Эдгар Аллан По «Убийство на улице Морг»

Вот перечитываю и думаю: что-то у меня мсье Дюпен вызывает стойкое дежа-вью. Отшельник и социопат со странными привычками, получающий самое большое удовольствие от развязывания интеллектуальных головоломок и преуспевающий в этом благодаря своему умению тонко подмечать все детали и уметь делать из них нужные и часто нетривиальные выводы. И сопровождают его в повествовании верный друг, готовый всегда с интересом выслушать ход мыслей, задать нужные вопросы и в нужной степени повосхищаться ответами, и дотошный, но глуповатый начальник жандармерии, который постоянно вынужден обращаться к нему за помощью. Ничего не напоминает?

Что-то кажется мне, что сир Артур Конан Дойл был довольно хорошо осведомлен с творчеством отца-основателя жанра детектива (и еще нескольких кроме этого), когда создавал образ Шерлока. Ход мыслей Дюпена очень похож на то, что потом Шерлок будет описывать как метод дедукции. Хотя различия, конечно, тоже есть, и я ни в коем случае не обвиняю сира Артура в плагиате. Но По определенно задал образец, который его последовали довольно активно эксплуатировали. Только в отличии от рассказов о Шерлоке, рассказы о Дюпене обильно сдобрены готической атмосферой, столь любимой автором, и имеют что-то в себе от популярного позже нуара.

Из трех рассказов о детективных расследованиях Дюпена этот мне нравится больше всего, ибо развязка самая неожиданная. Жаль только, что в виду популярности рассказа много кто успевает ознакомиться со спойлерами развязки раньше, чем прочтет само произведение. Мне в этом плане повезло больше, и я читала его первый раз еще в школе, совершенно не подозревая, в чем разгадка. Но и сейчас перечитывать было одно удовольствие — и атмосфера, и стройность логических построений, и весь антураж в целом, как всегда, на высоте. По — один из тех авторов, которых можно перечитывать бесконечно, хотя бы ради эстетического удовольствия.

На мой взгляд это — один из самых сильных рассказов у Эдгара По! Во мне до сих пор живы те воспоминания и ощущения, которые я испытывал, когда в юности впервые прочитал этот леденящий душу и завораживающий рассказ! Важно (на мой взгляд) даже не то, что Дюпен явился прообразом Холмса, Мегрэ и т.д. или примером для А. Конан Дойла, А. Кристи и прочих писателей, использовавших аналитический метод у ГГ в распутывании сложных преступлений. Куда важнее тот факт, что По своим рассказом показал возможность раскрыть любое (самое запутанное) преступление. А нужны для этого «сущие мелочи»:

1. Энциклопедические знания.

2. Аналитические способности.

3. Умение обращать внимание на кажущиеся несущественными мелочи.

4. Желание разобраться и докопаться до истины.

А вместе все это и дает нам — ПРОФЕССИОНАЛИЗМ!

И если такие качества присутствуют у человека, то он будет успешен в любой профессии (врач, учитель, детектив).

Что и продемонстрировал Дюпен, благодаря перу Великого Эдгара Аллана По в этом рассказе!

Конечно, выросшим на Конан Дойле, Агате Кристи или, не дай бог, Дарье Донцовой, текст покажется старомодным, вычурным и предсказуемым. Но это не так. Понятие «детектив» тогда было даже не зачаточным, а «Убийство на улице Морг», очевидно, не робкий ребенок, делающий первые шаги, а вполне продуманное произведение. С затравкой «дедуктивного метода» (не по названию, а по факту), триллерной составляющей и математической логикой.

Кстати, голая логика, которую так лелеет Эдгар Аллан, отпугивает сейчас многих. Женщинам — подавай страсти-мордасти, подросткам нужон экшон, а умудренные опытом читатели невольно проводят параллели к читаному ранее (синдром утенка никто не отменял).

Но ведь торить новую тропинку среди сугробов не в пример тяжелее, чем процокать каблучками по Арбату. Конечно, многое здесь спорно — от выводов по взгляду собеседника до утверждения, что шашки — игра куда умнее шахмат. Но опять же — середина девятнадцатого века, в тех же шахматах только делает первые шаги Пол Морфи, не говоря о теориях и течениях будущих чемпионов. Но позиция По обоснованна. С поправкой на ветер времени.

Художественная составляющая вызывает споры. Но вряд ли многие владеют старым английским, а переводы — такие переводы.

А вот то, что «Убийство на улице Морг» актуально для чтения почти два века, это аргумент. Много ли сейчас читают неклассическую литературу того времени? А много современной литературы будут читать спустя двести лет?

Этот рассказ — один из великолепных шедевров мировой литературы. Не будь его, нам бы наверное не удалось познакомится с Шерлоком Холмсом, Пуаро и многими другуми. А ведь нам трудно в это поверить. Да и классикой мы называем то, что поверено временем. Ведь будь данный рассказ совершенно неинтересным — разве бы мы не говорили о нем, как о первой довольно неудачной попытке первого детективов. Но нет — ему более 150 лет, а он до сих пор не перестает нравится читателям.

Ведь в данном произведение есть и замечательная психология, и неповторимая логика. А также увлекательная игра писателя с читателем в виде показаний свидетелей. И как любой хороший детектив — произведение до конца держит читателя в магии тайны. Кто же он — главный убийца?

Читать или не читать? Решать вам. Но одно я могу сказать лишь одно — этот рассказ не оствит вас равнодушными.

Рассказ об убийстве настолько ужасном и дерзком, что полиция даже не знает с какого боку подойти к расследованию. А вот талантливый молодой человек с превосходным проницательным умом без труда распутывает это дело.

Прежде всего мне понравилось рассуждение автора об аналитиках и изобретателях, проницательности и внимании, преимуществе шашек над шахматами. Прекрасной получилась у Эдгара По ода висту. Но и описываемые события не уступают увлекательностью и захватывают внимание читателя с самого начала. Разгадка же удивляет своей простотой и необычностью.

Хорошая детективная история получилась.

Бесподобное, поразительное, полнейшее… разочарование! Рассказ, считающийся несомненной классикой, непререкаемым авторитетом в своей нише, и выходивший более чем в 120(!) изданиях только на русском языке, на поверку оказался, уж извините меня, пустышкой. Ну, а как ещё назвать историю, у которой замах был на миллион, а в итоге мы получили притянутую за уши развязку-разгадку, обременённую кучей ляпов, логических и временных нестыковок, с совершенно глупейшими, ненужными подробностями, поданными как доказательства…

А началось всё… с начала, настолько же дикого в степени своего заблуждения и неосведомлённости, насколько же невозможно встретить человека, который стал бы доказывать вам с пеной у рта, что дважды два – не четыре. Я сразу оговорюсь, что не являюсь большим поклонником, например, шахмат, но сентенции Эдгара По, наполнившие вступление, о ничтожности этой игры, вроде таких: «шахматист, например, рассчитывает, но отнюдь не анализирует» (заметьте это «отнюдь»), или «представление о шахматах, как об игре, исключительно полезной для ума, основано на чистейшем недоразумении» и множество других подобных страницы на три, отягощённые какой-то прямо фанатичной безапелляционностью, прозвучали тревожным звонком в моей голове. «У-у-у, — подумал я, — если он (По) продолжит в том же духе, и рассказ и дальше будет исполнен такой же поверхностной дури, то пустая трата времени мне обеспечена». И предчувствие меня не обмануло.

Но каков был зачин, каков «ввод преступления»! Чудовищное в своей жестокости бесчеловечное двойное убийство с леденящими душу подробностями (чего стоят только отвалившаяся голова старухи и плотно загнанный в дымоход труп дочери, брр!) – что может быть увлекательнее в завязке детектива! Поневоле предположишь, что такому преступлению самое то будет иметь потрясную разгадку, да такую, что все читатели должны будут диву даваться по итогу. Впрочем, диву и вправду даёшься, увидев, насколько невнятное в своей неправдоподобности объяснение было явлено читательскому взору. Нет, речь не о том, что *такого* не могло произойти – в конце концов, разве животное не может быть или стать убийцей? — речь о том, что это не могло произойти *так*, как описано. Я не отказываю герою По, Огюсту Дюпену, в некоторых способностях к анализу и логике рассуждений, — всё-таки как ни крути, а «преступление»-то он разгадал, — но то, какими методами это подал автор и какие «улики» подсунул, не принимаю.

Мало того, что я не люблю тот сорт детектива, когда факты, улики, ход расследования отстранены от читателя; когда последовательность размышлений недоступна читателю и сам он не может выстроить свою цепь умозаключений; тот сорт, когда писатель не играет с читателем в игру «а ну-ка, и ты попробуй разгадать», а попросту водит за нос по типу «тут у меня что-то есть, но я тебе не покажу». Вот мы видим, как Дюпен сам там чего-то в комнате шарится, вот что-то нашёл, вот что-то заметил, потрогал, подёргал, но что именно, неизвестно, и объявлено читателю о том будет только в сцене объяснения постфактум. Это нечестно. Все эти внезапно появившиеся громоотводы, срезанные шляпки гвоздей, потайные пружины на окнах – это просто профанация какая-то. Более того, заодно сразу скажу если не о ляпах, то о нелепостях, плодящих кучу вопросов:

- зачем вообще окна в жилой, используемой комнате «забиты» гвоздями?

- какого чёрта вообще нужны «потайные (потайные!) пружины», открывающие окна?

- как люди, находясь на 1-м этаже, услышали «беседу» между злоумышленниками, которые были на пятом этаже, и это при плотно закрытых дверях, толстенных стенах и мощных, я уверен, перекрытиях?

- какую «перебранку» они услышали, если никакой перебранки не было вовсе, если не считать нескольких восклицаний матроса, висящего за окном на ставне – снаружи, за домом!?

- как можно было принять животные звуки, уханье обезьяны за человеческую речь, и более того, различать в ней отдельные слова?

- как можно засунуть, пропихнуть тело девушки в узкий дымоход, ведь для этого нужно встать в камин в полный рост и ещё вытянуть вверх руки? Это каких же размеров должен быть камин?

- какого рожна приличные вроде женщины в ночнушках в три часа ночи «разбирали» бумаги; какая в том была нужда, если по понятиям того времени они в большинстве своём укладывались спать в 9-10 часов вечера максимум?

- для чего или для кого старуха «расчёсывала на ночь» (в три часа!) волосы, и вообще, что всё-таки она делала: разбирала бумаги или таки расчёсывалась?

- почему почти сутки трупы лежали в доме и на улице, как будто дожидаясь, а не соизволит ли какой-нибудь залётный умник с аналитическими способностями вроде Дюпена ни с того, ни с сего взглянуть на них, порыскать в доме, провести собственное расследование (что вы, это ж так просто у них, — нужно просто получить разрешение у знакомого чиновника!)? Вообще-то, мне всегда казалось, что трупы следует доставлять в специальные учреждения, обследовать их, анатомировать, а не раскладывать душными летними днями по дому; так-то, я слышал, трупы имеют свойство разлагаться и портиться, не говоря уж о том, что нужно иметь элементарное уважение к усопшим…

Можно ещё с полдюжины подобных вопросов задать мистеру По, но и этих, я думаю, вполне достаточно для того, чтобы уяснить, что всё это не лезет ни в какие ворота, а ведь есть ещё орангутан(г) в роли убийцы! В общем, мимо.

Однако, нельзя сказать, что в рассказе нет чего-то привлекательного. Ни много ни мало, он ведь считается родоначальников жанра, и ценен тем, что дал толчок развитию, популяризации жанра детективной литературы. В конце концов, Эдгар По подарил миру идеи, которые, впрочем, другие писатели реализовали впоследствии куда как изобретательнее, умнее и тоньше, будем честны. Да, прекрасно понятно, откуда «растут ноги» Шерлока Холмса и доктора Уотсона, но также и видно, как далеко ушёл Артур Конан Дойл и в векторе развития жанра, и даже в литературном плане. Важно и то, что Дойл фактически ушёл от применённого в данном рассказе понятия «индукция» (в отношении логических рассуждений) к определению «дедукция», притом что второе – это именно то, что следует из методов, употребляемых его литературным дуэтом. Хотя, я читал, что некоторые исследователи-критики считают, будто Дойл ошибался, применяя метод Холмса как дедуктивный, и что на самом деле он-де индуктивный. Это не кажется мне верным, потому что на практике Холмс применял сочетание этих способов исследования, и то, что в каком-то эпизоде, в конкретном рассказе видится нам результатом индукции (от частного – к обшему), в более полном смысле построено на дедукции (от общего – к частному), ибо, уже имея собственный опыт, свои наработки, он зачастую миновал свойственные индуктивному методу поиски гипотез и порой неуловимо для нас переходил уже к выводам.

К чему я это? К тому, что методы Дойла-«дедуктора» подчинены правильным, правдоподобным предпосылкам, посылам, чего, увы, нельзя сказать о По-«индукторе». Возвращаясь к Дюпену, наверное, выскажу мнение, что весь его успех зиждется на ошибках самого По, его просчётах. Вот ещё, допустим, один: поведано, что орангутан(г), бегая в три часа ночи по улицам, «увидел свет в окне спальни» и сиганул по громоотводу на пятый этаж прямёхонько в окно. Отбросим на этот раз сомнения, что одинокие женщины распахивают настежь окна посреди ночи, ладно, пусть так – ещё как распахивают; но, по свидетельству Дюпена, окна были плотно закрыты после убийств. Вы верите, что обезьяна настолько проворна, логична и разумна – ах да! я же забыл, что она у него не то что разумна, она ещё и членораздельно говорящая на пяти европейских языках!, — что, покидая в панике дом, аккуратно затворила за собой окна и ставни, даром, что они «запираются автоматически», они ж на потайной пружине, поди ж ты?! Я лично – нет, хоть и нам об этом намекает По. И так далее, и тому подобное…

В общем и целом, я, конечно, разочарован, но и благодарен в какой-то мере Эдгару Аллану По за фактическое рождение жанра, который я люблю с детства, за посаженные зёрна детектива как явления. Пусть взращивали и поливали их уже другие, при всей благодарности, я не могу считать этот рассказ вершиной этого направления.

Есть у Эдгара Аллана нашего По дурацкая манера — писать в духе «слышал звон, да не знаю, где он». По был страшно увлекающимся человеком, хватающимся за все подряд, но глубоко не вникающем ни во что. В результате небольшой водоворот у берегов Норвегии превращался в кошмарный Мальстрем, а месмеризм превозносился как дорога в будущее. Классический рассказ «Убийство на улице Морг», создавший жанр герметичного детектива (преступление в закрытой изнутри комнате) является квинтэссенцией поверхностного отношения к занятным объектам. По знает про орангутанов, но не знает, что слово «исполинский» к ним не применимо, а звуки, ими издаваемые, принять за человеческую речь невозможно; По слышал про Видока, но очевидно не в курсе, какими именно методами тот боролся с преступностью; По даже знает слово «индукция», но вот с чем ее едят для него тайна за семью печатями. Весь рассказ откровенно высосан из пальца и подогнан под определенные начальные условия, большинство рассуждений в нем скучны и гроша выеденного не стоят, фактических ошибок хоть лопатой греби, а главный герой представляет из себя ходячий конструкт для фейспалма. При этом, однако, невооруженным глазом видно, как сильно данный рассказ повлиял на все поколения писателей-детективщиков, и как ловко они разобрали нарратив на отдельные — крайне удачные — составные части. Учитывая же, что писал По для женских журналов середины XIX века, придираться к нему даже как-то неприлично.

Рассказ необыкновенно понравился. Классика детективного жанра. К тому же, не появись детектив у По, то в каком виде мы бы читали Дойля и Кристи, и читали бы? Несомненно, Дюпен гений. Его аналитические способности поразили моё сознание, и я еще больше стал замечать мелочей в поведении людей, хотя и раньше не отличался невнимательностью. Многие сетуют на то, что писатель ведет нечестную игру с читателем: мол, догадаться кто убийца практически невозможно. Ну и что? Ведь этот рассказ написан задолго до рассвета детектива. И классический детектив, как жанр, сформировался лишь в ХХ веке. А Эдгар Аллан По написал рассказ вне тогдашних жанров, это было совершенно обособленное произведение. Отсюда следует (применяю аналитический метод), что перед нами гениальный рассказ!

Классика интеллектуального детектива. И, если я не ошибаюсь, одно из первых произведений, написанных в этом жанре, что послужило точком для развития целого направления в литературе. Конечно, по сравненю с более близкими к нам по времени мастерами детектива рассказ выглядит не впечатляюще, но с исторической точки зрения... а сложился бы жанр детектива без этого и других рассказов Эдгара По???

P.S. Кстати, Конан Дойл родился через десять лет после смерти По, так что будет более уместным сказать, что у Дойла прослеживаются параллели с По, а не наоборот.

Эдгар По, он, вообще-то, гений. Человек, который…

… придумал Декаданс

… стал единственным и неповторимым Королём жанра ужасов

… и основоположником психологизма в мировой литературе (недаром русской публике его первым представил сам Достоевский)

… ну и так, по мелочи, вроде авторства идеи расширяющейся Вселенной.

Кроме прочего, он, походя, создал новый жанр – детектив. Причём сделал это совершенно «неправильно». Новым жанрам ведь полагается постепенно выкристаллизовываться из жанров старых. Как НФ у Жюль Верна робко проклюнулась из традиционного приключенческого романа, или как исторический жанр был сконструирован Вальтером Скоттом из романа нравов простым предположением «а что, если рассказать не о нравах наших отцов, а временах наших дедов?». Так же и детектив должен был родиться из романов диккенсовского типа путём постепенного усиления криминальной составляющей. (Собственно, так и произошло у Уилки Коллинза, а спустя много лет его эстафету подхватила Агата Кристи).

И тут появляется Эдгар По с «Убийствами на улице Морг», где представляет новый жанр в кристально чистом виде, задав действовавшую лет восемьдесят матрицу классического детектива:

1. В центре – расследование преступления. Нравы, психология, социальная среда – в той мере, в какой они нужны для расследования.

2. Сыщик — гений со странностями.

3. Наивный друг сыщика, чья роль – в нужные моменты произносить: «Как вы догадались, Холмс?!»

4. Противостояние гениального частного детектива и туповатых, путающиеся под ногами, но необходимых для производства ареста полицейских.

5. Преступление вычурно и запутанно, со множеством улик и ложных подсказок.

6. Все данные предоставляются читателю, чтобы он тоже мог поиграть в сыщика.

7. Ключи к раскрытию тайны – наблюдательность + дедукция, а не пошлая полицейская рутина.

8. Эффектное раскрытие загадки с последующим подробным объяснением хода рассуждений.

Ещё одна черта рассказа не стала обязательной для классического детектива, но, всё же, часто возникала у отцов жанра – налёт готики, ведь «Убийства на улице Морг» можно читать не только как детектив, но и как «ужасный» рассказ.

Шерлок Холмс, так же как множество полузабытых ныне сыщиков 19-начала 20 века, отлиты с этой матрицы, Эркюль Пуаро изначально её пародировал. А для По это был лишь маленький эпизод его творческой биографии.

Просто шикарный в первой половине рассказ. Интересное начало с умозаключениями о шахматах и шашках, интересные герои — детектив-самоучка Дюпен и его помощник, странное в своей непонятности и ужасных подробностях убийство двух женщин. Это все буквально затянуло меня с головой в чтение, тем более что написан рассказ великолепным языком. Но дальше, когда дело подошло к развязке, возникла мысль: «и что это было?» Обезьяна-убийца? Которая спокойно, без каких либо усилий проникла в дом, и (да, орангутаны бывают жестоки, как любые животные, с этим никто не спорит) убила женщину бритвой, когда у нее есть сильные лапы, когти, клыки — обычные для этого дела приспособления (видно, По был слабо знаком с повадками животных). А потом обезьяна находит потайной ход, со сложными пружинами и гвоздями, и скрывается незамеченой!

В общем, если бы не такая глупая концовка, я бы поставила рассказу 10, а так за легкий язык, впечатляющую идею, и конечно же огромный вклад в жанр детектива ставлю 8.

Перечитывая недавно этот рассказ, с удивлением обнаружил, что его вступительная часть, с рассуждениями об аналитических способностях и презентацией «героя нового типа» оказалась сильно урезана. Зато в конце добавлено несколько фраз, делающих финал более определённым.

Вряд ли кто-то из многочисленных переводчиков мог взять на себя смелость так «доработать» произведение классика — в своё время сам автор ввёл в текст более 50-ти изменений. Отсюда и разночтения. Поздний вариант получился более сбалансированным.

Итак, Огюст Дюпен, способный молодой человек без определённых занятий, большой любитель всяческих неразрешимых загадок и предтеча самого Шерлока Холмса. Его аналитический «метод» основан на произвольных допущениях и домыслах, которые почему-то не допускают разночтений, а по сути хлипки, как карточный домик.

«Вы непременно должны были обратить ваши взоры (имеется в виду, умственные) на созвездие Орион»... Почему же не на Большую Медведицу, например? Впрочем, описанные логические построения — не более чем забава.

А шанс приложить свои аналитические способности на практике выпал довольно быстро. В одиноком особняке на улице Морг (воистину, По обладал своеобразным чувством юмора) совершено двойное, воистину нечеловеческое по своей сути и исполнению убийство. Тут автор расстарался, дабы поразить и сбить с толку своего читателя. Видимо, Эдгару По удалось заодно провести и парижскую полицию, поверхностная близорукость которой зашкаливает. Но она же замечательно оттеняет проницательность Дюпена (стандартный для данного жанра сюжетный ход).

Пытливый ум Дюпена, конечно же, разгадает эту загадку, а читатель получит возможность проследить всю логическую цепочку.

К сожалению, получилось довольно коряво. К домыслам детектива-любителя добавились ещё и малоправдоподобные детали.

В любом случае, «Убийства на улице Морг» — нестареющая классика, которая и через двести лет способна увлечь читателя сильнее, чем многие современные бестселлеры. А в чём-то и логичнее — ляпы у современников бывают и покруче.) И если по каким-то причинам этот знаменитый рассказ прошёл мимо — настоятельно рекомендую почитать/послушать, получите удовольствие. Я гарантирую это.)

Отличный детектив! Написан занимательно, коротко и по существу. И, конечно же, как всегда я так и не догадалась, кто преступник. Да уж, не стать мне великим детективом:)

Особенно понравился главный персонаж! Если и есть герой рассказов Эдгара Алана По, с которым бы я хотела познакомиться и пообщаться, то это несомненно Огюст Дюпен!:) Из него вышел бы прекрасный детектив и я право не пойму почему он не решил посвятить этому свою жизнь, а предпочел проматывать состояние. С таким аналитическим складом ума и связями он запросто раскрывал любые бы расследования! К сожалению, рассказ оказался слишком короток, чтобы раскрыть образ Дюпена в полной мере. Я бы не отказалась от цикла произведений с расследованиями такого детектива:)

Эдгар По всё-таки был чрезвычайно разноплановым писателем. Детективы, ужасы, ироничные рассказы, все они читаются одинаково приятно и увлекательно. Здесь удивляют личностные качества Дюпена, которого нельзя сбить с мысли, навести на ложный след. Если такие люди и существуют, то их крайне мало.

Вообще, начиная с этого рассказа (по хронологии) можно проследить эволюцию детективов: от интеллектуальных Дюпена и Холмса до современных детективов, хоть и увлекательных, но неинтеллектуальных (не все, современные детективы, конечно, подпадают под это, но видимо, большинство).

Отличнейшая история, которая и сегодня читается на ура. Не всё в ней гладко и соответствует современным представлениям о детективе, но нужно понимать, что рассказу скоро стукнет 200 лет, а Эдгар Аллан По шёл неизвестной дорогой, можно сказать, продвигался в неизвестном направлении. Собственно, и считается, что этим рассказом он проложил путь, которым впоследствии пойдут такие мастера жанра, как Конан Дойль и Агата Кристи.

Не в упрёк сэру Артуру Конану Дойлю следует заметить, что некоторые сюжетные ходы этого рассказа явно перекликаются с ходами из книг о великом Шерлоке Холмсе. Например, в «Этюде в багровых тонах» он ловит преступника на приманку в виде газетного объявления о находке обручального кольца, а в «Знаке четырёх» убийство несчастного Бартоломью Шолто обстоятельствами схоже с предложенной По и ставшей классической схемой преступления в закрытой комнате. Да и сам главный герой рассказа, мосье Дюпен, надо полагать, двоюродный дядя братьев Холмс.

Повторюсь, что упомянул всё это вовсе не в упрёк Конан Дойлю, а скорее в качестве иллюстрации преемственности поколений, ведь и сам английский мастер называл своего заокеанского предшественника не иначе как учитель, идеи которого оттачивает, развивает, доводит до совершенства.

Итак, что же мы имеем в сухом остатке?

Классический детектив, один из первых блинов, который получился вовсе не комом.