Клиффорд Саймак «Город»

Это потрясающе.

По-моему, «Город» одно из самых сложных произведений Саймака. За всей его почти детской наивностью образов – подумать только, разумные Псы, какая наивность – наивность басен и детских сказок! – скрывается философская сложность идей и размышлений, густая сеть противоречий, глубокий символизм – и печаль: разрушение светлых надежд на человечество, тоска по нему уходящему, и в первую очередь, уходящему от самого себя…

Саймаку не повезло. У него нет такого известного имени, как, например, у Брэдбери, хотя этим романом он, по-моему, с ним точно сопоставим. Надо лишь продвинуться дальше первой самой простой главы и ощутить, как в всё романе становится сложнее, тревожнее, глубже.

Впервые читая «Город» (когда-то давным-давно), я уловил его истинную мощь лишь в середине, где-то между «Раем» и «Развлечениями». Это было самое странное ощущение за весь мой читательский опыт. Тогда, давним-давно, весь роман до того момента казался мне довольно простым (сейчас так не кажется – за исключением, пожалуй, первой главы, где автор промахнулся сильно в технической её части; «Город» и начинается для меня только со второго рассказа, с «Берлоги», с робота Дженкинса, постепенно принимающего на себя бремя быть человеком), тогда я ощутил нечто сравнимое с прогулкой по старым железнодорожным рельсам с мгновением осознания, что сзади на полной скорости накатывает локомотив. Я увидел, к чему всё ведет – словно бездна разверзлась. Я увидел человечество как нечто исчезающее, нечто обреченное, как нечто рассеивающееся как дым – и всё из-за глубоко заложенных в нём противоречий. Я уже видел пустую Землю. И ощущал отчаяние последней надежды – оставит ли человек хоть что-то достойное после себя?

«Город» из тех романов, который при каждом прочтении выглядит всё сложнее, всё глубже – и при этом из раза в раз всё интереснее.

Теперь не бросился в глаза его символизм. Тут много символических предметов и действий. Рецепт всемирного счастья, до которого лишь протяни руку, но человек не делает этого, боясь выйти из символической зоны комфорта. И не зря же этот рецепт попадает потом в руки Джо – ветви разума, лишенного уз социума, разума холодного, разума человека, но человеческого в нём уже и не видно – и это приводит к краху. Тут, в принципе, многое приводит к краху. Узы ответственности за мир непосильны человеку. Он сбегает от него в рай Юпитера, он перекладывает его на других. Он и себя-то по сути не понимает.

Символичны и Псы – Псы, как символ начала более природного, символ преданности и доброты, более светлого ума, идущего другой дорогой (человечество не дотянулось до звезд, но Псы нашли иные миры здесь, на Земле). Символ всего того, в чем автор видит спасение.

Даже когда человек окончательно уходит со сцены, мир всё ещё несет в себе его следы, и нельзя не подумать: о ком бы автор не говорил, о Псе ли, роботе, или мутанте Джо (даже о Тени, вторгшейся в наш мир, в самой жуткой части романа – рассказе «Эзоп») – он говорит в первую очередь о человеке. И этот разговор горький, пропитанный щемящей печалью.

Его можно читать и как фантастику научную – идеи его хороши сами по себе: в нём есть и трансгуманизм (это в сороковых годах-то), технический сам по себе, он размышляет о цепочке миров и отсутствии прошлого с научной точки зрения. Его Путь разума имеет и чисто техническую сторону – переход в иные фазы существования, требующие иной мысли, иных чувств и иной системы языковых символов; разделения на ветви, технологически мозг роботов, и чувственный, интуитивный мозг Псов, а между ними, кстати, отчетливо не хватает человека, как середины, соединяющей и то, и другое. И т.д. и т.п. Но Саймак не Стэплдон, чтобы увязать в футурологии. Саймак хорош другим, он как каждый большой писатель, говоря о будущем говорит о настоящем, и техническая сторона, весь этот путь разума, лишь иллюстрации больших тревог, иносказание пропастей на возможной дороге вперед.

Размах.

Нарастающий размах во всём – более пятнадцати тысяч лет от начала до завершения истории (кажется, оригинальный цикл «Дюна» за шесть романов отмахал меньше, чем «Город» за девять его небольших глав-рассказов), действия, которые приносят неожиданные плоды спустя тысячелетия, проблемы, которые не решить сейчас, одним днём, а решаясь, порождают другие проблемы (если братство всего живого есть главный путь, то где конец этой гуманизации мира – как же блохи, рыбы, черви? И что делать, если без насилия невозможно? – решения, порождающие проблемы)

И весь этот пацифизм и весь этот гуманизм, что тут есть, – это ведь не так легко и просто. Это путь моральных и физических уступок, путь тяжелых решений, путь, состоящий из множества развилок сложного выбора. И путь ошибок в том числе. И потому главная фраза может быть всего романа – «Лучше потерять этот мир, чем снова убивать» – звучащая так пафосно сама по себе, в контексте выглядит гораздо сложнее – выстрадано, с большой долей отчаяния и печали. Это не громкое пустое слово, брошенное на ветер, а действительно тяжелый выбор, отказ от чего-то очень и очень дорогого. Бесконечный путь взросления, путь мужества, даже если это мужество – всего лишь уйти, дать дорогу другим, у которых, возможно, всё получится правильнее и лучше. Отчаянная такая мысль, да, но в контексте всего романа – мысль, к которой можно приблизиться лишь через долгий тернистый путь, единственный способ уйдя навсегда всё же в этом мире остаться.

Это большой, тонкий, умный роман чудовищной тоски по человеку – когда он, обреченный из раза в раз быть изгнанным из рая, в нём есть, и когда в нём его уже нет.

Мои вечно восхищенные 10 из 10.

Философия — вторичная и доморощенная. Читайте Стэплдона и Линдсея.

Размышления и рефлексия персонажей — людей, псов, роботов — сплошное занудство.

Робот-дворецкий, который тащится от того, что несколько тысяч лет приносит виски или коньчок хозяину — нааайс. Но спустя 5 рассказов этот прикол становится оскоминой.

Собачки умиляют, но не спасают текст от уныния. А вот енот молодец, но мало.

Комментарии к преданиям — изобретательно, но скучно.

Города исчезли из-за семейных вертолетов и гидропоники? Вот это футурология уровня бог! Нет.

Полемика с прогрессистской фантастикой 40х? Конечно, но вместо азарта спора и альтернативы — вялый беззубый подтекст.

А вот развитие истории через 8 рассказов, каждый из которых по сути написан в новом поджанре НФ на архетипические сюжеты (роботы, мутанты, планетарная фантастика, параллельные миры, виртуальная реальность и тд), — это круто.

Если Джон Уиндем в не менее занудном «Кракене» объединил три поджанра, то восемь — это прям эпично.

Местами напоминает «Сто лет одиночества», только на десять тысяч лет и за десять лет до Маркеса. Прикольно.

Основные идеи: 1) если мечты людей сбудутся, они перестанут быть людьми; 2) будешь играть в бога — умрешь, как и он; 3) кто угодно лучше человека, но человек как-то роднее. Интересно. Если б не интонации брюзжащего старика. Да и позиция автора не ясна: что хорошо, что плохо, никакой эмоциональной окраски, кроме апатии и меланхолии.

Важно, что тема усадьбы возвращает НФ-роман к истокам, к готике, и вокруг истории родового поместья накручиваются более современные сюжеты. Классно.

Конечно, это классика НФ. Перед автором снимаю шляпу. Но половина текста — пустопорожнее занудство.

В детстве я много читал, в основном фантастику. Потом был промежуток лет в 10, когда у меня были другие увлечения. Книги я продолжал читать, но это были совсем другие книги. И вот, спустя годы я попал в библиотеку. Это мне нужно было для учебы. Но учеба учебой, а ведь это библиотека. Неожиданно оказалось, что там есть и художественная литература. И даже фантастика. Именно там мне приятная женщина-библиотекарь посоветовала взять почитать Саймака. Книга называлась «Город». Странно, но книга мне понравилась. Странно, потому что тогда я предпочитал литературу попроще. Не уверен, что мог оценить всю глубину и достоинства «Города». Тем не менее, далее я перечитал почти всего Саймака. Его творчество очень позитивное и доброе. При этом достаточно глубокое. Вот так и случилось мое возвращение в художественную литература и фантастику.

Но это было давно. И вот, много лет спустя, я решил вернулся к «Городу», чтобы все-таки понять, почему его так хвалят и ценят. Потому что в прошлый раз я этого явно не понял в силу возраста и прочих причин. И уже совсем ничего не помнил, кроме разве что говорящих собак. Даже почему так назван роман. Что ж, ряд повторных прочтений классики мировой фантастики продолжается.

Сразу скажу, что, возможно, даже сейчас я не в полной мере оценил глубину (и ширину) этого романа. Но однозначно увидел ее. Роман целиком и полностью достоин всех тех хвалебных эпитетов, которыми его награждают.

«Город» был написан во время и после Второй мировой войны, после Хиросимы и Нагасаки, человеком, который был несколько разочарован в человечестве. Он грустил о том, какое будущее может нас ожидать и представлял каким бы он, возможно, хотел его видеть. В этом контексте и стоит оценивать все написанное в книге.

Что меня всегда искренне поражало в творчестве Саймака — его добродушность. Это видно практически во всех его произведениях. И особенно ярко это заметно в «Городе». Я не знаю, был ли он верующим, но явно считал «не убий» одним из важнейших правил для человека. Могут быть разные обстоятельства, может быть разная цена жизни того или иного человека. Но в романе ясно дается понять, что именно нарушение этого правила может со временем привести к гибели человечества. Прошло 80 лет с момента написания книги. И с этим сложно не согласиться. Сложно себе представить полное искоренение агрессии в человеке. Невозможно представить. Поэтому «Город» выглядит доброй утопией, где это стало возможно, несмотря на ту цену, которая была за это заплачена.

Да и что человек? Ведь книга это не более чем древние предания, которые изучают псы. И было ли когда-то вообще такое существо как человек — неведомо. Кто-то утверждает, что так и было, а кто-то считает, что это все выдумки. Вот сейчас собака друг человека. Почему бы и не предположить, что именно они поднимут упавшее знамя движения вперед у споткнувшегося человечества? Убрать некоторые ограничения, дать некоторые возможности и вот, грядет смена нам с вами. Добрая и пушистая. Без агрессии. Наивно, но прекрасно и душевно.

Автор рассматривает историю человечества через призму одного семейства — Вебстеров. Они были разные, поступали по разному. Как люди. Нас много, но есть похожие друг на друга, а есть совершенно разные. Разные люди совершают разные поступки ведущие общество к разным последствиям. Но можно сделать некий срез и получить своих Вебстеров.

Города пока не вымирают, как предполагал автор. Наоборот, несмотря на активное развитие технологий, города лишь растут, а умирают скорее села. И иных предпосылок не видно на горизонте. С другой стороны, мне сложно заглянуть так далеко в будущее, как автору...

А вот роботы, наряду с искусственным интеллектом, без которого сложно представить себе настоящих роботов из классической фантастики, вполне себе развиваются, идут в авангарде современных технологий. Интересно, сколько нам осталось ждать до появления наших Дженкинсов? И какими они будут, помощниками, товарищами или конкурентами?

Со смыслом жизни и философией все сложно. Сколько существует род людской, столько и развивается любовь к мудрости в поисках смысла жизни. Возможно ли, что наступит тот миг, когда станет ясно, что нет никакого смысла, что все это пустое и ненужное? Скакунцами мы скорее всего не станем, как и мутантами. Но в какой-то момент что-то осознать можем. И чем такое озарение завершиться — непонятно. Хотя вряд ли это случится в обозримом будущем. До тех пор будем влачить свое существование всячески придумывая зачем мы живем и стараясь придать хоть какое-то значение этим смыслам.

Кроме рассуждений о судьбе городов, общества и человека, в книге присутствует много фантастических элементов, которые формируют интересные декорации, на фоне которых происходят события повествования. Самых разные. Начиная от роботов и говорящих собак и заканчивая иными мирами вместе с чуждыми существами. Но это не смотрится чем-то лишним, хотя выглядит как добавленное более для развлечения. Все же это художественная литература, а не философский трактат или документальное произведение с прогнозом будущего человечества. Так что должно присутствовать и что-то подобное.

Мой отзыв получился немного рваным. Так и книга состоит хоть и из последовательного набора преданий, но они писались в разное время. Они дают разные поводы для размышлений. Едины лишь грусть, доброта, некоторое разочарование человеком. Надежда на то, что мы хотя бы не утащим весь мир за собой, а сможем оставить после себя что-то лучшее. Пусть даже это будут разумные собаки. Может они более достойны жить на земле, или в любом другом месте, чем мы?

Предание такое-то к фольклорному, символическому и, возможно, мифическому произведению «Город». — так я начинал свои отзывы к каждому из восьми преданий (+ эпилог). В первую очередь, хотелось бы вспомнить комментарии к каждому преданию — они просто великолепны, порой даже забавнее и точнее самих рассказов. В них практически сразу начинаешь ощущать всю тяготу ушедших тысячелетий, а, следовательно, и главный вопрос Псов-исследователей — существовал ли Человек на самом деле? Вы удивитесь, но я склонен верить исследователю Резону, утверждавшему, что люди действительно были на Земле, и это совсем не мифические существа, а вполне реальные, и именно они передали эстафету своим вернейшим друзьям — Псам.

С точки зрения содержания, изложения и формы повествования, я вижу данный роман как некий невообразимый сплав, удивительное сопряжение «Марсианских хроник» Брэдбери и «Ста лет одиночества» Маркеса (спрячьте ваши помидоры обратно: я прекрасно осознаю, что «Город» был написан раньше и того, и другого). От «Марсианских хроник» здесь некая рваность повествования, собранная в хронологию, плюс вопросы, касающиеся будущего всего человечества. От «Ста лет одиночества» — центральный ведущий род Вебстеров, как нечто постоянно изменяющееся, но неизменное по своей сути, плюс и у Маркеса и у Саймака в конце книги у меня возникло схожее ощущение: чувство, что вместе мы прошли уже невообразимо много, и если осмелиться оглянуться назад и прикинуть, сколько же осталось позади, то может просто закружиться голова (как при подъеме нельзя смотреть вниз — схожее ощущение).

Заслуживает внимания собственно род Вебстеров и робот Дженкинс. Вебстеры — первопроходцы, двигатели человечества, равные собратья, всегда смотрящие немного дальше остальных, неважно к хорошему исходу это приведет или к плохому. Дженкинс — сначала бездушный слуга, а затем самый честный, добрый и переживающий за все расы индивид, мудрый и опытный, потерявший счет времени, но не потерявший чувство долга и совести.

При прочтении рассказов, на ум пришла систематизация по следующему основанию: в каждом предании что-то рушится, наступает период очередного краха. Содержательно получилось примерно так:

Предание первое — крах городов как образующих общество институтов.

Предание второе — крах путешествий и передвижений, возрастающая боязнь сдвинуться с места, фактически зависимость от семейного очага.

Предание третье — крах общественных отношений в своей сути, утрата желания получить общественное признание, что и служило двигателем развития.

Предание четвертое — крах верности человечеству, отождествления себя с ним. Измена целям человечества ради личного рая.

Предание пятое — крах понимания между людьми.

Предание шестое — крах чувства собственной значимости, и, как следствие, осознанный уход со сцены.

Предание седьмое — крах веры в то, что человек мог пойти по иному пути: не по пути «лука и стрел».

Предание восьмое — крах любой и каждой цивилизации, ибо это только вопрос времени, ощущение замыкающегося круга над любой историей.

Эпилог — крах веры в долг вечного наставника всех цивилизаций — робота Дженкинса, но в то же время понимание, что ничего уже не изменить, время вышло.

Давно мне не попадалась настолько необычная книга. «Город» — не роман в привычном смысле. Волшебная сказка в жанре science ficton, литературная игра, анатомия меланхолии, миф или поэма — или все это вместе. Это красота для самой себя, и даже столь высокоученые и достопочтенные Псы, как Борзый и Резон, не смогут найти в ней практического смысла. :wink: Окно в иной мир, странный и печальный, а потому неожиданно прекрасный. Мир, где никому не дано надежды. Где мечты не сбываются, а если сбудутся — горе мечтателям! Где каждое новое открытие — шаг к увяданию, а не к расцвету. Откуда можно уйти, но никогда нельзя вернуться. И только усадьба на холме все стоит, а тысячелетия летят над ней.

Далекое будущее. Люди успели только поднять глаза к небу, к звездам, устремиться в мечтах за тот самый Край, который так всегда манил тех, кому границы Вселенной были слишком тесны для сознания, туда, где человечество заселит планеты, звездные системы, Галактики... Люди только успели свыкнуться с той мыслью, что всемогущество не за порогом... И настало то, к чему так стремятся все жители планеты Земля, то чего так опасаются историки, ученые и футурологи и о чём часто пишут в своих романах и рассказах фантасты, не прекращая звонить в тревожный колокол. Пришел тот день, когда наступило полное изобилие. И это стало тем днём, когда история остановилась.

Остановилась и пошла вспять.

Действительно, многие и многие фантасты так или иначе касались этой темы в своих произведениях, рисуя то радужный мир утопии, то странный мир, где люди всецело предались развлечениям и тешению плоти, то мир, в котором от изобилия свободного времени начинают произрастать различные философские течения и религии и вот уже мир поделен на яростно воюющие группы... Таких примеров приводить можно бесконечно много. Многие фантасты сделали свой вклад в развитие этой темы. Но немногие из них удостоились того, чтобы их творения проходили в школах, изучали на литературных курсах и в институтах языка. Не многие из них вызывают у читателя чувство глубочайшего потрясения, чувство полного проникновения и не многие из них так надолго, если не навсегда, запоминаются и вызывают такое чувство веры. «Город» Клиффорда Саймака именно тот роман, который подходит под всё вышеперечисленное. Глубокий по смыслу, сильнейший с литературной точки зрения, богатый сюжетно.

Автор не рисует в нём грандиозные, глобальные картины мирового запустения, всё дело происходит в границах, в чертах одного Города. Город всегда наполнен жизнью, всегда в нём происходит какое-то действие. Но несмотря на это совершенно точно понимаешь, что человечеству пришел конец и роль хозяев Земли занято другими. Будь это бывшие лучшие друзья человека, или механические слуги человека, или подножные насекомые, взлетевшие в своем развитии на невообразимые и непознанные высоты.

История рода Вебстеров и одного робота Дженкинса проходящая нитью сквозь тысячелетия.

Как говорил сам Саймак, этот роман ещё почти в самом начале творческой карьеры был признан лучшим из произведений автора. Не знаю, так ли это, но причины считать его лучшим несомненно имеются. Роман не самого большого объема, но какие в нём построения, как ненавязчиво рисуются ярчайшие картины умирающего мира, с какой любовью выписаны персонажи, хоть люди, хоть Псы, хоть роботы, или пси-мутанты. Каждый рассказ — отдельная история, связанные едиными героями и перекликающимися событиями. Но выглядит это всё настолько сильно и цело, что буквально видишь перед собой тысячи лет пути, словно несешь на своих плечах пыль веков и событий.

Город. Последний оплот человечества. Город. Последний памятник человеку.

Роман «Город» вызвал у меня много эмоций. Принято писать в таких случаях, что книга заставила задуматься, но именно здесь на первый план выходят эмоции, причем достаточно грустные.

По своей сути, это сборник рассказов, следует заметить, что написаны они за достаточно большой промежуток времени. Наглядно видно, как автор из романтика превращается в умудренного опытом зрелого мужчину. Соответственно, и сами рассказы абсолютно разные. Если первые из них еще можно охарактеризовать, как приключенческие, то чем дальше, тем меньше становится какого-либо действа. Есть только мысли и наблюдения героев. Автор пишет под впечатлением от Второй Мировой. Города для него, прежде всего, то место, в которое можно кинуть бомбу. Главным достижением человечества, а потом и Псов становится невозможность убийства. Так что, в какой-то мере, можно считать это произведение антивоенным. Самым человечным в этом романе для меня является робот Дженкинс. Он смог сохранить лучшие черты человека: уважение и память о предках. Он до конца остался предан идеи людей — идеи создания нового мировоззрения, отличного от человеческого. Ведь к чему приведет мир существо, разум которого функционирует, как человеческий? Ответ прост и его дает сам автор: только к войне.

Итак, перед нами предстают четыре расы: люди, псы, роботы и муравьи. Каждая из них пытается решить один вопрос: как жить дальше? И все четыре находят разные и абсолютно не похожие решения. А за всем этим наблюдает один единственный робот, который тоже должен сделать свой выбор...

Роман эпичен, как скала. Сейчас так не пишут. Не хотят и не умеют. Произведение монументальное и оставляющее после себя горькое послевкусие, как последний день августа, пожалуй. Роман, воплотивший в себе разочарование человечеством. Роман-предостережение, вышедший задолго до технической революции и, соответственно, задолго до ее отвратительных последствий. Роман-песня, воспевающая стремление человека к саморазрушению.

«Город» – мое любимое произведение у Клиффорда Саймака. То ли роман, то ли сборник рассказов, объединенных одной идеей, местом действия и персонажем, он является гимном Гуманизму и Мирному Сосуществованию людей и не только.

На протяжении 8 глав-рассказов и одного эпилога нам показана история человечества в течение нескольких тысяч лет. Кроме людей на Земле появляются и другие разумные существа: мутанты, Псы и муравьи, да и сами люди в какой-то момент массово переселяются на Юпитер, оставляя нашу планету своим более консервативным собратьям и всем прочим. Только представьте, 9 рассказов описывают несколько тысячелетий. За несколько сотен страниц нам показывают все самое важное и основное. Сейчас такого уже не пишут, народные массы больше интересуются кровью и насилием, нежели чем-то жизнеутверждающим и в то же время очень искренним. Еще одна особенность «Города» – единственный персонаж (не считая различных представителей рода Вебстеров), который появляется на протяжении всего произведения, даже не является живым существом. Он разумный робот, однако его искусственное происхождение не помешало ему понять, что «лучше потерять этот мир, чем снова убивать».

«Городу» уже более 60 лет, он не оставляет уже ощущения новизны как когда-то, но он по-прежнему крепко стоит на своем фундаменте из жизне- и человеколюбия. И все будет хорошо.

Не буду давать развернутый отзыв, потому что до меня это сделали многие намного лучше, чем мог бы сделать я. Заранее отмечу, чтобы этот отзыв не читали те, кто еще не познакомился с книгой. Явных спойлеров нет, но все же опираюсь на сюжет.

Хочу отметить одно противоречие в этом романе, которое особенно бросилось в глаза и не дает покоя. Все, кто читал хотя бы несколько произведений Саймака, знают, что он пацифист. Ярый. В человеческой кровожадности и инстинкте убивать он видит главную проблему нашего вида (особенно это заметно в романе «Пересадочная станция»). Эта мысль прослеживает во многих его произведениях. Но в «Городе» человек отрекся от убийства. Веками не происходило ни одной насильственной смерти. Не было войн. Атомное оружие, в котором Саймак видел самую большую угрозу для человечества (что не удивительно, если учесть, в какое время он жил), так и не стерло с лица земли города и материки. Вроде бы, вот оно — светлое будущее по Саймаку.

Что же мы видим в «Городе»? Несмотря на этот, без сомнений, великий шаг — отказ от убийства, Человек так и не достиг чего-либо великого. Он исчез как вид. Почему? Из-за джуэйнизма? Мутантов? Можно сказать и так. Можно ли было предотвратить это? Да, с помощью убийства одного единственного человека (я не рассматриваю последствия этого шага, просто отмечаю, что данную конкретную проблему можно было решить данным конкретным способом). Но другой человек не пошел на это. И Человек исчез. Осталась лишь жалкая кучка вебстеров. Но один из них снова придумал оружие — лук и стрелы. И снова Саймак говорит нам, что Человек опасен для всех разумных видов существ, т.к. его природу изменить нельзя, в нем заложено стремление убивать и подчинять, и его нужно изолировать ради блага других.

Тогда не понятно, что же тогда делать, например, с «Пересадочной станцией»? Да, там людям повезло, что среди них нашелся «спаситель». Но это не отменяет той фундаментальной проблемы Человека, которую до нас хотел донести Клиффорд Саймак — человек убивает человека. А в «Городе» не убивает. Помогло ему это? Нет. Безнадёга.

Это противоречие несколько смущает меня. Но все же, ради справедливости, нельзя не сказать, что, несмотря на все недочеты, противоречия и некоторую архаичность, это, безусловно, Выдающийся Роман. В нем заложено множество идей, над которыми стоит поразмышлять.

Закрыв эту книгу, я надолго задумалась. Сколько мыслей и чувств вызывают эти казалось бы ничем в отдельности непримечательные рассказы. Каждый из них оттеняет предыдущую историю и заставляет переосмыслить прочитанное ранее. Автор раскрывает перед нами глобальное полотно падения человечества всего в 8 преданиях разделенными годами и даже тысячелетиями.

В то время как Псы задумываются над тем, кто такой человек, существовал ли он, я задумалась над природой Псов. Что это за цивилизация, отказавшаяся от убийства, лучше ли она нас – людей? Если подумать, то попытка оградить Псов от человеческого влияния была провальной с самого начала, ведь что есть Пес как не создание человека, я говорю даже не об операции Брюса Вебстера. Конечно, их разум отличается о человеческого, они видят то, что мы не видим, но если говорить об отказе от убийства, то это полная заслуга человека. Начнем с того, что изначально, именно человек выстрадал это решение, создал все условия для него. Кроме того, человек дал псам роботов, которые кормили и ухаживали за ними, заменяли им руки, если бы не это, то после исчезновения человека, вряд ли у них был бы шанс остаться такими мирными.

Кроме того говоря о стремлении человека все себе подчинять, то создание Псов является очевидно грубым вмешательством в природу. Хотя я и понимаю, чем руководствовался Брюс Вебстер, когда пытается создать разум, который стал бы противоположностью и дополнением человеческому, принять я этого не могу. Но Псы пошли еще дальше, создав братство зверей. Этим они нарушили природный баланс, без чувства какого-то недоумения невозможно наблюдать за енотом Арчи, который оказался совершенно беспомощным без своего робота, но в тоже время нельзя не сочувствовать ему, ведь никому не понравится, если ему скажут, что он должен покинуть свой дом, место где ты родился.

Если бы у людей был шанс, то отказ от убийства въелся бы в их плоть и кровь, а не был бы только следствием изобилия. К сожалению люди отказались быть людьми, а оставшиеся оказались неспособны продолжать борьбу, когда кажется, что бороться уже и не за что.

Снятся людям иногда голубые города...

ГО́РОД — крупный населённый пункт, жители которого заняты, как правило, не сельским хозяйством. Имеет развитый комплекс хозяйства и экономики. Является скоплением архитектурных и инженерных сооружений, обеспечивающих жизнедеятельность постоянного и временного населения города (Вики)

Один из лучший романов одного из самых лучших американских писателей-фантастов своего времени. По крайней мере примерно так я подумал об этой книге Клиффорда Саймака, когда впервые её прочитал (лет этак сорок тому назад), и точно так я думаю и сейчас, перечитав роман наново. Хотя в творчестве Саймака так много великолепных творений, что на самом деле трудно сравнивать и тем более выбирать лучшее — всё равно, что в звёздном скоплении Плеяд определять самую красивую звезду (разве что по названию, однако каждая звезда носит такое романтическое имя, что никак не определишься, что звучнее — Майя, Электра, Альциона…).

Тем не менее, по изящности и интересности на первом месте для меня всё-таки стоит «Заповедник гоблинов» — шикарное совмещение научной и космической фантастики с фэнтези — для своего времени это просто было сказочное явление в мире НФ. Но ведь «Город» и «Заповедник...» разделяют более чем полтора десятилетия — целая эпоха и в мире и в литературе и в жанре тем более.

Роман «Город» входит в длинный список книг апокалиптического направления. Однако в отличие от множества произведений, повествующих о каком-то внезапном и чаще всего катастрофическом апокалипсисе, и о жизни после него, этот роман нам рассказывает об апокалипсисе длящемся, растянутом на годы, десятилетия, столетия и даже тысячелетия. Причём сотворённом землянами собственноручно. По мнению Саймака, таким триггером стало умирание городов, т. е. мест, где сосредотачивалась вся общественная, культурная, машинно-производственная и хозяйственно-деловая жизнь и деятельность человечества. А с умиранием городов стала затухать и вся социальная жизнь, стали сокращаться все связи между людьми, человек стал одиночкой. Затем по мере развития роботизации человек перестал что-то значить вообще в мире изготовления материальных благ. Далее последовали некие перемены в социософии и произошли некие мутации, и в конце-концов (не хочу раскрывать тайны сюжета для тех, кто ещё не читал эту книгу) на Земле остались считанные тысячи людей из всего многомиллиардного её населения.

Роман состоит из отдельных восьми глав. Однако назвать эту книгу сборником рассказов, связанных одной общей темой (как это сделано в одной из аннотаций) я бы не рискнул. Хотя бы потому, что все главы последовательно, и хронологически и сюжетно увязаны, и читать их нужно в определённом порядке. И развитие содержание происходит от номера первого и до последнего, восьмого (имеется ещё и позже написанный Саймаком «Эпилог», который я пока что не читал, но непременно прочитаю), и потому попытки читать всё вперемешку запутает всё дело и собьёт с толку.

Так что перед нами именно роман, со стройной логикой, с многочисленными важными (подчёркиваю — важными) идеями и смыслами в каждой главе. И я бы, опираясь на эти смыслы, определил эту книгу как роман-предостережение. Потому что многое из того, о чём предостерегал и что предугадывал Саймак в сороковых годах прошлого столетия, стало предметом обсуждения для видных современных политологов и социологов (например, автоматизация и роботизация производства и исключение человека из этой деятельности, т. е. высвобождение занятого трудом человека и превращение его в бездействующее существо; или то, что талантливо показано нам в трилогии «Матрица»: переход человечества на псевдожизнь в питающих коконах и «смотрение» снов; параллельные миры и вселенные, и опасности, могущие оттуда проистекать; появление на Земле других, конкурирующих с человеком разумных видов — какие из всего этого следуют риски, говорить не нужно!).

В романе довольно много философического и социософического содержания — там хватает и внутренних монологов персонажей, и диалогов на эти темы, и каких-то иных размышлительных абзацев и страниц. Однако от этого чтение книги не становится скучным, потому что и всякого рода незаурядным событийным рядом она начинена в достаточной степени, чтобы быть привлекательной и интересной для любителей экшена.

И эта книга по-прежнему остаётся актуальной, как ни странно. Книга, написанная ещё в докосмические и докомпьютерные времена, актуальна и сейчас — вот таков один из лучших американских писателей фантастов Клиффорд Саймак.

В 1952 году американский фантаст Клиффорд Саймак издает произведение, благодаря которому нам вообще стало известно это имя среди авторов американской, и не только, фантастической литературы. Роман в рассказах «Город», составное произведение, новеллы к которому Саймак писал еще 1944 года, в разгар Второй мировой войны, а последнюю часть, «Эпилог», закончил аж в 1980-х. Подобно «Марсианским хроникам» Рэя Брэдбери, рассказы, входящие в роман, объединены одной центральной идеей, одними персонажами и местом действия. Сами рассказы повествуют о разных хронологических периодах в будущем развитии человечества, на примере отдельно взятой усадьбы Вебстеров, которые вместе с другими людьми будущего переселились из душных городов и создали мир по модели «глобальная деревня».

Вебстеры – одни из последних людей на Земле. Остальная часть человечества потихоньку вымирает, потеряв к жизни всякий интерес. А те, немногие выжившие, живут крайне замкнуто и аскетично, заперевшись в своих усадьбах. Есть еще на планете последний город, Женева, но и там человек не чувствует себя счастливым: потерянные, люди бродят среди домов, не имея ни конкретной цели, ни желаний, чувствуя, что становятся лишними на этой земле, превращаются в мамонтов и больше не нужны Природе.

Саймак красивым, поэтичным и грустным языком рисует самый настоящий конец человечества, его тихую незаметную гибель. Человек у него превращается в беспомощное, слабое существо, требующее к себе жалости и сострадания. Но с уходом homo sapiens цикл жизни вовсе не закончится; на смену человеку придут им же выведенные мутанты, роботы и раса разумных собак, называющая себя Псами. Именно Псы станут наследниками расы «вебстеров», так они назвали всех людей в честь своих последних хозяев. Они бережно сохранят все знания и позаботятся о том, чтобы донести их до потомков. В романе фигурируют и другие персонажи, например, искусственно выведенные мутантами разумные муравьи, которые со временем построят уже свои мегаполисы, огромные муравейники размером с дом, гору и даже континент! Но и их время тоже когда-нибудь закончится, и тогда на смену муравьям придут какие-то другие разумные создания. Вечными останутся лишь роботы, исполнительные и добросовестные слуги исчезнувших людей…

Художественное значение «Города» заключается в том, что Саймак вывел человечество как некое временное явление, которому неизбежно наступит конец, но не просто символический, а самый настоящий. Саймак убедительно показывает нам, что мы по сути-то не вечны, и даже свою короткую жизнь тратим на массу глупостей, в то время, как существа которых мы привыкли считать ниже себя по развитию, оказываются намного мудрее человека. Это пощечина человеческой спеси. Это зеркало, в котором отражаются все наши пороки, несовершенство и уродство, а затем – просто пустота.

Роман пронизан духом светлой грусти, запустения, постепенного, но неумолимого увядания. Здесь показана как бы старость человечества, собирательным образом которого стали Вебстеры, окончательно уставшие от своих тесных материальных оболочек. Это осень, тихая прекрасная пора, когда природа готовится к зимней спячке, и замедлят пульс своей жизни. Ценность книги в особом настроении, которое создает Саймак по мере чтения текста – вы почувствуете спокойствие, настроитесь на философское созерцание и размышления, потому что ничего уже не изменишь, можно только наблюдать за сменой эпох и делать выводы о вечном круговороте жизни, об обороте гигантского колеса, что погружает одних в мрак пустоты и смерти, а других – в свет жизни и радости существования.

«Город» перекликается с «Марсинаскими хрониками» не только по структуре построения текста, но как раз вот этим вот светло-грустным тоном всего повествования, только на месте марсиан у Саймака оказывается уже сам человек, призрак которого еще долго будет бродить по планете и заглядывать в заброшенные останки цивилизации, постепенно зарастающие плющом.

«Город» — выдающаяся книга во всей западной фантастике Золотого века, которая по праву считается шедевром человеческой фантазии и выходит за традиционные рамки жанра, поскольку несет в себе общечеловеческие идеи, следовательно, может считаться Большой литературой.

Поэтому независимо от вкусовых пристрастий и жанровых предпочтений можно рекомендовать эту книгу каждому: парадокс, но именно такие тексты делают нас более человечными.

Саймак показывает, что человек сам создаёт себе проблемы. Всему виной потребности, которые он испытывает. Они растут и развиваются с куда большей скоростью, чем развивается сам человек. Он меняется со временем, переходит из одного состояния в другое — созревает, взрослеет, стареет, а проблемы не только не оставляют его, а всякий раз изменяются ввиду изменяющихся потребностей. Вот уже наступает время, когда и роботы, созданные по образу и подобию человека, уже не справляются с тем, чтобы удовлетворить все его эти самые потребности. Ведь хочется и одного, и другого, и третьего, и пятого-десятого, а раз человек венец творения, то все остальные существа, живущие бок о бок с человеком, просто обязаны удовлетворять все его прихоти, зачастую ценой собственной жизни. И что же получается? Наступает один прекрасный момент, когда обширным группам людей, живущим на одной территории, уже становится невозможным вместе сосуществовать, а всё из-за того, что проблем-то и потребностей в миллионы раз больше. Вот и нужен Рай, тоесть место, где или все потребности будут удовлетворены, или же непонятным образом их не будет вообще. Просто утратят свою надобность, у них не будет почвы для произрастания. Таким «раем» служит Юпитер, в рассказе «Дезертир» и имеющий продолжение в рассказе «Рай». Да, не у каждого хватит мужества вернуться из рая в кромешный ад, особенно после того, как изменилось само его состояние. Замечательно. Превосходно. Во многих своих произведениях Саймак только задумывается над тем чего же нужно человечеству для полного счастья, но только здесь даёт на это чёткий ответ. Нужно изменить своё состояние путём изменения своего сознания. В одиночку это не под силу, но вот всем вместе... И что же получается дальше? Люди массово покидают Землю, отправляются на Юпитер в поисках Рая, а здесь ведущую роль начинают исполнять животные, мутировавшие в следствии научных экспериментов и получившие часть необходимых знаний от роботов. Причём наиболее умные из них — собаки, становятся преемниками людей и со временем наследуют Землю. Почему так? А потому, что у них потребностей меньше и они не растут в геометрической прогрессии. Если раньше их во всём удовлетворяли люди, то сейчас, когда людей на Земле не стало, собаки сами начали о себе заботиться, ввиду чего эволюционировали до наивысшего уровня. Всё просто, лаконично и закономерно.

Саймак сам писал в предисловии к своему роману, что не имеет целью пророчествовать, написав данное произведение. Это только художественный рассказ и любое совпадение с реальностью автор считал бы как неудачу. Но если задуматься и копнуть поглубже, то изложение Саймака наводит на весьма нерадужные мысли. Человечество, по причине своего высокого техногенного уровня, вполне способно само себя уничтожить, а его место по праву могут занять более низшие существа — хищники, собаки, кошки, муравьи, другие насекомые, вплоть от тараканов до приматов. Грустно, страшно, чудовищно, однако, вполне правдоподобно. Поэтому, снова таки как писал сам Саймак, многие литераторы и создали на основе его романа ряд научных работ. А ведь стоит задуматься, почвы то на этой литературной ниве весьма хватает. Одним словом «Город» стоит читать. На мой взгляд, с этим романом должен быть знаком каждый, кто серьёзно интересуется жанром научной фантастики, как с «Академией» Азимова.

В заключение хочу добавить, что из всего творчества Клиффорда Саймака, из всех его романов, сам от себя выделю несколько. Кроме «Города» это ещё «Заповедник гоблинов» и «Пересадочная станция». После того, как я прочитал все романы американского писателя, могу выделить именно эти три. «Заповедник гоблинов» для меня ещё надолго останется визитной карточкой Саймака. Это, на мой взгляд, самый знаменитый его роман. «Пересадочная станция» — это самый титулованный роман Саймака, только он один из всех романов мэтра был удостоен премии «Хьюго». А «Город», я думаю, если не самый лучший из его романов, то пожалуй самый философский. Ведь Саймак так любит философствовать.

Как же долго откладывалось это произведение! Ну чего там фантасты могут написать в 1952 году!? Опять какой-нибудь примитив времен раннего Лема, чего там еще можно нафантазировать? Хайнлайна с Кларком явно не переплюнуть. Примерно в такой степи блуждали мои рассуждения. Но, слава Заратуштре, попался мне в руки сборник произведений Саймака времен позднего Горбачева, с умопомрачительными цифрами на обложке 3р. 20 к.!

Ну что сказать. Становится понятно (так же как и в случае с культовыми товарищами вроде Кларка и Хайнлайна) откуда растут ноги и прочие отростки у большей части современной научной фантастики. Отдельный респект за мутантов со сверхспособностями (!!!) и потустороннюю тематику в стиле кларковского Конца детства.

Читать однозначно! Культовая вещь!