Загадочный четырёхухий заяц, протагонист с амнезией и здоровяк‑добряк в напарниках — ну и, конечно, таинственный поход. В целом, получилось вполне читабельно.

Наш герой неведомым образом оказывается в центре Зоны — без оружия, зато с крепкой амнезией. К счастью, Зона сводит его с другим сталкером, у которого смешное прозвище — Тэкс. Ребята быстро находят общий язык и дальше отправляются в приключения уже вместе. Большой плюс — химия между героями выписана очень здорово: шуточки, перепалки, подколки звучат максимально живо и увлекательно.

Помимо мелких приключений, есть и глобальный квест. У Джета, парня с амнезией, сохранились обрывочные воспоминания: будто лучший друг столкнул его с крыши многоэтажки. К тому же загадочный голос в голове настойчиво зовёт в то самое злополучное место — найти товарища и разобраться в мотивах. Проблема в том, что локация далеко, а путь лежит через опасную территорию.

Сюжет цепляет, но само повествование местами кажется скучноватым. Локальные эпизоды хоть и яркие — стычка с медведем, загадочная лошадка, коварный каннибал, — но слишком скоротечные. Не хватило масштаба: хотелось больше динамики, а авторы с этим не справились. Забавных моментов было много, персонажи раскрыты отлично, но этого оказалось недостаточно.

Главный минус — концовка. Автор раскрыл главную интригу максимально буднично и затянуто. Да, развязка получилась неожиданной, но совершенно не цепляющей. Этот четырёхухий заяц подарил, пожалуй, самую провальную кульминацию, какую только можно представить.

В целом язык приятный и лёгкий, персонажи прописаны здорово, но эти достоинства не вытягивают книгу: побочные приключения описаны слабо, а раскрытие главной тайны вышло неудачным.

Оценка: 5/10.

Решил прочитать, так как в детстве почему-то не закончил. Не понравилось.Не то что бы я был фанатом Дюма вообще и мушкетерского цикла в частности, но первые две книги хотя бы динамичны и читаются без скуки, а здесь... д'Артаньян появляется не сразу, появившись он едет в Англию где совершает очередной подвиг. Что ж, читать про это по крайней мере не скучно. Но после возвращения во Францию он сразу же уходит на задний план, превращаясь во второстепенного персонажа.

Примерно треть книги сюжет крутится вокруг того, как придворные подсиживают друг друга ради благосклонности короля. Читать про это мне было откровенно неинтересно. Потом с поступлением Лавальер во фрейлины текст делает новый кульбит превращаясь в дамский роман: описывая кто с кем и кто с королём. Время от времени видимо, что бы не было совсем уж скучно автор делает намёки, что дальше, что-то такое будет и что Арамис, что то такое учудит. Проницательны читатель даже может догадаться, что именно. И вот наконец дождались — авантюра Арамиса. Она быстро проваливается и все начинают по разным поводам страдать. В общем все умерли.

Кстати, мне с трудом верится, что Рауль уже хорошо проявивший себя в нескольких сражениях после измены (если здесь вообще применимо это слово) вдруг начинает вести себя как неврастеник. Удар, конечно, для него был явно тяжёлым, но не смертельным. Боевой офицер его бы пережил. Кстати, подруга Луизы была частично права, сказав, что кое в чём виноват он сам. Но Рауль не захотел это принять. Частично, потому что главным виновником был любящий папаша Атос! Это же надо так ухитрится попросить разрешения на брак, что бы король сразу понял, что он этого на самом деле не хочет. Но Атос этого, конечно, не признаёт. Он ведь, как сказал Д'Артаньян в предыдущей книге, у нас полубог. Зато теперь можно встать в позу и обвинить во всём короля, он же Атос весь в белом.

Теперь об Арамисе. Помнится, был опрос кого из четвёрки вы хотите видеть своим другом, так вот я точно знаю, кого не хочу — Арамиса. Интриган. Мало того, обманом вовлекает в свою авантюру простодушного Партоса. Да, конечно, потом он рассчитывает ему воздать, но всё равно... А когда запахло жаренным Арамис тут же сбежал, даже не предупредив своего соучастника Филиппа, мол «Видимо он был раждён, что бы страдать. Мерзкова-то, не находите?!

Кстати, провал авантюры я встретил со смешанным чувством. Филиппа было откровенно жалко. После того, что с ним сделали, он, по моему мнению, имел полное право потупить так как поступил. Но амбиции Арамиса сделаться с его помощью Римским папой (хоть убей не пойму, как Филипп мог тут помочь, даже в титуле короля) явно были только верхушкой айсберга и даже страшно представить, что мог бы наворотить этот дубль-король находясь под контролем иезуитов. А он был бы под их контролем, так как управлять государством его никто не учил.

Я прекрасно понял, что Дюма уходом четвёрки символизирует смену эпох, но честно говоря нудновато.

Возможно французы воспринимают этот текст по другому, так как он об их истории и затрагивает многих исторических персонажей. Между прочим Луиза Лавальер вполне реальная личность, другое дело, что её исторический оригинал не имеет ничего общего с изображённым Дюма. Но вот у меня вот так.

Да, в светлом советском детстве, кажется в четвёртом или пятом классе, смотре французский фильм «Человек в железной маске» или как-то так, сильно по мотивам, так там подмена проходит благополучно и Д'Артаньян принимает в ней, в отличии от книги, вполне реальное участие. Как сказали бы сейчас кинофанфик. Ест ещё наш сценарий «Смерть мушкетёров». Там тоже подмена получается, но стало только хуже ибо дубль-король оказывается психопатом. Гибель же четвёрки, на мой взгляд, показана там куда лучше, убедительней и достойней чем в оригинале.

И вот вопрос — насколько правильно писать отзывы по «старой памяти»?..

А в последний раз читал Гиперболоид лет так с полсотни тому назад, если не больше. С одной стороны, многое уже и позабыто. С другой стороны, какое-то общее впечатление у меня сохранилось.

Думаю, если бы сейчас стал читать — то часто бы кривил мордашку. Но так вещь-то написана очень давно, и совсем на другую целевую аудиторию. Да, есть произведения — как старый коньяк. Чем дольше выдержка, тем богаче аромат и вкус. Но таких — очень мало.

А ГиГ — вообще не с этой целью писался... он — сильно «злободневен». Ну и, увы, сильно «конъюктурен». Но по тем временам иначе и нельзя было. Тем более, классово чуждому элементу — пусть и «красному», но графу.

Но двигаем дальше. Вот «Аэлиту» — раза три прочитал, так думаю. А Гиперболоид — ну раз десять, если не больше. В «Аэлите» многое раздражало — излишняя «вычурность», если так можно сказать. Сам фантдоп — ну какие полеты на Марс можно было представить при том уровне развития техники? А вещь-то — не про далекое будущее. Все эти атланты, и прочее... Ну и к революционным агиткам уже тогда относился со скепсисом, пусть и лет так 12 было. Поскольку и так — из каждого утюга.

А вот Гиперболоид... Во-первых, пусть это и не главное, сам очень реалистичный фантдоп.

С одной стороны,тогда меня слегка раздражало, что автор путает гиперболоид и параболоид. Но теперь я понимаю, что там половинка на половинку.

Да, основное зеркало должно быть параболоидом, чтобы направлять тепловые лучи в фокус. Но вот в фокусе должен быть именно гиперболоид, чтобы формировать параллельный тонкий луч. Вообще, это называется «схема Кассегрена» — сейчас широко используется в радиолокации и радиоастрономии, но пришло к нам из оптики.

Кстати, сравнение лазера с ГиГ — а только ленивый журналист тогда об этом не писал — совершенно некорректное. Вот совершенно разные принципы работы!!! Ну да и фиг с ним.

Но едем дальше. Если кой-какими частностями пренебречь, то получился прекрасный «авантюрный» роман. Читался легко, читался взахлеб. Вообще, по писательскому мастерству этот Толстой для меня, как минимум, ничуть не уступает другому Толстому. Очень широкий писательский диапазон, легкий слог.

Возможно, просто школа напрочь отбила у меня желания читать Льва нашего Николаевича. Ну, чесслово, нельзя в 8 или 9 классе детишек колбасить и плющить Войной и миром.

Но вернемся к нашей теме. И здесь у нас не схематично-плоские персы вроде Лося и Гусева из «Аэлиты» (пишу по памяти, через 60 лет. Возможно, и ошибусь). А вполне «объемные», интересные, «сложносочиненные» личности вроде самого Гарина, Зои и т.д. А вот «революционный пролетариат» здесь прописан послабее. До сих пор помню, что в последней дуэли на гиперболоидах я был на стороне Зои... :-Р

Ну, думаю, как бы автор тут ни старался, а совсем уж на горло собственной песне наступать тяжеловато было... :-Р

В результате имеем — для тех времен — вещь почти шедевральную по всем составлющим. За что от меня автору — респект и уважуха, ясен пень.

Короткое эссе о впечатлениях юного Балларда от послевоенной «родной» Англии после «неродного» Шанхая. В «Империи Солнца» автор не скупится на описания национальных черт характеров и мировоззрений (что в литературе сейчас практически табуировано). Досталось от него и соотечественникам. И в этом плане данное эссе очень роману созвучно. Этот взгляд – взгляд критичный, сардонический, горький. Кажется, составители с умыслом поместили его в одну книгу с дилогией «Империя Солнца» после «Доброты женщин», будто выделяя в его пантонном плавучем смысле линию критики английского характера, прячущего свои эмоции до психопатической глубины. Не уверен, что это уместно. Впрочем, национальные черты у автора всегда противоречивы. И тут эта английская противоречивость тоже присутствует. Как и ощущение краха империи, всё ещё ведущей себя как империя и отчаянно цепляющейся за эту иллюзию. Крах империи и имперских амбиций Англии в мире – ещё одна из тонких линий в той же «Империи Солнца». Впрочем, само эссе довольно короткое, как реплика, из которой трудно делать столь уж большие выводы.

Май 1908 года. Молодой доктор Василий Оттович Фальк, успевший повоевать в русско-японскую, отправляется из столицы в дачный посёлок Зелёный луг. Вдали от городской суеты доктор намерен провести лето в давно сложившейся компании дачников, предаваясь приятному времяпрепровождения, полному спортивных и азартных игр, прогулок по берегу и в лесу и занимательных бесед с другими отдыхающими. Вот только обстоятельства никак не хотят складываться в пользу отдыха, раз за разом заставляя нашего доктора оказываться в центре дел посёлку несвойственных, криминальных.

Хоть Фальк и оказался сыщиком поневоле, но в отличие от других своих литературных коллег, сыщиков по призванию, он напрочь лишён недостатков — не имеет вредных привычек, не заикается, не хромает и не чревоугодничает, а наоборот — врач, спортсмен и красавец. С одной стороны Фальк рационален и не верит в мистику, но с другой испытывает страх увидев местного призрака — серого монаха, который околачивается по посёлку и пугает обывателей. Как сыщик Фальк звёзд с неба не хватает, никаких чудес дедукции не ждите. Поэтому и роман как детектив довольно скромненький и простенький. Автор пишет в послесловии, что вдохновлялся Агатой Кристи и её циклом о мисс Марпл, но при чтении скорее вспоминаются бесчисленные «иронические детективы» отечественного разлива. Да тут даже убивают людей, скорее неприятных! Немного спасает дело юмор, не такой, что обхохочешься, но улыбнуться можно. При этом тот же самый юмор в том числе и избавляет от попыток смотреть на роман как серьёзный исторический детектив. Чувствуется увлечённость автора дачной жизнью столичных обывателей начала прошлого века, и это тоже пошло в плюс книге.

Простой детектив про прошлый век, стилизованный под классику и не лишённый юмора и некоторой милоты. Отечественный доктор Ватсон, счастливо избежавший ранения на войне, но так и не нашедший своего Холмса, вынужден расследовать убийства в одиночку. Впрочем, встречу с Мэри Морстен автор ему организовал.

Как обычно, про длинные циклы отзыв пишу о всём цикле — каждую книгу комментировать смысла нет.)

В целом неплохо.

Из плюсов — достаточно подробно прописан виртуальный мир (не как Вальдира, конечно, но лучше, чем у многих «коллег по литРПГ»), и развёрнут оригинальный концепт мира реального, буквально мира победившего капитализма.

Неплохой слог, читается легко. В именах и названиях не путаешься. Неплохой сюжет, хотя и без оригинальности. Характеры персонажей не сильно глубокие, но и не «картонные».

Из минусов — градус эпичности под конец цикла зашкаливает.) Цифры становятся уже абсурдными — десятки миллионов врагов, миллионные уровни, квадриллионы урона... Иногда кажется, что такой размах излишен, и можно было обойтись меньшими цифрами.

Хэппи-энд в наличии, но

Ну и логика сюжета иногда страдает. Я не про чудесные «рояли», они как раз логичны в данном жанре, я про саму внутреннюю логику событий.

Впрочем, это мелочи. Вполне добротная литРПГ, любителям советую.

«Кафедра» — И. Грекова, 352 страницы

Кусочек жизни кафедры одного московского института. Герои — и преподаватели с их буднями в учительской и на различных кафедральных обсуждениях, и сами студенты с подготовкой к сессиям, жизнью в общаге, влюбленностями и лабораторными занятиями. Но всех их объединяет то, что они простые люди, которые живут, учатся, работают, влюбляются, теряют близких и совершают различные ошибки.

В романе нас ждут и профессионально кипящие страсти, и служебные роман, и разбитые сердца. И пусть мы с ходу попадаем на заседание кафедры, где знакомят сразу со всем преподавательским составом. Пусть сразу нам кто-то не нравится, а кто-то вызывает недоумение, но чем глубже мы ныряем личные истории людей, тем сильнее понимаем и проникаемся их судьбами. Не зря говорят, что чужая душа — потёмки. Вот в эти потёмки мы и заглядываем тоненьким лучиком фонарика, пытаясь успеть что-либо разглядеть, почувствовать и понять.

Мне кажется, что для многих здесь будет светлая ностальгия по ушедшим студенческим годам, приправленная лёгкой грустью.

Если вы боитесь советской литературы, то советую попробовать «Кафедру». Живой и интересный язык и история о таких разных людях, разнообразных судьбах, каких-то нелепых случайностей и простых человеческих ошибках.

Писать об этом романе – всё равно что пытаться удержать одной рукой, ускользающую меж пальцев большую медузу. Осмыслять – немногим легче. За время чтения я испытал эмоции полярные: от благоговения перед густейшей атмосферой романа до злого раздражения его ненужным разбуханием в отдельных членах и потом уже к смиренному принятию и признанию изощрённой ловкости автора.

Сюжет большей частью связан с жизнью одного из ключевых персонажей – Александра Дванова («одного из» потому что фокал и построение структурированного текста это не совсем про «Чевенгур»). Он проходит через дореволюционный деревенский быт, где даже в урожайные годы не знали полной сытости, через голод с пустеющими деревнями, революцию с громыхающими где-то на горизонте боями Гражданской и, наконец, пытается наладить новую жизнь в рамках этого самого утопического города Чевернгура. Охватить вышеперечисленное в пределах одного романа – задача не для робкого автора, но Платонов и не был робок ни в хорошем смысле, ни в плохом (об этом – ниже).

Поначалу текст впечатляет и утягивает в себя, чувствуется, что Платонов не просто работал над романом, а работал вдохновенно. И уже на первых страницах (история сироты, которого берут в семью, а затем из-за начавшегося голода – изгоняют) открывается способность Платонова писать о самых страшных событиях с лёгкостью (не легкомысленностью, а именно непередаваемой, прозрачной, как тёплая осень, лёгкостью), с печалью, любовью и тихим состраданием без всякого заламывания рук и искусственного нагнетания драмы. В мёртвой деревне он находит красоту нечеловеческой природной жизни, и читатель просто радуется с ним вместе любовному описанию подсолнуха.

На протяжении всего романа Платонов как будто отводит читателю глаза амбивалентностью собственной оптики: лихое время со смертями, расстрелами, общей неустроенностью жизни подаётся естественно, без оценочного суждения, словно все эти вещи являются частью неизбежной обыденности (так, вероятно, в то время они автором и воспринимались – на момент Революции Платонову было 18 лет, он в некотором роде стал её ровесником). Оттого иногда роман кажется предельно сочувственным к его героям, а иногда – сатирическим, дерзко-насмешническим. Персонажи в ответ устроены не менее хитро, они могут вызывать одновременно раздражение, ненависть, недоумение, симпатию: даже профессиональный «палач революции» может вдруг открыться с неожиданной человеческой стороны. Что уж говорить про лучшего персонажа книги – геройского рубаку Копенкина, влюблённого в покойную Розу Люксембург, неотделимого от одушевлённого своего коня Пролетарская Сила и способного заменить целый кавалерийский отряд. Он редко говорит, и, в отличие от других центральных персонажей, мало думает писательскими словами – лишь всем своим существом передаёт горячий непокой, достаточный для создания живого полнокровного образа.

И вот здесь, наверное, нужно сказать о недостатках, в оценке которых я согласен с Горьким – роман избыточен и необязательно раздут. Мне нравится теория критика Осанова, что графомания – в буквальном, дословном понимании, как желание писать, преумножать знаки любой ценой – может быть не только бездарной, но и гениальной. В этом смысле, мне кажется, Платонов (как и, условно, мой любимый Брэдбери, но тот брал не объёмом, а количеством произведений) был гениальным графоманом – доверившись своему чувству в работе над «Чевенгуром» он просто не мог остановиться. Так возникли и лишённые какого-либо нового сюжетного или персонажного смысла дублицитные эпизоды; и как будто сделанные под самую плохую душнину Достоевского да помноженные на собственную платоновскую вывихнутость мысли внутренние монологи; и съезжающие в сторону фокалы с концентрацией на персонажах, история которых окажется недорассказанной.

И потому, порой, чтение походит на наблюдение за стрельбой ночью из пулемёта, где три пули летят невидимые в темноте, потом – яркая вспышка трассера – и снова темнота и только грохот невидимой машины. Или же можно сравнить процесс с движением из хвоста в голову поезда, где между благоустроенными тёплыми пульмановскими вагонами приходится миновать продуваемый ледяным ветром тамбур, где приходится долго возиться с примёрзшим запором.

Да, можно сказать, что такие самоповторяющиеся, лишённые действия и даже интересного разговора или мысли, эпизоды уравновешиваются эпизодами сильными и точными, но именно это не даёт роману подняться на высоту недосягаемую, выдающуюся, вершину, которую он мог бы взять, если бы не обвесился в начале подъёма, как нерассудочный альпинист, дорогим сердцу, но ненужным скарбом. Буквально всё в «Чевенгуре» располагает к тому, чтобы он стал притчей, но притча – жанр требующий прессовки образа, его кристаллизации, подгонки всех движущих элементов до миллиметра. Так удачно, например, работают вступление и концовка романа, но не его сердцевина. В итоге по прочтении остаётся смешанное чувство с перевесом в сторону всё-таки позитива.

Кому такое можно рекомендовать? Ну, тем, кто ищет неангажированный взгляд на переломный момент русской истории. Тем, кто ищет уникального авторского языка. Тем, кто ищет произведение с густейшей атмосферой, не доходящей одного только шага до магического реализма (сдаётся мне, что создатели «Мор. Утопия» читали очень внимательно не только Стругацких, но и Платонова). Тем, кто ищет загадочную «русскую идею» (тут сам Платонов в какой-то мере предвосхищает Бердяева и очень жаль, что последний не мог читать и осмысливать роман).

Входит в роман «Нет никакого Отдела Антимеметики», первым рассказом. Это нечто необычное у автора. Как забыть то , что уже забыл? Вот об этом и вся история. Рассказ небольшой пару страниц всего, но это начало загадок и интриг. Стоит прочесть.

Да неужели Джордан решил в 11 томе (11, Карл!) добавить сюжет и хоть какой-то нормальный движ, кроме юбкотеребления, косотеребления, распития чая и тысяч страниц пустой болтовни об одном и том же. Не единожды я бросала сей цикл, но читающий народ уговаривал продолжать фразой «дальше будет круче и интереснее». И вот я жую 11 том и только сейчас персонажи наконец повзрослели, у главных айседай цикла обнаружены мозги, автор добавил сражений, от которых мне должно было стать жутко, но в чернуху Джордан не смог)) Есть персонажи, которые до сих пор провоцируют делать зарядку для глаз, а также не терять надежды на их скорейшую кончину в следующих томах (привет Перрин и его благоверная). Самый жирный плюс в этом томе — это практически треть книги от Мэта — лучший персонаж всего цикла!

Что ж... надеюсь, дальше будет лучше))

Герой рассказа покупает у антиквара роскошный кукольный дом, даже не просто дом, а целое маленькое поместье, со службами, конюшней и т.п.. В доме есть жители — семья: Мама, Папа, сынок с дочкой, и старичок лежащий в кроватке с пологом. Причем продается такая уникальная вещь по очень скромной цене, а почему наш незадачливый покупатель скоро поймет. В ту же ночь, после покупки, когда кукольный дом стоял на столе в комнате нашего героя, он увидел как дом ожил и собственными глазами лицезрел разыгравшуюся там драму, сыгранную кукольными человечками. Ещё один классический страшненький рассказ вышедший из под пера знаменитого М. Р. Джеймса, короля антикварного направления рассказов о сверхъестественном. Описания домика превосходны, просто видишь его во всех деталях, вещие видения тоже удались автору, и это колебание на грани сна и реальность, зыбкость и правдивость истории, её кукольности и человечности, если не напугают, то навеют жутковатое впечатление точно.

История, в самом деле, завораживает волшебными ароматами. Её можно было бы назвать уютной, если бы не горькая судьба героини. Глупая романтичная ошибка молодости, и теперь смысл жизни умной сильной талантливой женщины лишь в любимой работе, а основное дозволенное ей удовольствие — чашка кофе и выпечка. Муж разлюбил, и ладно, плохо, что с сыном разлучил.

Героиню жаль, достойный спаситель-герой толком не проявился — хотя кандидаты были. Мир необычный, суровый, неприветливый.

Детектив, щедро приправленный драмой и — в меру — магией причудливых запахов.

Отличное начало знаковой серии, во многом определившей развитие советской НФ. Сборник включает ряд абсолютно топовых повестей:

- «Попытка к бегству» АБС в представлении не нуждается )

- «Глеги» Громовой рисуют жутковатую картину биологического апокалипсиса (конечно, не на коммунистической Земле, а на абстрактной далекой планете, такие уж были требования времени). Описание от первого лица, как ощущается медленный захват мозга инопланетным вирусом, конечно, впечатляет. Громова вообще крайне недооцененный автор.

- «Майор Велл Эндъю» Лагина прекрасно дополняет «Войну миров» Уэллса. Англичанин в своем романе описал, кажется, все возможные социальные аспекты марсианского вторжения, только об одном не подумал — что в стране обязательно появятся власовцы, перебежчики на сторону марсиан, готовые предавать своих, лишь бы выслужиться перед новыми хозяевами. Местами Лагина чуток заносит — свастика как священный символ марсианских упырей, это явно уже перебор — но если вспомнить, что книга писалась фронтовиком, своими глазами видевшим последствия нацистской оккупации в Одессе, Херсоне и Николаеве, то язык не поворачивается высказывать претензии в этом плане.

Остальные вещи в сборнике сильно попроще, но вполне читабельные. Откровенно подвел только «Странник и время» Гора (про него я отдельно высказывался недавно https://fantlab.ru/work69596#response534559). В целом очень, очень хорошо. Приятно вспомнить, с каких высот стартовала серия, прежде чем скатилась в откровенный мусор в перестроечные годы.

Освежу в памяти, пожалуй, и «Фантастику 1963».

-------------

P.S. Не могу также не упомянуть про рассказ неведомого мне писателя Глебова, где марсианская цивилизация разумных муравьев расшифровывает радиопередачи с Земли, знакомится с людской культурой и мощно глумится над советскими фантастами Казанцевым и Ефремовым, убежденными сторонниками теории, что человеческое тело есть идеал и всюду во вселенной разумная жизнь обязана быть неотличима от человека:

<< Вот до какой степени ограниченны и самовлюбленны земляне! Они наивно убеждены, что нигде во вселенной материя не могла сложиться в более рациональные и прекрасные формы, чем те, какие свойственны им самим. Наивность личинки, как говорит наша пословица! >>

Т.е. напрямую оппонировать таким зубрам, как Казанцев с Ефремовым, автор не рискнул, а от лица выдуманных героев крепко (и, надо сказать, по делу) их пропесочил, а для надежности привел цитаты из Энгельса, причем тот, к моему удивлению, оказался куда более толковым мыслителем в этом отношении. << Энгельс говорит о “животных с мыслящим мозгом”, но отнюдь не сводит их к позвоночным или молококормящим. >>

В художественном плане рассказ средненький, но зато какая жаркая полемика!

Когда я узнал о выходе сборника Уманского, я сразу определил себе книгу к прочтению. Ведь из девяти вещей сборника я три уже читал в антологиях и оценил их на девятку и десятки. А это говорит о том, что я ценю писателя, как одного из лучших авторов хоррора. Не русских авторов, а вообще.

К тому же в сборнике вышел опус магнум автора, повесть о Хиросиме после атомной бомбардировки.

Уманский щедр на сеттинги, не замыкаясь только в депрессивной российской действительности:

русские поселенцы в Америке и индейские духи; предреволюционные российские городки, столкнувшиеся с обезумевшим слоном или проклятым театром;

греческий островок в тридцатых с греческими же беспощадными богами;

Вторая Мировая и неуязвимый монстр;

российская действительность — колдовская и маньяческая;

Африка и белый наемники;

и, наконец-то, послевоенная Хиросима, где всех жалко.

Сюжет во всех рассказах несется, как поезд, притормаживая только на описаниях мясокровищи и расчлененки.

Особняком стоит повесть «Отблеск тысячи солнц», которая похожа на совместный проект Миядзаки и киномана-Тарантино. Не даром же кульминационная сцена повести — вдохновенное описание диснеевской «Фантазии.

Просто удивительный по качеству сборник.

Если вы выбираете один сборник для знакомства с современным русским хоррором — рекомендую «Догоняй!»

Десятка не только за общее качество произведений, но и за отсутствие хоть сколько-нибудь провальных вещей.

10(СТРАШНО ИНТЕРЕСНО)

Ну и отдельное удовольствие — то, что автор завсегдатай фантлаба и в благодарностях отдельно уделяет этому внимание.

Когда полюбились персонажи какой-нибудь книги, то конечно хочется знать, что же стало с её героями дальше.

«Тину» трудно назвать рассказом, это выглядит как глава из большего произведения, и, что вполне возможно, не из его начала. Собственно, это и могло быть частью продолжения романа «Битва в пути» с условным названием «Директор завода». Как ясно из названия фрагмента, он про одного из главных персонажей «Битвы» — инженера-металлурга Тину Карамыш. И поскольку непосредственной предыстории и продолжения нет, то высоко оценить «Тину» я не могу. Фрагмент показывает только одного персонажа и только с одной стороны, что вне контекста может выглядеть однобоко (то же можно сказать и об отдельных главах «Битвы»). Сюжет обсуждать не буду, поскольку это было бы спойлером, в том числе и к предыдущему роману Галины Николаевой.

Интересно, сколько времени прошло между созданием «Битвы в пути» и «Тины»? Действительно ли могло продолжение «Битвы» сложиться в новый роман или нет? В последние годы жизни писательница работала над другим романом «Сильное взаимодействие» про учёных-физиков. К сожалению, Галина Николаева умерла слишком рано, и мы никогда не увидим ни одного из планировавшихся романов. Но на основе фрагмента можно строить предположения, что могло быть дальше с героями «Битвы».

Вот этот рассказ отлично перекликается с «Мультиками». Еще один советский «книжный» мальчик оказывается в травмирующей ситуации, когда его избивают, причем травму он получает больше психологическую, нежели физическую. Самое главное, что еще этот мальчик ощутил предательство, будучи советским Элоем, где в памяти милые трогательные светлые песни и книжки, столкнувшись с некоторым Морлоком, который все это уже перерос и социально и психологически. почему-то границей всего этого стала еще и наивная школьная форма с солнцем и книжкой на шевроне. (Помню мой герб был порезан кустарным ножом, и до пятого класса, когда все перешли на те самые свитера, я ходил с разрезанным надвое солнцем и покалеченной книжкой). Пресловутый Витя зачем-то полдня втирался к мальчику-Элою в доверие, чтобы потом жестоко его избить и отобрать какие-то жалкие гроши. Раны залечиваются, но душевное смятение не покидает человека долгие годы. Порадует ли его месть, внезапная беспощадная, такая же жестокая и неотвратимая, и все равно даже кто будет жертвой? Случайная встреча с менялой, так похожим на пресловутого Витю, ведь все морлоки одинаковы, и сердце колотится сильнее. И... Внезапно, осознание какой-то пустоты накрывает героя и читателя вместе с ним, как обертка от чего-то полузабытого, оставляя омерзение и горечь.

Весьма нетривиальная интерепретация вампирского мифа. От появления темного народа, которые, оказывается, тоже просто люди, но со специфическими наклонностями, до визита местного божка, разделившего кровососов на любителей плазмы и высасивателей жизни через поглощение... спермы. Звучит трэшово, но на деле идея воплощена забавно и не вызывает ощущения какого-то откровенного цирка.

Кроме того, госпоже Уайльд удалось воплотить ощущение готической атмосферы в новом мире, что тоже прибавляет веса ее произведению. Конечно, это еще одна история про «тех, кто незримо живет среди нас», но все равно она достаточно своеобычна и на удивление не выглядит вторичной в череде упыриной прозы.

В наличии все заманушные атрибуты поп-ужастика: секс, насилие, убийства, интриги, интересные экскурсы в прошлое, борьба за власть и быстрое развитие событий, ни на минуту не дающее заскучать. Небольшая фемность посланий, свойственная авторессе, здесь также имеется, но тут она более чем уместна и обоснована сюжетом: если конкретная сильная женщина доказывает делом, а не пафосной болтовней, свой уровень, какие к ней могут быть вопросы?

Итог: достаточно нестандартный взгляд на заезженную тему. С явным намеком и возможностью на продолжение.

Сказка об обретении дома и покоя. Мы уже путешествовали с Муми-троллем и его друзьями, переживали с ними различные приключения, но что же в итоге становится космосом всех этих зверьков, источником их уюта. Тот самый гостеприимный дом муми-троллей в тихой долине. Об этом мечтают многие, но именно Туве Янссон довела подобные потаенные желания до абсолюта.

Муми-папа заболел, и за время болезни стал писать мемуары о молодости. Дописывая новую главу, он читал ее юным Муми-троллю и его друзьям не только посвящая их в тайны происхождения всего мира ,что их теперь окружает, но и раскрывая историю их собственного происхождения.

Удивительно, но эта сказка с детства мне нравилась больше других. Ее неспешное повествование, интрига и жажда Приключения — безусловно все это притягивает к чтению, правда сейчас мне показалось, что прочитана она была гораздо быстрее, чем раньше. А еще, мне попалась книга с жутковатыми неканоничными иллюстрациями Волкова.

Часто, когда едешь в поезде, приходится общаться со случайными попутчиками. Однажды, в поезде Чита-Москва, мне пришлось ехать в обществе наполовину узбекском, наполовину таджикском, узбеки тайком выпивали, а таджики ходили с банками, наполненными остро тушеным мясом и принюхивались. За несколько дней пути, оказывалось, что неприглядный и потрепанный дорогой торговец фруктами из Читы — на самом деле учитель информатики, который при подаренном московским земляком-бизнесменом компьютерном классе, не смог обучать детей из-за отсутствия электричества. И таких историй я услышал предостаточно, иностранные попутчики проникались ко мне какой-то душевностью, несмотря на то, что одет я был в неком милитари стиле, как и альтер-эго Елизарова в этом рассказе.

Робкий и переживающий за отсутствие миграционной карты, плиточник из сопредельного государства, едет в поезде и пытается всем понравиться своей заготовленной личиной хорошего человека, он в душе чувствует, что его ухищрения перед госслужащими будут тщетны, но надеется на «авось», в своем, среднеазиатском варианте. Плацкарт понемногу заполняется пассажирами, и некоторый Рафаэль начинает прощупывать каждого, чтобы связаться с ним незримой ниточкой сочувствия при отрицательном итоге.

Когда в вагон заходит квази-Елизаров в своем обычном воинственном одеянии, Рафаэль пугается еще больше, но затем также быстро и успокаивается.

Его страх перед итогом пути, разумеется, оправдывается, и читатель узнает, что все ,что мы только что прочитали —

Эхом остается только самодеятельная песня, синкретизированная «офицерами, чье сердце под прицелом», и «дождей грибных серебряными нитями»...

Думается, именно из-за этого рассказа теперь в библиотеках на сборнике пол обложки занято кустарной наклейкой с цитатами о незаконном употреблении. А так, памятуя о различных пасхалках в произведениях автора, можно вспомнить легендарный клип Prodigy 'Smack my bitch up» и, конечно, Хантера Томпсона в его цитируемой обычно ипостаси. Развиваясь постепенно, от комментариев читинской девушки Аси (почти землячка), до панического причитания голоса в голове, скрывающегося под именем почти пелевинского царя птиц Симурга, после употребления необычного печенья, рассказ ведет читателя по Берлину, который никому из эмигрантов не нравится, но все же все в нем живут. Страх, неподдельный и всепроникающий очень хорошо прописан, словно автор и сам имеет подобный опыт, хотя, в описании сборника в целом, Елизаров утверждает ,что написано все «другими» чернилами, и правды здесь нет. Мы верим, и бежим к спасению вместе с главным героем, по итогу делая выводы и резюмируя написанное голосом психолога из South Park — «Наркотики — это плохо, пнятненько».

Наконец-то решился ещё раз взяться за Толкина, которого последний раз читал в далёком детстве (фильмы не в счёт).

Начал с Хоббита. Честно говоря, читать было не слишком интересно, но всё равно приятно. Главным образом за счёт волшебной атмосферы. Всё же всяким Нортон и Ле Гуин до Толкина очень далеко, хотя они и пытались писать в схожем стиле.

Сюжет движется по принципу «У Гэндальфа с самого начала был какой-то план и он его придерживался». Какой — непонятно. Как и зачем вообще было тащить с собой лишённого каких-либо полезных навыков хоббита. Ведь почти всё, что он сделал — он сделал с помощью кольца. А как раз о кольце Гэндальф и не знал.

Сам Гэндальф (я-то теперь знаю, что это не какой-то там влобешник, но аж целый айну) поражает своей немощью. Только и может, что фейерверки пускать.

Остальные участники экспедиции (гномы) и вовсе больше похожи на беспомощных котят, а не воинов с двухсотлетним опытом. Это ж надо — завалиться спать на вражеской территории, даже не подумав о часовых. Не говоря уже о планировании, точнее полном его отсутствии. Чего они добиться-то хотели, раз живой дракон свои сокровища раздавать не станет, а убивать его гномы не собирались?

Непонятным так же остался манёвр с кражей Аркенстона для возмещения ущерба пострадавшим от дракона. Раз Бильбо задумал назвать своим трофеем именно этот предмет, вопреки требованиям Торина, почему бы просто не отказаться от своей доли добычи в пользу Барда и Короля Эльфов? К чему лишние сложности? Результат тот же самый, только без конфронтации с Торином и риска для жизни.

Впрочем, это всё же не совсем фэнтези, а детская сказка. А значит сюжет не обязан быть логичным. Наверное. Хотя прямая сюжетная связь с куда более взрослым Властелином Колец и Сильмариллионом всё равно вызывает когнитивный диссонанс. Как и некоторая кровожадность. Вроде бы сказка-сказкой. Всё такое миленькое, уютненькое. Смешные гномы, добрый волшебник… Троллей-людоедов и то всего лишь в камень превратили. Голлума и вовсе пожалели.

Зато с орками (которых здесь автор почему-то называет гоблинами), никто не церемонится. Одних просто убивают, другим ещё и головы отрезают и на кол сажают. Причём так, между делом. Ну а что ещё с ними делать? Гоблины же.

А ещё удивляет желание автора запихнуть всех в норы. Ладно хоббиты с гномами, но здесь даже орки с эльфами почему-то предпочитают селиться под землёй. Это странно.

Соглашусь с мнениями, что это просто отличная повесть, в традициях партийных RPG и тёмного фэнтези-рубилова, она такая прям кинемотографичная что ли, что просится на экран?

Итак, группа паломников, каждый из которых не тот, кем пытается казаться, совершает свой хадж в Зону, которая осталась на месте древней империи после применения той последних аргументов в борьбе против вторжения. Где-то там говорят есть Безумный Бог, он выслушает и исполнит одно желание одного паломника, даже если невредимыми от неведомых ужасов Зоны смогут добраться все. Критерии выбора неизвестны, кое-что о том, что внутри знает проводник-священник местной Церкви, но не более того, куда не стоит кидать гаечку, ага. Незнакомцы с разными навыками и человеческими качествами будут вынуждены помогать друг дружке дойти. Но в удобный момент должны избавиться от конкурентов, чтобы повысить шанс. Как понимаете, неформальным лидером этих Сталкеров и становиться уже известный нам герой, бывший король и Разрушитель со своим проклятым мечом.

ЭРГО такое, что это must read, редкий деликатес, то самое чувство, когда вкусно, но мало. Понравилась параллель с Гиперионом, но тут конечно вопросики предпочитают решать не философски. В конце герой узнает, что избавиться от проклятья демонов будет непросто, зато обретёт спутницу. Но и ей придётся дать Клятву

Короткий роман Томаса Циглера (в редакции 1993 года) лучше всего отнести к жанру альтернативной реальности или мистики. Подобно роману Филипа К. Дика «Человек в высоком замке» (ориг. *The Man in the High Castle*), здесь описывается альтернативный исход Второй мировой войны. В книге война завершается сбросом атомной бомбы на Берлин (а не на японские города). В романе отсутствуют предпринятые в реальности усилия союзников по восстановлению Германии и налаживанию сотрудничества с населением; как следствие, значительная часть жителей не отворачивается от национал-социализма, а, напротив, всё больше радикализируется и склоняется к этой идеологии. В этом отношении можно усмотреть параллели с недавними событиями (лето 2021 года) в Афганистане.

Главными темами романа, безусловно, являются бесчеловечные преступления нацистов во время Второй мировой войны и угроза неонацизма в наши дни — вплоть до риска новой мировой войны. Кроме того, в книге присутствуют элементы мистики (вынесенные в заглавие «голоса ночи»).

В целом книга неплохая, однако ей всё же недостает того высокого уровня, который отличает «Человека в высоком замке». Местами сюжет кажется несколько скомканным и не всегда вполне логичным. Впрочем, мистические элементы в конце романа получают правдоподобное объяснение; Однако до того, как наступит эта развязка, сюжет, связанный с «голосами ночи», становится всё более сюрреалистичным, заставляя читателя догадываться, что так или иначе его ждет неожиданная развязка.

«Поход крови» — довольно типичный, но атмосферный комикс по раннему Warhammer 40,000. История изгнанного капитана Кровавых Ангелов, пытающегося вернуть утраченную реликвию и восстановить свою честь, выглядит вполне подходящей для этой вселенной.

Правда, сам сюжет развивается достаточно прямолинейно. Герои постоянно попадают в новые опасные места, встречают очередных врагов Императора, устраивают кровавую бойню и продолжают путешествие. Орки, демоны, предатели, мутанты — всё это сменяет друг друга довольно быстро, но настоящей глубины приключениям зачастую не хватает.

Особенно спорной выглядит сама причина изгнания Леонатоса. Он фактически выполняет поставленную боевую задачу, теряет большую часть своих людей, но оказывается опозорен из-за утраченного меча. Для фанатичного Империума это вполне естественная логика, хотя хотелось бы увидеть более серьёзное осмысление такого наказания.

Отдельные моменты всё же запоминаются.

Зато рисунок здесь действительно хорош. Готическая архитектура, тяжёлые доспехи, огромные корабли и гротескные демоны выглядят впечатляюще даже сегодня. На мой взгляд, визуальная составляющая нередко превосходит сценарий.

В целом это добротное, местами увлекательное, но не особенно глубокое произведение. Оно хорошо передаёт мрачную атмосферу старого Warhammer 40,000 и служит неплохой завязкой большого путешествия. При этом первая книга заканчивается именно тогда, когда история только начинает становиться по-настоящему интересной.

7/10. Читать можно, особенно ради атмосферы и рисунка, но чего-то выдающегося от сюжета ждать не стоит.

Коротенький рассказ в жанре детективного триллера. Парнишка в ходе прополки склона холма от сорняков, нашел потерянный кошелек и решил вернуть его владельцу. Это привело к непредсказуемым последствиям — ведь никогда не знаешь, кем окажется этот самый владелец, и что у него на уме. Воздержусь от спойлеров, лишь обтекаемо замечу, что автор здесь использует забавный прием, некоторым образом за счет выбранного метода построения текста скрывающий финальный твист вплоть до самых последних строчек. Твист-то сам не особенно выдающийся, да и сюжет не представляет собой ничего интересного, но игра с форматом повествования прикольная.

Один из самых прямолинейных рассказов Дика, в нарративных глубинах которого не прячется иной глубокий смысл, который обычно мы привыкли подмечать в творчестве автора, что даже несколько разочаровывает. Сюжет о захвате человечества тварями из другого измерения таков, какой есть, с самого начала.

Задумка рассказа интригует с первых страниц, ведь перед нами классическая драма о недопонимании: когда единственный человек, которому не плевать на происходящее, сталкивается с холодным равнодушием толпы. Главный герой, совершая поездку на работу, вдруг видит на фонарном столбе силуэт повешенного и изуродованного человека, после чего сразу же поднимает тревогу, пытаясь достучаться до остальных людей. Замечая равнодушие прохожих, а так же недоумение знакомых, которые так же стали свидетелями инцидента, он начинает догадываться, что возможно произошло нечто, что изменило восприятие и поведение общества. И тут же на ум приходит идея о том, что всё происходящее — это галлюцинация протагониста, который пошёл против большинства и не осознает подлинной реальности, совершая безумные поступки по воле своего поражённого разума. Классический диковский приём на секундочку. Но этим ожиданиям не суждено сбыться, так как всё, о чем догадывается Лойс (имя гг), сталкиваясь с необъяснимым явлением, и оказывается подлинным нарративом произведения, который автор постепенно усиливает, подводя историю к своему логическому завершению. Основной посыл произведения стоит поискать в определениях и причинах человеческой эмпатии. Ведь Лойс оказался под пристальным вниманием пришельцев именно из-за того, что его тронула и напугала вся ситуация в целом, которая и являлась ловушкой для тех людей, кто еще не попал под влияние враждебной расы.

Детали этого короткого остросюжетного отрезка из жизни продавца телевизоров, который оказывается единственным адекватным выжившим среди толпы измененных и порабощенных жителей провинциального городка, действительно описаны автором старательно и с душой, но в целом вся история не особо впечатляет. Она лишена глубинного смысла, что для раннего творчества Филипа Дика не является изъяном. Наоборот, на основе подобного сюжета можно построить множество других, используя его, как почву для новых идей.

Экранизация в виде одного из эпизодов сериала по творчеству Дика тоже получилась довольно качественной на мой взгляд, но для нарастания саспенса авторы решили использовать политическую плоскость, меняя характер произведения полностью. В целом подобная интерпретация заслуживает внимания.

1-я книга прочтения не заслуживает. Но есть смысл её пролистать, чтобы быть в курсе сюжета, т.к. 2 и 3 книги уже вполне можно читать и позывов пролистать совершенно не возникает. 2 и 3 написаны писателем, а 1 — какое-то недоразумение.

4-ю автор писать не захотел, по всей видимости 1-я всю малину испортила. А жаль, 2 и 3 очень неплохи.

Это не совсем антология. Это единый роман, написанный пятью авторами на тему, заданную Роджером Желязны. Вспоминается Станислав Лем, который писал рецензии на несуществующие книги, чтобы с одной стороны высказать свои идеи, а с другой — не тратить время на написание самих книг. У Желязны в последние годы тоже не хватало времени на реализацию всех своих идей (где-то отвлекали более интересные идеи, где-то не позволяло состояние здоровья). Поэтому некоторые сюжеты он отдавал на доработку другим авторам. А иногда ограничивался тем, что в произведениях от него была только общая концепция и фабула, а остальное сочиняли другие авторы (так было в цикле «Звёздный спидвей»). К тому времени статус Желязны был таким, что достаточно было его фамилии на обложке, чтобы книга успешно раскупалась.

Так и эта антология большей частью написана другими писателями, а от Желязны здесь прелюдии к историям и концовка. Книга представляет собой пример юмористического фэнтези — не характерный для Желязны поджанр, и не очень ему удававшийся на самом деле (в трилогии про Рыжего демона в соавторстве с Шекли он уже пытался войти в эту реку).

Сразу оговорюсь, что авторов антологии, кроме Желязны, раньше не читал. Такие эксперименты всегда интересны тем, что можно сравнивать то, как разные авторы подошли к решению задачи и как они с ней справились.

В «Прелюдии первой» Желязны обрисовывает завязку и, как он это хорошо умеет, кратко и ёмко создаёт картину иного мира, который будто сам собой начинает казаться живым. Идея на самом деле интересная — герои упоминают о великих событиях, которые уже произошли до начала истории — в тяжёлой борьбе Добро победило, Зло повергнуто, злой волшебник-полубог убит, принц скоро женится на принцессе и станет королём. Осталось только навести порядок — унести подальше и надёжно спрятать магические артефакты, которые помогли одержать победу, но теперь сами представляют опасность для мира. Получилось яркое насыщенное фэнтези. 9/10.

Прочие небольшие «Прелюдии» от Желязны чередуются с историями от других авторов, добавляя детали и скрепляя эти истории. 7-8/10.

Сами истории совсем не идеально согласованы между собой. Например, где-то действуют воины в доспехах, где-то — солдаты в мундирах. Или ещё пример. В каждой истории упоминается тот или иной маг (мономаг), который сопровождает отряд «приключенцев» и волшебным образом держит связь с «центром» (в одной из историй он один из главных героев, в другой даже не показан). Так вот, где-то такой маг передаёт сообщения телепатически, а где-то с помощью связистской аппаратуры.

Первую часть — «История Гара Квитника» — написал Майкл Стэкпол. Стэкпол автор далеко не первого эшелона, много писавший по заказу, создававший сценарии компьютерных игр и участник разных межавторских проектов, но создавший и немало собственных оригинальных произведений. Повесть в его исполнении оказалась изобретательной и действительно смешной, с задачей написания юмористического фэнтези автор отлично справился. Его повесть — пример приключений нестандартного дуэта, где один из персонажей — супермен, второй — нелепый недотёпа. 8/10.

Вторую часть — «Очень грозное оружие» написал Дэвид Дрейк — автор очень плодотворный по количеству написанного. Но, кажется, что юмористические произведения ему лучше бы было не писать. Юмор у Дрейка в этой истории пошлый и грубый, а также многие детали разрушают общую картину и атмосферу мира романа. Треш, наверное, тоже имеет право на существование, но возможно эта история смотрелась бы лучше, если б её сократить раза в 4-5. А читать целую повесть в таком ключе было утомительно. 5/10.

Третью часть — «Требуется хранитель» — написал Роберт Асприн — самый известный и популярный из приглашённых авторов. Известен он именно юмористическим фэнтези, и в данном случае не подкачал. Его часть самая короткая, но в ней нет ничего лишнего (зато есть дракон с русским именем Шмирнов), получилось смешно и остроумно. Этот рассказ можно читать как отдельное произведение даже в отрыве от цикла. 9/10.

Четвёртую часть — «История Домино» — написала Джейн Линдсколд — тогдашняя спутница жизни Роджера Желязны. Об этой повести даже трудно сказать что-то определённое. Юмор есть, местами абсурдно, иронично; приключения тоже есть. Но ни то ни другое нельзя назвать чем-то выдающимся. Получилось конечно лучше, чем у Дрейка, но уступает другим соавторам. 7/10.

В «Финале» Желязны увязывает все концы в безумную, кровавую и весёлую концовку. 8/10.

В общем, из пяти авторов хорошее фэнтези получилось у троих, а при этом смешное — у двоих.

Как и все мной прочитанные романы автора сюжет очень мрачен. Читается очень интересно. Если бы не высосанные из пальца мотивы главного злодея поставил бы оценку выше.

Отличный реалистичный текст о формировании характера автора — Роджера Желязны как человека, подробности жизни и быта второй половины прошлого века в той самой Америке, пользе самодисциплины и прочего самосовершенствования как результате занятий боевыми искусствами. По качеству этот текст абсолютно превосходит посвящённый самому Роджеру сборник, что в принципе неудивительно, учитывая класс.

Лучшее ,что читал из ЛитРПГ за последние годы. Да немного попсово, да немного по голливудски. Но, елки палки, это очень приятно читать. И то самое чувство, когда ты прочел 11 книг и тебе становиться грустно, что это конец...

Бедный Фитц Чивэл, автор совсем не жалеет его. Столько горя, несчастий, испытаний выпадает на его долю, что я не понимаю как он это выдерживает. Небольшая эскадра с посольством отправляется из Баккипа на Внешние острова. Принцу Дьютифулу не только надо познакомиться с родственниками невесты, но и выполнить обещание данное нарческе. Вместе с ним конечно же его круг силы: Фитц, Олух и Чейд. Конечной точкой плавания является северный остров Аслевджал, где принц собирается убить дракона. Путём обмана Шута в это путешествие не взяли, ведь он не только против убийства дракона, но и по ведениям именно на этом острове он найдёт свою смерть. Помимо скованного в льдах дракона холодный остров хранит множество загадок, решение одной из них приведёт к столкновению в котором решится не много не мало судьба этого мира. Повествование развивается не спешно, с подробными описаниями всех событий, размышлениями главного героя и посещением различных локаций. Самая интересная часть книги это приключение на остров Аслевджал, здесь было много различных происшествий, тайн, неожиданных встреч и динамика, которой порой так не хватает у Хобб. Если бы можно было оценить эту часть отдельно, то тут я безусловно поставил бы десятку. Сама же история выглядит завершённой, финал её подводится со слов Фитца в эпилоге, где он рассказывает о судьбе близких ему людей, а заключительная фраза «Я доволен своей жизнью» воздаёт с сторицей за все испытания выпавшие на его долю.

Достойная фэнтези, с колдунцом коварным, проклятым рыцарем дубоватым, тайной заброшенной (условно) гробницы и тем, что в таких сооружениях обитает, согласно многочисленным сценариям компьютерных игр. Хороший способ потратить время, но чтобы оно не совсем прошло зря, лучше читать на языке оригинала — стиль автора весьма приятный, а объем текста не сказать, что слишком большой.

Классическое завершение фэнтезийного квеста, с умело подобранными ловушками для каждого соратника проклятого рыцаря, неплохим описанием локаций и ожидаемым драматическим финалом. Каждый винтик найдет свою гайку, а соответственно все скопом — ожидаемо закроют проблему демонов в срединной полосе местного глобуса. Конечно, вся серия — калейдоскоп почти мультипликационных образов, сильный интерес может быть разве что у подростка, но стиль Энтони Райана великолепный, и для разового прочтения вполне пригодный.

Здравствуйте! Извините за беспокойство. Увидел, сообщение о книге Уилбура Смита On Leopard Rock: A Life of Adventures. Скажите, пожалуйста, есть ли у вас возможность поделиться текстовым исходником (файлом) этого перевода на русском языке для личного ознакомления? Буду очень благодарен

Роман «Роканнон» (в других переводах «Планета Роканнона» или просто «Мир Роканнона», что равнозначно) — первое произведение из Хайнского цикла, в котором писательница Урсула Ле Гуин последовательно начинает воплощать свою концепцию Экумены как освоенного человеком звездного пространства, и доказывать, что огромные расстояния способны расколоть человечество на маленькие одинокие островки-планеты, изолированные от центра Экумены, планеты Хайн.

Задачей ученых, посылаемых из Хайна в экспедиции, становится налаживание контакта с отколовшимися колониями, население которых либо полностью одичало, либо замкнулось в коконе самоизоляции. Именно с такой миссией прибывает на безымянную планету ученый Роканнон, в роли посланца доброй воли, и знакомится с племенем местных аборигенов.

Действие произведения также прочно увязано с недавним изобретением учеными Экумены особого прибора, позволяющего мгновенно передавать информацию на любые расстояния – ансибля. Значение изобретения огромно, ведь в таком случае можно будет моментально обмениваться информацией с далекими мирами, и наладить прочные культурные связи, а значит – объединить миры вокруг империи и сплотить человечество.

Роман написан в приключенческом ключе. Здесь не так уж много философских рассуждений, что не характерно для творчества автора, зато имеется интересный сюжет, в центре которого – попытки Роканнона передать на Хайн при помощи ансибля сигнал помощи из-за нападения мятежных племен дикарей. Острый сюжет не дает соскучиться, а богатый язык доставляет настоящее удовольствие при чтении.

В этом произведении все сделано грамотно – действие хорошо сбалансировано со статикой, разговоры с описаниями, а над всем текстом парит идея непростой борьбы людей за цивилизованность. Потому что всегда будут более развитые и менее развитые народы, и одни всегда будут воевать с другими, культуры будут проникать друг в друга, отторгаться и поглощаться, и этот процесс бесконечен.

«Планета Роканнона» — отличный представитель планетарной приключенческой фантастики с гуманитарной начинкой. Чем-то напоминает «Обитаемый остров» Стругацких, чем-то – произведения Азимова про Академию и Транторианскую империю человека.

Хайнлайн написал «Кукловодов» в 1951 году, когда страх перед невидимым врагом был частью повседневной жизни. В романе он получил осязаемую форму: инопланетные паразиты прикрепляются к людям и превращают их в послушные оболочки. Но спустя семь десятилетий меня больше удивили не способы захвата, а то, насколько мало мы узнаём о самих захватчиках.

У паразитов есть корабли для межпланетных полётов и способность подчинять целые общества. Однако за этим могуществом почти не просматривается собственная цивилизация. Зачем им люди, как они строят летающие тарелки, кто занимается производством, если привычный способ их существования — паразитировать на чужом теле? Не требую от фантастики учебника инопланетной экономики, но хотя бы намёк на внутреннюю логику сделал бы угрозу убедительнее. Пока противник напоминает скорее воплощённый кошмар эпохи холодной войны, чем самостоятельный разумный вид.

Политические выпады в сторону СССР сегодня порой вызывают улыбку, хотя для автора были вполне естественны. С Венерой ещё сложнее. В начале 1950-х её поверхность оставалась загадкой, и Хайнлайн имел право на смелые допущения. Но современному читателю серьёзно воспринимать венерианскую линию уже трудно. Научная фантастика, как выясняется, стареет не только языком, но и самой картиной возможного.

Отдельные детали тоже сбивают с толку. Паразиты переносят чудовищные перегрузки, но оказываются удивительно хрупкими в человеческих руках. Понимаю, что торможение и сдавливание — разные воздействия, однако впечатления непродуманности это не снимает.

Впрочем, Хайнлайн умеет поддерживать движение сюжета. Он меняет обстоятельства, подбрасывает героям новые задачи, соединяет шпионский триллер с приключением и фантастикой, а живая, временами ироничная речь рассказчика помогает не заскучать. Особенно любопытно, что ради борьбы с существами, лишающими людей воли, сами люди готовы ограничивать свободу друг друга. Получается, кукловоды в этой истории не всегда выглядят одинаково.

Поэтому роман интереснее мне как отражение страхов середины прошлого века, чем как картина возможного будущего. Его место среди классики фантастики понятно, но историческое значение книги не обязывает меня верить в её мир или получать удовольствие от чтения.

Для меня мир Сталкеров относительно нов, и рада, что знакомство с ним началось с такой замечательной книги. Очень понравилось нелинейное повествование и несколько рассказчиков. Пазл складывается постепенно, что делает книгу увлекательной. А любимый персонаж, хоть и очень неоднозначный – Мрак.

Старомодная фантастика для отроков, пронизанная оптимизмом. Не шедевр, конечно, но перечитал с удовольствием.

Рассказ про обретение себя. Если бы это написал какой-нибудь Коэльо, то все бы восхищались, каким бы унынием не был пропитан этот паломнический путь, но Елизаров постарался не объяснить, не стать ментором для читателя, а просто обрисовать ситуацию. Подобно Герде из «Снежной королевы», мимолетная любовь превратила романтика в подобие зверя, но до такого состояния его вполне себе закономерно довели. любые жертвы и мечты осыпались перед лживым и порочным женским прагматизмом. Унизили и оскорбили душу. И вот, чтобы добыть и вернуть себе грааль катарсиса, духовного очищения, герой отправляется в свой долгий путь к самому себе. Правда, нормальный человек не поехал бы в знойный и степной Крым, чтобы умирать от жары, борясь с жаждой, но возможно именно через испытания нужно было снова обрести свое «Я». Духовный эскапизм и спутанность мыслей, встречи и неслучайности на пути повторяют алгоритм героики. Слова, вопросы, жертвы — все это необходимо для повторения судеб многих, которые не готовы были принять страдания сердца, и ушли в лес (или в Крым). Творческие порывы, вылитые на бумагу успокаивают и исцеляют, вторят душевной силе, которая оказывается все же сильнее горестей, и неровные чернильные строчки внезапно превращаются в некоторую молитву... А потом вспоминается финал «В моей смерти прошу винить Клаву К.» Все возвращается на круги своя, стоит только пожелать.

В этой небольшой повести автор исследует грань между вымыслом и фактами, размышляет, что порой бывает важнее: душевная сила воображения или правдивая реальность.

Действие происходит во время строгой политики Китая «Одна семья — один ребенок». Но госпожа Минг с гордостью рассказывает собеседнику о своих десяти детях — их характерах, интересах и жизненных путях, но это вызывает удивление и недоверие. Иностранец сначала думает, что женщина нарушила закон, затем начинает подозревать, что она просто безумна или всё выдумывает. А госпожа Минг считает, что ее истории достоверны, ее дети никому не мешают, они такие разные, но самые лучшие и только делают её счастливой.

Постепенно перед нами раскрываются основы китайской жизненной мудрости — глубинная философия конфуцианства. Повесть полна прекрасных мудрых умозаключений, мое любимое: «Истина — это именно та ложь, которая нам больше всего нравится».

Истории каждого из ее детей— это уроки добра, притчи об отношениях между людьми, принятии судьбы, уважении к старшим и поиске гармонии. А образ госпожи Минг воплощает в себе абсолютную, всеобъемлющую любовь, которая способна согреть и изменить людей вокруг.

Эта повесть оставляет долгое и теплое послевкусие, заставляя задуматься о том, что по-настоящему ценно в нашей жизни.

На книге стоит значок 16+, и стоит он не просто так. Книга очень тяжёлая. Нет, не для чтения, слог у Зотова хороший и лёгкий. Книга тяжёлая для восприятия. Её очень тяжело читать. Читать о том, что происходило во время Великой Отечественной Войны. О жестокости и равнодушии нацистов и простых людей, которые просто выполняли приказы, о лагерях смерти и о том, что люди начали обо всём этом забывать. О людской глупости, неблагодарности к воинам Красной Армии, которая освободил весь мир от фашизма.

Эта книга не для всех. Людям, которые принимают вещи близко к сердцу, я бы эту книгу не стал рекомендовать ни в коем случае — для них это будет слишком тяжёлое чтение. Но, считаю, что эту книгу стоит изучить в первую очередь молодому поколению. Чтобы они поняли, почему то, что происходит сейчас в Европе — плохо. После прочтения хочется сказать спасибо ветеранам и всем тем, кто помогал и помогает задушить фашизм, а также не даёт современному поколению забыть о том, что происходило в годы ВОВ.

Я с юности люблю цикл Уэстлейка о Дортмундере. Герои этого цикла – профессиональные уголовники, но не такие уж плохие люди. Они более чем непрочь взять чужое, но стараются при этом не прибегать к насилию и никогда никого не убивают (а настоящих головорезов сторонятся и побаиваются). В сущности, это производственные романы с долей юмора. И даже с ноткой поучения – потому что, хотя Уэстлейк и относится к своим героям с определенной симпатией, их сложные планы чаще всего проваливаются.

«Метод исключения» – совсем другое дело. Здесь герой – убийца. Это не спойлер: мы узнаем это на первой же странице. И способ повествования здесь иной. Автора в тексте как бы нет. Он внимательно наблюдает за действиями героя, фиксирует его мысли и переживания, но ничего не добавляет от себя. Никакого юмора, никакой добродушной иронии, которой пронизаны романы о Дортмундере и его друзьях. Бёрк Девор творит такое, что ирония тут неуместна. Уэстлейк прекрасно это понимает. В этой книге его метод – протокольная точность, как в «Обыкновенном убийстве» Трумена Капоте. Но, в отличие от Капоте, Уэстлейк решается на рассказ от первого лица, заглядывая довольно глубоко в душу героя. Кто сказал «Достоевский»? Раскольников убил всего двоих, и то впопыхах, а Бёрк Девор хладнокровно действует по принципу «пять старушек – рубль». Он быстро превращается из рядового представителя среднего класса

Я понимаю, что Уэстлейка здесь волновали социальные проблемы, механизм капиталистического общества, срабатывающий так, что герой попадает в безвыходное положение (во всяком случае, сам он себя в этом с успехом убеждает). Но, как по мне, внутренняя эволюция героя намного интереснее.

Издание питерской «Астрели» превосходно. Картинка на обложке идеально подходит к содержанию книги, во время чтения я время от времени на нее медитировал. Перевод хороший, гладкий и точный, глаз ни за что не цепляется. Есть, правда, мелкие недостатки. Прямая речь Марджори, жены Бёрка, в сцене, где она рассказывает психологу о своих проблемах, передана не особенно удачно, в разговорной речи люди не используют таких конструкций. И, конечно, курсив как замена интонационного выделения. Можно я поворчу? На мой взгляд, злоупотребление курсивом – признак лени. Тех же эффектов вполне можно достичь, манипулируя лексикой и синтаксисом, курсив же в художественном тексте уместен, если он применяется очень редко – пару раз за книгу, но никак не на каждой странице. Но это общая беда современных переводчиков. В целом я бы оценил перевод на пятерку с минусом или четверку с плюсом, не ниже.

Итого: замечательная книга, захватывающая и глубокая. Кажется, в этом романе уже пожилой Уэстлейк взял новую высоту.

Входит в цикл «Инструменталии Человечества». Инструменталитет — это сущность власти на разных стадиях развития человечества. Можно сказать способ управления- для блага или для самой власти. В этом рассказе идет речь о смене Инструменталии джвиндцнв ( китайцев) на власть людей для блага каждого индивидуума. Время -через 2000 лет. Упрощенный сюжет подготовки революции — есть выдумки автора интересные.

В этом рассказе кроме невнятной концовки больше интересно, что осталось не сказанным —

но, кажется, эта тема проходит через большинство историй Мира Реки.

Ах, да, это довольно меланхоличный рассказ с несколько невнятной концовкой, отчасти подпорченный плохоньким переводом. Рок-н-ролл мёртв или всё же вернется? — вопрос остается открытым.

Вот от такого рассказа осадок остается довольно плотный, причем написано произведение настолько реалистично, что главная героиня (с нарочито интеллигентским вычурным именем-отчеством) вызывает отвращение физически, впрочем, как и главный герой, «бесхребетный тютя» (еще более отвратительный сленг). Житейские неудачи и невзгоды Олега Григорьевича — собственно не только в том, что он зависим в своем отчаянии от столичной хамки Полины Робертовны (!), но и зависим от своих желаний. Ведь как великолепно он нашел эту омерзительную даму, с которой проводит досуг в похоти и унижении, в снобских унизительных комментариях и браваде дамы, считающей себя чем-то лучше других только от завышенной самооценки. Как вдруг!

История с дурацким недорогим ромом и его «героической» покупкой — конечно курьезна и показательна. Этакое рыцарство из-за ста рублей разницы. Но и с этим неудача, что превращает историю с покупкой сладковатой дряни в ремейк «Подкидыша» с этим «Муля, не нервируй меня», только в три раза гиперболизированней... Но именно реализм ситуации и живые яркие герои делают рассказ шедевром.

Простите меня, ценители этого, с позволения сказать, искусства, но для меня эти творения — признак дурного вкуса, призванные лишь развлечь неискушённого читателя. В этих сказках нет ни логики, ни стройной, чёткой сюжетной основы, ни героев, на которых хочется быть похожим, за которых искренне хочется переживать. Здесь нет ни дружбы, ни взаимовыручки. Какое же здесь может быть семейное чтение? Какая в них мораль и смысл? Чему они учат наших детей? Это совсем не тот добрый, блистательно волшебный, приветливый мир сказок Волкова, с которым не хочется прощаться, дочитав до последней страницы. Это недобрые книги.

Мне кажется, страх потеряться в виртуальном мире — одна из главных тем в 1990х в фантастике. Странные ощущения поднимает этот рассказ, оставшиеся в том времени: опасная ВР и первые 3Д игры, смерть от гипно трансляций по ТВ и тп.

Хотя сам рассказ не об этом, а об отношениях между подростками и родителями. Виртуальная реальность — лишь фон

Входит в цикл «Инструменталии Человечества». Такая милая сказка. В финале появляется долгожданный принц и спасает девушку. А девушка из прошлого — из фашистской Германии, много-много лет тому назад запущенная ради спасения на орбиту Земли своим отцом. Пока не прочитал остальные рассказы цикла- особого смысла не увидал в сюжете. Ещё раз милая сказка.

Лучшая повесть о последствиях ядерного взрыва, что я читал.

Повесть похожа на совместный проект Миядзаки и киномана-Тарантино. Не даром же кульминационная сцена повести — вдохновенное описание диснеевской «Фантазии.

Нищий быт в разрушенном ядерной бомбардировкой городе. Мать, готовая пойти на всё ради своих детей. Смирение одних японцев, и фанатичное неприятие ситуации другими.

Таинственный Атомный Демон, сердоьольный американец из оккупационного корпуса.

У всех своя правда.

Я знал, что в сюжете будет динозавр. Ждать пришлось до самого финала.

Уманский смог обмануть читательские ожидания, и после десятка хоррор-рассказов предоставить на суд читателей неожиданно гуманистическую, красивую, взрослую и трогательную историю, которая действительно достойна экранизации лучшими аниме-режиссерами.

10(ТРОГАТЕЛЬНО)