Хартмут Панскус: Займемся теперь другим аспектом: научная фантастика – по крайней мере, в нашей стране – считается тривиальной литературой. Это, по-вашему, правильно?
Рольф Хайне: Люди используют это определение -- «тривиальная литература» -- излишне легкомысленно. Вот мы, немцы, в частности, делим литературу на две категории: литература развлекательная и литература серьезная. В англосакских странах такого деления нет. Там признают и принимают все хорошее, вне зависимости от литературного жанра. Нам пришлось повоевать с немецкими предубеждениями. Научная фантастика – это тоже серьезная литература или, скажем так, -- она может быть серьезной литературой.
Вольфганг Ешке: Детективы пишут как выдающиеся писатели, такие как Патриция Хайсмит или Жорж Сименон, так и безнадежные графоманы. Мало кто понимает, что аналогичная ситуация существует и в научной фантастике.
Рольф Хaйне: Научную фантастику пишут и известные, хорошие писатели, в том числе и немецкие. Прежде прочих можно назвать Карла Амери/Carl Amery, который своей книгой «Der Untergang der Stadt Passau/Гибель города Пассау» указал на те возможности, которые содержатся в этом литературном жанре.
Вольфганг Eшке: Амери – хороший пример. Он какое-то время находился в плену у американцев, где и познакомился с научно-фантастической литературой. И сейчас он относится к ней без предубеждения – как это принято в англосакских странах. Вспомните, пожалуйста, о Хаксли или о Дорис Лессинг, которая вот уже лет пять пишет исключительно одну научную фантастику. В то время как у нас к НФ относятся с известной сдержанностью, в других странах ее используют для выражения обоснованных опасений относительно судьбы грядущего мира.
Хартмут Панскус: То есть НФ как глашатай – тут я процитирую Вольфганга Ешке – «связанных с будущим проблем, уже сейчас отбрасывающих тень»?
Рольф Хaйне: Тут нужно подчеркнуть крайности. Есть НФ книги, написанные исключительно ради развлечения читателя, и в этом нет ничего плохого. Но, с другой стороны, жанр способен показать политические или цивилизационные перспективы. Над этими интерпретациями, если они имеют научные предпосылки, стоит поразмыслить.
Хартмут Панскус: Знатоки НФ составляют замкнутый круг. Остальным любителям НФ, чтобы в него проникнуть, не хватает информации…
Вольфганг Ешке: Эта ситуация достойна сожаления, и связана она со спецификой школьного и другого образования в нашей стране. Тут необходим кто-то, ориентирующийся в естественных науках, то есть тот, кто, по меньшей мере, знает, где нужно искать нужную информацию. Ведь не составляет секрета тот факт, что люди с гуманитарным образованием зачастую пасуют перед естественнонаучными проблемами. Научная фантастика занимается теми регионами, в которых зарождаются новые течения, и бывает даже, что специалисты недоумевают – вот эта вот терминология, которой пользуется автор: она в самом деле существует или выдумана? А уж если говорить про рецензентов, которые должны информировать читателей: гуманитарии обходят эту литературу стороной, потому что не понимают описанных в ней естественнонаучных фактов, а для технарей НФ – это нечто, чему нельзя доверять. То есть взгляда на НФ через рецензию попросту нет, за некоторыми немногочисленными исключениями.
Хартмут Панскус: А что говорят об этом книготорговцы?
Вольфганг Ешке: Вообще говоря, книготорговцы в большинстве своем воспринимают фантастику, как «ходовой товар». Но и с этим определением не все так просто. Все книготорговцы предпочитают придерживаться известных имен, а ведь научная фантастика – это литература новых идей, которые вовсе не обязательно рождаются в головах знаменитых писателей. Конечно, мы делаем все возможное для того, чтобы информация об актуальном состоянии издательского рынка дошла до всех, кого это интересует, но наши возможности, увы, далеко не безграничны. Поэтому нас очень радует появление информационных материалов в журнале «Börsenblatt».
Ральф Хaйне: Пожалуй, следует вспомнить и о наших информационных публикациях, затрагивающих тему научной фантастики и фэнтези: «Lexikon der Science Fiction-Literatur/Словарь (энциклопедия) научной фатастики» и «Lexikon das Science Fiction-Films/Словарь (энциклопедия) научно-фантастического фильма» в общей серии; «Der Science Fiction-Film/Научно-фантастический фильм» и «Der Fantasy-Film/Фильм фэнтези» -- в серии «Heyne Filmbibliothek».
Вольфганг Ешке: Вскоре станет выходить также новый ежегодник, содержащий множество информации относительно актуального состояния немецкой и иностранной НФ, новых книг и фильмов НФ.
Хартмут Панскус: Тиражные показатели, свидетельствующие об успехе, прочие цифры – все указывает на то, что вы лидируете на издательском рынке в том, что касается НФ. А что вы можете сказать о все более нарастающей конкуренции?
Ральф Хайне: Мы прошли долгий путь, проторили дорогу книгам НФ в ФРГ. Но такова уж жизнь: вслед за первопроходцами, увидев их успех, идут другие. Воспрепятствовать этому мы никак не можем. Однако, несмотря на сильную конкуренцию, мы удержали наши позиции. Многое говорит о том, что на книжном рынке марка HEYNE стала синонимом стиля, а обязаны мы этим неустанной работе, длившейся четверть века.
17. Пропущенный материал. В рубрике «Parada wydawców/Парад издателей» публикуется интервью, которое корреспондент журнала «Börsenblatt» Хартмут Панскус/Hartmut Panskus по случаю 25-летнего юбилея книжной серии научной фантастики и фэнтези в западногерманском издательстве «HEYNE» взял у владельца издательства Рольфа Хaйне/Rolf Heyne (1928 – 2000) и ведущего редактора серии, писателя и критика НФ Вольфганга Ешке/Wolfgang Jeschke (1936 – 2015) («Börsenblatt», № 37, май 1985). Перевел интервью на польский язык МЕЧИСЛАВ ДУТКЕВИЧ/Mieczysław Dutkiewicz.
ЮБИЛЕЙ В ИЗДАТЕЛЬСТВЕ «HEYNE»
(Jubileusz w wydawnictwie HEYNE)
Хартмут Панскус: Известно, что вы в юности любили читать футуристические романы. Из них для переиздания годились только книги Бернхарда Келлермана/Bernhard Kellermann и Ханса Доминика/Hans Dominik. То есть вы как бы оказались вынужденным взяться за издание научно-фантастической литературы. Но в то время, решившись на такой шаг, вы многим рисковали.
Рольф Хaйне: В 1960 году научная фантастика была экспериментальным участком на издательском поле, завоевывающим себе издателей и любителей. Этот жанр не имел тогда у нас большого значения, как из-за низкого <литературного> уровня книг, так и из-за малой их жизнеспособности.
Хартмут Панскус: Словом, вам пришлось запастись терпением?
Рольф Хaйне: Я хотел сделать ставку на эту литературу, сделал ее и добился своего, поскольку у меня хватило и страсти и мотивации для издательской деятельности. Конечно, путь этот легким не был, поскольку рынок вовсе не ждал нас с распростертыми объятьями. Несмотря на изрядные хлопоты, мы все же преуспели в нашем предприятии. Разумеется, потребовалось много лет на то, чтобы стабилизировать тиражи издаваемых книг. Через какое-то время речь шла уже о круге читателей НФ, насчитывавшем от 20 до 30 тысяч человек. Это было что-то вроде звукового барьера, который трудно преодолеть.
Хартмут Панскус: Можно ли сказать, что в последние годы свершился перелом в этой области, что ряды читателей НФ пополнились новыми лицами, благодаря прежде всего успехам НФ в кино?
Рольф Хaйне: Мы всегда стремились к расширению круга потребителей. Успехи кино и «кинокниги», я имею в виду такие книги, как, например, «451 градус по Фаренгейту»Рэя Брэдбери, очень много для этого сделали. В 1960 году, когда мы вышли на рынок с НФ литературой, на нем господствовал детектив, сейчас же ситуация совершенно другая.
Вольфганг Ешке: Тут надо вспомнить также и о ежегодниках НФ, которые имели огромный успех. Я считаю, что благодаря этим ежегодникам, адресованным самой широкой читательской публике, вплоть до круглых невежд в этой области, -- нам удалось приохотить к чтению НФ новых людей, ставших позже ее ярыми сторонниками.
Кроме этого мы шли навстречу пожеланиям рецензентов, библиотекарей и школьных учителей и особо выделяли произведения НФ, относящиеся к классике: романы, издающиеся в серии «Bibliothek der Science Fiction Literatur» и продавцы книг, и библиотекари могут рекомендовать своим клиентам вслепую.
Хартмут Панскус: Давайте вернемся к началу. Первые книги НФ издавались в HEYNE в общей серии…
Вольфганг Ешке: … до 1964 года. К этому времени издательские планы разрослись настолько, что потребовалось структуральное деление по тематическим группам. В издательстве появилась серия НФ с собственной нумерацией. За первый год издания НФ в HEYNE из печати вышли 3 книги. В 1963 году – уже 10, в 1964 году – 18 книг.
Сейчас мы публикуем ежегодно около 120 наименований, которые выходят в свет в «Heyne Science Fiction», «Heyne Fantasy» и других подгруппах, в «Bibliothek der Science Fiction» и в серии «Welten der Zukunft/Миры будущего», которую я редактирую вместе с Филиппом Моррисом/Philipp Morris.
Хартмут Панскус: Сколько наименований книг НФ вышло за эти 25 лет в издательстве HEYNE и каков их суммарный тираж?
Рольф Хaйне: Не считая переизданий, мы выпустили более 1200 наименований совокупным тиражом более 25 миллионов экземпляров.
Хартмут Панскус: Огромное достояние, которое можно использовать, например, для переиздания в томах новой серии «Welten der Zukunft».
Ральф Хaйне: Подрастают новые поколения читателей, имеющие право на ознакомление со старыми книгами, особенно теми, которые имеют определенную ценность и выдержали испытание временем. Такие книги мы издаем в новом графическом оформлении. Некоторые книги уходят в забытье, как это случается и в любом другом литературном жанре. В продаже постоянно доступны 350 наименований.
Хартмут Панскус: Вы поменяли – а, кстати, почему? – название новой серии, три первых тома которой вышли как «Chroniken», на «Welten der Zukunft», изменив при этом и графическое оформление серии, и… розничную стоимость томов.
Рольф Хaйне: Поскольку речь идет о новом продукте, о его, так сказать, обкатке, в этом нет ничего необычного. Мы пришли к выводу, что то-другое в серии можно усовершенствовать, нашли также способ придания серии характерной визуальной черты. Правда, в результате отдельные тома серии подорожали, но их новую цену вряд ли можно назвать завышенной, если учесть, что каждый том содержит три романа.
14. В рубрике «Наука и НФ» находится статья Арнольда Мостовича/Arnold Mostowicz «Co kryją zwoje z Qumran/Что скрывают Кумранские свитки». Мостович кратко, но весьма толково описывает историю обнаружения в пещерах скалистого побережья Мертвого моря спрятанных некогда там свитков, содержащих некоторые библейские тексты. Первые из таких свитков весной (или в конце зимы) 1947 года обнаружил молодой бедуин, обшаривавший пещеры Кумрана в поисках пропавшей овцы.
С 1947 по 1958 год был тщательно обследован весь тот регион и все находящиеся в его пределах пещеры. В десяти из них были также найдены свитки – всего в руки исследователей попало около 600 документов в той или иной степени сохранности.
Кроме относительно целых свитков собрали также несколько десятков тысяч фрагментов манускриптов. Почти все это богатство находится в Иерусалиме – в Еврейском университете и Рокфеллеровском музее.
Содержание этих манускриптов крайне важно как для иудаистов, так и для христиан. В особенности это касается апокрифических текстов. Поэтому и те и другие выказывают величайшую осторожность как при публикации очередных материалов, касающихся этих находок, так и при сопутствующем оной публикации комментировании. К этому следует добавить интриги среди исследователей и пр. и пр. В результате, хотя начало публикации содержания документов датируется 1955 годом, к 1991 году, например, не было опубликовано и пятой их части. А на русском языке... вы погуглите, погуглите...
Мостович обращает внимание читателей на один из апокрифических текстов – «Книгу Еноха», содержание которой было впервые опубликовано во Франции еще две сотни лет назад. О важности этой апокрифической книги говорит уже тот факт, что в Кумране «Книга Еноха» была найдена в двух с лишним десятках экземпляров. Нет смысла пересказывать содержание этого апокрифа, его можно найти в сети.
Ну а уж интерпретаций рассказанного в тексте о некогда живших на Земле гигантах (нефилимах), тесно общавшихся с земными женщинами, хоть пруд пруди. Но история и в самом деле занятная. Как, впрочем, и все остальное, касающееся Кумранских манускриптов.
15. В рубрике «Poezja i fantastyka/Поэзия и фантастика» размещены три стихотворения выдающейся американской поэтессы Энн Секстон/Anne Sexton (1928 – 1974) в переводе на польский язык ТЕРЕЗЫ ТРУШКОВСКОЙ/Teresa Truszkowska. Иллюстрация ВОЙТЕКА СЮДМАКА/Wojtek Siudmak.
16. Ну и, конечно, в номере публикуется очередной фрагмент комикса Паровского-Родека-Польха, который называется «Mobilizacja/Мобилизация».
10. Замечательный «Словарь польских авторов фантастики» стараниями Анджея Невядовского пополняется персоналией Игнация Красицкого/Krasicki Ignacy (1735 -- 1801) – поэта, прозаика, публициста. Здесь же, в рубрике «Пожелтевшие страницы/Pożołkłe kartki», публикуется отрывок из романа Красицкого «Миколая Досьвядчиньского случаи из жизни» (“Mikołaja Doświadczyńskiego przypadki przez niego samego opisane, na trzy księgi rozdzielone ”, z autografu wydał B.Gubrynowicz, seria “Biblioteki Narodowej”, Kraków, 1921).
11. В рубрике рецензий Лешек Бугайский знакомит с книгой американского писателя Джона Берхорста «Красный лебедь. Мифы и рассказы американских индейцев» (John Bierhorst “Czerwony łabędź. Mity i opowiadania Indian amerykańskich. Przełożyła Ludmila Marjańska. Państwowy Instytut Wydawniczy, Warszawa, 1984); Мацей Паровский приветствует долгожданное появление второго романа Марека Орамуса «Арсенал» (Marek Oramus “Arsenal”. «Iskry», Warszawa, 1985) – «многопланового, трудного (в лучшем значении этого слова) произведения, одной из самых интересных польских НФ книг, изданных в последнее время»;
а Дорота Малиновская/Dorota Malinowska делает на отведенных ей двух колонках все возможное для того, чтобы вышедшая в детском, в общем-то, издательстве книга Михаэля Энде «Бесконечная история» (Michael Ende “Nie kończąca sie historia”. Przełożył Sławomir Błaut. «Nasza Księgarnia», Warszawa, 1985) не разделила скорбной участи ее предшественницы: повести (романа) «Момо», чье появление в польском переводе прошло в Польше совершенно незамеченным.
12. Польский знаток, библиограф и писатель фантастики Яцек Изворский/Jacek Izworski публикует следующую часть своей великолепной библиографии «Фантастические произведения, изданные в Польше после 1945 года/Utwory fantastyczne wydane w Polsce po 1945 r.» -- только книжные издания. В этой части библиографии описаны конец 1969 года и начало 1970 года. Отметим, что библиография насчитывает уже 718 наименований.
13. В рубрике «SF na świecie/НФ в мире» размещены небольшая заметка Дороты Малиновской о премии им. Джона Кемпбелла за 1984 год, присужденной Фредерику Полу за роман «The Years of the City» (второе место занял Люциус Шепард c «Green Eyes», третье – Уильям Гибсон c «Neuromancer») и блок информационных материалов, составленный Францем Роттенштайнером. В блоке напечатаны:
-- некролог Теодора Старджона, умершего 8 мая 1985 года;
-- сообщение об основании издательством «Andromeda Press» нового ежемесячника, в котором будут публиковаться рассказы НФ писателей разных стран и который будет выходить на английском, французском, немецком, испанском, итальянском, португальском, голландском и каталонском языках;
-- сообщение об очередном успехе Стивена Кинга, подписавшего договор об издании двух новых романов «Misery» и «The Tommynockers» за рекордную сумму 5 миллионов долларов;
9. В блоке польской фантастики публикуются два рассказа.
В рассказе Славомира Миля/Sławomir Mil «Odwrót/Оборотная сторона» действие происходит в тот жуткий момент, когда две сверхдержавы, разорвавшие между собой всякие связи, обмениваются ядерными ударами.
Главный герой – сержант, командир отделения, -- попадает под этот удар вместе со своими людьми и вынужден принимать решение, у которого, как и всего сущего, есть оборотная сторона. Как и у всего сущего…
Славомир Миль/Sławomir Mil (род. 1946) – доктор технических наук, занимался моделированием биологических процессов (в том числе функционирования памяти). Дебютировал в 1976 году в журнале «Mlody Technik» написанным в соавторстве с братом Янушем Милем/Janusz Mil (1951 – 1985) рассказом «Klepsydra/Песочные часы».
В 1977 – 1985 годах в периодической печати было опубликовано еще 10 рассказов, написанных братьями Милями. В 1985 году к ним добавился роман «Exodus VI/Исход VI», появившийся на прилавках книжных магазинов уже после трагической гибели Януша Миля в автомобильной катастрофе. В издательстве «Nasza Księgarnia» готовился к изданию сборник рассказов братьев Милей «Katalizator/Катализатор», однако опубликован он не был. В 1986 -- 1991 годах в периодике вышли еще несколько научно-фантастических рассказов С. Миля. И на этом, похоже, интерес Миля к фантастике, как средстве выражения неких оригинальных мыслей, исчерпался полностью.
С автором второго рассказа «Kształty w ciemności» нам уже приходилось встречаться на страницах нашего журнала. Петр Бондель/Piotr Bondel дебютировал в научной фантастике рассказом «Obszar/Территория» в номере 4/1985 «Фантастыки». При обсуждении материалов этого номера было сказано несколько слов об авторе. В этом его рассказе, название которого я рискну перевести как «Тени во мраке», некто Фляар осознает свое существование, затем учится сосуществованию с другими подобными ему существами, затем внимает наставлениям Учителя и, наконец, достигает Места Назначения. Казалось бы – весь сюжет. Но вот вопрос: а кто же он такой – этот Фляар? Рассказ определенно лучше написан, чем первый. Он многопланов, позволяет толковать себя по разному… Жаль, что автор, видимо, охладел к писательству и занялся чем-то другим – других его НФ произведений в обозримом пространстве библиографии польской фантастики, увы, не наблюдается…