Октябрьский номер 2007 года (208-й «Новой Фантастыки» и 301-й, если считать ab ovo) редактируют: Павел Матушек/Paweł Matuszek (главный редактор), Мацей Паровский/Maciej Parowski (отдел польской литературы, заместитель главного редактора), Иоанна Коньчак/Joanna Kończak (секретарь редакции), Ежи Жимовский/Jerzy Rzymowski (отдел критики и публицистики), Ирина Субоч/Irina Subocz (художественно-оформительский отдел), Павел Земкевич/Paweł Ziemkiewicz (отдел иностранной литературы).
То есть в составе собственно редакции изменений по сравнению с предыдущим номером нет.
В списке постоянных сотрудников числятся: Павел Дептух/Paweł Deptuch, Люция Грудзиньская/Łucja Grudzińska, Аркадиуш Гжегожак/Arkadiusz Grzegorzak, Ярослав Гжендович/Jarosław Grzędowicz, Агнешка Хаска/Agnieszka Haska, Иоанна Кулаковская/Joanna Kułakowska, Вальдемар Мяськевич/Waldemar Miaśkiewicz, Лукаш Орбитовский/Łukasz Orbitowski, Бартломей Пашильк/Bartłomiej Paszylk, Ежи Стахович/Jerzy Stachowicz, Михал Цетнаровский/Michał Cetnarowski, Якуб Винярский/Jakub Winarski.
То есть и в составе коллектива постоянных сотрудников изменений по сравнению с предыдущим номером нет.
И, друзья мои, это НОВЫЙ ЮБИЛЕЙ – 25-летие журнала “Fantastyka/Nowa Fantastyka”!!!
Тема номера не обозначена.
«Галереи» в этом номере нет, вместо нее печатаются комикс и реклама.
В оформлении лицевой стороны передней обложки использована работа польского художника МАРЕКА ОКОНЯ/Marek Okoń. На внутренней стороне передней обложки напечатана реклама книги «таинственной, талантливой российской звезды современной НФ» Алисы Мун. (Что интересно, в России действительно в 2005 году была напечатана книга некоей Алисы Мун«Кукла», но что это за «звезда современной НФ»Алиса Мун — сайт ФАНТЛАБ, например, понятия не имеет).
На внутренней стороне задней обложки напечатана реклама книг Петра Патыкевича, изданных издательством “superNOWA”; на внешней стороне задней обложки – реклама книг издательства “Rebis”.
Тираж номера – 27 тыс. экземпляров. Цена экземпляра – 8 злотых 99 грошей.
В номере напечатаны:
PUBLICYSTYKA
GALAKTYCZNY GONIEC 2
Maciej Parowski LINIE FRONTU 4
Jarosław Chrostowski WYOBRAŹNIĄ DO GWIAZD 6
Konrad Walewski JAK TO SIĘ ROBI W AMERYCE 10
Łukasz Śmigiel ZŁEGO POCZĄTKI 14
Arkadiusz Grzegorzak CZEKAJĄC NA „AVATARA” 70
OPOWIADANIA ZAGRANICZNE
Ian McDonald MAŁŻONKA DŻINA 17
Jack McDevitt PANIE JAMES, TO DLA PANA 77
OPOWIADANIA POLSKIE
Jacek Dukaj LÓD 41
Emma Popik ZAPAKOWAĆ W PUDEŁKO 57
FELIETONY
Jarosław Grzędowicz JAK NIE PODRÓŻOWAĆ W CZASIE 77
Иоанна Коньчак/Joanna Kończak считает сборник рассказов английской писательницы Сьюзен Кларк «Дамы из Грейс-Адьë» (Susanna Clarke “Damy z Grace Adieu”. Tłum. Ewa Rudolf. “Wydawnictwo Literackie”, 2007 прекрасным дополнением и частичным развитием дебютного романа писательницы «Джонатан Стрейндж и господин Норрел»);
Ежи Стахович/Jerzy Stachowicz представляет читателям журнала новое – переработанное и дополненное – издание романа польского писателя Конрада Левандовского «Мост над Бездной» (Konrad T. Lewandowski “Most nad Otchłanią”. “Fantasmagoricon”, 2007);
Рафал Сливяк/Rafał Śliwak полагает, что антологический сборник «Черная месса» (“Czarna msza”. Tłum. Ewa I Eugeniusz Dębski, Jerzy Rossenik. “Fabryka Słów”, 2007), содержащий НФ-произведения российских авторов, адресован прежде всего фэнам, знакомым с сюжетами и литературными мирами российской фантастики – три из четырех входящих в сборник повестей являются фрагментами известных уже сериалов (повести Васильева, Камши, Первушиной);
Якуб Винярский/Jakub Winiarski приходит к выводу, что рассказы в авторском сборнике рассказов и повестей польского писателя Роберта Шмидта «Последний съезд перед Литвой» (Robert J. Szmidt “Ostatni zjazd przed Litwą”. “Fabryka Słów”, 2007) интересны своими замыслами («впрочем, классическими»), которые, однако, вязнут в изложении автора. «Роберт Шмидт вне сомнения знает, как должен выглядеть гениальный рассказ НФ, и знает гораздо лучше, чем большинство других писателей. Однако не только знать, как что-то должно выглядеть, но и делать, чтобы так выглядело – в этом заключается суть искусства»;
Ежи Жимовский/Jerzy Rzymowski анализирует состав антологии, объединяющей 24 фантастические юморески, написанные на протяжении XX века зарубежными авторами «Колдуны из Страны Диковинок» (“Czarnoksiężnicy z Krainy Osobliwości”. Pod redakcją Petera Haininga. Tłum. Maciejka Mazan. “Prószyński I S-ka”, 2007);
Войцех Хмеляж/Wojciech Chmielarz считает, что роман Джона Мура «Героизм для начинанающих» (John Moore “Heroizm dla początkujący”. Tłum. Dominika Schinscheiner. “Red Horse”, 2007) – хороший образец “slapstick fantasy”. «Но, к сожалению, этот вид юмора и эти шутки хорошо известны из бесчисленных кинематографических и литературных произведений. В книге Мура нет оригинальности и свежести, которых мы ожидаем от воистину хорошей комедии. Если кому-то нравится slapstick-овский юмор, прочтет с удовольствие, что касается других – пусть серьезно подумают, прежде чем возьмутся за чтение»;
Михал Цетнаровский/Michał Cetnarowski рекомендует для чтения великолепную научно-популярную книгу об астрономии Ярослава Влодарчика «Шерлок Холмс и код вселенной» (Jarosław Włodarczyk “Szerlock Hokmes I kod wczechświata”. “Świat Książki”, 2006);
Павел Матушек/Paweł Matuszek сообщает о выходе в свет романа японской писательницы Нака Сайдзë «Конпорайя Гомес – возвращение в Эдо» (Naka Saijó “Konparuya Gomes – powrót do Edo”. Tłum. Jacek Mendyk. “Hanami”, 2007), который, по его мнению, на фоне произведений Абэ Кобо и Кэндзабуро Оэ выглядит «инфантильной диковинкой»;
он же, Павел Матушек/Paweł Matuszek, находит, что роман американского писателя Джона Коннолли «Злые люди» (John Connolly “Źli ludzie”. Tłum. Ewa Rudolf. “C&T”, 2007) «хоть и не предлагает ничего нового, но способен заинтересовать и напугать, как это и положено солидно сделанному и не имеющего завышенных претензий horror-у»;
а Рафал Сливяк/Rafał Śliwiak в общем хвалит новую (шестую) антологию серии «Альтернативные видения», где Войтеком Седенько собраны рассказы польских авторов (“Wizje alternatywne”, 6. Red. Wojtek Sedeńko. “Solaris”, 2007) (стр. 66 – 68).
16. В рубрике «Felieton» напечатана статья “Jak znosić bredzienie mugoli”, в которой Ярослав Гжендович/Jarosław Grzędowicz по случаю издания финального тома приключений Гарри Поттера анализирует феномен популярности этого книжного цикла (стр. 77).
17. И в этой же рубрике “Felieton” Лукаш Орбитовский/Łukasz Orbitowski в статье “Cysta” уже по иному случаю – изданию юбилейного (300-го !!!) номера журнала – вспоминает как начинался, чем продолжался и предполагает куда устремится славный путь сего выдающегося периодического издания (стр. 78).
18. В списках бестселлеров за декабрь 2006 года из книг польских авторов находятся книги “13 aniol” Анны Каньтох, “Diabeł lańcuski” Яцека Комуды, “Czerwona gorączka” и “Norweski dziennik”, t. 3 Анджея Пилипюка, “Miecz Aniołów” Яцека Пекары, “Ostatni zjazd przed Litwą” Роберта Шмидта (стр. 79).
14.2. Рецензия Павла Дептуха/Paweł Deptuch называется:
ВДОХНОВЛЯЮЩИЙ УЖАС
(Inspirująca groza)
«Сагой о Болотной Твари» впервые занялись Лен Уэйн и БЕРНИ РАЙТСОН в 1972 году. Это была первая после долгого перерыва попытка создания на американском рынке комиксного horror-a. Увы, мелодраматическая история с помпезными диалогами и сюжетными поворотами родом из фильмов класса С не добилась успеха. Серию вернули на рынок в начале 80-х годов сценарист Марти Паско и рисовальщик ТОМ ЙЕТС. Однако версия видения истории этим дуэтом тоже не встретила особенно теплого приема, и авторы добрались только до 19-го номера комикса. Вот тогда-то на горизонте и замаячил Алан Мур, который сумел использовать потенциал, дремлющий в «Болотной Твари».
Британец не упустил оказии и сотворил из рядовой, слащавой побасенки одну из лучших в мировом масштабе комиксных историй. В первоначальной версии титульное чудовище из болот было призраком Алека Холланда – гениального ботаника, поселившимся в растительном теле. Мур изменил первоначальный замысел: сознание умершего ученого вместе с его телом было поглощено и переработано болотом, создавшим существо, которое верит в то, что оно и есть Холланд. Эта небольшая разница создала из Болотной Твари трагическое нечто, мятущееся между человеческими чувствами и осознанием себя частью сил природы.
Ведущей линией комикса является угроза экологии, которую создает Джейсон Вудроу, провоцирующий бунт растительности против человечества. Однако Мур сосредотачивается также на темной стороне человеческой личности и терзающих его внутренних демонах. Изобретательность сценариста в использовании и преобразовании затасканных сюжетов в яркие, убедительные и удивительные истории не знает границ. Ему помогает в этом гибкий и поэтичный язык, насыщенный многочисленными метафорами. Мастерство рассказчика и непревзойденное умение конструирования истории великолепно сочетаются с феноменальной графической атмосферой и преподносят читателю необычные результаты синтеза слова и образа.
«Сага о Болотной Твари» воздействует на чувства, пробуждает эмоции и вдохновляет. Достаточно вспомнить, что образ демона, питающегося страхом детей, натолкнул Стивена Кинга на написание романа «Оно», восхищение серией привело Нейла Геймана к его плодотворной деятельности в сфере комикса. Это нерушимое, абсолютное доказательство мастерства Мура.
Alan Moore, Steve Bissete, John Totleben “Saga o potworze z bagien”. “Egmont”, 2007 (Алан Мур, СТИВ БИССЕТ, ДЖОН ТОТЛЕБЕН «Сага о Болотной Твари». “Egmont”, 2007)
15. В рубрике «Рецензии комиксов» на стр. 76 размещены два текста.
15.1. Рецензия Вальдемара Мяськевича/Waldemar Miaśkiewicz носит название:
КОТ на ВЕДЬМ
(Kot na czarownice)
Редко случаются читатели, которые с нетерпением ждут, когда им черный кот дорогу перейдет, и к тому же – в третий раз. Такое явление может удивлять, но только не тогда, когда кота зовут Блэксэд… Джон Блэксэд, детектив, телохранитель и «душа-парень». Если кто-нибудь опасался, не сравняется ли доминирующий в третьей части красный свет с расистской белизной или, допустим, мстительной сепией предыдущих частей, спешим его успокоить. Комикс держит высокий уровень.
В «Красной душе» есть магия. Та самая, древнейшая – называемая любовью. И это из-за нее ведется здесь игра (а не только из-за беспокойства о безопасности Соединенных Штатов) на фоне охоты на ведьм сенатора Джозефа Маккарти. Джон Блэквуд хочет остепениться. Правда, увидев комиссара Смирнова в компании с женой и детьми, он бормочет себе под нос: «Вот и еще один погибший для мира», но в глубине души мечтает о семейной идиллии. Кот начинает поглядывать на писательницу Альму Мэйер. Между ними сыплются искры уже при первой встрече, а Блэксэд будет иметь возможность покрасоваться своим рыцарством и bon mot-ами. Новым является также то, что мы узнаем кое-что о детстве кота-крепыша и его однодневной студенческой карьере. Мы знакомимся также с человеком, который привил детективу зародыши благородства и идеалов.
Действие разворачивается на кинематографически разрисованных панелях в ритме песни Эллы Фитцджеральд “Thet Old Black Magic”. Чтению неотступно сопутствует ощущение трехмерности, полнозвучия и движения. Выразительные рисунки и детали на втором плане способствуют тому, что читатель погружается в атмосферу политического преследования. И это еще не все, потому что дополнительного удовольствия доставляет слежение за поп-культурными аллюзиями. Гитлер здесь представляется в виде белого кота (намек на комикс “Maus”), далматинец подается как символ коммунистического лицемерия и ханжества (щелчок по носу Диснею), а Альма Мэйер написала книгу “La Fontaine Today” (поклон духовному руководителю). А из истории получаем Манхэттенский проект и предательство Клауса Фукса и супругов Розенберг.
На наших глазах парочка авторов, оперируя затертыми клише, творит новое качество. Каналес и ГУАРНИДО оснастили noir двумя новыми цветами: волшебным пурпуром любви и кумачом коммунизма. Читатели, шапки долой!
Juan Diaz Canales, Juanjo Guarnide “Blacksad: Сzerwona dusza”. “Egmont Polska”. Tłum. Maria Mosiewicz. Warszawa, 2007 (Хуан Диас Каналес, ХУАНХО ГУАРНИДО «Блэксэд: Красная душа». “Egmont Polska”. Пер. МАРИИ МОСЕВИЧ. Варшава, 2007)
P.S. Познакомиться с первыми (да и последующими) томами комикса и их художником в этом блоге можно ЗДЕСЬ
Ранее (в статье М. Цетнаровского о комиксе «Фанки Коваль») упоминалась статья Мацея Паровского, опубликованная в трех августовских номерах журнала “Ekran” в 1977 году (то есть за пять лет до появления первых панелей «Фанки Коваля» в журнале “Fantastyka”). Очень важная статья, показывающая (пусть и с некоторым полемическим запалом) состояние польского рынка комиксов к указанному периоду. Этот же текст (с примечаниями автора и дополнением за счет снятия цензурной правки) был вновь опубликован гораздо позже (уже после смерти писателя) – в портале “Nowy Napis” (nowynapis.eu) в рубрике “Nowy Napis Co Tydzień” nr 145 31.03. 2022 года под тем же названием:
КОМИКС – МАЛЬЧИК для БИТЬЯ
(Komiks – chłopiec do bicia)
Мы разбираемся в комиксах так же хорошо, как и в медицине с финансами, хотя, по правде говоря, каков комикс не всякий видит и мало кто знает. У комиксов всегда были яростные противники и не менее заядлые сторонники. И тем, и другим пришлось долго довольствоваться почти платоническим чувством – и любовь, и зависть здесь были слепыми.
Несколько серий комиксов, нерегулярно выходивших после 1968 года, таких как «Podziemny front/Подпольный фронт»,
«Kapitan Żbik/Капитан Жбик (Дикий Кот)»
Или «Kapitan Kloss/Капитан Клосс»,
из-за их ужасного исполнения, вопиющего отсутствия воображения и избытка дидактизма не смогли воодушевить противников комиксов – чудо, что они не отпугнули сторонников. Последние, однако, скупили все издававшееся и всегда будут cкупать в маниакальном порыве ловить комиксные новинки благодаря сохраняющемуся в их душе состоянию неустанной ненасытности. Этот голод не могли утолить превосходные, хотя и находящиеся как бы на отшибе, альбомы серии “Tytus, Romek I A’Tomek/Титус, Ромек и А'Томек”,
тем более, что дискредитации польских комиксов способствовали такие произведения, как «Janosik/Яношик»
и иллюстрированная история мюнхенского успеха футболистов. Примирение фракций за и против комиксов не могло произойти на основе тетрадок «Koziołek Matołek/Козлик Матолек»
(и «Przygody malpki Fiki-Miki/Приключений обезьяны Фики-Мики»),
присутствующих в культурном подсознании каждого из нас. Это, и правда, истории в картинках, но они необычные, без характерных речевых «дымков», относящиеся к тому же к почтенной категории ретро, поэтому их сложно причислить к жанру.
Наши достижения на данный момент говорят скорее за «нет», чем за «да» комиксам. Кроме того, зарубежные комиксы доходят до польского читателя в микроскопических количествах, без какого-либо рационального отбора, подобно специям для пиццы и мастурбаторам на батарейках, ввозимым туристами, а также некоторым лекарствам и выпускам журнала «Playboy». Поэтому здешние противники рисуночных историй, не находящие сопротивления в виде большого количества комиксных тетрадок, как хороших, так и плохих, иногда впадают в тон Катона, и разговоры о комиксах вообще, без каких-либо разделений и различий, приобретают характер суда над опасным преступником, а не рассуждений о новых средствах выражения, каковыми комиксы и являются на самом деле. Не так уж это и ново – достаточно внимательно рассмотреть наскальные рисунки, гобелены, древние рельефы, египетские рисунки или даже один из десятков вариантов Крестного пути в первой попавшейся церкви. Телевизионная программа «Трибунал воображения», повторенная недавно, была хорошим примером антикомиксного упрямства, проистекающего из некомпетентности. Явно ангажированный председатель «суда», не дающий высказаться экспертам и перебивающий защиту, прокурор с запасом эпитетов вместо аргументов, сторонники комиксов с практически заткнутыми ртами, вынужденные давать ничего не объясняющие бинарные ответы «да» или «нет» – это пародия на судебный процесс, которая деморализует зрителей больше, чем разбитые носы и летящие в стороны зубы из (некоторых!) комиксных историй[1].
Таким образом, как это часто бывает, защитники культуры освободили себя от ответственности за ее отсутствие. В суматохе культурной чистки были утрачены неоспоримые факты. Например, то, что комиксы, как и кино, являются своего рода индустриальным творением, что истории, изготовленные по правилам комиксной игры, несут в себе, наряду с характерными речевыми «дымками», особой лаконичностью, динамичностью и условностью действия, новый вид юмора, фантазии, новое содержание, новое качество, которое невозможно выразить другими средствами коммуникации. Так что, в целом, они обогащают, а не обедняют культуру. Конечно, не каждый альбом, не каждый тип комиксов в одинаковой степени.
Каждый из сторонников комиксов, полагаю, мог бы наполнить всю телепрограмму похвалами рисуночным историям, но организаторы телепередачи иначе распределили голоса и роли. Отсюда обвинения в необузданной некомпетентности, вынужденное молчание и, наконец, подарок аудитории – возможность восхититься благородством спорщиков, которые, несмотря на вражду, в конце пожимают друг другу десницы... Смех в зале! Безукоризненные манеры проистекают из того, что, по правде говоря, не было никакого расхождения во мнениях. Столкновение реальных антагонистов перед камерами, чего телевидение избегает, как чумы, – это рискованный эксперимент, из-за которого могут полопаться кинескопы телевизоров.
Противники комиксов прошляпили великолепие некоторых (например, французских или итальянских) зарубежных комиксов, что еще можно было бы простить, но не стоит забывать и о нашествии интеллектуальных комиксов, черных комиксов, которыми уже более пяти лет блистают страницы нашей прессы. Имена комиксистов, таких как ДУДЗИНЬСКИЙ, САВКА, ХРОБОК, ЛЮТЧИН, ЧЕЧОТ, ХОДОРОВСКИЙ и многих других, сгруппированных вокруг самого заслуженного для комиксов еженедельника «Szpilki/Шпильки», известны всем.
Одного АНДЖЕЯ МЛЕЧКО, обслуживающего, наверное, дюжину журналов в неделю, этого титана польского рисуночного остроумия, достаточно, чтобы мы могли выдержать пристальный взгляд многих магнатов комиксов.
Между тем, на глазах у миллионов зрителей комиксы обсуждаются в следующих категориях: «Комикс оболванивает или не оболванивает?», «Он упрощает паттерны межличностных отношений или не упрощает?», «Поощряет изнасилование или не поощряет?», «Ухудшает или не ухудшает речь»? Для усиления аргументации в студию был приглашен психолог – было бы действительно примечательно, если бы психологам разрешили высказывать свое мнение хотя бы по некоторым телевизионным сюжетам подобным образом и в той же студии... К счастью, телевидение не повторило подобную ошибку поспешной оценки в случае с немым кино, которое по своей поэтике напоминает комикс – старые американские бурлески, французские бурлески, к которым могли бы подойти и все обвинения в адрес комиксов. Мы смотрим эти фильмы на маленьком экране с большим удовольствием, без (и это правильно!) ощущения культурного регресса или интеллектуального упадка.
Во многих кругах продолжается непостижимая, избирательная слепота к достоинствам комиксов; в то же время уже больше года польский рынок завоевывает близкий к мировым стандартам «Relax».
Это тридцатидвухстраничный журнал рисуночных историй, несущих в себе несколько живописных сюжетов (наконец-то подписанных! – проклятием ушедшего периода стал польская комиксная анонимность), подготовленный разными художниками по различным сценариям, что результирует эффектом множественности, которого не обеспечивали монотематические тетрадки. Рисуночные истории сопровождаются небольшими эссе, описывающими вторжение образа в историю культуры, короткими рассказами, рекламой компакт-дисков или книг, политическими комментариями, серией очерков, представляющих форму Войска Польского, комиксными цитатами в виде наиболее удачных историй, почерпнутых из прессы, колонкой писем читателей. Конечно, это периодическое печатное издание обременено многими недостатками и недочетами, но тут сразу надо сказать, что большая их часть вытекает из статуса журнала. «Релакс» стоит в положении печального монополиста, практически вынужденного примирять вкусы читателей во всех возрастных группах.
Примечательно, что первый номер журнала и принес, и обещал больше, чем это сделали последующие. Обычно бывает по-другому, журнал «раскручивается» в контакте с читателями; здесь же, судя по письмам в редакцию, перепечатанным в последующих номерах, подростки вынудили отказаться от многих сделанных в первом выпуске попыток, которые в области комиксов были чем-то новым, новаторским и оригинальным. Таким образом идея гениального литературного комикса – графической вариации на полях текста Морцинека о Маслоке Смердзироботке – была бесследно утрачена.
Точно так же после первой фривольной истории серию «Только для взрослых» тормознули на несколько журнальных номеров. Молодому зрителю и его представителям как бы навязывают традиционный тип комикса со стандартным действием и универсальным, на первый взгляд легко узнаваемым — ведь во многих странах он почти одинаков стилем, тем самым, который запечатлел РОЙ ЛИХТЕНШТЕЙН на своих монументальных комиксных полотнах.
Тем временем и в мировом, и в национальном комиксе многое изменилось. Наряду со стандартными, трещащими по всем швам, поделками на рынке появляются прекрасные комиксы, создаваемые лучшими художниками. Помимо типичных сценариев о похищениях, засадах, побегах и сражениях появляются новые сюжеты и новые герои; возникают новые мифологии (и антимифологии), а образы, которые их несут, полны галлюцинаторного ужаса, эротических провокаций и сюрреалистической красоты. Здесь, в качестве иллюстрации, стоит привести в пример превосходные номера французского журнала «Pilote» – недостижимого пока что образца для нашего «Relax»-а, хотя никакая отсталость не должна длиться вечно.
Нам, как авторам, так и читателям комиксов, предстоит многому научиться, чтобы выйти на самый высокий мировой уровень. Ибо первое последствие невежества – отсутствие художников и сценаристов, готовых делать комиксы – отсюда частые и совсем не лучшие импортные истории в «Релаксе». Явным провалом здесь стал, например, комикс братьев Саудек из Чехословакии об убийстве Гейдриха, вошедший во второй и третий выпуски, оформленный с изяществом, но при этом нарисованный художником, которому не стоило браться за тему оккупации. Несомненно успешной, и лучшей из всех тех, что были опубликовано до сих пор в девяти «Релаксах», является история наших отечественных авторов из первого номера, носящая название “Spotkanie/Встреча”[2].
Изложенная в условности умело сделанного научно-фантастического комикса история рассказывает о столкновения на Земле между двумя вооруженными до зубов командами космических завоевателей, которое закончилось позорным бегством их обоих при абсолютном неведении землян. И вот что интересно – последний кадр этой истории показывает видимую сбоку, в мелком масштабе, и нарисованную совершенно не провокационной линией – обнаженную женщину. Это вызвало массу протестов, хотя, судя по содержанию большинства иллюстрированных еженедельников (в том числе молодежных), нам привычна обнаженная натура.
Хорошей иллюстрацией других комиксных хлопот и надежд является персонаж «Orient Men», талисман «Relax»-а. Этот самый «Orient Man», польский ответ американскому Супермену и его многонациональным мутациям, облаченный в характерный костюм: плащ и странную шапку-маску, в котором ощущается, однако, нечто славянское, странствует по повседневной жизни, обращая наше внимание на различные национальные нелепости.
Это кажется шутливым подходом к мифологии мирового комикса, крыльев и веса которого мы лишены. Но на этом пути есть и опасности. «Уголок практических советов» того же автора (КШИШТОФА БАРАНОВСКОГО), нерегулярно печатаемый в еженедельнике «Razem/Вместе», аналогично построен на подтрунивании над повседневностью с помощью фигуры героя с внешностью и костюмом... дяди Сэма, популяризированного нашей пропагандой в 1950-х годах. На этот раз это графическая экстравагантность, которая ничем не оправдана.
Графические новеллы о династии Пястов, созданные Кобылинским и Розиньским[3], представляют собой неплохой урок как комиксов, так и истории, хотя гурман наверняка вздохнет над ними, вспоминая непринужденую легкость Астерикса.
Роль астериксового коварства пытаются сыграть в «Релаксе» возрожденная рубрика «Только для взрослых», в которой забавно переосмысливаются различные сказочные и мифологические сюжеты, а также истории о Кайко и Кокоше...
Это, конечно, еще не все. Появляются новые идеи и новые рисовальщики, некоторые из которых проходят обучение на специальных семинарах, организованных редакцией журнала. Некоторые идеи и истории дожидаются в редакционных папках лучших времен, когда юный читатель и его наставник наберутся немного воображения и потеряют столько же ханжества. Может быть, стоит задуматься о специальных выпусках журнала, не предназначенных для детей? Так или иначе, пред лицом импорта, способного убить его изобретательность, подверженный искушению легкого подражания, которое отрывает его от его собственной культуры, преследуемый критикой, для которой отречение от комиксов стало терапевтической процедурой, позволяющей поверить в то, что она в чем-то лучшая, чем есть на самом деле, -- польский комикс держится и пока не желает сдаваться.
Комиксы иногда сравнивают с кинематографом, но комиксы имеют практически неограниченные возможности. Кино должно учитывать природные условия, затраты на декорации и декорации, доступность актеров и пределы выносливости каскадеров. Для комикса единственным ограничением будет чувство порядочности и изобретательности художника, который его создает.
Комикс в тысячу раз дешевле, и он может быть и быстрее изданным, и более доступным, чем кинофильм. Большинство французских зрителей уже были знакомыми с комиксом ДЖЕЙ СИ ФОРЕСТА (J.C. Forest) о Барбарелле до того, как Вадим его экранизировал с Джейн Фондой в главной роли. Вернуться к любимому фильму никогда не было и, наверное, еще долго не будет простым делом. Вернуться к комиксу вы можете, когда захотите, просто потянувшись за тетрадкой, лежащей на полке. Таким образом, комикс может быть объектом интеллектуального созерцания даже в трамвае или автобусе, не нарушая (что важно!) спокойствия окружения.
Комиксу, когда он смел и хочет быть гениальным, умудряется опережать свое время и довольно точно отражать социальные изменения. В историях в картинках, где доминируют, например, красивые, развратные барышни, хорошо отражается новое качество межличностных отношений. Мода унисекс и мини-юбки, которые были забыты относительно недавно, царили гораздо раньше на страницах комиксов, прежде чем стали популярными в жизни. Располагающие безграничной фантазией комиксисты предусмотрели постройку летательных аппаратов, изготовление различного нового оружия и внедрение других технических ухищрений, а также покорение Луны и далеких планет задолго до того, как торжественная мысль изобретателей и ученых начала всерьез постигать все это.
Комикс может быть инструментом как эстетизации, так и изучения языка. В последней роли его пытаются использовать в Африке по просьбе ЮНЕСКО. На фоне наших книг, которые предательски лишены иллюстраций жаждущей облегчения полиграфией, комикс становится, наверное, последним печатным изданием, в котором молодые люди смогут увидеть и благодаря которому они смогут запомнить внешность индейца, вид корсарского корабля, постройки египетской гробницы и замка Пястов.
Повествование в комиксах — хорошая школа краткости; требование неустанного движения, развития сюжета, беспрерывной смены плоскостей и ракурсов создает новый вид драматургии. И все же остается еще ощущение абсурда, фантазии, иронии, свойственное комиксам, и терзание привычками и мифами повседневной жизни, характерное для самых амбициозных историй в картинках. Тем не менее, если бы комиксы были единственным видом литературы, который брал бы в руки молодой человек, то, возможно, стоило бы паниковать. Но паника была бы столь же уместна, если бы молодой человек был готов ограничиться телевидением, радио или даже только книгой или галереей современных картин.
Комиксы в целом, что надо сказать, несмотря на предыдущие комплименты, производят впечатление медиума, который не использует все свои возможности. Например, он редко служит кинематографу, родственником которого является – комиксные ремейки шедевров мирового кинематографа, вероятно, добавили бы серьезности комиксам в глазах его самых ярых критиков, но помимо технических сложностей, мешают и хитросплетения авторского права.
Комикс-пастиш, состоящий из «оживления» вазовой греческой живописи, египетских рисунков, ацтекских скульптур, активизации удивительных миров, запомнившихся по гравюрам к романам Жюля Верна, или даже «оживления» персидских миниатюр (индийских, турецких) из «Книги тысячи и одной ночи» — это еще одно предложение для комиксов. Осуществимо ли это? В комиксе есть свои правила, действие должно быть динамичным, персонажи должны быть четко прорисованы, непохожи друг на друга, плохие парни должны явно отличаться от хороших...Комиксу в стиле пастиш не стоит противоречить этим правилам жанра.
Как учит нас как наш собственный опыт, так и опыт многих стран, на комиксах можно заработать много денег. Культурная проблема – что за что и сколько за сколько? Польские комиксы, хотя и только еще становятся на ноги, уже, как вы, могли услышать, выигрывают некие международные конкурсы, иногда даже покупаются за рубежом – в том числе и асами жанра, французами. Достаточно собрать вокруг комикса большую группу людей, которым будет небезразлично искусство, создание польской школы комикса, пробуждение воображения молодого и не только молодого поколения – и может случиться так, что польские комиксы несколько раз бросят нас на колени, прежде чем мы перестанем им пренебрегать.
ПРИМЕЧАНИЯ
1. Прокурор, Председатель, Защитник... из сочувствия к Обвинителю, который год назад, благодаря кинофестивалю «Квантум», был моим проводником в мир кино, я не назвал никаких имен и получается, что правильно сделал; через несколько месяцев после передачи вышла книга Обвинителя, посвященная мастерам современного кино, в которой проводится сравнение кино с комиксом, вброшенное с эссеистической легкостью, без следа культурной анафемы, без намека на неодобрение. Наоборот, заметно глубокое понимание тенденций массовой культуры. Точно так же Председатель суда – яростный любитель комиксов во время программы – в колонке для еженедельного журнала, считающегося лучшим в Польше, хвалит литературный и комиксный рассказ Кортасара«Фантомас против международных вампиров» за его очарование и нетрадиционность. Защитник же, как я узнал от знакомого читателя, ждет, когда в этом издательстве выйдет его собственный, богато разукрашенный альбом комиксов.
2. У приключенческой истории блестяще нарисованной БОГУСЛАВОМ ПОЛЬХОМ по сценарию Рышарда Сивановича, был, оказывается, еще один сценарист – Анджей Савицкий по прозвищу «Генерал». Годы спустя эти люди встретились на конвенте комиксов и фэнтези уже только в XXI веке.
3. Информацию о сценаристе Лехе Мочульском в первопубликации статьи вычеркнула цензура.