Терри Пратчетт «Плоский мир»

Непредвзятое мнение о всём цикле на ваш страх и риск (БЕЗ спойлеров).

Предобзорная часть.

Многие отметили, что каждая книга Плоского мира — это отдельное произведение, и начинать читать можно с абсолютно любой. Гуру этой вселенной уже предложили лучшие произведения для тех, кто сомневается, с какого романа стартовать, чтобы сходу въехать в культ последователей Пратчетта. Но обычно рекомендация такова: «Берёте первый или любой заинтересовавший вас подцикл и погнали по порядку». Я же выскажу свою, на мой взгляд, более правильную схему, как лучше всего прочитать, чтобы ничего не упустить. Это больше касается людей, которые любят идеальную последовательность, чтобы тонко воспринимать события и изменения, которые будут происходить во Вселенной. Так вот, самый правильный вариант прочтения — читать (слушать) по году выпуска, и желательно отдельные произведения тоже. (Пример: 1. «Цвет волшебства» (1983), 2. «Безумная звезда» (1986), а потом 3. «Творцы заклинаний» (1987), который открывает другой подцикл «Ведьмы», следом 4. «Мор, ученик Смерти» (1987) и т. д.) Хоть каждая книга и рассказывает отдельную историю, тем не менее можно упустить многое. Например, появление персонажей, тех же Волшебников, Аркканцлера и Ко, которые появятся впервые позже не в своём подцикле, а потом станут одними из главных действующих лиц в серии. То есть, читая книги подряд, ты пропускаешь приколы, пасхалки и атмосферу, которые автор подготовил для уже знакомых с серией чтецов. И ещё один момент: следуя «моему» порядку, хорошо видно становление серии, эксперименты автора и, что главное, изменение им характеров персонажей (да-да). Многие персонажи, как второстепенные, так и главные, изначально имели другой характер, чем тот, который Пратчетт установил им впоследствии (Смерть, Витенарий, Ринсвинд (о нём позже поподробней)). Некоторые получили определённую манию, другие — фобию, третьи стали более флегматичны и т. п. В общем, ладно — это те вещи, на которые я сходу обратил внимание. Прислушаетесь к моему совету или нет — ваше дело, теперь что касается моего мнения по циклу.

Я никогда ранее не слышал о Терри Пратчетте, случайно попал на рекомендацию о нём здесь на сайте, увидел большую популярность цикла «Плоский мир». И ещё меня привлёк тот факт, что озвучен он полностью. По этим причинам полтора года назад я приступил к его прослушиванию. Соответственно, раз я познакомился с Пратчеттом с чистого листа, мнение моё будет непредвзятое, без заранее настроенного в нём позитива или негатива.

Итак, первый роман — «Цвет Волшебства», который меня взбодрил не на шутку. Я никогда не сталкивался с пародиями на фэнтези-миры, разве что в фильмах или играх. Но с книгой — это был мой первый подобный опыт. Меня очень позабавили похождения незадачливого волшебника Ринсвинда, который вынужденно отправился в поход, завершившийся во второй книге. Вообще, вот этот подход с актами, на которые была разбита первая книга, очень здорово погружал в этот мир. Ты ловил новое приключение в знакомых для тебя пародийных вселенных, без воды, с топовым юмором и интригой. Мля! После этого я с нетерпением перешёл к следующей книге («Безумная звезда»), которая тоже держала планку. Но, закончив её, неожиданно для себя получил первое разочарование. Третья по счёту книга резко меняла всё: локацию, ГГ-ев и подачу. Мало того, что я ждал следующего приключения Ринсвинда, которого мне не дали, так ещё зачем-то автор полностью изменил стиль. Если первые романы были рассчитаны больше на подростковую и взрослую аудиторию, то роман «Творцы заклинаний» подходит больше школьникам. Хотя и им, наверняка, будет скучно. Замысел весьма любопытный: о девочке-волшебнице в мире, где волшебниками могут быть только люди мужского рода. Но реализовано это паршиво. Из фэнтези-боевика Пратчетт сделал некую детскую притчу, в которой серьёзно отошёл от того стиля, что был в первых двух романах. Я уважаю эксперименты и понимаю, что попробовать надо. По-видимому, и Пратчетт понял, что третья книга не поведёт серию дальше, потому вернулся к более ироничному стилю. Но, увы, на уровень «Цвета Волшебства» он так больше никогда и не вышел. В общем, мне ещё очень понравились несколько книг: «Стража! Стража!», «Мелкие боги» и первые романы о дальнейших приключениях Ринсвинда. Но остальные у меня вызывали уже разные эмоции: как хорошие и нейтральные, так и скуку и раздражение.

Ещё находясь далеко от середины цикла, я начал понимать, что хочу уже его добить как можно быстрей. Этому было очень много причин. Ну, первое, что Пратчетт решил отойти от пародии на фэнтези миры и перенёс современный мир со своими проблемами в цикл. И делал из них некие истории с моральным подтекстом. Слава Богу, делал он это не столь навязчиво, иначе было бы совсем всё плохо, но всё равно это раздражало, потому как способностями настоящего классика, который мог очень хорошо завуалировать многие важные вопросы современности, которые гармонично вливались в вымышленный мир и не так явно торчали на поверхности, он не обладал. Пратчетт — это больше про юмор, и шутить он умел, но писал он уж совсем бесхитростно.

Дальше я начал замечать, что действия романов начали происходить без перемены локаций. Начало создаваться некое ощущение «камерности». Можно было насытить свои книги событийностью, как это было в первых романах, вместо этого полилась водичка. Ненужные диалоги, неспешное развитие сюжета, лишние сценки, примитивные детективные расследования. В общем, всё затянуто и очень однотипно.

Дальше — это персонажи. Действительно, некоторые из них были уникальными, такие как Смерть, Витенарий, Обезьяна-библиотекарь и подобные. Но вот многие персонажи, в особенности молодые люди, которые периодически являлись ГГ разных романов, такое впечатление, были клонированы из одной книги в другую. Обязательно там будет какой-нибудь злодей и обязательно там будет некая симпатичная, молодая особа в качестве со-главного персонажа. Соответственно, читая уже 3-ю подобную историю, ты уже приблизительно можешь предсказать её структуру. Но это ещё не вся проблема. Создав весьма годных героев, например ту же Стражу, Терри в последующих книгах в итоге так «обсосал» их, что они больше не вызывали какой-либо уникальности. Реально создавалось ощущение, что они передо мной полностью голые, не способные хоть как-то удивить. И это касается АБСОЛЮТНО любого действующего лица в цикле. Кроме того, как я уже говорил, я заметил, что первоначальные характеры некоторых персонажей очень сильно были изменены впоследствии. Обычно после дебютного появления Пратчетт для них в дальнейшем устанавливал окончательную линию поведения. Можете заметить — это было с той же Смертью, который очень сильно отличался в первых 2-х книгах. Так же это касается Ветинария, капитана Ваймса, Аркканслера и так по списку. Но больше всего в цикле «Плоского мира» мне нравился Ринсвинд. Всегда, когда я переходил к очередному роману о его приключениях, для меня это являлось некой отдушиной в цикле. Но в какой-то момент Праттчет просто решил его «уничтожить». Конечно, не физически, но как персонаж с тем прикольным характером Ринсвинд в итоге умер. Праттчет заменил его полным идиотом с умением неуязвимости к смерти. Да, Ринсвинд всегда был таким везунчиком, что ускользал от Смерти, чем его очень бесил. Вначале на это не делалось столь большого акцента, но потом Праттчет обязательно начал об этом упоминать до тошноты, всегда, когда появится Ринсвинд в качестве ГГ или эпизодической роли. В конце концов, он сделал из него придурка-везунчика-труса, стерев полностью ему прошлую личность и выбросив, по сути, на помойку. Для меня это стало, пожалуй, главным разочарованием в цикле.

До какого-то момента я даже ставил завышенные оценки романам за счёт хорошего первого впечатления, пока окончательно не понял, что всё это обычная халтура. Ближе к концу цикла найти более-менее годную книгу с интересной историей становилось уже просто невозможно. Более того, одним из последних автор запустил новый подцикл о Тиффани, который, на мой взгляд, был совсем не в тему. Построен он был уже в большей степени на морализаторстве, поучении, чего не было в предыдущих книгах, — в общем, откровенно на выброс. Пратчетт написал ещё несколько романов. И чтобы «добить» его, после полного завершения «Плоского мира», я решил прослушать всё, что было в аудио, для того чтобы увидеть окончательную картину. Это были как небольшие повести для детей, так и романы — «Благие знамения» и «Народ, или Когда-то мы были дельфинами», от которых я получил просто худшие впечатления.

Обидно, что книги, в отличие от фильмов, не читаются на пассиве за 1.5 — 2 часа. Поэтому многие, кому не зашёл тот или иной цикл, бросают после 2-й, 3-й части, а то и сразу, чтобы не тратить на это время. Основная масса прочитавших — это только поклонники данного произведения, в результате чего мы видим потрясающе высокую оценку под каждой книгой. У меня же масса времени на прослушивание и терпения, чтобы дослушать цикл до конца и поставить справедливый балл под каждой, для статистики.

Что действительно получалось неплохо у Пратчетта, так это короткие повести или рассказы. Поэтому первый роман и был столь хорошо написан за счёт того, что издавался, по всей видимости, по частям, в виде рассказов или повестей в каком-то из журналов. Там Терри пришлось выжаться на полную, чтобы заинтересовать потенциальных покупателей его будущих книг. Но когда он перешёл к полноценным романам, оказалось, что он попросту не тянет их. В конечном итоге цикл поставили на конвейер, и автор паровозом начал штамповать одну книгу за другой. Это очень хорошо заметно, так как объём некоторых книг стал +/- одинаков. Более того, в дальнейшем от первоначальных размеров, книги выросли по объёму на 1/3 или 1/2. К тому же автор писал их по несколько штук в год, вероятно, отрабатывая контракт. Чистая коммерция.

В дальнейшем он уже ничего не смог предложить, кроме как всунуть в книгу железную дорогу, почту, телеграф, кино и остальные вещи из современного мира, и положить на всё это примитивную историю, да ещё растянутую, да ещё структурно похожую на предыдущую. Обычно сюжет проходит вот так: завязка, сюжетная мешанина с массой сумбура и разными действующими лицами, потом счастливый финал.

«Плоский мир» хорошо бы подошёл под отдельные рассказы или максимум короткие повести, но ни в коем случае не под романы. Тем более из тех сторонних рассказов автора, с которыми я ознакомлен, сложилось вполне себе годное впечатление, и если бы Пратчетт писал романы, разбитые на короткие истории по типу «Цвета Волшебства», — это, на мой взгляд, была бы пушка. А так «Плоский мир» — не более чем очередной коммерческий цикл, и заблуждаться в этом утверждении не нужно.

Вообще, для тех, кто хочет приобрести книги Праччетта по совету знакомых или блогеров, могу порекомендовать очень хороший вариант: вначале ознакомиться с прослушкой книг. Книги озвучены в отличном качестве (Клюквин, да и кроме него там есть очень хорошие озвучки) и легко находятся в бесплатном доступе в интернете. По ним более чем достаточно определить, это моё или не моё. Порой не всё, что массово рекомендуется, является хорошим.

Лучшее юмористическое фэнтези которое читал, структура разбивки циклов на отдельные произведения очень удачно реализует каждую книгу как самостоятельную историю, что позволяет читать в любом удобном порядке, а упоминания предыдущих событий не превращаются в занудные пересказы предыдущих событий и только разжигают интерес к ознакомлению с другими книгами писателя из данного цикла.

Полный обзор:

«Плоский мир» Терри Пратчетта — это не просто цикл книг, а целая вселенная, наполненная сатирой, юмором и глубокими размышлениями о жизни. Стоит сразу отметить, что я не просто прочитал, но и прослушал практически все книги, за исключением некоторых рассказов и малоизвестных дополнений. Однако ключевые произведения, формирующие основное повествование, полностью освоены.

Важно понимать, что «Плоский мир» — это не линейный цикл с чётким началом и концом. Хотя внутри него существуют отдельные линии (например, цикл о Ринсвинде, Городская стража, Смерть, Ведьмы и др.), нет необходимости читать книги строго по порядку. Оптимальный способ знакомства с этим миром — начинать с наиболее удачных и увлекательных произведений, которые помогут лучше понять общий стиль Пратчетта и не отбить интерес к дальнейшему чтению.

С чего НЕ стоит начинать:

Хотя цикл о Ринсвинде (например, «Цвет волшебства» и «Безумная звезда») считается официальным началом «Плоского мира», я не рекомендую его как первую точку входа. Эти книги, несмотря на свою значимость, ориентированы преимущественно на юмор, что может создать ложное впечатление о всей серии. Кроме того, большинство тем и персонажей из этих книг раскрываются более полно в других частях цикла, так что их можно оставить на потом без значительных потерь.

Лучший старт: Городская стража

Наилучшим вариантом для знакомства с «Плоским миром» является цикл о Городской страже, начиная с «Стража! Стража!». Этот цикл сочетает в себе всё, за что ценят Пратчетта: иронию, философию, отличный сюжет и продуманных персонажей. Он также выделяется высокой качественной озвучкой (особенно первых книг) и балансом между юмором и серьёзными темами. В отличие от многих других частей «Плоского мира», здесь не просто смешные приключения, а полноценные детективные истории с ярко выраженным социальным подтекстом.

После прочтения Городской стражи можно перейти к «Мойст фон Липвигу», чьи книги в некотором смысле продолжают идеи этого цикла. Этот персонаж представляет собой другой взгляд на механизмы власти и общественные институты, что делает его истории отличным логическим продолжением.

Другие достойные начала:

Альтернативным стартом может стать цикл о Смерти. Эти книги тоже удачно сочетают в себе юмор и философию, хотя в них отсутствует столь выраженный детективный элемент, как в Городской страже.

Цикл о ведьмах заслуживает особого внимания, но если говорить конкретно о книгах про Тиффани Болен, то в начале они действительно ощущаются как сказка. Однако по мере развития истории они приобретают более серьёзный тон. В целом, весь цикл о ведьмах представляет собой интересное сочетание юмора, философии и социальных тем, но для знакомства с «Плоским миром» лучше выбрать что-то другое.

Влияние озвучки на восприятие:

Особое внимание стоит уделить аудиоверсиям книг. Александр Клюквин, один из основных чтецов, придаёт повествованию сказочную атмосферу, что может исказить восприятие «Плоского мира» как исключительно доброго и уютного произведения. Однако в книгах Пратчетта наряду с комедией встречаются сцены довольно жёсткой сатиры и неожиданных сюжетных поворотов. Поэтому стоит учитывать, что разные озвучки могут влиять на общее впечатление.

Одиночные произведения:

Помимо циклов, у Пратчетта есть несколько отдельных произведений, не входящих в основные линии, но заслуживающих внимания. Например, «Правда» и «Пехотная баллада» являются отличными примерами его сатирического мастерства. Их лучше читать после знакомства с основными циклами, чтобы лучше понимать общий контекст.

«Мелкие боги» — ещё один интересный роман, который можно рассматривать как самостоятельное произведение или же как дополнение к основной вселенной. Его можно прочитать и на ранних этапах знакомства с «Плоским миром», так как он мало связан с другими книгами.

Оптимальный подход к чтению «Плоского мира» — это начинать с лучших его частей и двигаться дальше в зависимости от предпочтений. Городская стража — идеальная отправная точка, за ней можно перейти к циклу о Мойст фон Липвиге, Смерти или Ведьмах. Цикл о Ринсвинде лучше оставить на потом, а одиночные произведения — рассматривать в качестве дополнения.

Плоский мир. Что можно о нём сказать, помимо множества слов похвальбы и восхищения?

Главное, что надо знать о Плоском Мире — это цикл, возводящий контраст в абсолют. Юмористический — и при этом очень серьёзный, откровенно говорящий о людях, о мире и о добре со злом. Персонажи, которые отнюдь не красивы внешне и не очень-то приятны в характере — но которые неизменно оказываются сосредоточием истины, справедливости, долга и порядка. Осмеивающий какое-то явление — и одновременно описывающий его со всем возможным уважением. Специально, нарочито нереалистичный и сказочный — и при этом пугающе достоверный. Повествующий о совсем не дружелюбном мире — и при этом вы удивляетесь, обнаружив у себя мысль «а вот там бы я побывал». Стёб и драма, сарказм и реальная боль, ирония и настоящие чувства, комедия и трагедия в одном флаконе.

Пожалуй, сюжеты — самый главный недостаток Плоского Мира. Нет, они совсем не плохи, они очень добротны — но скажем так, «непредсказуемые сюжетные повороты», «закрученные интриги», «неожиданная концовка» — это всё не к Плоскому Миру.

Также претензии к циклу могут предъявить... скажем так, определённые люди. Сэр Пратчетт посмеивается над религией и патриотизмом, неприемлет пафос, выступает против расизма и национализма в любой форме, в целом толерантен и поэтому может даже показаться слишком однобоко настроенным (хотя с самоиронией у Пратчетта всё в порядке и в этих вопросах тоже).

К сожалению, какого-то финала у цикла не случится. Да, возможно, у Плоского Мира найдётся свой Брендон Сандерсон, а другие писатели в знак уважения создадут сборник своих рассказов-фанфиков, или произойдёт что-то в подобном духе... Но вряд ли это уже будет тот самый, уникальный и неповторимый Плоский Мир.

Итог: один из величайших циклов в истории фэнтези и юмора — да и, возможно, литературы вообще. Возможно, один из лучших примеров того, как надо создавать свои миры и писать книги.

ИНСТРУКЦИЯ по применению лекарственного препарата для медицинского применения Террипратчит

КЛИНИКО-ФАРМАКОЛОГИЧЕСКАЯ ГРУППА. Ноотропный препарат с повышенной юмористической и иронической активностью.

ФОРМА ВЫПУСКА, СОСТАВ И УПАКОВКА. Самый распространенный вариант – небольшие черные книжки, в среднем по 400 страниц. Встречаются также омнибусы с удвоенной, утроенной или ушестеренной дозой препарата. На лицевой стороне обязательно нанесены тематический рисунок и надписи «Терри Пратчетт» и название конкретного лекарственного средства. На обратной стороне указаны фармакологические свойства. Каждая книга содержит в себе 10% интересного сюжета, 25% иронии и метких выражений, 20% присутствия приятных персонажей и 45% юмористических ситуаций.

ФАРМАКОЛОГИЧЕСКОЕ ДЕЙСТВИЕ. Препарат оказывает успокаивающее, противотревожное (анксиолитическое) действие, не вызывая нежелательных гипногенного и миорелаксантного эффектов. Улучшает переносимость психоэмоциональных нагрузок. Обладает стресс-протекторным, ноотропным, нейропротекторным, антидепрессивным действием.

ДОЗИРОВКА. Внутримозгово. На один прием – 1 или 2 книги. Принимать 2 раза/сут по 10-20 страниц; при необходимости – увеличить до 4 приемов/сут. Курс лечения – 1-4 недели; при необходимости курс лечения можно продлить до 2 месяцев или повторить через 1-2 месяца. При отсутствии стойкого улучшения состояния в течение 3-4 недель после начала лечения необходимо обратиться к врачу.

ПЕРЕДОЗИРОВКА. При превышении рекомендуемой нормы книг есть риск уйти в книжный запой, что сопряжено с появлением литературного похмелья.

ЛЕКАРСТВЕННОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ. Террипратчит несовместим с другими препаратами своей клинико-фармакологической группы, такими как Асприн и Пирсэнтонит.

БЕРЕМЕННОСТЬ И ЛАКТАЦИЯ. Безопасность применения Террипратчита при беременности и в период лактации не изучалась. При необходимости приема препарата следует учитывать соотношение риск/польза.

ПОБОЧНЫЕ ДЕЙСТВИЯ. При использовании по указанным показаниям и в указанных дозировках побочного действия не выявлено. Возможны реакции повышенной индивидуальной чувствительности к компонентам препарата.

УСЛОВИЯ И СРОКИ ХРАНЕНИЯ. Хранить в недоступном для детей, сухом, защищенном от света месте при температуре не выше 451°F. Срок годности – не ограничен.

ПОКАЗАНИЯ

— состояния уныния, меланхолии, печали;

— острое ощущение «серости будней»;

— стрессорные расстройства с повышенной нервной напряженностью, раздражительностью, тревогой и вегетативными реакциями.

ПРОТИВОПОКАЗАНИЯ

— детский возраст до 16 лет;

— повышенная индивидуальная чувствительность к компонентам препарата.

Детям и подросткам младше 16 лет рекомендуется применение препаратов типа ТиффаниЭйкинг и ДжонниМаксвелл.

Отпускается без рецепта врача в большинстве книжных магазинов.

При всем при том что Пратчетту удалось создать очень колоритных, оригинальных, не на кого не похожих героев, я не увидел тут двух очень важных вещей. Первое: вятного сюжета. Из всех книг которые я прочитал про плоский мир, не в одной из них не было нормального внятного сюжета. Постоянно какой-то рваный темп повествования. И да не одна из историй, именно в плане сюжета, не держит до конца, он банально скучен и при этом еще и сумбурен. И второй это прям таки искрометный юмор. Нет его, искрометного юмора. Здесь больше иронии ко всему происходящему, а не как не юмора. Это на мой личный вкус, разумеется)

Спрашивается, чего ради писать о Пратчетте, о котором до меня уже сказали множество правильных и умных слов? И всё-таки я попробую. Только начну не с Пратчетта, а с тех добрых людей, которые, работая в издательствах, пишут аннотации к книгам. Складывается впечатление, что все они объединены в тайный орден читателененавистников. Они делают всё для того, чтобы человек, прочтя аннотацию, либо с отвращением отложил книгу, либо начал её читать в ожидании чего-то того, чем она на самом деле ни коим образом не является. Именно это и произошло с Пратчеттом. Дело в том, что Пратчетт — не Петросян. и не Задорнов. Он вообще не юморист. Да, он в какой-то мере сатирик, но это тоже лишь одна грань его произведений. Ближе всех к нему, пожалуй, Свифт. Но никак не Белянин и прочие авторы «ржаки». Кроме того, Пратчетт — не автор фэнтези. Это не Перумов, не Толкиен и даже не Зыков. Он не в большей степени автор «юмористического фэнтези», чем баснописец Крылов — автор рассказов о животных. Тогда кто же он? В первую очередь Пратчетт — мыслитель. Философ. Гуманист. Классик. А юмор, фэнтези — это лишь инструмент, позволяющий донести сложные философские концепции до нормального человека, который на лекциях по философии немедленно погружается в здоровый сон. В этом и состоит гениальность Пратчетта: он умудрился сделать увлекательными и вкусными сложные вещи. Не раздувая щек, не нагромождая сложных, надуманных конструкций. Его рецепт прост до, повторюсь, гениальности. Берется фэнтезийный антураж. В нем придумывается несложная фабула для ряда постоянных героев. Тут и там рассыпаются пригоршни английского юмора... а дальше начитается волшебство. Философия, подобно октарину — восьмому цвету радуги — пронизывает произведение, сияя в коротких авторских отступлениях, сверкая перлами в устах героев. И в результате получаются две органично связанные между собой книги: одна — приятное развлечение, другая — повод для раздумий, средство воспитания читателя.

Давайте не будем голословны. Возьмем несколько вещей Пратчетта и посмотрим, о чем они.

Мелкие боги. Это по сути трактат о происхождении и свойствах религиозности в человеческом обществе.

Пирамиды. Взаимоотношения религии и государства, судьба теократии.

Патриот. Настольная книга о ксенофобии, расизме и мировой «политике государственных интересов».

Интересные времена. Психология гражданина тоталитартного общества.

Правда, Движущиеся картинки, серия о страже — это все серьезные и мудрые книги.

Фэнтези и юмор в творчестве Пратчетта — лишь бонус. И поэтому если вы ждете от его книг только смеха или только размахивания мечами — можете смело откладывать их в сторону, они вам не понравятся.

Но Пратчетт — это ещё и ответ чванливым «официальным» ученым-философам, закостеневшим в своих абстрактных, надуманных мирах, выпендривающихся друг перед другом заумностью фраз и логических выкладок. Никого не напоминает? Это же Незримый университет во всей своей красе, в котором занимаются делом только юные энтузиасты под руководством Думминга Тупса и Библиотекарь (только не называйте его обезьяной!).

Так что с моей точки зрения Пратчетт — это чтение для тех, кто держит фигу в кармане, пролистывая труды Бертрана Рассела.

P.S. А вот в том, что Смерть — существительное женского рода, меня теперь не убедит и полк филологов. )))

Прочитать цикл «Плоский мир» мне посоветовали друзья. Они с упоением рассказывали ничего не понимающему мне, про какого- то безумного варвара и мага неудачника, а я думал «Что за..?» но потом, после долгих уговоров я все-таки решился взять в библиотеке одну из книг этой серии.

И вот я начал ее читать. На второй странице я уже еле сдерживал улыбку. На третьей — открыто смеялся. На где-то пятой странице я потерял счет этим самым страницам. Очнулся я после того, как понял, что читаю аннотацию на корочке книги...

Никогда до этого момента я не читал ничего более интересного. С тех самых пор эти книги я считаю одними из самых мной любимых. Поэтому моя оценка — 10.

Начнем с того, что я очень люблю «Плоский мир» Пратчетта, и читая отзывы на некоторые его, на мой взгляд, очень интересные и глубокие романы, часто обращаю внимание на разброс оценок от 10 (которая кстати преобладает) до 2. Я попытался разобраться, почему же все таки люди ставят такие низкие оценки на ряду с такими высокими, сопровождающимися восхищенными отзывами. И вот что я заметил: те люди, которые ставят «десятку» восторгаются не только юмором ( который, как мне кажется, специально излагается в просторечной форме ), но еще и философией произведений, незаметной и тонкой, в которой и заключается суть романа, но люди же, ставившие низкие оценки, говорили лишь о том, что юмор слишком плоский и однообразный, не вглядываясь в подтекст произведений ( «Уважаемые, вы же не книгу с анекдотами купили! Это же РОМАН!» — кричал мой внутренний голос. )

Написав это, я надеюсь хоть как то повлиять на читателя, который еще не знаком с творчеством Пратчетта, и, насмотревшись поверхностных оценок и отзывов, передумает начинать чтение его произведений.

Хочется верить, что все таки в Плоский мир в скором будущем хлынет поток восторженных приезжих из мира «Шарообразного»

Я не плакса, нет не плакса, но почему так горько и больно, когда не стало этого любимого автора. Человек умирающий, болеющий болезнью Альцгеймера, жаждущий освобождения, но в тоже время творящего. Спасибо ему за стольких разных персонажей, за Плоский мир в котором мы видим себя)

Терри Пратчетт — невероятно талантливый человек.

Для меня так и останется загадкой то, как он умудряется на протяжении вот уже более 30 книг создавать легкие, свежие и невероятно смешные произведения, раз за разом превосходя самого себя. Он при помощи тонкого, поистине английского чувстсва юмора смог перенести на страницы своих книг наш мир во всем его многообразии. А затем дал нам возможность заглянуть туда, как в кривое зеркало, и увидеть всю несуразность окружающей нас действительности. Увидеть, посмеяться и, быть может, понять. Понять насколько мы подчас смешны. А смех над собой есть высшая форма комедии. Искусство.

Говорят, что смех продлевает жизнь. Лично я после знакомства с творчеством этого великого писателя продлил свою жизнь в разы.

Плоский Мир=Терри Пратчетт

Хоть он и написал немало прочих книг, никак к Плоскому Миру не относящихся, но вспоминать Пратчетта будут именно по этому циклу.

Ринсвинд, Городская Стража, Ведьмы, Смерть и Сьюзи, Мойст фон Липвиг, десяток отдельных сюжетных книг, множество псевдодокументалок, путеводителей и поварённых книг — всё это создаёт истинный эпик, одно из выдающихся произведений мировой культуры.

Море сатиры, множество прекрасных необычных персонажей, великая куча различнейших парадоксов, отражающих нашу с вами жизнь. В Плоском Мире появлялись футбол, газеты, телеграф, кино, рок-музыка, почта, железные дороги и многое другое.

Ринсвинд, Сундук, Коэн-Варвар с Серебряной Ордой, Сэм Ваймс, Моркоу, Ангва, Детрит, Задранец, Вилликинс, Шнобби, Колонн, Смерть, Сьюзи, Мойст, Тиффани, Эсме Ветровоск, Гита Ягг, Грибо, Патриций Витинари и его секретарь Стук Постук, многие-многие-многие другие. Они запоминаются раз и навсегда.

Терри Пратчетт не напишет больше ни единой книги. Мы не увидим новых применений головологии Матушки Ветровоск, Ваймс не раскроет больше ни единого дела, Липвиг перестанет продвигать новинки в жизнь общества, Ринсвинд навечно застынет в своём вечном побеге от опасностей к скуке, Моркоу и Ангва никогда не поженятся, а противостояние Смерти&Сьюзи с высшими сущностями порядка останется без завершения. И я всегда буду сожалеть, что Патриций Витинари так и не получил своей собственной, сольной книги, которую он явно заслуживал.

Все незавершённые сюжеты оборваны, новых больше никогда не будет. Искренне надеюсь, что так оно и останется — не хочу, чтоб Плоский Мир повторил судьбу Шерлока Холмса, Конана Варвара, лавкрафтианы и прочих. Пусть уж лучше он навечно застынет и будет жить лишь в воображении читателей, чем погрязнет в бездарных сиквелах литературных стервятников.

P.S. Искренне надеюсь, что наши издатели не будут тянуть и издадут, в разумные сроки, все оставшиеся непереведённые книги Пратчетта.

прочитал первые три книги и бросил — вообще не понравилось, юмор ниже среднего за редкими исключениями

хотя, возможно, дело в переводе, раз уж все так восторгаются

но в целом когда читал впечатление было как от просмотра Шоу Бенни Хила — те же приёмы, такие же шутки...

К Великобритании, англичанам, английской литературе и прочим биг-бенам я отношусь примерно-наверно с такой же надменностью, брезгливостью и высокомерием как и сами жители Альбиона к всему остальному миру.

Но познакомившись с циклом книг о примостившейся на спинах мифических исполинов фентезийной лепешке, которую населяют такое колличество разных видов, с совершенно противоположными социальными и культурными взглядами, правилами и нормами, при этом так или иначе умудряющиеся сосуществолять друг с другом, должен (не хотя конечно) признать, что если есть что-то в этом мире, то немногое, что может хоть на квант обелить нацию проклятых гордыней и тщеславием, то «Плоский мир» безусловно может стать одним из этих немногих белильных пятнышек.

Прежде всего мир диска поражает  неподготовленного зрителя богатством остроумия, широкой метафорической палитрой, обильной смесью деталей, тонкостей и мелочей с хитро замаскированными смыслами. Персонажи, имена, образы, стили поведения выразительны сверх меры и даже карикатурны. Описания мира, события, взаимоотношения персонажей выверены и отточены с какой-то маниакальной скурпулезностью. Театральность и гротеск сквозят почти из каждой щели, если не завывают дикими ветрами. Начиная знакомство с первой книги можно спокойно открывать блокнот и записывать удачные реплики и остроты коих будет очень много. Это про стиль и искусство в пределах литературной формы.

В плане построения сюжета не все так однозначно. Как обычно в начале книги какое-то событие задаёт тон и направление, но потом создаётся такое впечатление, что автор словно дав напутственного пинка гг в нужном направлении и попутно наблюдая краем глаза за кульбитами в полете, начинает заниматься тем, что у него лучше получается — вырисовывать узоры, вензельки и прочие мудряшки, полировать сценки, которые можно вешать в рамочки и созерцать, созерцать, созерцать... Благо сценок много, много, много... Время от времени гг растратив заряд бодрости притормаживает сближаясь с землёй, демиург снова обращает на него внимание и цикл повторяется. И так до самого финала. В общем искать в историях о плоском мире четко выстроенную сюжетную схему нет смысла, конечная станция все равно никуда не денется, важно не пропустить по пути демонстрируемый пейзаж.

Про смыслы, смыслов здесь до хренищи, то есть как колличество бекона в правильном сэндвиче командора Ваймса (цикл про стражу). Какие-то прямо падают вам в рот уже пережеванные, что-то приземляется в тарелку и требует вилки с ножом, чтобы поймать другие трофеи, нужно вооружиться охотничьим ружьем и отправиться в глухую лесную чащу. За последними придется наблюдать лишь из далека, как астроном наблюдающий за звёздами через мощный телескоп, конечно в трушной остроконечной шляпе, оклеенной маленькими, блестящими звёздочками.

Некоторые из этих пойманных смыслов вызывают неоднозначное впечатление. Взгляды автора вполне себе улавливаются и к титулу пацифиста и миротворца примешиваются (не) самые радужные нотки.

Писателям часто кажется что легко порой создавая миры на бумаге быть мудрым, умным всё понимающим и осознающим творцом. Рассуждать с высоты мнимого величия о слабостях, предрассудках и заблуждениях человека как личности так и вида в целом. Непринужденно строить моральный каркас персонажа на лишь тебе (писателю) удобных, приемлемых и привычных представлениях о смыслах, ловко обходя неприятно острые углы отстраненного реализма. Посему, один из самых колоритных, но не всегда явно заметных обитателей плоскомирья — это знаменитый сферический конь, его не всегда видно, но он есть. А от его менторского ржания начинаешь думать, что самая вкусная колбаса конечно из конины. И конечно книжке написанной британцем ни как не обойтись без толстой-толстой порции знаменитого туалетного юмора, ну ни как.

Вообще, для меня юмор в произведении всегда перевешивает остальную поклажу, ну вот так, пусть даже каждый чемодан так и грозит раскрыться от распирающих его нравоучений и уверенности в собственной непогрешимости. Посему для меня этот дисканутый на всю просатирическую голову

мир прежде всего веселье а потом все остальное. Такой очумительный сплав цирка, музыкального театра, пантомим, душеподъемных парадов и своеобразной картинной галереи с огромным количеством запечатлённых небольших картин с занятными  узорчиками, вензельками и мудряшками. На такой навороченной сцене чего только не увидишь и чему не восхитишься. Вот Искрометно и хаотично мечущийся по сцене до смертельного ужаса везучий вечный мытарь и горе-недоволшебник Ринсвинд и его мохнатый аналог говорящий пёс; а вот уверенной походкой пробивают возможные и невозможные препятствия големы ждущие своего часа и тролли просветленные, ближе к низу балаганят гномы городские и протемненные; по периметру едва заметно, но весьма ощутимо рассредоточено житие святого Ваймса и его не всегда добровольных последователей; над толпой на метлах опасливо планируют поборницы феминизма; едва уловимо в толпе юлит и шебуршит очень талантливый и безусловно не безнадёжный (в общечеловеческом плане) мошенник; с чересчур уверенным видом и расхлябанной походкой вытанцовывает всем дыркам самасебесосиска; вампиры в завязке, оборотни помешанные на психоанализе, клац-клац гаргульи, неописуемые Игори, прошлое, настоящее, будущее, вспыхивают то тут то там; в атмосфере очень характерно ощущается тираническая воля, жёсткая но справедливая.

Частокол островерхих шляп незримого оркестра гремит из оркестровой ямы, ни к селу, ни к городу путаясь в стилях, тональностях, темпах. Дирижёр — Смерть, на его лице застыла едва заметная улыбка (когда-то) человека, знающего, что последнее слово всегда за ним.

Так что, не смотря на личные придирки, многотомник заслуживает внимания, как минимум хотя бы для обогащения как словарного так и воображательного запаса.

Плоский Мир оттого так популярен, что это не только отличный юмор, но и чёткая авторская позиция. КАЖДУЮ книгу Пратчетт использует для того, что бы передать читателю свои мысли языком юмора и фэнтези. В цикле нашли отражение размышления автора о самых различных аспектах современной культуры. Причем Пратчетт не сноб и не утопист, он рассказывает и о Власти, и о Супермаркетах. Он не отделяет себя от поп-культуры, он предлагает вместе с ним посмеяться над нашими общими пороками/недостатками..

Он — такой же, как мы.

За это мы его и любим!!!