Сегодня, 58 лет назад, человек впервые вышел в открытое космическое пространство. Вот некоторые материалы, которые были опубликованы в "Вечерней Москве". (Фантастическое произведение нашлось).
Б. А. Максимачев. Тайны звёздного океана (фантастический рассказ, иллюстрации, вопросы астрономической олимпиады «Вечерней Москвы») // Вечерняя Москва № 67, 20 марта 1965, стр. 4
— - —
Снова наши советские люди навестили космос! Снова мир рукоплещет славным исследователям Вселенной, совершившим звёздное путешествие. Тысячи юношей и девушек мечтают стать космонавтами. Для них и других любителей астрономии всех возрастов и профессий — наша олимпиада.
Мы просим ответить на одиннадцать вопросов, которые выделены в рассказе жирным шрифтом. Ответы посылайте в редакцию. Не забудьте сообщить свай адрес, фамилию, профессию и место работы или учёбы.
— - -
Раздался стук. Коля Андреев вздрогнул и открыл глаза.
— Опять задремал, — вздохнул он и нагнулся за упавшей книгой. Это был учебник астрономии. По профессии Коля — маляр, но мечтает стать инженером и пока учится в вечерней школе. Уже 2 часа ночи, хочется спать, а завтра придётся отвечать на уроке. Коле представилось, как строгий учитель астрономии Виталий Алексеевич неторопливо войдет в класс и начнёт урок, ну, например, с такого вопроса:
«Если звезда наблюдается в полночь в меридиане к югу от зенита, то в каком направлении в этот момент (к югу, к северо-западу и т. д.] она будет смещена для наблюдателя вследствие годичной аберрации света?
Старый учитель любит чёткие, обстоятельные ответы и всегда говорит: «Главное — не в буквальном зазубривании формулировок, а в умении соображать и применять полученные знания на практике». А это ведь не сразу даётся. На прошлом уроке он «срезал» Серёжку Монахова, задав ему, казалось бы, совсем не трудный вопрос:
— Наблюдатель, находящийся на экваторе Земли, имеет инструмент для наблюдения светил только в зените. Будет ли он наблюдать Луну в зените и сколько раз в течение года?
Сергей допустил лишь меленькую неточность и «схватил» двойку, Коля вздохнул и снова стал перелистывать учебник.
«Если звёздная система — галактика, — прочитал он, — удаляется от нас со скоростью 100.000 километров в секунду, влияет ли это заметно для глаза на её видимый цвет и видимый блеск».
Юноша задумался. Ведь это не только теоретический вопрос, с каждым годом мы всё больше привыкаем к космическим скоростям, всё больше интересуют нас космические проблемы. Однажды Коле довелось услышать, как Герман Титов рассказывал о том, что увидел в иллюминатор корабля «Еосток-2».
— Все было удивительно — ослепительно яркое Солнце, немерцающие звезды, Земля в голубом ореоле. — Герман Титов тогда сказал шутя, что скоро в космос станут летать по профсоюзным путёвкам.
— А что, если бы мне дали такую путёвку? Наверное, всё-таки перед этим устроили какой-нибудь экзамен. — Коля поудобнее устроился в кресле и... отчётливо увидел: большой светлый зал, за длинным столом — знакомые всему миру советские лётчики-космонавты, ещё какие-то люди. Среди них и учитель Виталий Алексеевич. Идёт экзамен. Коля стоит перед экзаменаторами, и Виталий Алексеевич спрашивает его:
— Почему точка видимого схождения на небе путей метеоров (падающих звёзд) перемещается на небе относительно звёзд ото дня ко дню?
Об этом Коля только что успел прочитать в учебнике, и ответ его был уверенный и чёткий. Одобрительно закивали головами Павел Беляев и Алексей Леонов. Эта немая похвала ободрила Колю. А учитель уже задавал ему новый вопрос:
— Где, когда и почему можно одновременно видеть Солнце и полную Луну? А заодно попробуйте сказать: бывает ли видимо в июне на Южном полюсе Земли полное лунное затмение?
Очевидно, ответы и на эти вопросы были тоже удачны, потому что председательствующий — высокий, статный человек пригласил Колю подойти ближе и вручил ему голубую путёвку... заветную путёвку в космос.
А потом Коля увидел себя уже внутри кабины космического корабля. Маленькие круглые окошки, мягкие кресла. Впереди на стене вспыхнула красная надпись:
— Внимание! Старт!
Снизу что-то грохнуло, корабль завибрировал. На несколько мгновений захватило дыхание. Тело стало тяжёлым. Спина глубоко вдавилась в мягкую спинку кресла: «Летим!».
Небо за окном быстро темнело, стало густо-синим, затем фиолетовым и вскоре засветилось яркими звёздами.
— Совсем так, как рассказывал Герман Степанович, — отметил про себя Андреев.
Как непохоже это путешествие на то, что видел он когда-то в фантастическом фильме «Космический рейс». В кинокартине показали эстакаду, с которой стремительно взлетала ракета. Тогда он был ещё мальчиком и безуспешно пытался ответить на задачу, которую легко решил бы сейчас:
В полночь с эстакады космодрома со скоростью 12,1 км/сек. в восточном направлении улетела межпланетная ракета. Спустя 12 часов, в полдень, с той же эстакады в том же направлении со скоростью 16,3 км/сек. отбыла вторая ракета. Когда вторая ракета догонит первую! Допускается, что путь, пройденный ракетами в течение первых двух суток, практически не отклоняется от прямой. Для упрощения задачи наклоном земной оси пренебречь.
Шум двигателей становился всё тише и наконец замолк. Тело стало непривычно лёгким, и, чтобы не взлететь к потолку, приходилось крепко держаться за ручки кресла. Так вот она какая, невесомость! Сколько о ней приходилось слышать! А всё-таки когда и почему возникает состояние невесомости на космических летательных аппаратах?
Неожиданно потемнело, и Коля увидел, как закруглённый край Земли медленно закрыл сверкающее горячее Солнце. Корабль вошёл в область земной тени. По сути дела это было солнечное затмение, только роль Луны в данном случае играла наша родная планета.
В иллюминаторе показался Юпитер. Даже без телескопа были отчётливо видны его четыре спутника. Коля хорошо знал, что тени от этих спутников нередко падают на поверхность самой планеты. Значит, и там возможны солнечные затмения. Интересно бы выяснить — часто ли на Юпитере вообще и в какой-либо определённой точке его поверхности происходят затмения Солнца?
Много часов уже летит корабль. По радио объявили: приготовиться к посадке на Луне! И опять заработал двигатель, и тело словно налилось свинцом. Однако посадка произошла настолько мягко, что никто из пассажиров не заметил толчка.
Коля всматривался в лунный пейзаж. Коричневой равнины с пологими склонами кольцеобразных гор, крутых скал и остроконечных хребтов, которые так любят рисовать художники, видно не было. Поражали резкие контрасты между светом и тенью. Солнце светило, как яркий прожектор среди темной ночи. Каждый камень под его лучами был настолько ослепителен, что тотчас же пришлось надеть тёмные защитные очки,
— Раз, два, три, — делал Коля первые неуверенные шаги по Луне.
Штурман провёл необходимые измерения. Оказалось, что космонавты прилунились точно в центре лунного диска, видимого с Земли, А где сама Земля? Находясь здесь, в каком месте на лунном небе они будут видеть Землю! Будет ли меняться это место на небе с течением времени, если космонавты будут оставаться в той же точке на Луне?
Солнце казалось застывшим, оно не двигалось. И не удивительно — ведь лунный день длится целые две земные недели!
«Всё здесь иначе, чем у нас дома, — подумал Коля. — А дом-то как далеко: ведь до Земли — 400 тысяч километров». Родная планета выглядела огромным воздушным шаром голубоватого цвета, висящим высоко в небе. Маленькими звёздочками двигались вокруг неё искусственные спутники. Следя за ними, Коля вспомнил вопрос, однажды заданный в классе висящим высоко в небе. Маленькими звёздочками двигались вокруг неё искусственные спутники. Следя за ними, Коля вспомнил вопрос, однажды заданный в классе Виталием Алексеевичем:
— Искусственные небесные тела движутся по тем же самым законам природы, что и естественные небесные тела. Спрашивается, можно ли создать такой искусственный спутник Земли, который бы двигался по такой же точно орбите, что и Луна, и имея бы точно такой же период обращения вокруг нашей планеты? Притягательным действием Луны на искусственный спутник пренебречь.
Зачарованно смотря на Землю, Коля думал, как дорога она ему, такая далёкая сейчас.
И вдруг снова раздался грохот двигателя, Коля вздрогнул и... открыл глаза. Оглушительно звенел будильник. Вспомнив свой сон, юноша улыбнулся: «Чудеса, а ведь я ответил на все вопросы».
Интересно, смогут ли это сделать наши читатели?
— - -
На размышление вам даются воскресенье и понедельник. Жюри будет рассматривать письма, опущенные в почтовый ящик не позднее 23 марта. В составе жюри: председатель — профессор МГУ Б. А. Воронцов-Вельяминов, профессор МГУ К. А. Куликов, профессор А. А. Штернфельд, научный обозреватель «Вечерней Москвы» Н. А. Варваров. Составитель рассказа — научный сотрудник планетария Б. А. Максимачев.
Читатели, приславшие наиболее точные ответы, будут премированы.
А. Васильков. Лопнувшая сенсация (заметка) // Вечерняя Москва № 69, 23 марта 1965, с. 3
— - -
Мир восторженно приветствует новых героев космоса — Павла Ивановича Беляева и Алексея Архиповича Леонова. Их имена в эти дни звучат на всех языках. Беспримерный эксперимент выхода человека из корабля в космос совершен успешно.
Однако есть на Западе люди, которых новые достижения Советского Союза в освоении космического пространства приводят в уныние. Взять, к примеру, издателей парижской вечерней газеты «Франс-суар». Они наверняка огорчены до слез. Их «блестящая сенсация» лопнула как мыльный пузырь. Дело в том, что за два дня до старта космического корабля «Восход-2» «Франс-суар» начала печатать под заголовком «Последний «SOS» русского космонавта» сенсационные заявления неких братьев Ашиль и Джиованни Кордгилья из Турина. Названные шарлатаны объявили себя изобретателями «чудодейственных приборов», с помощью которых они якобы поддерживают «двустороннюю связь с небом».
Как пишет газета «Франс-суар», «изобретатели» приняли сигналы бедствия от 14 русских космонавтов, «бесследно исчезнувших в космическом пространстве». Публикация подобных бредней — явление не новое. Проходимцы из «Франс-суар» не оригинальны. И до этого желтая капиталистическая пресса печатала «сенсации» о якобы услышанных «голосах в космосе», о «вращающихся вокруг Земли гробах», о таинственных космических «катастрофах». Старый дешевый трюк, рассчитанный на то, чтобы бросить тень на блестящие победы нашей Родины в освоении космоса.
Советский Союз вновь продемонстрировал превосходство своей космической техники — могучих и точных ракет, современных кораблей-спутников, их оборудования, всей системы обеспечения безопасности человека в космическом пространстве. И никакие трюки западных шарлатанов не могут умалить наших побед. А. Васильков.
Памяти великого фантаста (заметка) // Вечерняя Москва № 70, 24 марта 1965, с. 3.
---
Памяти великого фантаста.
Во Всесоюзной библиотеке иностранной литературы открылась сегодня книжно-иллюстративная выставка, посвященная жизни и творчеству знаменитого французского писателя Жюля Верна.
Его произведения издавались в нашей стране более трехсот раз общим тиражом свыше 17 миллионов экземпляров на 23 языках.
10 лет назад, 18 марта 1965 года, космонавт А. А. Леонов впервые в истории человечества совершил выход в открытый космос с борта корабля «Восход-2», который пилотировал космонавт П. И. Беляев.
Это событие явилось выдающимся научно-техническим достижением, вобравшим в себя мысль, труд, отвагу советских ученых, рабочих и космонавтов.
Но одновременно оно стало и фактом художественной жизни. Ведь тот, чьему взору впервые открылись просторы вселенной, сам был человеком, с детства увлеченным искусством.
Новые яркие впечатления, полученные Алексеем Леоновым во время эксперимента, осмыслились и отобразились не только в строках научного отчета, но и в тех картинах, которые космонавт написал по возвращении на Землю.
Вскоре А. Леонов познакомился с художником-фантастом А. Соколовым. Тот «видел» космос намного раньше и представлял себе его пейзажи, потому что углубленно изучал новейшие данные науки. Им было о чем беседовать, спорить, мечтать. Обоих сблизило и то, что каждый из них с оптимизмом относится к освоению человечеством околосолнечного пространства. Они считают, что гуманистические свойства личности не только не ослабеют в этом космическом будущем, но умножатся. Нравственное начало всегда пронизывало подлинные произведения искусства. И в космической теме его значение нисколько не уменьшается.
Тема космоса имеет в искусстве наших дней многих толкователей, живущих в разных странах. Художники весьма различно относятся к перспективам научно-технического развития. Фантазия иных из этих увлеченных живописцев и графиков приводит к созданию произведений, нередко наполненных чувством тревоги, пессимизма и отчаяния.
Буржуазная действительность воздействует на трансформацию истинных представлений о традиционных гуманистических ценностях, о месте человека среди создаваемой «второй природы». В сознании ряда художников, пишущих как бы портреты грядущей цивилизации, человек, по существу, исчезает из им же сотворенного мира гениальных машин. В полотнах и рисунках либо господствует бездушная, самодовлеющая логика конструкций, либо властвуют химеры, болезненные видения.
Правда, за рубежом есть и такие мастера, среди них в США, под рукой которых возникают своего рода изобразительные репортажи о пребывании человека в космосе, отмеченные своей мерой поэтичности и пластических достоинств.
Когда творческое знакомство А. Леонова и А. Соколова состоялось и в свет вышел их первый альбом, вместивший и совместные и большей частью индивидуальные произведения, принципиальную оценку этому труду дал космонавт Юрий Гагарин, писавший в предисловии следующее: «В этом альбоме наглядно показано, как выходит человек на просторы Вселенной. В нем говорится о настоящем и будущем. Сейчас все больше художников пытаются отобразить в своих произведениях тему проникновения в космос человека. Но, пожалуй, мало кому из них удалось так близко подойти к космосу, как это сделали авторы публикуемых здесь рисунков. Секрет такой близости прост: автор части рисунков — космонавт Алексей Леонов, первый в мире человек, который вышел из космического корабля в открытый космос, сам стал на некоторое время спутником Земли. Его коллега — художник-фантаст Андрей Соколов, посвятивший свое творчество изображению космоса. Некоторые картины созданы совместно. Первым из землян А. Леонов увидел нашу голубую планету, яркие немерцающие звезды, ослепительное, словно «вколоченное» в черноту неба Солнце не из иллюминатора космического корабля, а непосредственно, гораздо более полно, чем видели окружающий мир космонавты, летавшие в кабине космического корабля. Необыкновенные пейзажи, увиденные космонавтами и переданные в рисунках А. Леоновым, имеют не только познавательное, научное, эстетическое, но и философское значение. Они показывают, как необычайно многообразна и ярка природа, как расширяются наши представления о Вселенной по мере все большего проникновения в космос человека. В альбоме реальность и фантазия идут вместе. Без фантазии немыслимо движение вперед. И в рисунках молодого художника Андрея Соколова фантазия как бы не отрывается от реальности. Альбом этот особенно интересен еще и тем, что в нем с рассказами о космосе и процессах происходящих в нем, выступают крупные советские ученые. Рисунки как бы иллюстрируют проблемы, над которыми работают астрономы, физики, космологи. С другой стороны, научные исследования, о которых говорится здесь, направляли мысль художников, давали основу для их творчества. Космос бесконечно разнообразен. По мере проникновения в межпланетное пространство все чаще будут встречаться с такими явлениями, о которых до этого вообще ничего не было известно. Но ведь именно эти новые проблемы, о которых мы сейчас и не догадываемся, и обеспечивают те качественные скачки, которые существенно расширяют знания законов природы. Подсчитано, что в современную эпоху объем научной информации, имеющейся в распоряжении человечества, приблизительно удваивается за каждые десять лет. И это не просто статистика. Это закон прогрессивного развития человечества. В рисунках, опубликованных в альбоме, через призму художественного восприятия рассказывается о том, что уже известно науке, а также том, что ученые еще сегодня не знают» (1).
А. Соколов. Через сто лет. Масло. 1967А. Леонов, А. Соколов. «Венера-8» на Венере. Масло. 1974
Альбом начинается репродукцией картины А. Леонова «В космическом полете», которая была впервые опубликована в газете «Правда» в сентябре 1961 года. Тогда же её прокомментировал Ю. Гагарин: «После завершения первого полета в космос мой друг, художник-космонавт, задумал отобразить космический корабль в полете. Он много работал над этим рисунком, часто приходил ко мне, советовался со мной. И вот наконец появилась картина. Хотя изображенный моим товарищем космический корабль и несколько условен, но мне кажется, что все остальное очень походит на то, что я видел в космосе. Картина очень походит и на те фотографии, которые привез из космического полета Г. С. Титов...» (2).
Художники изобразили в своих красочных и вместе с тем строго научных произведениях различные этапы космического путешествия — от старта до приземления. Вместе с ними читатель-зритель как бы воспринял, ощутил своим взглядом и то, что не смогла бы запечатлеть даже уникальная кинокамера или телевизионное устройство. Реально представляя себе все фазы полета, художники показали, как мощный столб огня напрягает тело ракеты и устремляет ее вверх. И вот происходит отделение первой ступени. Ее двигатели отработали, выполнив трудную задачу. Они парят в лазури, переходящей в необычную для земных условий темноту.
А. Леонов. «Союз» — «Аполлон» на орбите. Масло. 1974А. Соколов. Спутник внеземной цивилизации. Темпера. 1967
Одним из излюбленных мотивов А. Соколова и А. Леонова является изображение космического корабля, пролетающего над Землей. Из космоса видна нерукотворная «карта» земного шара с океанами, материками, с зарождающимися циклонами. У нее есть свое очарование, и картины двух художников хорошо передают его.
Но ни Соколов, ни Леонов никогда не переступают грань, отделяющую научную фантазию от простого произвольного вымысла. Их работам всегда свойственно большое познавательное значение.
А. Соколов. Луноход-2 на Луне. Масло. 1974
Такова и картина А. Леонова «Утро в космосе». Ему удалось первому из космонавтов увидеть в космосе, а затем и изобразить тот момент, когда огненно-красный диск Солнца только что поднялся над Землей. Контрастными стали разноцветные полосы, охватывающие планету. Сквозь пелену облаков еще видны красноватые огни городов. А над Солнцем на короткое время вспыхнул необычайный по красоте ореол, напоминающий своей формой старинный русский кокошник. Первый эскиз этой картины художник-космонавт сделал цветными карандашами на странице бортжурнала, находясь на космическом корабле «Восход-2».
Леонов подметил немало цветовых изобразительных эффектов, открывающихся взгляду человека в открытом космосе. Иной цвет, к примеру, приобретает лунная дорожка. Каждая такая деталь сообщает картинам художника обаяние документального свидетельства.
В свою очередь весьма документальны и произведения А. Соколова, который всегда следует научной правде, показывая даже то, что существует пока что в гипотезах, в предположениях ученых. Свои картины художник часто показывает специалистам. Интересно, что их практические замечания чрезвычайно редки. А взгляд ученых меток.
А. Соколов. Кипящая планета. Темпера. 1970
Соколов и Леонов совместно написали картину на фантастическую тему — «Город на Венере». В необычных условиях — необычная архитектура. При ее обрисовке каждому из художников помогал личный опыт. (Соколов в свое время закончил архитектурный институт.) Под прозрачным куполом поддерживается нормальное давление и температура. Люди не только живут, но и плодотворно работают на Венере. Весь облик, сам дух картины вселяют в зрителя такую уверенность. Произведения Соколова и Леонова наряду с другими качествами обладают особой наглядностью. В них нет необдуманных деталей. Все обоснованно, оправданно, все естественно.
С большой увлеченностью Соколов изображает процессы, которые не видимы нашим глазом, но происходят, активно обнаруживая себя и для приборов и для абстрактного мышления ученых.
На одной из картин художник запечатлел гравитационный шторм. Пришла в смятение каменистая поверхность далекой планеты. Антигравитационный космический корабль с исследователями энергично готовится к быстрому старту.
Полотно «Гибель планеты» трагично по настроению, но приковывает к себе взгляд так же, как знаменитые южные закаты. Художник, а вместе с ним и зритель воображают, что в области пространства, взорвавшегося в результате гравитационного коллапса, происходят такие изменения, которые коренным образом влияют на наши привычные понятия. Никто не знает, с чем могут встретиться в будущем люди. Художник видит одну из задач своего творчества в том, чтобы подготовить сознание человека к необычному, однако возможному в реальности.
В следующей серии работ, объединенных в альбоме «Ждите нас, звезды», Соколов и Леонов дерзнули заглянуть через годы в эпоху дальних космических полетов.
В картине «Поперек времени» Соколов «повествует» о том, что нельзя полностью исключить возможность существования миров, сопряженных с нашим. И космический аппарат, созданный человеком, летит «поперек» (нашего земного) времени!
Другое произведение, названное «В замкнутое пространство», приобщает зрителя к тому, что общая теория относительности Эйнштейна допускает существование замкнутых и полузамкнутых пространств. Мир с замкнутым пространством видеть нельзя. Но мы можем представить его себе в нашем мысленном взоре ожившим в уравнениях или даже в образах. Один из таких образов и предложен художником.
У картины «Деформация пространства» своя научная тема. Сильные гравитационные поля изменяют свойства пространства и времени, деформируют их. Сумеет ли это сделать человек? Ведь многое из того, что раньше было под силу только природе, сейчас доступно людям. Так, может быть, искусственная деформация пространства, которую изобразил художник, — дело не столь отдаленного будущего?
Разумеется, что творчество и Леонова и Соколова наилучшим образом воспринимается специалистами. Но знания о космосе становятся достоянием все более широкого круга людей, входят в нашу повседневность. Поэтому нет никаких оснований опасаться того, что картины художников — своего рода явление элитарного искусства. В книгах отзывов остаются признательные записи людей самых различных профессий и возрастов.
Одна из первых выставок работ А. Соколова состоялась в июне 1959 года в Центральном Доме журналиста в Москве. На ней было показано сорок произведений из серии «Покорение космоса».
Уже эта экспозиция выявила, что к тому времени молодой художник овладел глубокими знаниями материала и обрел свой индивидуальный стиль.
Отмечая это, народный художник СССР А. Герасимов в предисловии к каталогу писал: «Работы А. Соколова — результат удачного сочетания данных науки и художественной фантастики. Своими рисунками художник заявляет: так я воспринимаю мироздание, вот так представляю себе успех советской науки и техники в деле покорения космоса. И художник имеет полное право на это. В этом и состоит особенность его индивидуального видения. Вместе с тем его рисунки весьма реалистичны по исполнению: они создают ощущение полного соответствия с действительностью. Рисунки художника выполнены то в живописной, то в графической манере. Рисунок Соколова выдержан в конкретных и четких линиях. Такая манера особенно эффективно применяется художником в изображении «индустриальных пейзажей», техники» (3).
В настоящее время Леонов и Соколов заканчивают работу над серией произведений, где найдут свое отражение новые этапы исследования космического пространства, в том числе и совместный эксперимент советских и американских ученых.
Личный опыт космонавта Леонова и знания художника фантаста Соколова взаимно обогащают друг друга и активно взаимодействуют. Так рождаются произведения, посвященные таинственной и загадочной области, в которую все больше вторгается человек, — космосу.
---
ПРИМЕЧАНИЯ
----------------
1. А. Леонов, А. Соколов. Звёздные пути. М., «Молодая гвардия», 1971, стр. 6.
2. Там же, стр. 9.
3. «Выставка произведений Андрея Константиновича Соколова». Каталог. М., 1959, стр. 6—7.
----------------------
В качестве иллюстраций к статье использованы репродукции картин А. Леонова и А. Соколова:
А. Соколов. Через сто лет. Масло. 1967.
А. Леонов, А. Соколов. «Венера-8» на Венере. Масло. 1974.
А. Леонов. «Союз» — «Аполлон» на орбите. Масло. 1974.
А. Соколов. Спутник внеземной цивилизации. Темпера. 1967.
Всем нам памятны те ставшие легендарными дни, когда люди с необычайным волнением произносили слова, казавшиеся фантастическими: спутник, космический корабль. Хотя, пожалуй, все знали о космических полетах не только из книги Жюля Верна, но и по трудам К. Циолковского, проникновение во вселенную было в чем-то сказочным.
Космонавтика все более входит в наше сознание, в нашу плоть и кровь. И всеобщий интерес к ней не только не ослабевает, но все более расширяется, становится полнее и глубже.
Перед окружающим его мирозданием человек не безоружен, не бессилен. С ним — его разум, энергия, его творческая, созидательная способность. Философия, научные и технические знания представляют собой могучую силу, рожденную человечеством для самых высоких гуманистических целей. И в животворном единстве разных форм человеческого творчества важное и достойное место занимает искусство.
Вот почему с большим вниманием был встречен выпуск альбома «Человек и Вселенная» (авторы художественных произведений А. Леонов, А. Соколов. «Изобразительное искусство», М., 1976).
А. Соколов и А. Леонов уже давно воплощают космическую тему. Их произведения публиковались во многих изданиях. То же издательство «Изобразительное искусство» выпустило предыдущий совместный альбом еще в 1973 году. В новый альбом вошли работы последних лет. С их выходом космос стал благодаря художественной мысли, основанной на данных науки и, конечно, на таланте художников, еще ближе для землян.
Альбом «Человек и Вселенная» имеет и другую особенность. Каждый из его четырех разделов предваряется специально написанными статьями, принадлежащими известным и авторитетным людям: члену-корреспонденту АН А. Капице, председателю Совета «Интеркосмос» при АН СССР академику В. Петрову, академику В. Амбарцумяну, журналисту Я. Голованову.
Альбом «Человек и Вселенная» получил высокую оценку среди ученых, участников международных симпозиумов, посвященных проблемам изучения и использования космоса, у моих товарищей в Звездном городке.
Мне, как и всем тем, кто непосредственно связан с исследованием космического пространства, особенно остро ощутима та жизненная правда, которая заключена в произведениях искусства, посвященных нашей работе.
Только не следует понимать эту правду в слишком ограниченном смысле слова, сводить ее к визуальным наблюдениям, доступным человеческому глазу.
Могу сообщить по собственному опыту, что космонавт, находясь в полете, воспринимает окружающее пространство не только тогда, когда «поглядывает» за борт. Он представляет себе космос с помощью множества неоптических приборов. И хотя перед тобой не конкретный пейзаж, ты, пользуясь данными различных научных вычислений, достаточно хорошо «видишь» близкие и отдаленны объекты.
Это ли не самая настоящая реальность? Но она пока что доступна лишь твоему логическому видению: давление столько-то атмосфер, температура и химический состав такие-то.
Конечно, о каждом из таких явлений, космонавт может рассказывать с чувством полной достоверности, как будто он держал эти явления, подобно вещам, в собственных руках.
Держать-то держал, знал все внутреннее строение, а вот внешность такого реального явления оставалась шапкой-невидимкой.
А. Леонов и А. Соколов обладают метким Взглядом. Они пытливо изучают всю имеющуюся визуальную информацию о космосе, но не ограничиваются ею, стремясь к более глубокой и всеобъемлющей жизненной правде в художественном отражении этого нового вида человеческой деятельности. А. Леонов и А. Соколов часто показывают зрителю то, что существует на самом деле, но недоступно непосредственному взгляду человека, кинокамеры, телескопа. При этом в каждое произведение вкладываются эмоции авторов, активность их образного мышления.
Поясню сказанное на ряде примеров, обратясь к картинам, опубликованным в первой части альбома, названной «Перекрестки звездных дорог» и посвященной истории освоения космоса — от запуска первого искусственного спутника Земли до совместного полета космонавтов и астронавтов.
Вот картина А. Соколова, запечатлевшая выход на орбиту первого спутника. Она запоминается необычным ощущением простора, сложной цветовой гаммой космоса, сияющей лучезарной поверхностью нашей родной планеты, окруженной поразительно чистым и звучным голубовато-синим ободком. А в центре картины — главный «виновник» ее создания, видимый нами так, как будто мы рассматриваем машину, мчащуюся рядом с автомобилем, в котором мы сами находимся. А ведь ни один оптический прибор не смог столь наглядно и верно зафиксировать то, как спутник отделился от ракеты-носителя. Но художник, вооруженный необходимыми научными данными и вдохновленный своим творческим воображением, изобразил выдающееся историческое событие, причем не только достоверно, но и поэтично.
Другая работа А. Соколова запечатлела первый лунный фотосеанс. Мы с земли получали снимки невидимой стороны нашего естественного спутника, но как этот процесс выглядел со стороны, никто наглядно не представлял. Можно было строить различные предположения — разрозненные, лишенные образной убедительности и как раз той жизненной правды, что так ярко и глубоко проявляется в своем художественном осмыслении.
А теперь обратимся к картине, созданной А. Леоновым. Она называется «Восход-2» в полете». При создании этого произведения взаимодействовали личные знания, наблюдения космонавта и желание А. Леонова-художника воплотить в картине наиболее характерное и вместе с тем обобщенное представление о полете этого космического корабля. Дело происходило в дневную пору, но почему бы не ввести в изображение мотив восхода солнца над нашей планетой, образно сопоставить и объединить обе темы «восхода». И вот появилась интересная работа. Пылающий золотой диск в подвижном красном ореоле поднимается над земным шаром, написанным в холодных сине-голубых тонах. Большую часть картины занимает темное пространство космоса, чья беспредельность подчеркнута светящимися точками рассеянных в бесконечности звезд. И вот в этом особом мире возникает детище человеческого разума — космический корабль. Он изображен в мгновения рассвета, которые и на Земле вызывают у человека сложную гамму чувств. Художнику удалось донести смысл и тонкость этих дорогих переживаний, которые охватывают человека далеко от родной планеты.
Изображая свой выход в открытый космос, А. Леонов использовал свои впечатления, снимки телепередачи. Работа достоверна, хотя и не строго буквальна, если обратить внимание на позу космонавта: она не срисована ни с одного снимка. Но и выбрана она не случайно. Доверяясь выражению своих художнических представлений, А. Леонов передал в этом образе самоощущение человека, впервые оказавшегося в космосе всем своим естеством, лицом к лицу с мирозданием. Как хорошо передан средствами живописи мотив этого своеобразного движения, не имеющего аналога с движением в земных условиях, но отчетливо воспринимаемого зрителями благодаря способности искусства передавать чувства, испытанные одним человеком, всем людям.
Вторая часть альбома «Человек и Вселенная» посвящена одной из наиболее важных тем — «Космос служит людям». Ведь «Основные направления развития народного хозяйства СССР на 1976—1980 годы», утвержденные XXV съездом КПСС, предусматривают дальнейшее изучение космического пространства и расширение исследований по применению космических средств при изучении природных ресурсов Земли, в метеорологии, океанологии, навигации, связи и для других нужд народного хозяйства.
Разговор о картине А. Леонова «Солнце с околоземной орбиты» хочется начать со слов академика Б. Петрова: «Главными задачами исследования околоземного пространства останется дальнейшее изучение верхней атмосферы Земли, магнитосферы, солнечно-земных связей, космических лучей, внегалактических источников радиации и других проблем» (с. 42).
Изучение Солнца с околоземных орбит имеет для нас жизненно важное значение, оно ведется в значительно степени с помощью искусственных спутников, орбитальных станций. И вот художник создает для земного зрителя уникальную возможность взглянуть на физические процессы, происходящие на Солнце. Их опять же нельзя увидеть человеческим глазом в натуре — ослепнешь. Не могут помочь тут и другие средства визуального наблюдения. Но живописец, глубоко и тонко воспринявший научную информацию, сумел воссоздать очень эмоциональную и вместе с тем научно убедительную картину Солнца.
Каждый день приносит нам сообщения о растущем и крепнущем международном сотрудничестве в освоении космоса. Этому посвящены работы художников, собранные в третьей части альбома «Человек и Вселенная».
Особый интерес вызывает то обстоятельство, что именно А. Леонов участвовал в совместном полете кораблей «Союз» и «Аполлон». Знакомясь с альбомом, встречаешься редчайшими документами истории культуры, с уникальными художественными произведениями.
Мне, космонавту, особенно понятно, что, находясь в полете, очень и очень трудно выкроить минуту для удовлетворения сугубо личного любопытства или духовного интереса, если они не входят в очень насыщенную программу исследованний. У А. Леонова, бывшего командиром корабля, профессиональная работа космонавта была весьма напряженной, постоянной. И все же ему довелось нарисовать во время совместного полета портреты американских астронавтов Томаса Стаффорда, Дональда Слейтона и Вэнса Бранда.
В альбоме опубликованы страницы бортового журнала командира. Делая записи о визуальных наблюдениях, А. Леонов успевал наносить на страницу зарисовку цветными карандашами. На странице бортжурнала был сделан эскиз к выполненной позднее картине «Искусственное солнечное затмение».
Картина «Встреча над планетой» — одно из центральных произведений в творчестве художника-космонавта. Ее репродукции обошли весь мир. Мне она представляется очень живописной. В ней органично совмещены непосредственность эмоций и чувство торжественной приподнятости, словно испытываемое самими космическими кораблями. Удачно передан настоящий цвет космоса — не монотонный, глухой, а по-своему сложный, богатый цветами и оттенками. Выразительна гармония зелено-изумрудного цвета «Союза» и голубовато-стального с некоторыми золотистыми деталями «Аполлона».
Космическая наука — наука необычайно динамичная, устремленная в далекое будущее человечества. Собственно говоря, само это будущее во многом связано с ее достижениями. Вот почему, обращаясь к перспективам космических исследований, А. Леонов и А. Соколов затрагивают в своем творчестве многочисленные проблемы философского и технического характера. Перед нами картины, которые хочется назвать поэтичным и научно зрелым раздумьем о земной цивилизации, о бесконечности и многообразии материального мира. Эти произведения опубликованы в четвертой, завершающей части альбома — «Взгляд в будущее».
Известно, что в литературе, кино, да и в изобразительном искусстве за последнее время сделано немало попыток наглядно и зримо представить себе завтрашний или более отдаленный день человечества в его связи с дальнейшим продвижением в космос. Работы А. Леонова и А. Соколова, отличаются тем, что в них нет ни наивно-радужной, ни бесчеловечно-жестокой фантастики. Художники сразу дают понять зрителю, что жизнь в ее земной форме — единственна, что рукопожатия с иными цивилизациями в прямом смысле слова «рукопожатие» не произойдет, но у человека всегда будет сохраняться обоснованная надежда на то, что его способность преображать материю созидательно, к добру — не одинока, что где-то во вселенной она также осуществлялась, осуществляется или осуществится. В этом глубокий смысл таких картин А. Соколова, как, например, «Может быть — жизнь?», «На пороге».
Художники подготавливают психологию зрителя к тому, что скоро, возможно, станет практическим заданием: передвижение по Марсу, устройство космодрома на Фобосе.
Они заглядывают и дальше, туда, куда мы не сможем прилететь и в отдаленном будущем. Искусство помогает нам ощутить себя в пространстве бесконечно разнообразного, всегда нового и познаваемого материального мира. Большое впечатление производят картины А. Соколова «Янтарная планета», «Поперек времени», «Черная звезда», «Взрыв сверхновой».
Размышляя о различных гуманитарных аспектах познания и освоения космоса, академик В. Амбарцумян выступил па страницах альбома со статьей, предваряя которую отметил, что уже одно из первых открытий, последовавших за созданием телескопа, было обнаружение колец у Сатурна, что не только сыграло большую роль в развитии астрономии и небесной механики, но и показало, какие изумительные красоты таит в себе окружающая нас вселенная.
По словам В. Амбарцумяна, редкий астроном, занимаясь своим предметом, может равнодушно смотреть на удивительно интересные формы солнечных протуберанцев, на очертания планетарных туманностей с их небольшими, но всегда изящными нарушениями симметрии, например, на гигантскую диффузную туманность «Розетка», которая состоит из большого числа шлейфов и лепестков, наконец, на своеобразную красоту многоликих форм спиральных галактик.
Продолжая свою мысль, ученый пишет: «Составители научно-фантастических повествований, хотя и не в очень точных выражениях, но часто описывают впечатления, которые должны получить люди, посещающие те или иные районы отдаленного космоса. Можно только подтвердить, что воображаемый путешественник, имеющий возможность попасть в окрестности любой звезды или другого астрономического объекта, проникать внутрь звездных скоплении или посещать центральные районы галактик, может увидеть потрясающее разнообразие непривычных панорам, эффектных смен условий освещения, фантастические очертания окружающих объектов» (с. 52).
Нам, людям, побывавшим в космосе, эти мысли близки и понятны, как и отношение ученого к взаимосвязи научной и художественной деятельности. Основываясь на личных наблюдениях, сопоставляя данные науки и впечатления от произведений А. Соколова и А. Леонова, нельзя не согласиться со следующим заключением академика В. Амбарцумяна: видимый и познанный человечеством космос является уже сегодня частью той тематики, которая перешла из эстетики воображения в эстетику знаний, непосредственных впечатлений и их осмысления. Действительно, через картины человека, побывавшего вне Земли, космонавта А. Леонова, обладающего даром художника, и живописца А. Соколова, глубоко знающего материал и направление современных космических исследований, эти впечатления становятся общим достоянием.
Хотелось бы отметить как факт, заслуживающий особого внимания, то, что две картины художника А. Соколова, посвященные проводимому эксперименту, были доставлены интернациональным космическим экипажем — А. Губаревым и В. Ремеком — на борт научного орбитального комплекса «Салют-6».
«Подобно тому как живущие на равнине люди увлекаются картинами причудливых Гималаев, нарисованных Рерихом, — отмечает ученый, — или люди суши с любовью рассматривают морские пейзажи Айвазовского, мы, земляне встречаем с огромным интересом картины, встающие перед взором неземного зрителя, где красивое так гармонически сочетается с необычайностью и величием масштабов. Нет сомнений в том, что это новое направление в живописи, «космическая живопись», будет привлекать все большее внимание любителей искусства» (с. 52).
Как подчеркивает В. Амбарцумян, мы живем в эпоху революционных изменений в наших представлениях о вселенной, но, избегая громких выражений, следует признать, срисовывающаяся картина космоса является весьма жизненной и динамичной, а это в свою очередь связано с разнообразием и красотой явлений. Ведь, изучая эти новые, на первый взгляд странные объекты, мы все ближе подходим к познанию процесса рождения миров; на пути к выяснению этого механизма воображению человека, его, так сказать, научному взору предстанут еще более захватывающие по своему содержанию и оригинальности процессы. А их познание, естественно, принесет с собой не только решение глубочайших проблем естествознания, но и обогатит наше воображение картинами небывалой красоты.
Мы живем в то время, когда социальный состав читателей таких, например, изданий, как «Природа», «Авиация и космонавтика», «Наука и жизнь», «Искусство», существенно пополняется людьми самых разных профессий и родов занятий. Думается, что большинство из них обращается к новым для себя областям знания не случайно, не из праздного удовлетворения своего любопытства, а весьма естественно и закономерно.
В условиях развитого социалистического общества достижения науки, научно-техническая революция создают наиболее благоприятные возможности для формирования целостной и многогранной личности человека, ощущающего внутреннюю, духовную потребность в заинтересованной активной причастности ко всему тому, что совершается согражданами, человечеством.
Есть и другой аспект этого явления. Трудно себе представить процесс развития современной науки и техники вне благоприятных социальных условий, если видеть в науке созидательную, а не разрушительную силу.
Ведь, проникая в глубины космоса, в тайны материи, мы служим человечеству, осуществляем его тысячелетние мечтания, создаем прочную основу для его светлого и счастливого будущего. Это будущее само по себе значительно, сложно, многообразно, и, вступая в него, мы берем с собой силу Антея, мощь наших земных нравственных ценностей, запас всей человеческой мудрости.
----------------
В оформлении журнальной статьи использованы репродукции картин:
А. Леонов. Стартует «Союз». Масло. 1976.
А. Соколов. Первая интернациональная орбитальная станция. Масло. 1976.
А. Соколов. Полдень далекой планеты. Масло. 1976.
А. Леонов, А. Соколов. Космодром на Фобосе. Масло. 1976.