Данная рубрика посвящена новостям зарубежного (пока англоязычного, но в перспективе — не только) книгоиздания.
Здесь можно найти обзоры недавно вышедших новинок, обзоры наиболее интересных журнальных и сетевых публикаций, ближайшие и дальние планы западных издательств (как мейджоров, так и смолл-прессов). Изредка — обложки, издательские пресс-релизы, и, возможно, переводные рецензии на наиболее ключевые, нашумевшие и ожидаемые новинки.
Статьи для рубрики пишутся на русском языке, при этом возможно (умеренное) цитирование на других языках, использование оригинальных названий, терминов.
За последнее время новости о выходе книг Стивена Кинга сыпятся... да, словно из рога изобилия.
Не успели мы узнать о том, что выйдет роман о покушении на Кеннеди и вбоквел к "Тёмной башне" -- а вот уже и новый текст мастера. На сей раз Кинг решил повторить свой опыт релиза книги только в электронном виде. "Растение" так и не было дописано им до конца (ОК, как минимум -- так и не было издано, хотя, может, лежит где-нибудь в закромах и ждёт своего часа).
Теперь же объявили о выходе романа "Mile 81". В обозримом будущем "81-я миля" будет распространятся только в электронной форме.
Ну и, чтобы два раза не вставать, -- "Мизери" в новом формате. Некоторым нравится. :)
Называется этот формат флипбэк, книга очень маленькая, страницы -- тонкие. Говорят, удобно носить с собой и вообще прикольно. Не знаю, живьём не видел. :)
С приветом из Донецка, где вот-вот начнётся Конференция писателей-фантастов "Чумацький шлях" (она же -- "Фантлабовка 2011")
Роман Джорджа Р.Р. Мартина «Танец с драконами» — это пятый том невероятно популярного фэнтези–цикла «Песнь Льда и Огня». Можно сказать, что за последние годы это одна из самых ожидаемых книг. Масштабная фэнтези-эпопея Джорджа Мартина, черпающего вдохновение в войне Алой и Белой Розы XV века, захватила читателей сложным переплетением сюжетных линий, обворожительными героями, блестящими диалогами, идеальной скоростью повествования и авторской готовностью приносить в жертву любых, даже главных действующих лиц. Число читателей Мартина исчисляется миллионами, особенно теперь, после выхода сериала студии HBO – «Игра престолов» — снятого по первой части грандиозного цикла и продемонстрировавшего все самые сильное стороны «Песни Льда и Огня».
Так стоил ли «Танец с драконами» шестилетнего ожидания? Безусловно! Более того, решение Мартина выделить в четвертый том – так до конца и неоцененный «Пир стервятников» — только часть разворачивающейся панорамы, теперь кажется мудрым и великодушным по отношению к читателям. Изначально планировавшиеся к выходу как единый роман «Пир» и «Танец», охватывают один и тот же временной отрезок, но они абсолютно разные. «Пир» — хроника исхода осени, всех тех событий, которые случились после великой битвы, ставшей завершением третьего тома, «Бури мечей». А «Танец с драконами», который хронологически выходит за временные рамки «Пира» только спустя примерно 600 страниц из 1000, в большей мере берет на себя функции романа исследования, книги посвященный в большей степени различным квестам.
Несколько сюжетных линий в «Танце» рассказывают о попытках женихов добраться до города Мериин. Они собираются соперничать друг с другом за руку королевы драконов Дейнерис Таргариен, наследницы Железного трона, верховного престола Вестероса. Еще один квест предстоит Тириону Ланнистеру, отсутствие этого популярного героя в «Пире» сильно раздосадовала некоторых читателей. Изгнанный из родной страны за ужасное преступление, Тирион в «Танце» пребывает в отличной форме: привычно остроумен, лукав, находчив и сохранил свою удивительную способность наживать на свою голову все возможные проблемы. Вернутся и другие любимые персонажи из первых трех книг, в том числе Бран Старк, ясновидящий мальчишка, которого ведет на север Вестероса зов трехглазого ворона из видения.
Любовь Мартина к изысканному, чрезвычайно необычному фэнтези пронизывает «Танец» и превращает роман в фантасмагорическую лихорадочную грезу. Так, например, в сюжетной линии с прибытием Брана в святилище ворона появляются несколько самых безумных и самых прекрасных картин столкновения с чуждым людям волшебством во всем цикле. Даже путешествие Тириона на корабле, плывущему по призрачной реке, наполнено судами-призраками и окутано густым туманом, способно нагнать саспенс на пресытившихся читателей. «Вокруг них был только затонувший город. Полупрозрачный призрак захлопал над ними бледными кожистыми крыльями, каждым ударом взбивая туман». Мартин — блистателен в создании атмосферы через описания, это его постоянный почерк в беллетристике. Место действия у него — это намного больше, чем просто раскрашенные декорации на сцене.
Но, возможно, самое сильное впечатление производит понимание Мартина того, каково приходится людям, наделенным властью, под все возрастающим гнетом внешних обстоятельств, иллюстрация к этому главы Дейнерис и Джона Сноу, лорда-командующего Ночного дозора. Отряды Джона — единственная защита против загадочных немертвых существ, которые после наступления зимы обратятся к югу. Исполняя присягу Ночного дозора, Джон должен с одной стороны изо всех сил сопротивляться настойчивым требованиям армии, пришедшей на защиту Стены, а с другой старательно игнорировать свои права на королевский престол. Тем временем Дейнерис правит захваченным городом, чьи элиты недовольны ее решением освободить их рабов. Драконы, основной источник ее могущества, становятся все менее и менее послушными. Кажется, что каждое решение, которое она принимает, только отдаляет ее от желанного Железного трона. В каком-то смысле и Джон, и Дейнерис, оба загнаны в ловушку и должны сами себе задавать сложные вопросы. Какова природа долга? Чем можно пожертвовать ради великой цели, а чем — нет? Что если акт милосердия на самом деле есть акт жестокости? К концу романа Джон и Дейнерис приходят к похожим ответам, но достигают их разными путями. Несколько сцен из линии Дейнерис, где она находит подобные ответы, являются, пожалуй, лучшими во всей эпопеи.
Кое-кто из рецензентов сравнивает книги Мартина с «Властелином колец» Толкина или даже работами Уильяма Шекспира, но истина несколько более сложна. Успех «Песни Льда и Огня» связан с тем, что, во-первых, эпическая фэнтези в этих романах сращена с мощным элементом хоррора, а, во-вторых, с умением автора одинаково эффективно передавать неприкрашенную (часто даже непристойную) вещественность мира, перемещаясь от одного социального уровня к другому. Также, Мартин отдает должное мрачному, но гуманному цинизму писателей вроде Джека Вэнса, хотя внутренней жизни своих героев он уделяет куда больше внимания чем последний. Настойчивость, с которой автор вживается своих героев в тот момент, когда они совершают как плохие так и хорошие поступки, создает в его романах непрекращающуюся ни на мгновение движущую силу и содержит в себе очевидную критику моральной простоты произведений Толкина.
Счастливо преодолев писательские трудности, заставившие эпопею разрастись куда сильнее, чем предполагалось изначально, и хорошо-задокументированную враждебность части читателей, в штыки воспринявших задержки с публикацией романа – Мартин, похоже, готов к тому, чтобы последними двумя книгами ударно завершить одну из лучших серий в истории фэнтези.
В Империи Китай жизнь построена на ритуалах — на любой случай имеются правила, которые следует соблюдать под страхом наказания, земного или небесного. После смерти генерала Шень Гао его средний сын Шень Тай, исполняя официальный траур по отцу, на два года отправляется в горную долину Куала Нор, расположенную на границе между империями Китай и Тагур. Двадцать лет назад Шень Гао командовал в этой долине войсками Китая и выиграл великую битву — выиграл ценой двадцати тысяч жизней. В армии противников Китая потери были такими же внушительными, и по этой причине долина Куала Нор в прямом смысле слова усеяна костями погибших воинов. Ночью их неупокоенные души плачут и стонут, вызывая ужас среди живых.
Как известно Таю, его отец до самой смерти не переставал думать о том, что произошло в Куала Нор, и о тех, кому никто не осмелился воздать последние почести.
Поначалу солдаты из гарнизонов китайской крепости Железные врата и тагурской крепости Нефритовые врата отнеслись к человеку, который приехал в Куала Нор хоронить старые кости, как к сумасшедшему, но мешать ему не стали. Когда выяснилось, что от своей миссии он отказываться не собирается, ему принялись помогать — отремонтировали ветхую рыбацкую хижину, принесли еду и вино, раздобыли тёплую одежду и двух коз (одну привели китайцы, а другую — тагурцы). Постепенно стремление хоть как-то посодействовать благочестивому делу приобрело характер соревнования, в котором каждая сторона желала показать не только Шень Таю, но и своему противнику (а в прошлом — смертельному врагу), что память о погибших солдатах для неё вовсе не пустой звук. Ночью, однако, Шень Тай всегда оставался в одиночестве.
Два года тяжелого труда — ночи среди разгневанных воющих привидений, дни с лопатой в натруженных руках. Земля Куала Нор тверда, и одному человеку не хватит жизни, чтобы похоронить сорок тысяч усопших. Однако Шень Тай продолжает, не делая никаких различий между китайскими и тагурскими останками; иногда по ночам он понимает, что ставший знакомым голос какого-нибудь призрака больше не звучит — значит, этот несчастный и был тем, чьи кости упокоились накануне.
Шень Тай ни на секунду не задумывается о том, как выглядит его поведение в глазах окружающих; он выполняет свой долг перед отцом, которого победа, одержанная в Куала Нор, свела в могилу раньше времени. Между тем, в гарнизонах Железных и Нефритовых врат к нему испытывают неподдельное уважение, и постепенно по Китаю и Тагуру разлетается весть о человеке, которому неведом страх.
И вот однажды командир тагурского гарнизона приносит Шень Таю удивительную весть: оказывается, принцесса Белый Нефрит, одна из жен тагурского императора, узнала о поступке своего соплеменника (несколько лет назад её отдали Тагуру, чтобы подтвердить установившийся между двумя империями мир) и решила его вознаградить.
В Поднебесной, если человеку хотят оказать великую честь, ему дарят сардианского коня-дракона — божественное создание, которому нет равных по силе и красоте. Если его хотят возвысить над окружающими, вызвав среди них смертельную зависть, то дарят не одного коня, а четыре или пять. Соответственно, чем больше лошадей — тем сильнее зависть.
Принцесса Белый Нефрит, с милостивого позволения своего супруга, тагурского императора, подарила Шень Таю двести пятьдесят сардианских лошадей.
Итак, перед нами история об одном подвиге и о последствиях вознаграждения за подвиг. Главный герой "Поднебесной", Шень Тай, вовсе не хочет быть героем. Несмотря на свой относительно молодой возраст, он много повидал и даже побывал за пределами империи Китай, где против собственной воли стал участником неких мистических событий, о которых ему не хочется даже вспоминать. Строго говоря, от жизни Шень Тай хочет одного — покоя, и, как ни странно, именно покой он находит в Куала Нор, среди призраков.
Однако немыслимая награда, полученная от принцессы Белый Нефрит, всё меняет. За коня-дракона могут обмануть, предать, соблазнить, убить. Обладая табуном сардианских коней, нельзя жить незаметно и скромно, потому что даже у императора Китая, да проживёт он тысячу лет, нет такого богатства. Теперь Шень Тай вынужден постоянно принимать решения, которые его пугают и заставляют всё сильней запутываться в плотной паутине интриг, опутавшей Китайскую империю.
В центре паутины — Синань, великая столица, и император Тайцзу, а также Прекрасная подруга императора — Вэнь Цзянь, о чьей красоте сочиняют стихи и вот-вот начнут слагать легенды. Ради неё, ходят слухи, император каждый день пьет эликсир вечной молодости (возможно, великолепная гробница, построенная заранее, ему не понадобится), а могущественный генерал Ан Ли, перед которым трепещет весь двор, позволяет ей любые дурачества, включая шутовскую церемонию собственного "усыновления".
А кузен Вэнь Цзянь, премьер-министр Вэнь Чжоу, забрал из квартала удовольствий куртизанку Весенний дождь, которую Шень Тай всё ещё любит.
А старший брат Шень Тая, Лю, добился значительных успехов и высоко поднялся по карьерной лестнице, без малейших угрызений совести распорядившись судьбой близкого человека...
"Поднебесная" напомнила мне огромный китайский веер, покрытый изящными, обманчиво-простыми узорами, который постепенно раскрывается и лишь в самый последний момент предстает перед зрителем-читателем во всём великолепии. Начинаясь в уединенной долине Куала Нор, история постепенно охватывает весь Китай и выходит далеко за его пределы; мы видим бескрайние степи кочевников Богу, далёкий север, где живут шаманы, прекрасную Сардию, откуда родом одна из героинь. Жизни персонажей переплетаются, и незначительные, казалось бы, события влекут за собой грандиозные последствия, заставляющие читателя пересмотреть отношение к тому, что происходило ранее, и даже перечитать соответствующие места в романе. Автор с необыкновенной тщательностью подошел к изготовлению своего удивительного "веера", и можно с полным правом сказать, что в нём нет ни единой лишней детали.
Однако подобная "конструкция" может некоторых читателей и оттолкнуть. Если вы следите в тексте лишь за сюжетом и описания вам не нужны (и вы не видите в них ничего, кроме описаний), то "Поднебесная" наверняка покажется вам скучной и сложной. Г.Г.Кей явно не ставил перед собой задачу увлечь сюжетом, и потому многие вещи в романе делаются не по правилам — точнее, не по тем правилам, которые обычно приняты в жанровой литературе. Дело в том, что "Поднебесная" — это не жанровый роман, смысл этого текста, если позволите, не в развлечении, а в увлечении. Увлечении событиями, которые, пусть и в изменённом виде, повторяют реальную историю Китая. По большому счёту, роман Г.Г.Кея находится буквально в двух шагах от того, чтобы стать не фантастическим, а историческим — об эпохе династии Тан — с легкой примесью мистики.
Поражает удивительная проработка характеров, затронувшая даже тех героев, которые не дожили до финала (некоторые так и вовсе не прожили и пяти страниц). Г.Г.Кей словно исследует межличностные отношения — брат и сестра, старший брат и младший брат, отец и сын — на разных примерах. Что сделал ради памяти своего отца Шень Тай — и как поступили со своими отцами сыновья Тайцзу и Ан Ли. Братья Тай и Лю; братья-кочевники Мешаг и Тардук. Брат и сестра — Тай и Ли-Мей, Лю и Ли-Мей, Вэнь Чжоу и Вэнь Цзянь (хотя они кузены, но всё равно...). И, конечно, любовь — однако следует учесть, что любовные линии в романе развиваются неожиданно, непредсказуемо, и временами странно ощущать, что герои поступают в соответствии с временем, в котором живут. Наши современники поступали бы иначе. Безусловно, столь тонко и красиво переданный дух эпохи лишь добавляет роману привлекательности.
Говоря о "духе эпохи", нельзя не упомянуть о персонаже, который в определенной степени является его выразителем — поэт Сыма Цзиань, "бессмертный изгнанник", прототипом которого можно считать Ли Бо. Сцена, когда поэт читает стихи в павильоне удовольствий "Белый феникс", поданная с позиции одной из куртизанок — блестящий пример того, как следует показывать разницу менталитетов.
Финал романа в той части, которая касается событий, охватывающих весь Китай, не станет сюрпризом для того, кто знаком с историей эпохи Тан и с судьбой прототипов Вэнь Цзянь и её кузена. Однако, даже зная заранее, что ждёт некоторых персонажей, всё равно читаешь с замиранием сердца, потому что текст просто не отпускает, не позволяет отвлечься. Ближе к финалу, когда явственно зазвучал голос своеобразного нового персонажа — назовём его Историком, — я вдруг подумала о том, что "Поднебесная", фактически, представляет собой повествование о людях, которые в исторических хрониках сохранились лишь в виде мимолётных упоминаний — если можно так сказать, в виде сносок. Эти люди — не герои, и далеко не всегда победители, но без них история развивалась бы иначе.
цитата
Seasons tumble and pass, so do human lives and ruling dynasties. Men and women live and are remembered—or falsely remembered—for so many different reasons that the recording of these would take seasons of its own.
Every single tale carries within it many others, noted in passing, hinted at, entirely overlooked. Every life has moments when it branches, importantly (even if only for one person), and every one of those branches will have offered a different story.
Even mountains alter given enough time, why should not empires? How should poets and their words not become dust? Does not the true wonder emerge when something actually survives?
Результат пяти лет труда, впечатляющей работы по сбору материала, грандиозный, незабываемый роман.
Читайте, не пожалеете.
Официальный сайт автора, где есть список всех премий, на которые роман был номинирован, и рейтингов, в которых он занял значимые места
Имя Дэниела Абрахама, в принципе, уже должно быть известно нашему читателю. На русском языке выходили первые два романа цикла "Суровая расплата", кроме того писатель участвовал в межавторском цикле "Дикие карты", заработал протекцию самого Джорджа Мартина и даже написал книгу в соавторстве с Джорджем и еще одним монстром фантастического цеха Гарднером Дозуа. При этом Абрахам отличается достаточно высокой работоспособностью и не ограничивает себя каким-то одним жанром — из-под его пера появлялось и эпическое фэнтези, и городское фэнтези, и космическая опера. Только 2011 год принес поклонникам творчества автора уже две новых книги, каждая из которых открывает новый цикл. В апреле на прилавках зарубежных магазинов появился роман "The Dragon's Path", первая часть трилогии "The Dagger and Coin", а в июне Абрахам в соавторстве с ассистентом Джорджа Мартина Таем Фрэнком под псевдонимом Джеймс Кори выпустили книгу "Leviathan Wakes". Оба произведения удостоились блерба от Мартина — обложку "Пути дракона" украшает фраза "Все, чего я жду от фэнтези", а фразу для "Пробуждения левиафана" лучше всего привести на языке оригинала — "It's been too long since we've had a really kickass space opera". И если с последним утверждением я пока согласен на все сто процентов, то вот первое выглядит достаточно преувеличенным. Но давайте разбираться со всем по порядку.
Лето — пора войны для Вольных Городов.
Капитан Маркус Вестер стремится выбраться из Ванаи до того, как начнутся сражения. Его лучшие дни давно позади, и работа простым охранником каравана выглядит предпочтительней службы в войске какого-то местного князька. Даже на маленькой войне можно расстаться с жизнью. Но капитану нужны люди, которыми он будет руководить, а солдаты Вестера были арестованы и зачислены в ряды армии правителя Ванаи.
Перед Ситрин Бел Саркур стоит задача — вывести из зоны военных действий "сокровища нации". Воспитанная Банком Медеана сирота остается последней надеждой владельцев банка на то, что их активы не попадут в руки захватчиков. Но Ситрин всего лишь маленькая девочка, которая ничего не знает о караванах, войне и опасностях. Все ее знания касаются денег и банковского дела, но хватит ли этого, чтобы пережить следующие месяцы?
Жедер Паллиако, наследник виконта Ривенхалма, больше интересуется философией, чем военным делом. Но это слабая отговорка для солдата и тем более для пешки в военных и политических играх. Но он даже представить себе не может, в кого превратится в конце своей первой военной кампании, в героя или злодея. Маленькие люди добиваются великих свершений, но Жедера вряд ли можно назвать маленьким...
Катящиеся камушки могут вызвать оползень. Небольшая летняя дуэль между аристократами стремительно превращается в нечто опасное для всего королевства. Темные силы старательно раздувают огни, способные охватить целый регион, заставив его ступить на путь дракона — путь войны...
Карта мира — вещь нужная
Как уже можно было понять выше, в "Пути дракона" несколько главных героев — капитан Маркус Вестер, воспитанница банка Ситрин, сир Жедер Паллиако, а также забытые в аннотации барон Доусон Каллиам и его жена Клара. Развитие событий попеременно показывается с точки зрения каждого из этих пяти персонажей. Все они предстают живыми людьми, со своими достоинствами, недостатками и скелетами в шкафу, но при этом очень редко кто из главных действующих лиц способен вызвать настоящую симпатию. Капитан Вестер благороден, честен и отважен, но чересчур прямолинеен и упрям, барон Каллиам действует на благо государства, но его высокомерность и презрение ко всем, у кого в имени отсутствует приставки "барон", "граф" или "виконт" регулярно действуют на нервы, маленькая Ситрин занимается благородным делом, но она еще слишком молода, глупа, наивна и самоуверенна, а Жедера за пару его поступков хотелось бы придушить собственными руками. Пожалуй, только Клара Каллиам не вызывает никаких нареканий, она настоящая жена аристократа со всеми вытекающими отсюда плюсами и минусами, но за весь роман с ее точки зрения написаны всего две главы. Очень надеюсь, что в следующих книгах ей будет уделено больше авторского внимания.
Гораздо больший интерес вызывают второстепенные герои: помощник Вестера Джардем Хейн, глава актерской труппы Мастер Кит (у этого персонажа есть собственный скелет в шкафу, впрочем, внимательными читателями он быстро угадывается), телохранитель Доусона Винсент Коу, друг Жедера Джори Каллиам, священник Басрахип и другие. Эти персонажи или действуют на протяжении всей книги, либо же появляются в определенные моменты, однако их присутствие регулярно идет на пользу как главным героям романа, так и читателям. В конечном итоге благотворное влияние второстепенных персонажей сказывается настолько, что к основным если и не проникаешься симпатией, но хотя бы привыкаешь, как к незадачливым родственникам.
В мироустройстве Абрахама можно отметить как сильные, так и слабые моменты. С одной стороны, отлично получились исторические экскурсы и экономическая составляющая мира. Автор в интервью говорил, что ему было интересно написать роман о банковском деле в фэнтези, и с этой задачей Дэниэл справился полностью. С другой стороны, политики и интриганы Абрахама и рядом не стояли, например, с Мизинцем или патрицием Ветинари. Кроме того,в "Пути" большое внимание уделяется тому факту, что еще со времен империи драконов человечество разделилось на тринадцать различных рас. Здесь автор мог бы уделить внимание различиям в структуре общества или культуре, религии и мифологии каждой расы, на деле же они ничем, кроме внешнего вида, друг от друга не отличаются. Кроме того, из всех действующих лиц книги только двое не принадлежат к расе первокровных, а многообразие и сходство названий всех рас только затрудняет ориентирование между ними, и вот такой путеводитель по расам, размещенный Абрахамом на своем официальном сайте, очень бы пригодился в виде приложения в книге.
Повествование выдерживает достаточно рваный темп; яркие, насыщенные событиями эпизоды сменяются главами, в которых ровным счетом не происходит ничего интересного. Отдельные сюжетные ходы выглядят предсказуемыми и угадываются заранее, но временами автору удается удивить читателя и представить происходящее в книге в новом свете.
В книге несколько сюжетных линий, некоторые из них достаточно тесно переплетены, особенно линии Маркуса и Ситрин. По сути, эти двое как встречаются в самом начале романа, так и не расстаются до самого конца. Другие герои пересекаются гораздо реже и в основном друг с другом. В конце "Пути" каждый из персонажей добивается своих местных локальных целей, но Абрахам ясно дает понять, что все основные события еще впереди. Хотя чего еще можно ожидать от книги, заканчивающейся фразой "Началось"?. Вообще несмотря на некоторые провисания и предсказуемость сюжета, "Путь дракона" доказывает, что у "The Dagger and Coin" есть большой потенциал. Вопрос только в том, насколько полно сможет раскрыть его Абрахам. Многое зависит от следующей части, "The King's Blood". Размещенный в конце "Пути" отрывок из "Крови королей" настраивает на оптимистический лад, так что с окончательной оценкой циклу повременим до выхода второго, а то и третьего, томов.
Резюме: Несмотря на то, что в перспективе у всего цикла достаточно неплохой потенциал, полностью раскрыть его в первой же книге Абрахам или не смог или не захотел. В романе присутствуют как достаточно интересно прописанные моменты и персонажи, так и плохо проработанные детали повествования, не вызывающие симпатии герои и в общих чертах показанный окружающий мир. Многообещающей фразы Мартина на обложке книга не заслуживает, однако абсолютно точно ясно, что сам Джордж оказал очень большое влияние на творчество Абрахама. Впрочем, до уровня мастера Дэниэлу еще расти и расти, и "Путь" нельзя назвать очередным уверенным шагом на этом пути.
облако тэгов
