Колонка коллекционера


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Рубрика «Колонка коллекционера» облако тэгов
Поиск статьи в этом блоге:
   расширенный поиск »

  

Колонка коллекционера


В этой рубрике мы станем публиковать статьи только о редких и коллекционных изданиях. Разумеется, для таких статей особое значение имеет визуальный ряд, поэтому просим авторов не забывать снабжать свои тексты иллюстрациями.

Модераторы рубрики: Vladimir Puziy, С.Соболев

Авторы рубрики: Vladimir Puziy, Karavaev, С.Соболев, Petro Gulak, Kons, atgrin, teron, Saneshka, slovar06, WiNchiK, ergostasio, iRbos, LadyKara, Вертер де Гёте, lordalex, sham, eonixa, febeerovez, isaev, killer_kot, Zivitas



Страницы:  1 [2] 3  4  5  6  7  8  9 ... 23  24  25

Статья написана 27 августа 07:28
Размещена также в авторской колонке С.Соболев

(обложка 1970 года издания, разбитого на покеты)

1967: ПРЕДИСЛОВИЕ 2— ХАРЛАН И Я

Айзек Азимов

Эта книга и есть Харлан Эллисон. Она пропитана Эллисоном и переполнена им. Признаю, что другие тридцать два автора (включая и меня самого) внесли свой вклад, но введение Харлана и его тридцать два предисловия окружают истории и пропитывают их густой аурой его индивидуальности.

Так что вполне уместно рассказать историю о том, как я повстречал Харлана.

Место — Всемирный конвент любителей НФ немногим более десятилетия назад. Я только что добрался до отеля и сразу направился в бар. Я не пью, но я знал, что именно в баре всех обнаружу. И все они действительно были там, так что я издал приветственный крик, а все остальные завопили в ответ.

Среди них, однако, был паренек, которого я никогда не видел прежде: маленький парень с кривыми конечностями и самыми живыми глазами, которые мне приходилось видеть. И взгляд этих живых глаз устремился на меня — в них застыло выражение, которое я могу описать только словом «обожание».

(издание 1974 года)

Он сказал, «Вы Айзек Азимов?» И в его голосе звучали страх, удивление и изумление.

Я был весьма польщен, но изо всех сил старался изображать скромность. «Да, это я», согласился я.

«Вы не шутите? Вы и правда Айзек Азимов?» — Еще не изобретены слова, которые могли бы описать восторг и почтение, звучавшие в его голосе, когда он произносил мое имя.

(1971, тоже разделенное на покеты)




Статья написана 25 августа 12:07
Размещена также в авторской колонке С.Соболев

(обложка издания 1977 года)

1967: ПРЕДИСЛОВИЕ 1 — ВТОРАЯ РЕВОЛЮЦИЯ

Айзек Азимов

Сегодня — в тот самый день, который я пишу это — мне позвонили из «Нью-Йорк Таймс». Они берут статью, которую я отправил им по почте три дня назад. Тема: колонизация Луны.

И они поблагодарили меня!

Как же переменились времена!

Тридцать лет назад, когда я начал писать научную фантастику (я в то время был очень молод), о колонизации Луны писали только в дешевых журналов с ужасными покрытиями. Это была литература из серии «не говорите, что вы верите во всю эту чушь». Это была литература из серии «не забивай себе голову этой ерундой». Но прежде всего это была спасительная, эскапистская литература!

Иногда я вспоминаю об этом с каким-то недоверием. Научная фантастика была литературой бегства. Мы убегали. Мы отворачивались от практических проблем — таких, как стикбол, домашняя работа и кулачные бои — чтобы отправиться в вымышленный мир демографических взрывов, ракет, лунных экспедиций, атомных бомб, лучевой болезни и загрязненной атмосферы.

Разве это не замечательно? Разве не восхитительно, что мы, юные беглецы, все же получили заслуженную награду? Все великие, безнадежные, волнующие сегодняшние проблемы тревожили нас примерно двадцать лет назад — когда никто о подобных вещах и не задумывался. Как вам такое бегство?

Но теперь вы можете колонизировать Луну на милых и скучных страницах «Нью-Йорк Таймс». И это будет совсем не научная фантастика, а трезвый анализ сложной ситуации.

Произошли важные изменения, и они напрямую связаны с книгой, которую вы сейчас держите в руках. Позвольте все объяснить…

Я стал писателем-фантастом в 1938 году, как раз в то время, когда Джон У. Кэмпбелл-младший изменил наш жанр, решительно потребовав, чтобы писатели-фантасты твердо стояли на границе между наукой и литературой.

(здесь и далее обложки издания 1969 года, разбитого на три покета)




Статья написана 24 августа 12:08
Размещена также в авторской колонке С.Соболев

https://fantlab.ru/edition152098

(обложка первого издания антологии, 1967 год)

То, что Вы держите в руках — больше чем книга. Если нам повезет, это — революция.

Эта книга, все двести тридцать девять тысяч слов — самая большая антология спекулятивной беллетристики, составленная из оригинальных рассказов, и, очевидно, одна из самых больших вообще — и она задумана по определенным правилам революции. Она предназначена для того, чтобы потрясти мир. Она родилась из стремления к новым горизонтам, новым формам, новым стилям, новым проблемам в литературе нашего времени. Если все сделано должным образом, то наша работа откроет эти новые горизонты, и стили, и формы, и проблемы. В противном случае это все равно еще одна чертовски хорошая книга, полная интересных историй.

Многие критики, мыслители и читатели утверждают, что «простого развлечения» недостаточно, что в каждой истории должна быть суть и смысл, далеко идущие выводы, прогнозы, философские размышления или сверх-научные концепции. Конечно, в таких утверждениях есть рациональное зерно, но нравоучительное стремление высказаться слишком часто становилось raison d'être беллетристики. Мы больше не можем предполагать, что сказки — высочайший уровень, к которому должна стремиться современная беллетристика, что теория должна затмевать сюжет — если мы предпочтем теорию сюжету, судьба наша будет незавидна.

К счастью, эта книга, кажется, бьет прямо в цель. Все рассказы просто невообразимо интересны. И все они вдобавок переполнены идеями. Не просто идеями из «множества сюжетов», которые вы уже сто раз читали раньше, но новыми и смелыми идеями; в некотором роде, опасными видениями. (Хотя это, фактически, метафора, а не точное указание.)

(обложка издания 1972 года)




Статья написана 11 августа 12:25
Размещена также в авторской колонке С.Соболев

Павел Поляков «Стругацкие: взгляд со стороны. Эволюция произведений при переиздании». Омск, издатель Д.Сорокин, 2018. 396 стр. Тираж 100 экз.

https://fantlab.ru/edition225976

Первый раздел книги под названием «Стругацкие: взгляд со стороны»– это исследование повестей Стругацких, «Пепла Бикини» и «Отеля «У погибшего альпиниста». Сравнивая три изданных варианта «Пепла..», Павел отдает предпочтение двум первым (журнальным) публикациям в силу их более документальности и романтичности.

«Отель «У погибшего альпиниста» разбирается по пяти изданиям – как дотошный редактор, Павел обкатывает вслух смысл и значения слов, эпитетов, прилагательных, выбирает из всех пяти вариантов издания повести наиболее точный и верный вариант. Эта двухсотстраничная работа наверное была бы интересна начинающим писателям для понимания как надо писать лучше и доходчивее, тут очень наглядно показано что синонимичные слова имеют оттенки смыслов и способны порой менять настрой от прочитанной фразы или иначе раскрыть ситуацию.




Статья написана 5 июля 16:04
Размещена также в авторской колонке Zivitas

Прерываю обзоры "Пиковой дамы" — экстренный выпуск по "Онегину"! Опять Рудаков. Не потому, что любимый художник, а, скорее, наоборот: потому что уделяю ему пренебрежительно мало внимания.  Поэтому постоянно всплывают новые детали, требующие осмысления. Приходится возвращаться (это ведь уже третий раз). Так что новый Рудаков — непосредственная тема этого поста. Но сначала о самом коллекционировании.

Коллекционер — это дилетант (профессионалы работают в музеях или библиотеках), но коллекционер стремится к полноте своей коллекции — а тем самым и к полноте знаний в области своего хобби. Досадно обнаружить пробел в коллекции/знаниях. Хорошо, когда это удаётся исправить.

Не так давно купил вот такое издание 1937 года: "Пушкин в изобразительном искусстве". И именно эта книга подтолкнула к переосмыслению каких-то фактов и к нескольким важным приобретениям.


Переплёт

Титульный разворот (иностранный язык — пока ещё французский)


Библиография

Книга огромного формата. Тираж 4.600 экз. Цена 40 руб. (32+8 за переплёт). Несмотря на небольшой тираж книга является доступной в наши дни — видимо, её берегли (дорогая), и поэтому сохранилось достаточно экземпляров.

В этом издании много портретов Пушкина, но есть и раздел с примерами иллюстраций. Позднее по той же схеме, с тем же названием, но с новым содержанием, издание было выпущено в 1961 году (его я уже показывал по случаю: https://fantlab.ru/blogarticle54895). Ну, а третий альбом — 1987 года — по другой схеме, одни только иллюстрации, для меня это (вместе с каталогом-справочником) базовое издание по иллюстрированной пушкиниане (https://fantlab.ru/blogarticle53247).

В первый раз просмотрел приобретённый альбом бегло, отмечая для себя только что-то новое. Потом уже несколько раз разглядывал поспокойнее. И вот с месяц назад — остановился на этом развороте. Задумался.


На левой стороне вверху — иллюстрации к "Онегину" Конашевича. Я книгу с этими иллюстрациями показывал (https://fantlab.ru/blogarticle53265). И писал с важностью, что "критика иллюстраций к этой книге не заметила". Однако это самоуверенное утверждение опровергается фактом. По свежим следам, в 1937 году, иллюстрации Конашевича помещают в обобщающий альбом "А.С. Пушкин в изобразительном искусстве", т.е. дают этим иллюстрациям очень высокую оценку как современному достижению. В дальнейшем, действительно, в подобных  пушкинских альбомах, и даже (что подозрительно) в монографии-альбоме Молока онегинских иллюстраций Конашевича вообще не представлено. Видимо, это означает, что иллюстрации были позднее признаны нетипичными для своей эпохи (и для творчества самого художника). Но в 1937 году по другому ведь думали, т.е. современная критика как раз заметила! Ладно, это мне урок — поменьше безапелляционных построений.

Продолжаю думать о Конашевиче, а взгляд скользит по развороту — и вдруг понимаю, что на правом листе разворота сверху помещены иллюстрации, мне неизвестные. Вот те на! Есть же у меня Рудаков — ну, не 1936 года, а послевоенный (https://fantlab.ru/blogarticle53332), но какая разница? Конечно, мне из каталога-справочника известно, что имеются три издания "Онегина" с картинками Рудакова — 1936, 1937 и 1946 гг.  Почему я купил когда-то книгу 1946 года? Потому что в библиографии написано: это расширенный вариант издания 1936 года. А зачем мне было брать недоделанный и дорогой первоисточник? Книга 1946 года доступная и недорогая (я видел и за 70 рублей, хотя сам — уж не помню почему — купил в 2010 году на Алибе за 250 рублей). Значит, понадеялся на библиографию — а там произошёл какой-то сбой. Вспоминаю, как я был разочарован, развернув полученного "Онегина" — видимо, ожидал подарочное издание, не понявши значения серии "Школьная библиотека". Как-то это разочарование перешло на Рудакова в целом — почему и не стал интересоваться довоенными изданиями. А ведь в описании книги 1946 года говориться ещё и о цветных иллюстрациях — но никакого цвета там внутри нет — точно сбой!

В общем,  пришлось срочно искать и покупать раннего "Онегина". Издание 1936 года в Детгизе почему-то редкое (как-нибудь потом доберусь до него). Выбор пал на издание 1937 года. Повезло — на Алибе было недорогое предложение за 300 рублей (+ доставка 150 рублей, увы!). И, видимо, на этот раз не прогадал — книга 1937 года оказалась изящным томиком. И даже более того — из серии, которую я окрестил "ленинградской юбилейной" (1936-1937). Это неофициально: единого оформления нет — у книг  переплёты разного цвета и разные узоры на переплётах .


Общее у этой серии — формат, авантитул с надписью "Александр Пушкин. 1837-1937" и веночком. Ну и то, что переплёты тисненные — тоже общее.



В моей коллекции серия складывалась стихийно — два томика были приобретены давно и не производили впечатления серийности, потом, после большого перерыва, в течение последнего года почти случайно были куплены ещё две книги — и уже стало понятно, что это серия. И вот в последний месяц — сразу два томика: "Онегин" и "Драмы" с рисунками Александры Якобсон. "Драмы" уже целенаправленно искал — для пополнения серии. Теперь "ленинградская юбилейная" почти сформирована — осталась только одна книжка: "Поэмы" с рисунками Самохвалова. Но вот её пока нет нигде. Буду искать и надеяться.




Вот тот самый "Онегин" 1937 года. На Фантлабе книга не представлена.


Добавления к библиографии. Тираж 20.300 экз. Цена 5 руб. 50 коп. (4,25 + 1,25 за переплёт).

Библиография уверяет, что в этом издании 17 иллюстраций. Но в основном это мелкие картинки на шмуцтитулах к главам, часто пейзажного типа.


Титул: Пушкин и Онегин

I глава: Летний сад

II глава: Деревня

VIII глава:Бал

Страничных иллюстраций — только 6. Не каждая глава снабжена большой картинкой (в I и VII главе нет страничных иллюстраций). Это нормально для "ленинградской юбилейной" серии — она проиллюстрированна очень сдержано.




Сравним иллюстрации из изданий 1937 и 1946 гг.

Прежде всего, в этих изданиях использована разная техника. В 1937 году — автолитографии (сам художник наносил зеркальный рисунок на литографский "камень", с которого после многих процедур печатался офорт). Если в довоенной книге тираж не очень большой, а картинки на отдельных листах (оборотная сторона без текста), то есть шанс, что такие картинки напечатаны напрямую с камня — тогда, как и в ксилографии, возникает эффект объёмности. А сама книга — как будто ручной работы (крафтовая). Вот "Онегин" 1937 года именно такое ощущение даёт. В книге 1946 года карандашные блеклые рисунки воспроизводились каким-то фотомеханическим способом — это уже массовый "Онегин".

Есть сюжеты с разным решением. Вот Онегин и Ленский. В 1937 году им была посвящена одна из немногих страничных иллюстраций. А в 1946 году им досталась только заставка.


1937 год — на переднем плане

Есть сюжеты, где художник меняет композицию чуть-чуть. Вот Татьяна. Эту композицию Рудаков потом и в цветных иллюстрациях обыгрывал. То есть композиция везде одна. Но в этой сцене уже отчётливо видно, что иллюстрации 1937 года и позднейшие совсем разные — сначала Татьяна другой была. И все герои другими сначала были — пожёстче как-то.


Слева направо — 1937 и 1946

Цветной вариант 1949 года

Есть сюжеты, где композиция вроде схожа, но картинки производят совсем разное впечатление. Вот Ольга и Онегин. В 1937 году — впечатление гнетущее, на Ленского бросают высокомерные взгляды, это намеренное оскорбление. Тут всё предрешено. В 1946 году — милые дурашливые друзья дразнятся, а Ленский-дурачок шуток не понимает. Это, наверное, послевоенное восприятие штатского человека: неужели из-за этого стреляться надо?


Слева направо — 1937 и 1946


То же самое, но сначала 1946, а потом 1937

Конечно, картинки 1937 и 1946 гг. — совсем разные иллюстрации, ни о каком "расширенном варианте" здесь говорить нельзя.




Пройдёмся по заведённому порядку по ключевым точкам (в сравнении с изданием 1946 г., если будет что сравнивать).

1) Онегин

В 1937 году отдельно Рудаков портрета Онегина не давал. Но на других картинках его образ вполне вырисовывается.

2) Сон Татьяны

В 1937 году, равно как и в 1946 году, эта сцена отсутствует.

3) Дуэль

Иллюстрации 1937 года очень плотные — фигуры персонажей занимают всё место, изгибаются, чтобы не столкнуться; почти что формализм! В 1946 году — попросторнее, пореалистичнее...


1937 год

1946 год

4) Первая встреча  Онегина и Татьяны

Иллюстрация 1937 года очень хороша — одна из лучших к этой сцене. Через 10 лет как-то позауряднее вышло.


1937 год

1946 год

1946 год в цвете (переплёт)

5) Финальная (прощальная) встреча


1937 год

1946 год




Ну что сказать? Видно, что конкретно у Рудакова стиль стал мягче. Но мне кажется, что это была общая тенденция (я это продолжаю относить на последствия недавно окончившейся войны). Если подумать, то и сталинские высотки по стилю мягче, чем конструктивизм. Но мягкий вариант разрабатывали, как всегда, мастера. Эпигоны позднее довели стиль до приторности и провинциальной театральности.

А конкретно по "Онегину" — мне вариант 1937 года больше понравился. Довоенный Рудаков — выдающийся график-иллюстратор!


Страницы:  1 [2] 3  4  5  6  7  8  9 ... 23  24  25




  Подписка

RSS-подписка на авторскую колонку

Количество подписчиков: 207

⇑ Наверх