Фрэнк Герберт «Дюна»

«Дюна... Арракис... Планета-пустыня...»

Разрозненные заметки о том, на что меня эта книга наводит.

С детства много раз смотрел фильм 1984 года, с удовольствием смотрел. Роман прочитал примерно в 2006 году в переводе Вязникова. Тогда книга понравилась, правда, не настолько, чтобы ошеломить и вызвать желание читать продолжения. Да и впечатление от романа постепенно ослабевало, и теперь я не уверен, что когда-нибудь захочу перечитать «Дюну». И советовать читать тоже не буду. И даже смотреть экранизации больше не хочется.

Эпик, конечно. Кто спорит! Но зачем? Зачем этот космолуддизм? Не понимаю. Опять же космическое средневековье. В этом плане недалеко от «Звёздных королей». Зачем нужны люди-арифмометры, если ещё Гегель считал арифметику настолько примитивной, что её можно поручить машине?

Что есть «разум подобный человеческому»? Может, разум исключительно социален?

«Страх — убийца разума». Это запомнилось. Пытался применять. Впрочем, тут, кажется, подходит любой текст, тот же Гегель, например.

Фамильные ядерные арсеналы. Не знаю, насколько это реалистично, но тоже запомнилось.

Генетическая память — фантастика, по современным данным, не слишком научная. Впрочем, у Ефремова тогда тоже было нечто подобное. Психоактивные вещества, опять же, видимо, модная тема шестидесятых.

Голос Бене Гессерит — предтеча джедайских майнд-триков? Арракис — прототип Татуина? Впрочем, были ведь и другие планеты-пустыни в фантастике? Берроузовский Барсум, или я не прав?

И да, интересно, насколько сложнее терпеть боль, если тебе НЕ грозит смерть в качестве альтернативы? Об этом меня заставила задуматься история Камо.

Дюна

Фрэнк Герберт

В связи с выходом экранизации первой книги, а именно второй части «Дюны» Дени Вильнёва, возникло желание перечитать весь цикл Фрэнка Герберта подряд, залпом. И вот моё скромное, сугубо субъективное мнение о первом романе «Дюна».

Во вселенной «Дюны» человечество сделало ставку на развитие ментальных практик, а не технологий. Причиной этому послужил горький опыт взаимодействия с искусственным интеллектом, завершившийся Батлерианским джихадом, глобальной войной, в ходе которой люди восстали и победили поработившие их «мыслящие машины». После победы была создана Оранжево-католическая Библия, содержащая ключевую заповедь: «Не создавай машину, подобие разума человеческого». Этот запрет вынудил искать альтернативные пути прогресса, что привело к появлению ментатов, людей, способных выполнять функции аналитических компьютеров.

Мир «Дюны» — это сложное полотно, сотканное из могущественных сил, каждая со своими интересами и уникальными ментальными способностями:

· Император и Космическая гильдия: Верховная власть и монополисты на космические перевозки, чьё могущество зиждется на контроле над спайсом (меланж/пряность. Тут и далее я буду называть его Спайсом).

· Великие Дома (Атрейдесы, Харконнены): Феодальные кланы, ведущие вечную борьбу за влияние и ресурсы.

· Орден Бене Гессерит: Тайная женская организация, столетиями реализующая генетическую программу по созданию сверхчеловека — Квисац Хедераха.

· Фримены: Коренные жители Арракиса, превратившие выживание в суровой пустыне в высшее искусство и обладающие своими тайнами.

Все эти пути развития так или иначе связаны со спайсом — уникальным ресурсом планеты Арракис. Он расширяет сознание, продлевает жизнь и является ключом к космическим путешествиям. С момента создания Галактической падишах-империи Спайс играл ключевую роль в жизни этого межзвёздного государства. Непосредственный контроль над добычей и распределением Спайса осуществлял Картель негоциантов. Право доступа к Спайсу ревностно оберегала и Космическая гильдия (без Спайса её навигаторы не могли бы прокладывать курс своих межзвёздных кораблей), и Великие Дома Ландсраада, правители которых использовавшие Спайс для значительного увеличения продолжительности своей жизни, и сёстры Бене Гессерит, пытавшиеся с её помощью предсказывать будущее. Его невозможно искусственно произвести. Контроль над ним означает власть над Вселенной, что делает развитие человека, а не машин, еще более выгодным.

Таким образом, путь человечества в «Дюне», это результат сознательного выбора, сделанного после тяжелейшего урока. Общество не отказалось от прогресса, а перенаправило его вовнутрь, заменив технологическую эволюцию эволюцией человеческого разума, тела и духа.

Именно на стыке интересов этих сил разворачивается трагедия и триумф главного героя.

Далее в тексте присутствуют спойлеры, в первую очередь из-за того, что сам автор спойлеров в своем романе не боялся. Практически с первых глав вам разъясняют что будет происходить в первой половине книги, из уст как Харконенов, которые сидят и обсуждают свои планы, так и из уст Атрейдесов которые уже подозревают кучу проблем от своего нового назначения.

Действие разворачивается в далеком галактическом будущем, где феодальные империи правят звездными системами, а главной ценностью является не золото или нефть, а пряность Спайс. Это вещество, продлевающее жизнь и открывающее возможности для межзвездных путешествий, добывается лишь на одной планете — безжалостной пустынной планете Арракис, известной как Дюна.

Именно сюда, в пасть льва, по воле Императора Шаддама IV из дома Коррино, отправляется герцог Лето Атрейдес со своей семьей и всем домом. С первых же страниц Герберт мастерски создает гнетущую атмосферу неизбежной ловушки. Да, читателю с самого начала известно, кто злодей, коварный барон Владимир Харконнен и его могущественные покровители. Известны и их коварные планы по уничтожению дома Атрейдесов. Казалось бы, зачем читать, если исход схватки предрешен? Однако в этом и заключается гениальность автора.

Интрига «Дюны» строится не на вопросе «что случится?», а на «как это произойдет?». Мы наблюдаем за благородными Атрейдесами, которые, видя угрозу, вынуждены шаг за шагом идти навстречу своей судьбе, пытаясь переиграть заранее расставленные сети. Это напряженная шахматная партия, где каждая фигура на счету, а читатель выступает в роли всевидящего бога, с замиранием сердца, следящего за ходами противоборствующих сторон. Этот прием работает как раз последнюю половину книги. Где как раз читателю недоступно видение будущего, в отличии от главного героя Пола, который к этому времени становится Квисатц Хадерахом. Одновременно мессией народа Аракиса, Фрименов и преждевременным конечным продуктом долгого генетического эксперимента ордена Бене Гессерит по созданию существа, способного заглядывать в память предков как по мужской, так и по женской линиям. На его долю выпадают невероятные испытания, которые пробуждают в нем дремлющие силы, заложенные генетической программой Бене Гессерит. Он начинает видеть возможные будущие линии времени. И вот здесь рождается его главная дилемма.

Пол осознаёт, что его месть и борьба за справедливость неминуемо приведут к ужасающим последствиям, джихаду его имени, который унесёт миллиарды жизней. Он становится одновременно мессией и предвестником апокалипсиса. Бежать от судьбы или принять её, став причиной невообразимых страданий? Эта экзистенциальная борьба делает Пола одним из самых глубоких и трагичных персонажей во всей фантастике.

Герберт блестяще исследует тему «спасителя» и опасность слепой веры. Пол, не однозначный герой. Да, мы сочувствуем ему, но автор показывает всю опасность его пути. Его мессианство -результат многовековой селекции Бене Гессерит и умелого использования ими подготовленных религиозных мифов. Пол понимает, что стал орудием фанатизма, который уже не может контролировать. Герберт наглядно демонстрирует, что слепая вера в харизматичного лидера ведёт к тоталитаризму, а власть — это ловушка.

Важной, хоть и не центральной, линией романа является тема экологии. Идеи планетарного эколога Кейнза — философский стержень произведения. Арракис представлен как хрупкая, сложноустроенная система, где песчаные черви, спайс, вода, фримены и климат связаны в единое целое. Это метафора любой сложной системы — политической, социальной, религиозной. Фримены, благодаря мудрости Кейнза, мыслят на столетия вперёд, в то время как Империя зациклена на сиюминутной прибыли от спайса. Эта тема напрямую связана с ключевым вопросом: можем ли мы сознательно формировать будущее, не став его рабами?

В романе переплетено множество глубоких философских тем, но центральной, пронизывающей всё произведение, можно назвать взаимосвязь и противоречие между свободой воли, предопределённостью и преднамеренным формированием будущего. Однако я бы выделил еще одну, это «Что значит быть человеком?». Роман исследует пределы человеческих возможностей. Бене Гессерит стремятся к созданию Квизац Хадераха сверхчеловека. Пол и Алия — продукты этой программы, обладающие сверхсознанием, но теряющие в этом процессе свою человечность. Способны ли мы управлять сверхчеловеческими силами, не потеряв себя?

Например, всё что происходит в момент испытания болью «гом джаббар», ключ к пониманию философии романа. Речь идёт о преодолении рефлексии и страха, о переходе к действию в полном согласии с обстоятельствами, о слиянии воли с потоком причин и следствий. Это не пассивность, а высшая форма действия, свободного от сомнений. Проще говоря не поддаться животным инстинктам при попадании в капкан чтобы спастись от сиюминутной боли пытаться высвободиться, а проявить терпение и завалить охотника, который придет за дичью.

При этом многие идеи, заложенные в первом романе, раскрываются во всей полноте лишь в последующих книгах цикла, как, например, концепция Золотого пути в полной мере раскрывается в книге четвертой.

Главная философская тема «Дюны» — это предупреждение о последствиях безответственного вмешательства в сложные системы (планетарные, социальные, генетические) и об иллюзии простых решений. Герберт показывает, что будущее нельзя контролировать без тяжёлых, часто ужасающих компромиссов, а путь к преобразованию мира неизбежно ведёт к утрате собственной человечности. Это роман-размышление о цене, которую мы платим, пытаясь играть роль богов.

«Дюна», не просто научная фантастика; это литературный феномен, монументальное произведение, задавшее новые стандарты жанра. Спустя десятилетия роман не теряет актуальности, а его влияние заметно в таких франшизах, как «Звёздные войны» или Warhammer 40,000, куда некоторые концепции перекочевали почти полностью. Его сила — в глубочайшей проработке мира, многозначности тем и мучительных моральных выборах героев. Это книга о том, как идеи и ресурсы становятся орудием власти, и почему истинное понимание последствий собственной победы может оказаться тяжелее самой битвы.

Однако, есть и ложка дегтя в этой бочке мёда. Это скоротечный финал. Всю книгу нагнетали, нагнетали и на страницах десяти всё порешалось. Мне не хватило. Хотя финал там более чем грандиозный, но чувство смазанности присутствует.

Если оценивать, то 9 из 10. Спасибо, что дочитали!

Арракис... Дюна... Планета пустынь...

На фоне классической научной фантастики «Dune» выглядит каким-то экзотическим цветком, поскольку, строго говоря, научной фантастикой она является постольку поскольку. Конечно, Азимов уже написал свою «Foundation», можно, я думаю, найти и другие аналоги космического эпоса в литературе, однако найти что-то подобное всё же сложно, ей можно лишь подражать, да и то лишь самому поверхностному слою.

Тот, кто читает её впервые, да и просто рядовые любители фантастической литературы, видят барочную роскошь квази-феодального мира Империи далёкого будущего, эстетику Великих Домов, пафосную гигантоманию космических аристократов, рассеянную мощь повстанцев-фрименов, борьбу за ценнейший энерго-ресурс во Вселенной, что неизбежно находит аналогии с днём и вчерашним, и нынешним. Оставим на совести Фрэнка утверждение, что феодализм суть одна из естественных форм организации общества, с учётом его весьма специфического представления о феодализме и, особенно, о перенесении его в эпоху «плеска звёздных морей», и примем это за условности миропостроения. Складывается впечатление, что аристократические дома — своего рода селекционные проекты, в рамках которых реализуются определённые родовые черты, пусть даже и достаточно стереотипные — так, Атрейдесы представляют собой воплощение благородства и верности, вместе с упрямством и жестокостью, Харконнены — змеиная хитрость, тонкий ум и глубокая порочность вкупе с полной неспособностью к эмпатии. Отчасти этим можно объяснить изначальную «ходульность» образов аристократии, но это, скорее, больше не слишком удачный литературный приём, нежели изначальная задумка.

Сюжетная шелуха, все эти «планы внутри планов внутри планов» имеют второстепенное и не основное значение — то, чего не понял Джордж Мартин (или, скорее, его поклонники), тупик которого связан именно с тем, что конфликты на Вестеросе не имеют внутреннего содержания, и сюжет существует только ради сюжета. Грош цена была бы роману Герберта, если бы он концентрировался на борьбе благородного изгнанника — Атрейдеса против гнусного барона Харконнена — быть может, изначально так и было, эдакое «космическое фэнтези», в стиле «Les Rois maudits» Мориса Дрюона, но борьба аристократических родов постепенно стала условностью, а пустынная планета перестала быть просто фоном для приключений Лоуренса Аравийского in future. В обратном случае это был бы увлекательный приключенческий роман в оригинальном сеттинге, с набором штампов и ходульных героев.

На первый план вышла, как ни странно, тема развития человечества, и возможности его прогнозирования. Проходят тысячелетия, человек выходит в космос, рассеяние и контакт с глубинами непознаваемой Вселенной придали новый импульс духовным практикам, вера в науку оказалась подорвана. Батлерианский Джихад — не вселенская бойня с разумными машинами, как это описывала сладкая парочка Герберта-джуниора и Кевина Андерсона, а сознательная, воистину священная схватка с искусственным интеллектом, постепенное освобождение человечества от технологических костылей прошедшей эпохи. Устранение из человеческой жизни машин заставило полагаться только на собственные силы, и это ускорило развитие Homo Sapiens, пусть даже эти изменения, на первый взгляд, и не слишком очевидны. Герберт вытраивал свою философию эволюции на основе психотехнических практик религиозного мистицизма, и психологических тренингов относительно недавно зародившегося психоанализа. Ментаты усовершенствовали мнемонические и вычислительные способности мозга, Бене Гессерит совершенствовали контроль за телом и обменом веществ, развивая параллельно психотехнические практики контроля за разумом, Великие Дома развивают и совершенствуют боевые навыки своих бойцов — Щит Хольцмана делает бессмысленным существование огнестрельного оружия, вновь введя в практику благородный ближний бой, оттачивание собственного мастерства в схватке с противником грудь на грудь, нож к ножу. Это мир, в котором до предела и совершенства развивают данные от природы навыки человеческого существа, и следующий качественный скачок вида уже назрел, и его развитие пытается направить в нужное русло мягкие, но суровые руки Бене Гессерит.

Итак, человечество находится на пороге нового витка развития. Как быть?

Отсюда и взялась концепция Квисатц Хадерах — того, кого назвали «Спрямляющим Путь» — результат многовековой генетической программы Сестринства, имеющий исключительно прикладное значение. Бене Гессерит проектировали социальную инженерию, и существо, способное видеть различные варианты будущего, и выбирать из разных вариантов событий наиболее приемлемый (для чего требуются навыки ментата) был необходим для дальнейшего выстраивания гладкого пути развития человечества, позволившего мягко обходить стороной наиболее болезненные точки бифуркации. Попытка идеальной коррекции будущего... Но социальность — слишком сложная структура для проектирования, и мог ли сам факт наличия Квисатц Хадераха определить дальнейшее развитие?мы читаем главы романа, и, что самое главное — эпиграфы к ним, и понимаем, что будущий Муад'диб — всё же не есть Пауль Атрейдес, это образ, сконструированный пером, который держит в руках сестра Бене Гессерит, чьё появление было подготовлено ими же, и влияние которого они вновь стараются взять в свои руки. Борьба Жизни и Системы? Вероятно.

Здесь есть определённая связь с экологией и развитием социального. По всей видимости, Герберт делает знак равенства между экосистемами и синергетической вероятностью в рамках человеческого общества, но тут в его тексте возникает определённое противоречие. Когда Лиет-Кинес рассуждает об изменении экосистемы Арракиса, он имеет дело с константными категориями замкнутой структуры, которая, при всех своих сложностях, имеет повторяющуюся физическую природу, цикличность которой является залогом её существования, и терраформирование Арракиса вполне возможно, путём цепочки запланированных изменений и целенаправленного усилия. Социальное является куда более сложной системой, причём, если мы будем судить по философии самого Герберта, который усматривает в развитии человечества более глубокие, подсознательные структуры, то и куда менее предсказуемой, поскольку вероятности развития множатся в силу куда более широкой базы возможностей системы порождать новые формы и сущности. Больше всего в «Dune» удивляют ментаты, которые именно по этой причине терпят поражение за поражением, поскольку анализирут факты и цифры вне их контекста, который оказывается куда сложнее любых условных теоретических моделей.

Или Герберт наоборот, разводит эти понятия? Квисатц Хадерах в совершенно иной точке приложения изменил будущее проекта «Империя», и запустил новую цепочку перемен под названием «Джихад», объединив человечество под шапкой веры в святого императора Пауля Муад'диба, предсказателя и творца будущего, собравшего общество сапиенсов перед броском в будущее... в какое будущее? Пока — кровавое и жестокое, но что говорит нам грядущий Золотой Путь? Ответ — в следующих книгах.

Умница Герберт развивал в дальнейших своих текстах именно концептуальную составляющую «Dune», а не его сюжетную фабулу, и это стало залогом разочарования многих фанатов борьбы благородных Атрейдесов и коварных Харконненов. Однако именно это стало залогом будущего для романа как философской фантастики, своего рода литературного трактата об эволюции человечества, что в научной фантастике всё же встречается не так часто. Но всё же, должен сказать, Фрэнк Герберт слишком глубоко выстроил свою концепцию, но как писатель, пытающийся облечь её в слова, он не слишком хорошо справляется со своей задачей, её слишком много для текста, который он старался сделать не только умным, но и увлекательным. Не стоит винить автора, он просто попытался сказать всё разом, и все огрехи покрываются многочисленными достоинствами.

«Дюна» Франка Герберта — это, без сомнения, монументальное полотно в мире фантастики, однако мой личный восторг оказался довольно умеренным.

Несмотря на грандиозность замысла, чтение далось мне не легко. Подступался я к ней три раза и каждый раз бросал, но все же, не закрытый гештальт не дал мне пройти мимо.

Повествование, на мой взгляд, грешит избыточной описательностью и обилием сюрреалистичных сцен, напоминающих наркотические трипы, что порой создает ощущение раздутости текста. Мне не хватало кинематографичной динамики, хотя в тех редких моментах, когда действие все же набирало обороты, написано это было мастерски и увлекательно.

Главный конфликт — вражда двух великих домов — тлел на протяжении всей книги, но так и не разгорелся в полную силу вплоть до финальных глав. Хотелось получить больше, всю книгу читал с внутренним «Ну вот скоро то..Ну вот сейчас..Ну вот уже», а потом финальная глава и все.

Который раз убеждаюсь, что звание классики и высокий рейтинг, это не гарантия того, что книга войдет и в твой личный топ

1. Первое знакомство:

Листая в детстве старые номера журнала «Техника-Молодежи» за 1966 год, я однажды наткнулся на странную рецензию, написанную известным советским фантастом Севером Гансовским

«Не заглянуть ли нам в какой-нибудь Космическую Гильдию, захватившую межзвездные пути, и Бене Гессерита, замешанного со своей матерью в длящемся столетия заговоре, имеющем целью вывести новую расу людей. Кроме того, Гильдия и Бене Гессерит мечтают завладеть особым, лишь на Арракисе имеющимся пространством, откуда некоторые человеческие умы могут командовать Временем...» (с)

(в данном случае выражение «ничего непонятно, но очень интересно» подходит на все 100% :)

Впоследствии выяснилось, что этот образец перевода можно смело включать в сборник вредных советов для лингвистов.

(При этом слово «Арракис» таки запало мне в память (арахис, да :)

2. В начале 90-х в нашем НИИ появились первые настоящие персоналки (поделки под маркой ЕС, роботроны и правецы по факту таковыми не являлись). И все, алес — работа отделов была полностью парализована: вся сильная половина человечества в возрасте от 20 до 40 лет включительно зависла над игрой, носившей странное название «Дюна 2» (странное, потому как никто не знал игру с названием Дюна 1 :)

Те отделы, кому ПК не достались — приходили играть в обед, по графику. Это было, мягко говоря — не очень удобно.

(к слову, легенда, запущенная Пелевиным о том, что все подряд резались в «Принца Персии» — не более, чем легенда, так как техническая интеллигенция массово играла в Дюну 2... Так как стратегический склад ума :)

Мне пришлось потратить все свои сбережения на покупку б/у 386 компьютера, но это стоило того — никаких очередей и внезапных рейдов начальства Это все — 1993 год («Дума» тогда еще не было :)

И тут, уже на волне популярности «Дюны 2» — из небытия выплыла и «Дюна 1» (не русифицирована, книгу никто не читал, но картинки были интересные :)

А далее вообще пошли «городские легенды» — кое-кто из знакомых стал утверждать, что играл в «Дюну-3». Люди преисполнились энтузиазма и стали искать эту игру (Интернета и сидиромов по факту еще не было, софт распространялся на дискетах через совершенно случайных людей или закачивался через ББСки (BBS).

Увы, это был фейк (а немного опосля таки появилась т.н. «Супердюна», может кто-то помнит и такое :)

3. Очень похоже на то, что наши кабельщики тоже играли в Дюну 2, так как на волне интереса они таки показали нам «Дюну» Линча (1984 год, по меркам кабельного образца 1993 — древнее старье, демонстрация которого допускалась только в исключительных случаях (до каковых относились показы мегаблокбастеров типа ЗВ и или «Крестного отца»).

Я тогда был относительно молод и вступительное слово принцессы Ирулан (а точнее — Вирджиния Мэдсен :) поразило меня в самое сердце (увы, сейчас уже не так :)

Фильм этот настолько стильно сделан, что переплюнуть Линча не удалось пока никому (последнюю экранизацию я не смог досмотреть и до середины). + особая благодарность Линчу за Стинга, лицо которого нам было известно года так с 1979 — это был натуральный нежданчик :)

После такого фильма и скучновато-непонятная игра «Дюна 1» заиграла новыми красками -в нее таки тоже стали играть (“The spice must flow” — эта фраза стала у нас мемом именно благодаря «Дюне 1», а не книге или «Дюне 2»).

4. После фильма найти книгу было уже делом чести. Увы, в книжных ее не было (тогда еще читали бумажные книги). В букине нашел только «Бог-император Дюны». И это был шедевр посильнее, чем «Дюна» Линча (я и сейчас считаю эту книгу лучшей частью все серии).

Затем удалось найти «Голубую «Дюну» (издана в 1992). Да, ее много критиковали за перевод, но это было великолепно.

Никогда не думал, что подобная разновидность фантастики сможет меня заинтересовать. И наплевать на технические или логические неточности или нестыковки — надо воспринимать книгу как единое целое.

Аллюзии на реальный мир в книге были очевидны. Но Дюна — это уже переосмысление нашего мира на более высоком уровне, это вселенная, давным -давно пережившая свой расцвет, смену общественных строев и проч. и выпавшая в итоге в осадок (см. теорию пассионарности Гумилева, у него это обозначено как «инерционная фаза»).

И в этом мире остались пассионарными одни только фримены (Акматическая фаза) И именно их пассионарность и побеждает (а не Муад Диб, он только знамя).

Но все преходяще — и вот тысячелетия спустя мы видим у автора «музейных фрименов» (прямая аналогия с североамериканскими индейцами, «мемориальная фаза» по Гумилеву).

Последние части книги — распад мира, надвигающийся конец (тотальная фаза обскурации по Гумилеву) и некий аналог Ноева ковчега в финале.

5. Позор. Позор, это все то, что было написано после Фрэнка Герберта («на детях гения природа отдыхает»). Я добросовестно купил и прочел всю эту халтуру, очевидной целью написания которой было заработать побольше денег. Потом не выдержал, и подарил все продолжения мастеру, делавшему ремонт в моей квартире (ему-то они понравились) — я не мог держать эти тома на одной полке с книгами Фрэнка :)

Забавно, последняя экранизация Дюны, похоже, была снята с той же самой целью. Но романы-продолжения хотя бы можно было читать.

Я читала эту книгу дважды в разных переводах и ещё несколько раз слушала в аудио. И только сейчас поняла, что для меня это в первую очередь история о любви и о людях, которые больше всего на свете дорожат именно этой любовью. Любовь леди Джессики и герцога Лето. Любовь Пола и Чани. Несмотря на то, что вокруг происходят важные события, влияющие на судьбы многих людей и планет, главные герои любят друг друга и глубина и нежность их любви не только чувствуется во всех их поступках и словах, но и часто определяет их действия. Джессика предала воспитавший её орден, родив своему герцогу наследника, которого он так хотел. Пол сделал династический брак фиктивным, оскорбив императора и весь великий дом Коррино, но телом и душой остался верен Чани.

И главная трагедия этой книги тоже в любви. Враги так ужасны не потому, что хотят отобрать богатства и власть, лишить наследства и уничтожить героев, а потому, что угрожают жизни тех, кого они любят.

Обычно, перечитывая книги, я стараюсь посмотреть на события в свете того, к чему они приведут, увидеть историю целиком, обратить внимание на детали, которых раньше не замечала, найти все ружья, выстрелы которых я уже видела в финале. Но в «Дюне» есть эпизод, подходя к которому, я раз за разом надеюсь, что сейчас всё сложится иначе, герои найдут путь к спасению, сумеют предотвратить трагедию. Я уже читала эту книгу, я знаю, как всё будет, но я продолжаю надеяться. И каждый раз больно.

Несмотря на культовость этой книги, история здесь простая и очень драматичная. Несмотря на огромную вселенную, из неё выросшую, эта история вполне завершённая. Пожалуй, из всех шести книг о Дюне, здесь самый полноценный финал. Жаль только, что «Жили они долго и счастливо» не вышло…

Дюна-Арракис планета пустынь... С этих слов можно начинать рассказ об этой книге. Сюжет здесь пусть и предсказуемый, но при этом не лишенный своего колорита и «воэтаповоротов». Однако, сюжет здесь не самое важное — самое важное здесь вселенная, атмосфера и посылы, которых щедрый автор накидал аккурат по всему роману.

Первое — мир. Вселенная далекого темного будущего (будто о Warhammer'е 40.000 разглагольствую) проработана отлично, вполне понятно почему это в 22.*** году все воюют на мечах, почему лишнее злоупотребление лазерами делает бум и тому подобное. Противостояние Атрейдесов и Харконеннов в сговоре с Императором показано прекрасно, кроме одного откровенно идиотского момента.

Научной фантастикой Дюну называть — ошибка, здесь она есть, но разбавляется тоннами предсказаний, типично-фэнтезийных клише и моментов включаяя

Атмосфера. Понятие хоть и субъективное, но важное. Здесь она есть и раскрывается во многих моментах, после книги, лично мне адски захотелось пить, настолько пустыня, пусть и иллюзорная влияет на мозг.

Итог: У нас есть продуманный и интерсный научно-фэнтезийный мир, персонажи есть среди них такие личность как: Герцог Лето Атрейдес, Барон Владимир Харконнен, Леди Джессика, граф Фенринг, Мать Елена Гахийам, Лиет-Кинес, Дункан Айдахо, Гурни Халлек. А есть такие как Пауль (Пол) Атрейдес, Чани, Стилгар и Раббан — Пусть и интересные, но все еще стандартные фэнтези герои. Сюжет идет по принципу «Строгха пряма», из-за чего особой интриги нет. Атмосфера пробирает, но когда понимаешь, что главным героям не угрожает серьезная угроза, то даже она не спасает. Вот так и выходит девятка, вместо десятки из-за слишком уж очевидных хитросплетений сюжета и отсутствия внятных ситуаций, где героям угрожает реальная опасность.

«Был он воин и мистик, чудовище и святой, лис и сама воплощенная невинность, меньше, чем бог, но больше, чем человек. Нельзя мерить Муад'Диба обычной меркой.»

В равной степени эта цитата относится и ко всему роману в целом. Это книга-ловушка, книга с двойным дном (а возможно и с тройным). Повествование затягивает своей плавностью, сказочной атмосферой и вдруг в один момент сюжет приобретает огромную скорость (словно в пустыне началась песчаная буря) и несколько страниц невозможно оторваться от книги, однако затем события вновь замедляются и снова читатель погружается в зыбучие пески неторопливости Дюны. До следующей бури.

Сюжет описывать — дело бессмысленное: каждый увидит то, что ему интересно, выберет что-то важное для себя. А выбрать тут есть из чего, так как идей очень много, приведу лишь краткий перечень того, что приглянулось лично мне. Это:

1) Идея миссии-пророка, способного видеть множество линий вероятностного будущего. Напрямую этой линии уделено не много текста, она присутствует всегда, как неизбежность и упоминается зачастую мимоходом, например, можно вспомнить о видении Пауля за каждым своим поступком и шагом далекий мираж Джихада.

2) Борьба с будущим. Джихад неизбежен, Пауль понимает это и знает, что даже его смерть не предотвратит кровопролитную войну, а лишь отсрочит ее. Однако он продолжает искать способ, хоть какую-то лазейку, чтобы мир не сотрясла война.

3) Мысль Пауля, что его мать, один из самых близких и дорогих ему людей, является его врагом.

4) Множество философских линий, проходящих сквозь текст и распускающихся во всей красе в финале романа.

5) Сами персонажи и отношения между ними. Они не искусственны и ведут себя как живые люди. Хотелось бы даже провести параллель между Атрейдесами Герберта и Старками Мартина: и события, и характеры персонажей, и обстоятельства во многом похожи, однако в какой-то момент жизнь Старков все-таки катится под откос окончательно. Атрейдесы, несмотря ни на что, смогли выкарабкаться.

Пожалуй, достаточно, и, поверьте, это лишь малая часть всего того, чем богата Дюна. И чем читать отзывы на нее — лучше прочтите книгу (если еще не прочли, а если прочли — прочтите еще раз, она стоит второго, третьего и даже пятого прочтения).

Подводя итог, я бы хотел сказать, что Дюна отнюдь не выдающаяся и не гениальная вещь. Но это очень хорошая и великолепно выполненная, самобытная книга.

Считаю (безоговорочно) это произведение КЛАССИКОЙ жанра научной фантастики.

Самое удивительное, что это первое произведение, в котором мое воображение и ощущения работали БОЛЬШЕ НА СТАТИКУ, чем на ДИНАМИКУ описываемого сюжета.

Попробую объяснить — обычно (чаще всего), фантастика захватывает именно событиями, т.е. действиями (при непосредственном участии главных и не только героев, каких либо фантастических или природных сил, явлений и т.д. и т.п.), что составляет ДИНАМИКУ, которая засасывает читателя как ураган, унося (или, если хотите, как добрый знакомый, взяв его под ручку и провожая) его в далекую сказочную (и не очень) страну... :) НО НЕ НА ДЮНЕ!!! — здесь, в иссушающе жарких, пустынных, фантастически и смертельно богатых условиях планеты, которая вроде-бы должна быть декорацией, главное впечатление (по крайней мере у меня) формируется именно от представления СТАТИКИ (климатических, физических, био-химических и других условий и свойств самой планеты и ее обитателей), очень детально и достаточно научно обоснованно прописанной автором. Арракис, заветная Дюна, — вот основа всего произведения, и только прочувствовав глубину прорисовки «декораций», можно понять, почувствовать замысел автора в отношении разворачивающихся действий, характеров персонажей и футуристических идей (в том числе и в отношении влияния религии на массы, влияния масс на историю, роль Личности в истории масс).

ИМХО Рекомендую читать всем (особенно в удобоваримом переводе) и не сравнивать с фильмом, а переживать свои впечатления от прочитанного. Оцениваю так (субъективно) потому, что не смог открыть для себя чего-то нового в произведении, перечитав его по прошествии мнмнадцати лет — впечатления снова были колоссальные, но все-таки ненамного отличавшиеся от испытанных при предыдущем прочтении.

Спустя почти 20 лет перечитал книгу. Читается как абсолютно новая история (в юности были интересны баталии, щиты, орнитоптеры, а во взрослом возрасте уже и интриги понятны и интересны).

Герберт создал целую вселенную, которая уместилась в одной книге. Да-да, достаточно прочитать только эту, без всякий предисловий, легенд и т.д. (они были написаны спустя годы и не Гербертом).

Наконец закрыла этот эпический пробел в знакомстве с классикой фантастики. Что сказать — с одной стороны, было интересно читать, с другой — очередной избранный мальчик, сколько ж можно!

Хотя справедливости ради, наверное, во время написания романа — 1965 год — это не было еще избитым приемом — собственно, я не исключаю, что Герберт задал тон всем последующим подобным историям про избранных детей, пророчества и евгенику — от «Игры Эндера» до «Гарри Поттера». Тем не менее, мне сложно и неинтересно оценивать достижения Герберта в контексте истории жанра, так что я не буду этим заморачиваться.

Лучшая часть всей истории — собственно планета Дюна, или Арракис. Сплошная пустыня, в которой вода является главной ценностью, ходят огромные и устрашающие песчаные черви, но также водится и загадочная Пряность, невероятно дорогая, ради которой все наши герои тут и собираются. Описание особенностей Арракиса и быта его фрименов, усилий, которые они предпринимают, чтобы выжить в пустыне — вот это правда интересно. Хотя, с другой стороны, неясно, если ближе к полюсам находятся обычные ледяные полярные шапки — почему большей части населения бы просто не перебраться в умеренный климат, оставив в самой жаркой пустыне только тех, кто добывает Пряность, вахтовым методом? По матчасти, впрочем, вообще много вопросов. Скажем, я так и не поняла, в чем же сверхценность Пряности, что за нее все так бьются — говорится, что она обладает гериатрическими свойствами, но почему тогда фримены, которые употребляют ее много, стареют обычным порядком, а то и быстрее? Вроде бы Пряность используют еще навигаторы из Гильдии Космогации, но что конкретно они из себя представляют и какой эффект на них производит Пряность — внятно не описывается. Вообще эта Гильдия — самая таинственная организация в тексте. Но с учетом того, что про нее упоминается только от людей, к Гильдии непричастных, судить о ее деятельности сложно.

Куда интереснее — идеи Кинесов, отца и сына, по терраформированию Арракиса. По мне, если кто и герой в этой книге, так это Кинес-старший, первый планетолог, который дал себе труд попытаться разобраться, откуда возникает пряность, как она связана с песчаными червями и почему на планете, на которой нет нормальной растительности, все в порядке с кислородом. И выяснил, что вода на Арракисе все же есть, только неясно, где, но теоретически возможно эту воду вывести на поверхность, создать достаточно большие площади нормальной растительностью и вообще сделать эту планету пригодной для жизни. И начал многолетний труд по «продаже» этой идеи фрименам, просвещению фрименов и медленным, но постепенным изменениям — которые дадут плоды не сейчас, но лет через 200-300, но все же дадут. И эту работу продолжил его сын, Лиет-Кинес, которого мы встречаем в тексте. Почему подвиг Кинеса-старшего, совершенно судьбоносный для Арракиса, гораздо более судьбоносный, чем все локальные разборки навязанной галактической власти, остался почти неизвестным и уж тем более не удостоился заслуженной славы? Видимо, потому, что всегда именно так и бывает — лавры получают не те, кто действительно сделал что-то невероятное, а те, кто произвел больше всех шума. Кинес-старший не был избранным, не был могущественным аристократом, а просто тихо и кропотливо делал свое дело. В парадигме нашего времени такие люди, мне кажется, имеют больше шансов получить признание, но в парагидме мира Герберта — по сути своем феодальном — их, конечно же, не видно.

И тут мы подходим к другому интересному парадоксу, о который запинаются все авторы фантастики: никто почему-то не учитывает, что развитие общества в социальном плане, развитие его в плане научном и в плане торговом связаны между собой. Нет, все пытаются запихнуть графьев и баронов в космические корабли, даже не осознавая несуразность такого сочетания. И, разумеется, в обществе, где каждый приличный дворянский дом обладает собственным ядерным арсеналом как будут решать свои противоречия молодые наследники титулов? — Ну разумеется, мордобоем. Я имею в виду последнюю дуэль Пауля Атрейдеса и Харконнена. Это примерно как для того, чтобы решить спор между Apple и Samsung по поводу незаконного использования каких-нибудь патетнов главы компаний устраивали бы показательные конные бои — и все считали бы это нормальным и подобный исход спора — вполне законным.

Вся эта феодальная эстетика мне и самой симпатична, чего уж греха таить, но все же тяга к эстетике не должна входить в такое противоречие со здравым смыслом, а у Герберта в основной линии его сюжета этого много. Еще один раздражающий момент — такое впечатление, что книга написана по Марвелу, куда ни плюнь, так супергерои: сын — избранный, с детства обученный всяким смертоубийственным техникам, мама — тоже, да еще и с навыками гипнотизера, фримены — великие воины, которые на раз уделывают крутейших солдат Имератора. Главный злодей, как и положено, омерзительный внешне со своей пневмоподвеской, которая помогает ему носить огромную тушу. Окружают героев такие же особенные люди — супер-фехтовальщики, сверхумные ментаты, крутые музыканты и тд. Кажется, из всех из них только отец мальчика, герцог Лето, не обладает никакими явными сверхспособностями — но он быстро заканчивается. Из тех, кого мы видим в кадре, удерживается за счет своего разума и прилагаемых сил только Лиет, и именно он вызывает как раз и уважение, и симпатию. А к остальным ее сложно испытывать — они скорее функции в сюжете, чем живые люди.

Забавляет еще нагромождение попяченных откуда только можно было словечек, которым Герберт попытался придать некий таинственный смысл. В итоге читатель получает такой переваренный культурный винегрет, в котором латинское Bene Gesserit («будет вести себя хорошо») сочетается с еврейским «Квисатц Хадерах» и исламским «джихадом».

Замечу также, что приложения читать во многом интереснее, чем сам текст.

Я прочитала «Дюну» лет десять назад, еще в универе, по настоянию друга — он очень ее любил (причем был предусмотрителен: продолжений принципиально не читал))) Книга оставила двойственное впечатление. Мне были скучны интриги и заговоры. И завораживали пустыня — и обреченность человека перед лицом своего предназначения. Сейчас перечитываю, впечатление по-прежнему двойственное. Но достоинства и недостатки романа видятся отчетливей.

Понятно, что там холодноватые персонажи, антинаучные дистикомбы, опереточные злодеи, высокопарные диалоги. Любят «Дюну» не за это, а за дивную атмосферу Арракиса и ледяные, однако вполне шекспировские страсти. Но я не об этом.

«Дюна» — полуфэнтези. Именно «полу». Уж не знаю, достоинство это или недостаток. У тамошних хомо сапиенс есть генетическая память. Ладно, допустим. Но если бы Герберт писал фантастику, то доступом к памяти предков все бы и ограничивалось. И предвидение, отчасти доступное персонажам, означало бы попросту полноценную обработку всей входящей информации. Полнота данных о текущей картине мира равноценна пророческому дару. Если бы Герберт писал фантастику, то Пряность, чудо-трава «Дюны», просто разгоняла бы мозг до невиданных мощностей, давая возможность сопоставить и просчитать все вероятные исходы событий. Но происходящее в прокрустово ложе нескольких четких фантдопущений не укладывается.

Биотехнологии, психоактивные вещества вроде как присутствуют, герои ругаются страшными словами — «селекция», «гены». И Пряность — продукт жизнедеятельности исполинских песчаных червей, и только дикие аборигены могут им поклоняться как подателям жизни. Герои не верят ни в Бога, ни в черта и — кто цинично, кто невольно — изобретают культы имени себя. Но наукообразность текста, равно как и просвещенный цинизм персонажей — наносные. Песочек на древних камнях. Дунет ветер — а там, под тонким слоем песка, сплошные слова с большой буквы: Судьба, Предопределение, Мессия. Мактуб. В чем и трагедия героев: вещие сны им снятся взаправду.

Изящный ход, кстати: фримены, пустынные жители, Пола Атрейдеса принимают за мессию в том числе и потому, что орден Бене Гессерит, к которому принадлежала его мать, провел основательную идеологическую подготовку на окрестных планетках — чтобы гессериток везде ждали почет и уважение. Но Пол действительно становится для фрименов мессией. И не только для фрименов — он и его потомки меняют судьбу всей цивилизации. Как не вспомнить слова совсем другого персонажа совсем другой сказки: «Ты, надеюсь, не утратил веры в пророчества оттого, что сам помогал их осуществлять?»))

У «Дюны» отчетливый исламский колорит. Не чисто исламский, там разнообразным востоком веет, но все же. Когда читала в первый раз, удивилась. Тогда это показалось не совсем оправданным анахронизмом — космопорты и джихад?.. Сейчас, когда Ближний Восток не сходит с новостных полос, это уже не царапает. Вот тебе пустыня, вот тебе борьба кланов, правительств и корпораций за ресурсы в эпоху беспилотников, дронов и химоружия... а там где-то за пыльным горизонтом и призрак джихада маячит.

ЗЫ: Вместе с «Дюной» читала «Мессию Дюны», это единое произведение по сути.

Дюна. Признание в нелюбви. Так парадоксально мне хочется назвать свой отзыв на это произведение.

Должен сказать, что, на мой взгляд, этот роман обладает неоспоримыми достоинствами. Фантазия автора поистине безгранична и весьма нетривиальна. Невероятный орден Бине Гессерит, программирующий наследственность. Таинственная пряность — меланж, наркотик, без которого невозможны межзвездные перелеты. Чудовищный шай-хулуд, владыка пустыни. Все это невозможно забыть. Не хочу спорить о реалистичности функционирования мира Арракиса. В конце концов, на то и фантастика, чтобы описывать в ней небывалое и невероятное.

Образы главных персонажей романа очень ярки, даже несколько чересчур подчеркнуты. Если уж барон Харконнен — злодей, то он просто тошнотворен. Если герцог Лето — положительный герой, то он благороден до невероятия. Вот эта чрезмерность и портит впечатление. Как-то не получается воспринять всю эту ситуацию слишком всерьез.

Сюжет романа очень закручен. Много коварных интриг, много хитрых ходов. Но как-то все это кажется немного надуманным. Вообще, общество, описанное Хербертом, с причудливым сочетанием технологий будущего и псевдофеодальных отношений, кажется слишком неестественным. Вызывает сомнения и неожиданная мощь фрименов.

Читается роман тяжеловато. В озможно, дело в не слишком удачном переводе, но в некоторых местах приходится просто продираться сквозь текст.

Если подводить итог, могу сказать следующее: не могу не отдать должной фантазии автора. Роман запомнился, роман произвел на меня сильное впечатление, но вот беда — не зацепил, оставил достаточно равнодушным наблюдателем. Посему оценка — только 8.

«Дюну» я перечитывал несколько раз, и каждый даёт какое-то дополнительное понимание истории. Сначала ты видишь интриги и историю сопротивления и восстановления справедливости. Потом понимаешь, что это — история сопротивления и смирения судьбе, принятия себя и управления своим будущим. Глубже ты уже начинаешь ловить оттенки связей созданного автором мира будущего с настоящим.

Прежде всего, ты видишь калейдоскоп религиозных элементов, сплетённых в узор верований будущего. Ты видишь будущее, уже прошедшее через многие из пугающих нас сейчас страшных возможностей (например, риск восстания искусственного интеллекта).

Внешне же история «Дюны» сконцентрирована на мальчике Пауле, который волей злой судьбы и сильной любви втянут не только в конфликты Великих Домов, но и в планы таинственного ордена Бене Гессерит по выведению Избранного.

На пути долга, мести, а также маячащей впереди страшной и кровавой судьбы молодому герою приходится пройти от наивности, через горе, утраты и неисчислимые риски, к полному Знанию, к своей судьбе, отчасти предрешенной, но по факту — выбранной, как путь наименьшего горя.

Слишком многие элементы Дюны уже обрели культовый статус. Песчаные черви, орнитоптеры, благородные Атрейдесы и извращённые во всех смыслах Харконены.

Богатство «Дюны» нельзя преуменьшить, также как и мастерство, с которым книга написана. Это — та книга, о которой бессмысленно много писать. Ее просто нужно прочесть.

Прежде всего хочется сказать, что «Дюна» — это не чтиво для убийства времени. Если читать ее быстро и по верхам, то останется впечатление о книге с невнятным сюжетом, сумбурными описаниями героев и нелогичным миром. Хотите видеть перед собой лихого героя, скачущего по горам и долам, рубя головы направо и налево и стреляющего во все, что движется? Читайте другую книгу.

При первом прочтении я сам мало что понял. Но через несколько лет мне захотелось вернуться в мир, пронизанный горячим ветром и колючим песком, и я не разочаровался. Герберт смог совместить космические технологии и средневековые методы ведения войны. Что-то ему удалось объяснить, а что-то нет. Внимательный читатель вполне сможет вспомнить места, где сказано, почему человечество отказалось от мыслящих машин, и к чему это привело. К тому же, все это — антураж для раскрытия и описания вовсе не батальных сцен. У Герберта своеобразный язык, и он не гонится за сиюминутным эффектом от описания сцены сражения. У него другая задача и иные методы подачи материала.

Главный герой не только мстит за отца,

Ставлю 9 за хорошо описанный мир (пусть и с некоторыми несостыковками), за интересных и думающих героев, таких как Пол и Хават, за возможность искать скрытые смыслы. Снимаю балл за антагонистов, обрисованных в слишком темных тонах. Они омерзительны душой и телом, а потому неинтересны.