетом и кровавыми междуусобицами.

В конце романа верх все-таки начинают одерживать демократические тенденции. Но, победа их неокончательна, на что недвусмысленно как раз и намекает слегка незавершенный финал. Для автора вопрос о судьбе человечства по-прежнему остается открытым.

Продолжаю потихоньку знакомиться с классикой научной фантастики.

Самое главное впечатление — этот роман не выглядит устаревшим. Он неторопливый, слегка отстранённый, но за счёт многих удачных находок и размышлений — вполне актуальный. Перед нами хроника событий несомненно катастрофичных, но при этом смягчённых и ограниченных взглядом одного человека. Проще говоря, перед нами воспоминания главного героя, его рассказ о прошлой жизни. Что автоматически снижает градус тревожной неопределенности.

При этом нельзя сказать, что масштаб катастрофы приуменьшен. Нет, он скорее не до конца известен. Автор убедительно описывает смерть городов и новые смертельные опасности — просто не смакует детали. Это рассказ хрониста, а не упивающегося кошмаром художника.

Ну и в первую очередь это всё же социальная фантастика. Автор взял два ключевых фантастических допущения и подробно описал их взаимосвязанное влияние на мир. Параллельно через разговоры персонажей рассуждая о стратегиях выживания, трансформации морали, ограниченности ресурсов и в-целом о шансах на выживание вида. Автор показывает несколько моделей, подробно рассматривая их сильные и слабые стороны. Окончательных ответов не даёт, но что он считает откровенно провальным и неправильным очевидно (вроде неофеодального строя во главе с очередным комитетом).

Внутреннее неверие вызывали разве что некоторые реакции ослепших людей, такие как быстрая (в течение первых часов) потеря смысла жизни и волна самоубийств, отсутствие стремления бороться и интересоваться хоть чем-то, кроме еды. Падение к базовым инстинктам и отчаянию было стремительным и почти всепоглощающим. Исключения есть (фермер, умудрившийся наладить быт, спасти члена семьи и совершить несколько вылазок в местный городок в поисках провизии), но они крайне редки. Мне всё-таки кажется, что картина была бы более разнообразна — но возможно, это только мои оптимистичные заблуждения.

Итог: книга не зря считается классикой. Не устаревает — проверено временем.

Самым трудным для меня как читателя оказалось преодолеть начальные две главы этого произведения прежде незнакомого мне писателя. Действие разворачивается очень неспешно. В первой главе автор почти в режиме реального времени подробно описывает происходящие с главным героем романа события и его сопутствующие чувства и мысли. Изложение ведётся от имени этого персонажа, поэтому мы видим только то, что видит он сам. Ощущение такое, словно читаешь старомодный английский роман XIX века. Довольно быстро понимаешь, что главное для автора – не захватывающие и неожиданные крутые повороты сюжета, а психологическая реакция главного персонажа на ту фантастическую ситуацию, в которой он оказался (например, в первой главе хорошо показано очень медленное постепенное нарастание страха). Чуть позднее в центр авторского внимания входит и вопрос о том, каким испытаниям и каким изменениям подвергнется человеческая мораль в этих новых условиях.

На мой взгляд, обстановка первого дня описана автором очень точно и правдоподобно. Изложение сдержанное, без всякой ложной патетики и нагнетания ужасов, – и тем не менее вдумчивому читателю вполне достаточно, чтобы понять и почувствовать всю трагедию происходящего. Вспомним хотя бы занимающую всего один абзац, но очень зримую и врезающуюся в память сцену в вестибюле больницы, в сравнении с которой, по словам рассказчика, меркнут картины Доре об аде…

Вторая глава вообще представляет собой экскурс в прошлое – в годы, предшествующие событиям начала романа, – тем самым приостанавливая развитие сюжета (а разговор Палангеца с директором фирмы выглядит стилистически инородной вставкой).

Автор с самого начала «раскрывает карты». Уже на шестой странице (из упоминания о «хрониках») читатель понимает, что всё излагаемое – это воспоминания рассказчика о событиях, происходивших довольно давно (чуть позже на это укажет и фраза «В наши дни не так-то легко вернуться к прежнему взгляду на вещи»). Тем самым становится ясно, что и главный герой, и часть человечества всё же выживут в обрушившейся на них катастрофе. Это сразу резко ослабляет степень переживания за судьбу главного персонажа.

Недолго остаёмся мы в неведении и о том, кто такие или что такое триффиды и какую угрозу они могут представлять для человечества.

С третьей главы последовательное изложение событий возобновляется. Временно возрос и мой читательский интерес. Психологическая сторона происходящего по-прежнему не выходит из сферы внимания автора. Главный персонаж на время испытывает чувство облегчения от того, что стал сам себе хозяином; затем оно постепенно вытесняется растущим осознанием ожидающего впереди мрака.

Сразу же привлекла к себе внимание и, как стало ясно впоследствии, стала центральным моментом всей книги речь профессора социологии на собрании выживших.

Основной его тезис – «Различные обстоятельства порождают различные нормы морали». Отсюда вывод: «Что бы мы не делали, мы должны задавать себе вопрос: «Поможет это или помешает человечеству в борьбе за существование?» Если поможет, то мы обязаны делать, даже если это вступает в конфликт с идеями, в которых мы были воспитаны. Если помешает, то мы должны устраниться, даже если наше бездействие столкнётся с нашими прежними идеями о долге и справедливости».

Это утверждения поразительно близки к широко известным (четверть века назад) высказываниям Ленина из «Задач союзов молодёжи» о коммунистической морали: «Нравственность это то, что служит разрушению старого эксплуататорского общества и объединению всех трудящихся вокруг пролетариата, созидающего новое общество коммунистов. Коммунистическая нравственность это та, которая служит этой борьбе…» и т. д.

Практическая программа действий именно этой группки людей и оказывается в итоге единственно перспективной. (Вместе с тем не стоит забывать, что еще во второй главе рассказчик ясно указал на несклонность человеческой натуры к изменениям.)

Между тем события развивались своим чередом – и достаточно увлекательно. Я, как это часто бывает, стал читать быстрее; слова как бы скользили перед моим читательским взором, почти не затрагивая чувств. И вдруг…

Эффект был как от оглушающего удара по голове. Минуты две я отупело всё вновь и вновь пробегал глазами по только что прочитанным абзацам, переворачивал страницу назад, но не столько перечитывал, сколько просто не мог поверить тому, что действительно только что среди в общем-то обыденного текста наткнулся на такое…

Гениальный эпизод.

Словно рука Бога водила рукой писателя.

Мне было интересно узнать, в какой степени этот эффект явился результатом работы переводчика. Сопоставление русского и оригинального текстов показало, что в данном месте перевод не содержит отсебятины или искажений, – правда, за исключением одной существенной неточности: слова девушки «Жизнь прекрасна» в оригинале на самом деле звучат как «Life is very precious» – «Жизнь драгоценна», а это, согласитесь, не одно и то же; авторский вариант и гораздо правильнее сам по себе, и точнее соответствует содержанию спора героев.

Дальнейшее чтение вновь вернуло меня на обычные рельсы. В некоторый момент плотность изложения внезапно скачкообразно возрастает – и события целых пяти лет, последовавших за воссоединением Билла и Джозеллы, уместились в одной главе. Удивило и разочаровало, что автор, сосредоточившись на своём герое, мало внимания уделил другим персонажам. Даже образ Джозеллы не получил большого развития. Несколько абзацев о Деннисе; о Мэри и Джойс и того не сказано – а ведь герой прожил рядом с ними столько лет. Запомнился, правда, яркий образ Коукера – на первый взгляд, только мастера слова, почти демагога, но, как выявилось позднее, ещё и мастера дела.

Ещё одно замечание о переводе: в конце главы 15 в русском тексте отсутствует довольно большой фрагмент разговора Билла и Джозеллы, в котором Билл высказывает предположение, что катастрофа могла быть вызвана отнюдь не кометой, а явилась следствием размещения в космосе какого-то оружия. Похоже, что этот текст был опущен из-за цензурных соображений – в годы триумфальных достижений в исследовании космического пространства советскому читателю не следовало задумываться о таких вещах.

При желании из описанной в этом небольшом романе ситуации можно было бы «выжать» гораздо больший объём текста. Да и последующие события в колонии на острове Уайт вполне могли бы составить, например, содержание второй части романа (как уже отмечено в одном из отзывов, в конце романа такое ощущение, будто это всего лишь конец первого тома). Вряд ли жизнь этой общины могла протекать без внутренних и внешних конфликтов. До какой степени существовавшие прежде условности и нравственные стандарты утратили смысл, а в какой всё же сохранили силу? Кстати, в тексте романа нет оснований рассматривать образ жизни этой группы людей как основанный на принципах демократии. На резонное замечание Денниса «Что-то в этом есть от диктатуры» Айвен ограничился словами: «Долго рассказывать. Лучше приезжайте и посмотрите».

Но, видимо, автору дальнейшее развитие сюжета уже было не нужно. Он наметил основные варианты путей, по которым могло бы пойти человечество, стремящееся выжить в новой, критической обстановке, и дал читателю пищу для собственных размышлений, для поиска самостоятельных ответов на поставленные вопросы (в самой же книге окончательных ответов нет). А подумать есть о чём…

P.S. В основе сюжета романа – две независимые фантастические предпосылки: всеобщее ослепление и триффиды. А что могло бы получиться, если вообще исключить второе допущение? Ситуация с первой предпосылкой в «чистом» виде была бы достаточной для изображения основных морально-этических проблем романа (а именно они, по-моему мнению, представляют самое ценное в нём), но само произведение стало бы менее напряжённым и, наверно, в некоторой степени артхаусным (и ещё больше оттолкнуло бы любителей экшена и противников «вульгарной достоевщины»).

«День Триффидов» Джона Уиндема давно находилась у меня в списке на прочтение. Как говорится, это старая, добрая фантастика. Очень качественная, да ещё и в переводе Аркадия Стругацкого. И эта книга полностью оправдала мои ожидания. Правильность и чистота литературного слога, весомость идей, обстоятельность размышлений героя, неторопливость повествования – всё это угодило моем читательскому вкусу.

Хочу отметить довольно уникальный замысел угрозы Триффидов, увлекательный сюжет, приключения, элементы ужасов и триллера, когда опасность притаилась где-то рядом и ты вместе с героем, не знаешь, откуда ждать нападения.

Было необычно следить за приключениями героя в мире, где человечество постигла слепота. Особенно интересны рассуждения героя в самом начале, когда он в больнице с повязкой на глазах не понимает, что произошло, не знает ещё какая беда случилась в мире, но думает о вероятной возможности навсегда потерять способность видеть. В этом фрагменте, на его примере, мы представляем, каким беспомощным ощущает себя человек, утративший зрение. Далее все события будут описаны с позиции зрячего, поэтому это единственный эпизод, когда мы можем «посмотреть» на мир так, как девяносто процентов населения планеты.

Сложно было оторваться от чтения, всегда хотелось узнать, что же будет дальше, как же наконец они смогут восстановить хоть какое-то подобие цивилизации. Автор предлагает разные возможные варианты, пути возрождения, которые выбирают и воплощают персонажи. Причём они все хотят устроить мир лучше, чем он был до катастрофы.

Коукер, рабочий и социалист, пытается спасти абсолютно всех в надежде на помощь, которая обязательно скоро прибудет, нужно только продержаться. Пытается продумать план, но отсутствие добровольного согласия с его планом зрячих, их вынужденное положение в роли руководителей, слишком большая нагрузка на них и отсутствие контроля за ними приводит план к краху.

Мисс Дюран пытается сформировать общину, построенную на религиозных ценностях и морали. Автор показывает, что такая идея также нежизнеспособна в новых реалиях – она уже отжила своё и устарела.

Майкл Бидли старается разработать долгосрочную стратегию. Он предлагает оценить возможности и имеющиеся ресурсы, трезво оценить перспективы и становится организатором общины на острове. Остров — небольшая территория, где проще бороться с Триффидами. Там он устанавливает правила, и его община не принимает к себе несогласных и неподходящих людей. Кажется, его идеи выглядят как обладающие наибольшим потенциалом.

Торренс стремится к личной власти, и конечно тоже находит единомышленников. Его модель – модель феодального мира, в котором он станет верховным правителем, на правах силы. Последнее грустно, потому что рано или поздно Майклу Бидли придётся столкнуться с Торренсом, и это станет большим препятствием создания «лучшего общества».

Все герои книги – выразители разных идей. Триффиды и слепота – занимательный фон, на котором писатель ведёт разговор о развитии общества, и который позволяет раскрыть проблематику во всей полноте.

Что бы мы делали, оказавшись в подобной ситуации? Какой вариант нам ближе? А быть может мы и так в подобной ситуации? Насколько мы можем назвать себя зрячими? Живём день за днём, не задумываясь о глобальных вещах. А куда ведут нас Коукеры, Бидли, Дюраны, Торренсы? Мы слепо следуем за ними?

Читала и обсуждала с книжным клубом Т.О.К.

Очень удивлен и поражен. Причем в лучшую сторону. После многочисленных «СТАЛКЕРОВ», «МЕТРО» и прочая-прочая ощущается как глоток свежего воздуха. Если можно так о постапокалиптике.

Книга идеальна на 99% — присутствуют все необходимые компоненты катастрофы. Присутствуют завязки для продолжения, и отсутствие явного конца только способствует этому. Жаль, что автор не воспользовался этой возможностью.

Но главная изюминка — триффиды. Сами по себе разумные растения выигрывают с большим перевесом у зомби, вампиров и прочей нечисти, которая уже порядком надоела благодаря современным тенденциям и моде на монстров. Возможно, если бы Уиндэм писал свой роман на 50-60 лет позже, то триффидов заменили бы очередные гламурные вампиры. Хотя в современном мире, благодаря применению ГМО, не стоит удивляться, что однажды в дверь к тебе постучится разумная кукуруза и попросит с вещами на выход. Но это будет уже совсем другая история.

Остается надеяться, что «Ночь триффидов» выдержана на таком же высоком уровне.

После прочтения книги «День триффидов«начинаешь понимать, что такое постапоколиптика высочайшей пробы. Прошло уже более шестидесяти лет после написания этого романа, а он до сих пор читается с большим интересом и что самое главное именно из него черпают идеи при написании своих романов многие известные писатели. Первое что приходит на ум- это «Противостояние» Стивена Кинга, «Я-легенда» Матесона и «Кровавая купель» Саймона Кларка. Я не говорю, что абсолютно схожи сюжеты и персонажи, но саму суть идеи эти авторы подчерпнули из романа «День триффидов»-это видно невооруженным глазом.

Есть ли у человечества шанс выжить после всемирной катастрофы, когда почти все население Земли ослепло, а врагом номер один для людей становятся монстры-растения триффиды? Эти создания не ведают жалости, они истребляют все что попадается у них на пути. Люди, со своими копмлексами и страхами должны решить, что для них важнее, объединится кто остался зрячим в одну команду для того, чтобы выжить или умереть в одиночестве! Здесь нет места для морали, каждый самостоятельно должен сделать свой выбор. Мы видим как по всей Земле создаются общины для борьбы против общего врага. Долгие годы идет война не только с триффидами, но и с голодом, а также различными страшными болезнями . И вот на горизонте появляется настоящий лидер, Айвен Симпсон, пытающийся объединить всех людей и научными методами избавиться от триффидов.

Но не все думают как Айвен Симсон и его помощники. На Земле еще остались люди, которых все устраивает и которые не хотят СПАСАТЬ мир. Они хотят УПРАВЛЯТЬ миром. К категории таких людей относится жестокий и самовлюбленный солдафон Торренс, который хочет установить на Земле феодальный строй или крепостное право, когда одни будут всем управлять, а другие будут их рабами. Я рад, что у этого мерзавца ничего не получилось.

Роман «День триффидов» является не только приключенческим, но и глубоко психологическим произведением. Здесь показана борьба людей не только с триффидами, но и самих с собой. Очень затронула за живое сцена когда молодые влюбленные парень и девушка отчаявшись бороться, решают что лучше умереть чем жить такой жизнью. Взявшись за руки они становятся на подоконник и делают шаг в «тишину и спокойствие».

Я считаю, что как бы ни было трудно, надо бороться до конца как делали в этом романе Айвен,Билл, Джоззела, Сюзен,Денис,Коукер и многие другие.

Сильнейшее произведение!

Рекомендация: Шедевр!

Книга, читанная-перечитанная столько раз, что уже и забыл, когда открыл её впервые. И сейчас, когда порой открываю, иногда не могу оторваться.

Первоначальный задел, действительно, тянет на поразительную идею просто эпических масштабов. Одновременно ставится вопрос зависимости человека от зрения, вопросов выживания общества без зрения, вопросов новой морали, которую придётся разрабатывать. Иллюстрируется всё это социальными волнениями, отлично переданной атмосферой тревожной напряжённости и ожидания, метанием главных героев. Всего-то два фантастических допущения — а сколько впечатлений! Картины мира, как сразу после катастрофы, так и годы спустя, выписаны с предельной дотошностью, как и потрясающе достоверный психологизм событий и персонажей. Уиндем словно рассматривает события через увеличительное стекло, описывая все происходящее с какой-то отстранённой иронией, методично и неторопливо, беспощадно препарируя психологию и фальшивые «устои». Сила убеждения автора такова, что порой диву даёшься, как впечатляюще он описывает триффидов, пустые пространства или заросший Лондон — как это можно было изобразить, самому сидя в шумном Лондоне? Роману не чужды, впрочем, и человечность, и романтика. А открытый финал, многим не нравящийся, был избран отнюдь не из-за творческого бессилия — это предложение подумать самим, представить дальнейшее развитие событий. Произведение само по себе оставляет надежду на лучшее. И какую бы концовку ни предложил автор, открытый финал оставляет гораздо больше возможностей «додумывания»

Шедевр постапокалиптического жанра. Кажется, Гаков причислил Уиндема к основоположнику этого жанра в Великобритании. Так или иначе — мощнейшая книга, которая рекомендуется любому ценителю «твёрдой», социально-психологической и апокалиптической НФ. Да — динамики и похищения блондинок инопланетянами не ждите :wink: И когда начинаешь рекомендовать книгу знакомым, то обычно говоришь:«про то, как все ослепли», чтобы не говорить уж про «ходячую траву» :shuffle: