В этой рубрике мы станем публиковать статьи только о редких и коллекционных изданиях. Разумеется, для таких статей особое значение имеет визуальный ряд, поэтому просим авторов не забывать снабжать свои тексты иллюстрациями.
Последним гостем посетившим Ивана Ефремова был писатель-фантаст Спартак Ахметов. Было это 4 октября 1972 года, а через несколько часов, 5 октября Ивана Антоновича не стало.
Меня заинтересовал фрагмент беседы в котором Ефремов критикует некоего известного, но неназванного писателя-фантаста. Вероятно, из соображений порядочности Ахметов не называет имени, однако это лишь подстегнуло мое любопытство.
Вот этот фрагмент:
— Кстати, о фантастике. Вы уже прочли... — Я назвал книгу известного фантаста.
— Видите ли, — серьёзно сказал Ефремов, — надо прежде всего договориться о терминах. Научная (это прилагательное в последнее время стали забывать!) фантастика призвана экстраполировать развитие науки и техники, человеческого общества на неопределённое количество лет в грядущее. Призвана будить воображение молодёжи, готовить её к самым парадоксальным открытиям. В этом смысле научными фантастами были Жюль Верн, Уэллс и наш Беляев. Названный Вами писатель использует фантастику как литературный приём для построения критиканских произведений. Причём, вкус у него не безупречен...
Мы с женой сидели, опустив головы. Нам нравились произведения критикуемого писателя, написанные с кинематографическим блеском. Мы почти не задумывались — насколько они научны. Ефремов же в своих книгах прежде всего учёный. Он напрочь отвергает все развлекательное и смешное. И в то же время, как человек, он неистощим на выдумки, прозвища, дружеские розыгрыши. Об этом часто вспоминают его соратники по экспедициям.
— Чего приуныли? — усмехнулся Иван Антонович. — Я не против юмора, я против зубоскальства. Писатель должен выдавать информацию, а не острить. Если же он вдобавок топчется на месте, варьирует без конца одну и ту же расхожую мысль, множит слова, а не идеи, стремится каким-нибудь вывертом ошарашить читателя — то это не писатель. Когда-то он писал подлинно научно-фантастические повести, и они мне нравились. К одной книге я даже предисловие написал. Но потом он сбился с научно-фантастической дороги, отчего у меня и произошёл с ним разлад. К сожалению, он не одинок. Иные писатели — как та собачонка, что выскочит из подворотни, тявкнет и, поджав хвост, назад. Ну, Бог с ними. Как ваши научные дела?
Единственная информация, которую мне удалось найти на сей счет, это упоминание на страничке автора, что в завуалированной форме Ахметов описал возникшие вдруг разногласия Ефремова с братьями Стругацкими.
Возможно это так. То, что упоминается писатель в единственном числе, вполне может быть намеренным "ложным следом". Повспоминав известных (как отметил Ахметов) писателей-фантастов того времени, трудно найти других кандидатов. Ефремов говорит, что он даже к одной книге написал предисловие — вероятно это "Хищные вещи века". Насчёт "критиканских произведений", тоже понятно — во второй половине 1960-х многие произведения Стругацких можно подвести при желании под этот критерий. Не совсем понятно какое "зубоскальство" в противоположность юмору имеет в виду Ефремов? "Понедельник начинается в субботу"?
А в целом, конечно жаль, что у таких великих писателей случился "разлад". Я далек от мысли, что Ефремов завидовал Стругацким, вероятно, действительно слишком уж разными были концептуальные взгляды на фантастику, на границы и стилистику жанра.
Очерк "Броненосец с пробоиной под ватерлинией" интересный. Полный текст можно прочитать по этой ссылке.
Несколько дней назад я опубликовал оцифрованную из журнала "Уральский следопыт" статью Аркадия Стругацкого о поездке АБС в Брайтон, на 45 Конвент мировой научной фантастики (27.08-01.09.1987).
Тема получила любопытное продолжение.
Напомню, что статья АНС была напечатана в апрельском выпуске УС за 1988 год, т.е. более чем через полгода после события. Однако, выяснилось, что практически "в прямом эфире" об этом же событии были сообщения 30 августа 1987 на страницах центральной газеты "Известия".
И что еще более любопытно, с разницей в неделю (07-10.09.1987) в Москве тоже прошла Международная конференция писателей-фантастов!
Подробности смотрите ниже.
Корреспондент "Известий" А. Кривопалов в небольшой заметке (30.08.1987) написал (полный текст можно найти здесь):
В Брайтоне собралась многолюдная и весьма необычная международная встреча. Этот городок стал местом проведения своеобразного слета любителей научной фантастики со всего света.
Звоню туда, чтобы разыскать кого-нибудь из устроителей "конвента" (как его официально именуют). У телефона Йен Соренсон:
— Программа "конвента" очень разнообразна. На протяжении пяти дней идет непрерывное действие. Все разворачивается под одной крышей — в Брайтонском центре. В разных залах демонстрируются научно-фантастические кино- и видеофильмы. Устроены разные выставки. Много всего развлекательного — для участников "конвента" это прежде всего отдых. Они планируют заранее свой летний отпуск таким образом, чтобы попасть на ежегодный фестиваль любимого жанра. Организуют его клубы энтузиастов научной фантастики. На этот раз — британские. Слеты собираются попеременно в разных странах, в Брайтоне сейчас свыше пяти тысяч человек. Из Англии — две тысячи. Примерно столько же представляют США и Канаду. Пятьсот человек из Европы, в том числе из социалистических государств. По сотне — из Австралии, Японии и так далее. Обсуждаем самые разные темы, включая и чисто научные -космические полеты, астрономия, медицина, метеорология, -и, можно сказать, общечеловеческие. Среди выступающих и писатели, пишущие в жанре научной фантастики. Мы очень рады, что в Брайтон приехали браться Стругацкие — Аркадий и Борис, Е. Парнов.
Звоню Аркадию Стругацкому.
— О существовании "конвента" узнали совсем недавно, хотя по счету он уже сорок пятый. Это очень шумно и весело. Много встреч с нашими зарубежными коллегами. Раздавали тут также ежегодные награды Международной федерации научной фантастики. Мы тоже удостоились одной из них — "За независимую мысль". Коллеги проявляют большой интерес к конференции "Научная фантастика и будущее человечества", которая в начале сентября должна собраться в Москве.
Таким образом на Конвенте в Брайтоне побывали не только АБС, но и Еремей Парнов, о чем АНС не упомянул.
Следом в "Известиях" еще одна небольшая заметка о том, что в первых числах сентября также будет проходить большая Конференция фантастов в Москве. При этом в первых же строках Еремей Парнов называется "одним из инициаторов" этого мероприятия! Также корреспондент во вступлении замечает: "Сейчас он [Е. Парнов] с группой советских писателей в Брайтоне. Вскоре они вернутся в Москву".
Перед отлетом в Брайтон Е. Парнов дал интервью корреспонденту "Известий". Полный текст интервью можно прочитать по той же самой ссылке.
Еремей Парнов обещает "мозговую атаку" в ходе Московской Конференции и анонсирует приезд таких звёзд, как Фредерик Пол, Алан Дин Форстер, Джон Браннер, Гарри Гаррисон, а также ряд писателей из стран соцлагеря. "Советскую фантастику будут представлять братья Стругацкие, Александр Шалимов, Ольга Ларионова, Карен Симонян..."
Название конференции — "Научная фантастика и будущее человечества".
Сообщения о Московской конференции нашли отражение в советской печати.
18 сентября 1987 в "Литературной России" публикуется статья Юрия Грибачева "О будущем ради настоящего" в характерной для тех времен манере, где разъясняются все смыслы и правильные акценты. В статье говорится, что в работе приняли участие писатели-фантасты из 17 государств, а также советские ученые и космонавты.
Из интересного:
Наверняка, если бы нынешняя конференция проходила не в маленьком — так уж получилось, к сожалению, — зальчике, где смог уместиться лишь тесный писательский круг, а, предположим, в Политехническом музее, любая его аудитория была бы переполнена.
До сих пор находятся читатели, критики, редакторы, считающие фантастику чем-то несерьезным. Можно было, объяснив такое мнение обыкновенным снобизмом или просто неосведомленностью, пожалеть о нем да и забыть — мол, вольно же самим себя обкрадывать, но это мнение нередко определяет литературную политику: рецензия на книгу фантастики в нашей периодике, в том числе и в литературной, — явление столь же редкое, что и гроза в феврале или снег в июле. Как, впрочем, и появление серьезных исследовательских работ в области фантастики. Парадокс: выходят все новые и новые книги советских фантастов, занимают законное место на наших книжных полках (если удается эти книги "схватить"), и в то же время такой литературы вроде бы не существует... Может быть, хотя бы после Международной конференции это нелепое положение вещей изменится? Хочется надеяться. Как хочется надеяться и на то, что где-то в обозримом будущем в учебных наших заведениях начнут читать курс истории фантастики — во многих странах такие курсы есть, их становится все больше (кстати, на конференции присутствовали и те, кто их ведет). О таких курсах речь на конференции заходила неоднократно.
Участница конференции ленинградская писательница О. Ларионова рассказала о двух исследованиях, проведенных среди учащихся Ленинграда. Так вот, две трети опрошенных заявили, что их любимый жанр — фантастика. Две трети!
Московская Международная писательская конференция приняла Заявление, которое в статье называется "политическим документом". [Текст приводится в статье.]
Еще одна публикация была в "Собеседнике" 1987 №11, стр. 60-64.
Из интересного:
Когда известный американский писатель-фантаст Фредерик Пол вошел в зал, высокий, прямой, энергичный в свои 80 лет, многие уже знали из прежних интервью, что он — участник встречи на Эльбе.
"Уроки фантастики" дает и советская писательница Ольга Ларионова, она проводит их в ПТУ и считает очень важными для воспитания, так как фантастика "обладает особенностью превращать абстрактные понятия в конкретные". На этих уроках она использует как лекционный материал, так и игровой.
Кульминацией конференции стала "мозговая атака", по условиям которой каждый участник должен был в сжатой форме высказать ту проблему, которую он считает наиважнейшей для будущего человечества. [Приводятся высказывания 8 писателей.]
Судя по именам упомянутым в этой и предыдущей статьях на Конференции выступали: Фредерик Пол (США), Президент-координатор Европейского общества писателей-фантастов француз Клод Авис, Еремей Парнов (СССР), Александр Шалимов (СССР), Гарри Гаррисон (США), Алан Дин Фостер (США), Герберт Ранке (ГДР), К. Фрюауф (ГДР), Патрис Дювик (Франция), Виталий Бабенко (СССР), Йозеф Несвадьба (Чехословакия), Борис Грабнер, Любен Дилов (Болгария), Джон Браннер (Англия), Патрис Дювик (Франция), Ольга Ларионова (СССР), В. Михайлов, академик И. В. Соколов, академик С. М. Навашин, доктор философии Г. Н. Волков, Профессор С. А. Клейменов.
Любопытная статья была опубликована в журнале "Уральский следопыт" 1988 №5, стр.75-76, где Московская конференция упоминается, но только в качестве отправной точки. Основная часть статьи посвящена анализу творчества Джона Браннера и Алана Дин Фостера. Собственно с этой статьи я и начал раскручивать данное исследование. Статью написала Нина Коптюг (также известная, как Нина Кубатиева).
Из интересного:
ФАНТАСТИКА И БУДУЩЕЕ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА. Под этим девизом в сентябре прошлого года в Москве состоялась Международная встреча писателей-фантастов. Многие любители НФ, наверное, читали отзывы и интервью в прессе, видели телепередачу о первом в нашей стране мероприятии такого рода. Я не собираюсь повторяться, хочу лишь поделиться своими впечатлениями в свете одной из проблем, которая часто всплывает в разговорах, в письмах. Речь пойдет о книгоиздании и творческом пути писателей за рубежом— в США и Великобритании.
Приехала я на эту встречу по приглашению «Литературной газеты», ходила каждый день на заседания в одном из залов гостиницы «Космос» и лишь позднее с удивлением прочитала в газетах, что «дискуссия шла при закрытых дверях». Не знаю, меня никто из зала не выгонял... С самого начала было очевидно, что есть официальная и неофициальная части программы: заседания, интервью, съемки — с одной стороны и непринужденное общение — с другой.
...Первым мне на глаза попался мужчина, по облику безусловно англичанин, к тому же на лацкане пиджака у него висела небольшая табличка с именем: «Джон Браннер». У нас переведен один его роман, «Квадраты шахматного города», написанный в 1965 году и, как признает сам автор, «не самый интересный».
Что ж, благодаря кинематографу и своей нынешней популярности Алан Дин Фостер совершенно явно не бедствует в материальном смысле. Общение с ним оставило у меня ощущение, что этот молодой еще писатель хорошо знает, чего хочет, он безусловно наделен талантом рассказчика, его волнуют судьбы мира. По другим его книгам, которые мне доводилось читать, заметно, что он умеет построить сюжет, выбрать и расставить героев. «Какое будущее нас ждет — вот что главное»,— говорил он. В глазах его — мысль, стремление увидеть и понять новое, интерес к людям. Фостер много и активно общался с участниками встречи, выступал в рамках шедшей дискуссии. В беседе со мной он посетовал на то, что никак не стыкуются два соседних (по месторасположению) мероприятия — встреча писателей-фантастов и международная выставка-ярмарка. Действительно, жаль, что не было организовано ни экскурсии писателей на выставку, ни визита издателей на встречу в «Космосе». К концу одного из рабочих дней я попросту отдала Фостеру свой пропуск на ярмарку, и потом мы обменялись впечатлениями об экспозициях.
Впечатление же от знакомства с самим Фостером осталось, в общем, хорошее. Остается надеяться, что, благодаря кино добившись уже финансовой независимости, он напишет теперь «свою» — серьезную, достойную — книгу...
Аркадий и Борис Стругацкие на рубеже августа-сентября 1987 года побывали в Англии на 45 Конвенте мировой научной фантастики. По результатам поездки Аркадий Стругацкий написал статью, которая была опубликована в 1988 г. в "Уральском следопыте".
Несмотря на то, что Перестройка уже начала набирать обороты, такого рода поездка для тех времен, дело не рядовое. А уж юному советскому фэну, каковым я был в 1988, читать о чем-то подобном было не менее экзотично, чем о поездке в условную Папуа Новую Гвинею.
Ниже привожу полный текст статьи, которую я отсканировал и оцифровал.
Заговор-87
Отчет перед читателями о поездке в Брайтон члена редколлегии «Уральского следопыта» А. Стругацкого
С 27 августа по 1 сентября 1987 года в английском приморском городе-курорте Брайтоне (час езды на электричке почти напрямую на юг от Лондона) состоялся так называемый Конвент мировой научной фантастики — 45-й по счету.
Конвент не является постоянно действующей организацией. По сути дела, это съезд энтузиастов-любителей фантастики со всего мира, организуемый, как правило, группой крупных издателей фантастики в довольно откровенных целях пропаганды и распространения своей книжной продукции. Принять участие в таком Конвенте может любой желающий, внесший в кассу Конвента 30 фунтов стерлингов. Естественно, проезд туда и обратно, а также содержание на время Конвента (оплата жилья и питания) идет за счет такого желающего. Руководство Конвента, как я понял, только бронирует участникам места в гостиницах.
Ядром Конвента является группа издательских работников и более или менее известных писателей-фантастов. На нынешнем Конвенте это было несколько десятков человек, а всего участников съехалось около пяти тысяч. (Примечание: первый Конвент состоялся накануне второй мировой войны, в нем участвовало около 400 человек и около десятка издателей и писателей.)
На Конвент приглашаются несколько почетных гостей, которые пребывают там на полном иждивении Конвента. На нынешний — 45-й Конвент такими гостями были приглашены: Дорис Лессинг — почти неизвестная у нас, но чрезвычайно популярная в Англии писательница; Альфред Бестер — писатель-фантаст, довольно хорошо известный нашим любителям (он в Брайтоне не присутствовал по болезни); Аркадий и Борис Стругацкие — очевидно, известные не только читателям «Уральского следопыта»; от кино — режиссер Рэй Харрихаузен и артист Джим Бёрнс; от фэнов — супруги Джойс и Кен Слейтеры, Дэйв Лэнгфорд. Представительствовал от всех почетных гостей известный писатель Брайен Олдисс.
Очень смешно (как нам показалось), что «прозвищем» 45-го Конвента было объявлено выражение: «Конспирэси-87». Понятно, почему «87», но почему «Конспирэси», что по-русски означает «заговор»? Оказывается, шутка. Взят первый слог от слова «Конвент» и образовано от него «ударное слово». Я задал вопрос нашему хозяину, руководителю известного издательства «Голланц» Малькольму Эдвардсу:
— А не привлечет ли такое вызывающее название внимание Интеллидженс сервис?
Малькольм небрежно махнул рукой и ответил:
— А! Они уже привыкли. И без нас хлопот полон рот.
По сути дела весь Конвент представлял собой непривычно (для нас) огромное, шумное и несколько безалаберное шоу. Все друг с другом встречались, все друг с другом разговаривали (язык Конвента был английским), и что самое поразительное — все чувствовали себя как дома. Еще более поразительно — все, как нам показалось, понимали друг друга с полуслова.
Кроме англичан и американцев съехались в Брайтоне фэны из Японии, ФРГ, Польши, Чехословакии, Югославии. Был даже тамилец с Цейлона (Шри Ланка); арабы, негры, мулаты, метисы. Поражала и бодряще действовала простота в обращении, простота в одежде, удивительная неприхотливость в бытовых условиях. И еще жадный, неподдельный интерес к происходящему, а также неутомимое, чистосердечное стремление не только принять участие в как можно большем числе мероприятий, но и оказывать посильную помощь устроителям Конвента. Как я понимаю, Конвент проходил чрезвычайно организованно, хотя штатных организаторов (платных) было очень мало и заняты они были главным образом обслуживанием почетных гостей и вообще «взрослых» участников Конвента.
Мероприятия (которые язык не поворачивается называть «мероприятиями»):
Великолепный костюмированный бал, куда практически не допускался никто из участников Конвента, не облаченный в костюм какого-нибудь популярного героя из фантастических фильмов, комиксов, мультяшек.
Публичные интервью, когда кто-нибудь из руководителей Конвента в присутствии 300—400 любителей интервьюировал известного писателя, режиссера, актера и т. п.
Многочисленные просмотры кинофильмов.
Многочисленные «партии» — неформальные вечеринки в залах, барах, а то и просто в номерах гостиниц.
И так далее.
Для нас с Борисом Натановичем «гвоздем» всего Конвента была гигантская выставка-распродажа НФ литературы. Представьте себе несколько залов, каждый из которых не уступает по величине большому залу свердловского ДК автомобилистов (хорошо знакомому участникам ежегодного праздника — вручения приза «Аэлита»). Да что там «не уступает» — вдвое больше, это настоящие ангары, гигантские двусветные помещения, в которых расположились бесчисленные прилавки и полки, битком забитые сотнями тысяч, а может, и миллионами книг (все на английском языке). И не только книг. Здесь журналы, сборники комиксов, настольные игры с НФ тематикой... Несколько прилавков с сувенирами: куклы, куколки, куклища, изображающие популярных героев книг, фильмов и комиксов.
Мы с Борисом Натановичем проводили на этой необычной ярмарке почти все свободное время, отрываясь только на короткие прогулки в столовую (в сущности, ресторан, конечно, но нам он служил столовой).
Насколько можно было судить, все это издательское богатство — и новенькое с иголочки, и букинистическое — представляло едва ли не всю историю изданий англоязычной фантастики (точнее, фантастики на английском языке) от первых, еще конца прошлого века изданий Уэллса и до завтрашнего дня. Я не оговариваюсь — на распродаже были представлены книги и журналы, еще не поступившие в розничную продажу в США и Англии.
Вот так это выглядело. И нас глодала черная зависть. Кстати, по условиям приглашения мы примерно полтора часа торговали в одном из залов свежим изданием нашего «Обитаемого острова» (издательство «Пингвин», Лондон). К нашему огромному изумлению, за эти полтора часа мы распродали около сотни экземпляров. Не знаю, как у Бориса Натановича, а у меня на пальцах были мозоли от подписей.
Чем мы еще занимались? Выступили в трех публичных интервью (см. выше). Дали дюжину интервью индивидуальным газетчикам и корреспондентам радио. Неустанно разъясняли направо и налево, что по законам нашего государства мы не можем заключить личные контракты с иностранными издательствами и заинтересованным лицам следует обратиться в ВААП. Участвовали в «партии», которую устроили писатели для издателей. Участвовали в «партии», которую устроили издатели для писателей. Съели несколько обедов, которые давали нам как издатели, так и писатели.
Вот, пожалуй, и все, чем официально занимались двое советских почетных гостей на 45-м Конвенте. Согласитесь, что это немало для двух пожилых людей, впервые очутившихся в капиталистической стране.
Должен сказать, что принимали нас очень радушно. Борис Натанович как человек скептический и осторожный склонен относить это радушие за счет некоторой экзотичности для участников Конвента наших фигур. А мне кажется, что радушие это объясняется и неподдельным интересом к тому, что происходит в Советском Союзе вообще и в советской фантастике в частности. Соответственно были и вопросы, которыми нас засыпали: о перестройке, об Афганистане, о видах на отношения СССР и США. Естественно, о перспективах совместных космических исследований. И все же большая половина вопросов (Конвент-то — мировой научной фантастики!) касалась наших издательских дел в области НФ литературы, интереса к фантастике у советской читающей публики, положения наших любителей фантастики. Не скрою, мы были откровенны. И когда Борис Натанович рассказал о том, что потребность советских читателей фантастики удовлетворяется не более чем на 10%, в зале пронесся рев мистического ужаса, после чего наступила минутная тишина, немедленно напомнившая мне печальную минуту молчания...
Уже дома, в Москве, меня настойчиво спрашивали: какие же вопросы решались на Конвенте? Так вот, я вам со всей прямотой и откровенностью скажу, товарищи: если не считать контрактов, которые отдельные писатели заключали в кулуарах с отдельными издателями, никаких вопросов Конвент не ставил и не решал. Конвент (и этим, кроме всего прочего, похож на него свердловский праздник «Аэлиты») — это свободное, дружелюбное общение нескольких тысяч людей, интересующихся мировой НФ литературой. Это свободный обмен мнениями, обмен информацией, обмен книгами, завязывание знакомств, ну и, конечно, возможность получить высокое духовное наслаждение от общения с единомышленниками.
Конечно, Конвент — это не самый здоровый способ времяпрепровождения для пожилых людей. Очень все это было утомительно. Спали по 5—6 часов в сутки, не больше. Выматывались до изнеможения. Но я все же испытываю огромную благодарность организаторам Конвента за их любезное приглашение, за их несравненное гостеприимство, за то, что они дали нам возможность своими глазами увидеть, кто он такой — молодой любитель фантастики на Западе. Очень, очень хорошая фигура.
И еще. На 45-м Конвенте нам с Борисом Натановичем вручили приз Всемирной организации научной фантастики с девизом: «За независимость мысли».
облако тэгов
Омск: 
Омск: 
