Данная рубрика посвящена всем наиболее важным и интересным отечественным и зарубежным новостям, касающимся любых аспектов (в т.ч. в культуре, науке и социуме) фантастики и фантастической литературы, а также ее авторов и читателей.
Здесь ежедневно вы сможете находить свежую и актуальную информацию о встречах, конвентах, номинациях, премиях и наградах, фэндоме; о новых книгах и проектах; о каких-либо подробностях жизни и творчества писателей, издателей, художников, критиков, переводчиков — которые так или иначе связаны с научной фантастикой, фэнтези, хоррором и магическим реализмом; о юбилейных датах, радостных и печальных событиях.
Воспоминания Э. Гамильтона собраны и опубликованы Полом Уолкером (Paul Walker) на основе его беседы с писателем в 1975 г. (Luna Monthly, 1975, № 60)
Первые мои рассказы были действительно посвящены уничтожению Земли, которое обычно прерывалось в самый последний момент. Я считаю, что это шло от глубокой неудовлетворённости миром. Я учился в колледже, когда был слишком молод для этого, я не был хорошо приспособлен... После великолепного детства у меня была чуток несчастливая юность. Думаю, я компенсировал это фантазиями, в которых желал видеть, как всё рушится. Должен добавить, что я с глубоким недоверием отношусь к дешёвым и легким психологическим объяснениям, но я верю, что это правда.
☆ ☆ ☆
Очень трудно оглянуться на 50 с лишним лет назад и правдиво рассказать о том, как я начинал свою жизнь в маленьком академическом колледже, и почему я отдалился от академической жизни. Разум рисует правдоподобную схему событий, которые, возможно, на самом деле происходили совсем не так.
С наградой "Зал славы Первого фэндома", 1967 г.
Во-первых, я отдалился из-за разницы в возрасте между мной и другими студентами. Фактически мне было 14 лет, когда я поступил в колледж... но 21 октября 1919 года мне исполнилось 15. Я рад сказать, что у меня появились друзья, меня пригласили вступить в один из общественных клубов, который заменял братство в нашем колледже. Но всё же разница ощущалась.
Думаю, именно разница в возрасте стала одной из главных причин, почему я не очень хорошо учился. Но ещё я не очень любил академическую жизнь. Я с радостью променял атмосферу книг, бумаг и вежливости на работу на железной дороге... Порывистые, грубоватые, привлекательные люди, с которыми я работал, нравились мне куда больше профессоров.
Однако я уверен, что не моё увлечение научной фантастикой и миром воображения отдалило меня от колледжа. Это увлечение было у меня ещё до поступления в колледж, я поддерживал его, но оно оставалось чем-то отдельным от занятий и учёбы. Кажется, я выражаюсь не вполне ясно. Я уверен, что моя одержимость воображаемыми сценами и перспективами не оттолкнула меня от формального образования. Напротив, многие идеи, которые я потом использовал в рассказах, я почерпнул тогда на уроках физики.
☆ ☆ ☆
Когда я поступил в колледж мой интерес к науке привёл меня к специализации по физике, поскольку я был фанатичным любителем беспроводной телеграфии (тогда мы ещё не использовали слово "радио"). Поэтому я решил, что хочу стать инженером-электриком.
В те времена меня гораздо больше интересовала литература, чем наука. Однако довольно жёсткая логика физической науки, несомненно, была полезна для моего блуждающего ума.
...об Абрахаме Меррите и его влиянии на меня. Оно было глубочайшим. Я не особенно старался подражать Мерриту, хотя несколько раз мне это удавалось. Больше всего я подражал Гомеру Эону Флинту, писавшему для журналов "Манси" такие всемирные эпопеи, как "Планетянин" (The Planeteer) и т.д. Любой, кто заглянет в эти рассказы, ясно увидит мой долг перед Флинтом, который я всегда признавал.
Э. Гамильтон с супругой Ли Брэкетт
Но именно Меррит был тем писателем, который вдохновил меня, если можно так выразиться. Его считают писателем фэнтези, но на самом деле, за исключением нескольких фэнтезийных рассказов, он был настоящим писателем НФ, и чертовски хорошим. В 1919-1920 годах он использовал в рассказе изложение Эддингтоном теории Эйнштейна! Он был моим идолом... и когда я встретил его в более поздние годы, я был рад обнаружить, что он – не идол на глиняных ногах, а очень замечательный человек. Я думаю, что сейчас его рассказы так же великолепны, как и прежде, и хочу отметить, что они останутся в печати навсегда.
В своих письмах Меррит давал мне хорошие советы. Он ставил под сомнение необходимость полётов на другие планеты, когда что-то с таким же успехом может произойти в отдаленном уголке Земли. Он советовал мне не читать слишком много научной фантастики, а читать научную литературу и позволять своему воображению играть с прочитанным.
Э. Гамильтон рассматривает награду "Зал славы Первого фэндома"
Я не знаю, сколько лет было Мерриту, когда я впервые встретил его в июне 1937 года... но он был точь-в-точь как ваш любимый дядя. Он был очень общительным и обладал сухим чувством юмора. В течение нескольких лет он переписывался со мной и с Джеком Уильямсоном и приглашал нас приехать к нему, когда мы будем в Нью-Йорке. Мы так и сделали, с немалым трепетом и благоговением отправившись в офис "Американ Уикли", редактором которого был Меррит. Его приветствие не могло быть более дружелюбным, и мы втроем сидели в маленьком кабинете, где он жевал табак, плевал в открытое окно и говорил о фантастике, писателях-фантастах и так далее и тому подобное в течение нескольких часов. Что мне в нём понравилось? Всё... Широкое заявление. Но особенно то искреннее дружелюбие, которое он испытывал к нам и ко всем, кто занимался фантастикой.
Со своим старым другом Дж. Уильямсоном
Если вы хотите узнать больше о Меррите, есть книга, в которой содержится много информации о нём. Это книга "Ничего святого в воскресенье" Эмиля К. Шурмахера (Thomas Y. Crowell Co., 1951) [Nothing's Sacred on Sunday by Emile C. Schurmacher]. Шурмахер был репортером "Американ Уикли" и написал свою книгу о том, как быть таким репортером. Он боготворил Меррита как редактора... О фантастике Меррита и его высочайшей репутации как писателя-фантаста Шурмахер знал немного и посвятил этому всего 4 двойных страницы. Но Меррит как редактор и как человек был его темой. Эта чёртова книга сейчас в дефиците, но в вашей публичной библиотеке может быть экземпляр.
☆ ☆ ☆
Л. Спрэг де Камп и Э. Гамильтон
Я пытался вспомнить, какую литературу я читал, когда только начинал писать, и, насколько я могу припомнить, моё чтение можно охарактеризовать как всеядное. Надо отметить, что во многих случаях я читал то, что было мне не по зубам, у меня был интерес, но не достаточное понимание.
С середины и по конец двадцатых годов я проработал всех основных елизаветинских драматургов. Всех, кроме Шекспира. Какое-то кислое воспоминание об обязательном изучении Шекспира в школе породило во мне предубеждение против него. Но однажды, летом 1930 года, я решил прочитать то, чего раньше избегал... Я прочитал Шекспира от первой пьесы до последней, в хронологическом порядке. Я хорошо помню, что именно при чтении «Кориолана» я впервые ощутил его величие. Тем же летом я прочитал «Смерть Артура» («Mort d'Artur») Мэлори и «Мемуары» Казановы в оригинале на французском языке, таким образом научив себя читать по-французски. Я и сейчас могу свободно на нём читать. Но если вышеприведенный список, в который я включил сэра Томаса Брауна и Роберта Бертона, кажется слишком высокопарным, чтобы быть правдоподобным, будьте уверены, что в тот же период я прочитал все виды триллеров.
Терри Карр, Лестер дель Рэй и Э. Гамильтон
Какие научные книги оказали на меня наибольшее влияние в прежние времена, и какие сюжетные идеи я почерпнул из них? Попробую вспомнить некоторые из них. Книги «Вселенная вокруг нас» Джинса и «Природа физического мира» Эддингтона в целом оказали решающее влияние на мои знания в области астрономии. Но больше всего идей для сюжетов я почерпнул из «Науки жизни» Герберта Уэллса и Джулиана Хаксли, которая была большой популяризацией биологии.
В школе я не изучал биологию, а сосредоточился на физических науках. Поэтому эта прекрасная книга стала для меня откровением и большим стимулом. Особенно раздел, посвященный генетике... Из него я почерпнул идеи для «Эволюции доктора Полларда», «Деволюции» и «Проклятой галактики». Я упоминаю эти три истории, поскольку совсем недавно узнал от Айзека Азимова, что он хочет использовать их в своей научно-фантастической антологии «До золотого века». Рассказ 1934 года «Мастер генов» тоже родился из этой работы.
Э. Гамильтон со своим агентом Джулиусом Шварцем
Из «Мировой машины» Карла Снайдера, истории астрономической науки, написанной в 1910 году (приблизительно), блестящей работы своего времени, пришла идея «Эфемеров». Из книги «Мученичество человека» Уинвуда Рида, великолепной истории цивилизации свободомыслящих викторианцев, я почерпнул идею, которую использовал во многих рассказах... идею о том, что когда-нибудь в будущем, когда человек распространит свою расу на множество миров, Земля станет священной планетой, которую будут посещать паломники со всей Вселенной. Какая идея для викторианского писателя! Я использовал эту идею в «Забытом мире» и нескольких других рассказах.
Все вышесказанное должно дать вам представление о том, как я использовал мысли из научных книг для создания историй.
Похоже, весело проходили у них "коны". На фото: Ллойд Эшбах, Е.Е. "Док" Смит, Ли Брэкетт и Э. Гамильтон
☆ ☆ ☆
Что касается моего интереса к науке и отношения к ней нас, первых писателей-фантастов, то вы, как мне кажется, прояснили для меня одну загадочную вещь о многих современных писателях... отсутствие у них интереса к науке. Это объясняет для меня загадку, почему многие из них не имеют ни малейшего интереса к космической программе и её великим достижениям. На мой взгляд, фантастика без научного элемента ничего не стоит. Я считаю, что молодые писатели относятся к рассказам не как к чему-то, чья тема их страстно волнует, например, возможности науки, а как к упражнениям по английской литературе. Я думаю, что без истинной страсти к тому, о чём пишешь, даже если ваша писанина будет сырой и примитивной, нельзя быть по-настоящему счастливым в писательстве. Это лишь моё мнение.
Сразу понятно, кто герои вечера: Ли Брэкетт и Э. Гамильтон
☆ ☆ ☆
Как я работал? Я просто садился и писал как сумасшедший... Никаких заметок или набросков я не делал. Вначале я переписывал каждую историю, а потом в течение нескольких лет писал один черновой вариант, посылая к чёрту переписывание. Конечно, на это повлиял и тот факт, что мне мало платили за эти истории. Со временем я стал работать более тщательно.
Супруги
☆ ☆ ☆
О планировании моих ранних историй, или не планировании их... Наверное, я создал у вас неверное впечатление, если вы подумали, что я не планировал те ранние рассказы. На самом деле, в течение многих лет я строго планировал каждый рассказ, а более длинные истории – в виде синопсиса по главам. В более поздние годы я перестал это делать. Полагаю, к тому времени я был достаточно уверен, что не собьюсь с пути, а смогу развивать сюжет естественно, по ходу дела. Прошло много времени с тех пор, как я набрасывал сюжет заранее. Я просто начинаю историю, и пусть подсознание развивает её. Однако одно оставалось неизменным... У меня всегда была слабость к желанию знать, какой будет последняя строчка рассказа. Потому что это именно то место, в котором ты оставляешь читателя, то последнее впечатление, которое ты хочешь произвести рассказом.
Так и представляется, как Э. Гамильтон в своей речи говорит: "Я получил эту награду только благодаря поддержке моей жены". И Ли Брэкетт скромно уставилась на свои руки
О сегодняшних рынках, о том, как изменился рынок фантастики, и считаю ли я, что вся эпоха pulp была пустой тратой времени? Нет, я так не думаю... Конечно, вопрос чисто умозрительный, и пока мы не сможем вернуться в альтернативное время и сделать всё по-другому, он не имеет большого значения. Однако мне кажется, что в последнее время слишком много криков о том, что фантастику загнали в гетто и отдалили от мейнстрима. Я думаю, это полная чушь. Причина, по которой мы, писатели, пишущие в стиле pulp, не попали в мейнстрим, заключалась в том, что мы не были достаточно хорошими писателями для мейнстрима. Те из нас, кто был достаточно хорош... Боб Хайнлайн, Рэй Брэдбери и ещё несколько человек, были приняты мейнстримными рынками. В эпоху целлюлозы, как мне кажется, большинство из нас, создававших фантастику, не столько писали истории, сколько создавали мифы, причём в огромных масштабах. Это того стоило, но это совсем другое дело, чем писать профессиональные истории для мейнстрима.
И в доказательство своих слов Э. Гамильтон подвинул награду поближе к супруге
Под "созданием мифов" я просто подразумеваю многие наши ранние рассказы научной фантастики, когда мы не могли или не умели построить настоящую историю, но писали несколько невнятные произведения о грандиозных и поразительных событиях, уничтожении миров, спасении миров, чудовищных вторжениях и т.д. В моем случае, во многих из них почти полностью отсутствовало то, что можно назвать человеческой историей.
Что я думаю о быстром, высокопроизводительном способе работы, который мы, старые писатели pulp, использовали? Я не могу говорить за других, но для меня это был лучший в мире способ работы. Возможно, я был бы более отточенным писателем, если бы работал более неторопливо, но, возможно, я был бы тем самым сороконожкой, которая не знала, какую ногу поднять первой.
Рынок так изменился, стал гораздо более требовательным, что этот высокопроизводительный метод, вероятно, сейчас вообще не сработает. Это было тяжело для спины, ужасно тяжело для глаз и нервной системы, но было что-то опьяняющее в том, чтобы выдать историю на-гора и чёрт с ними, с правками.
Одна из самых ужасных историй, которые я когда-либо писал, была "Извне Вселенной", дикая история о войне трех галактик. Я написал её в 1928 году, более 50 000 слов в первом черновике. Я использовал очень маленькую портативную пишущую машинку на большом плоском столе, доставшемся по наследству. В процессе написания этих бешеных космических битв, мои сильные удары по клавишам заставляли маленькую пишущую машинку двигаться по всему столу, и я вставал и следовал за ней в своём горящем энтузиазме. Неудивительно, что я перешёл на пишущую машинку IBM... я всегда слишком сильно колотил. Ужасная вещь, говорю я теперь об этом рассказе... но А. Меррит любил её, так он заявлял в печати в Weird Tales, и пытался убедить своих издателей, Horace Liveright, напечатать её в виде книги. Всего несколько дней назад я получил из Editions Opta во Франции оплату за новый французский перевод той старой истории... оплата в три раза больше, чем я получил первоначально от журнала Weird Tales!
Я давно перестал писать так быстро. Правда, я сделал исключение для серии "Капитан Будущее". Поначалу за них не очень-то платили. Поэтому я писал их в черновом варианте, по главе в день, отводя 2 дня на первую главу, которая сложнее. Позже, когда они повысили оплату, я стал делать два черновика, и качество написания историй улучшилось.
Нет смысла, однако, давать совет кому-то писать на высокой скорости, потому что, как я уже сказал, рынок так изменился, что вы больше не сможете продать такие быстро написанные вещи.
Я должен пояснить, ссылаясь на своё заявление о серии «Капитан Будущее», что у меня не было практики торопиться с написанием рассказов, которые не принесли бы хорошей прибыли. Я всегда считал, что писатель должен делать каждую историю как можно лучше, даже если за неё заплатят пуговицами. Но я пытался зарабатывать на жизнь, сочиняя научную фантастику, и когда меня попросили взяться за работу над "Капитаном Будущим", я был вынужден уточнить, что до тех пор, пока они не смогут платить больше за эти истории, мне придется писать их как можно быстрее. Они согласились, и первые несколько из них были написаны с огромной скоростью... хотя я составил схему фона для историй, которой придерживался тщательно. Но я никогда не считал, что нужно быстро писать рассказ только потому, что он был непритязательным.
☆ ☆ ☆
Я познакомился с Ли Брекетт летом 1940 года. Мы с Джеком Уильямсоном поехали в Беверли-Хиллз к Джулиусу Шварцу и Морту Вайзингеру, который в то время был редактором журнала Standard Magazines. Джули Шварц был моим агентом, и он также был агентом Ли, и пока мы были там, Ли зашла к Джули, и он нас познакомил. Я видел её несколько раз тем летом. Следующим летом в 1941 году, мы с Джули поехали в Лос-Анджелес и провели там лето, арендовав бунгало в одном из дворов. По вечерам к нам приходила довольно большая компания людей из мира научной фантастики. Брэдбери в те дни продавал газеты на углу улицы, а Генри Каттнер, Арт Барнс и многие другие заходили к нам. Ли иногда приходила к нам днём, и мы с ней познакомились поближе. Затем, когда осенью я вернулся в Пенсильванию, я потерял её из виду на все годы, что шла войны. Летом 1946 года я вернулся в Калифорнию, и Ли с Рэем Брэдбери встретили меня в баре отеля "Рузвельт" в Голливуде и приветствовали моё возвращение на побережье. Я сразу же влюбился в неё и до сих пор не перестаю любить!
Была во времена советской Руси народная забава: раз в десятилетку собраться, посмотреть, как там в очередной раз загнивает закордонная фантастика и написать сочинение на тему. Насколько мне известно первыми на этом славном поприще отметились сотрудники журнала "Техника — молодежи", еще в 1948 году опубликовавшие статью со звучным названием "В мире бредовой фантастики". Прочитать ее можно, например, здесь. Мы же с вами сегодня проделаем то, чего не делал никто раньше: разберем на части разместившийся на соседней со статьей странице журнала чудесный коллаж за авторством Льва Смехова, призванный наглядно проиллюстрировать всю степень грехопадения западных коллег:
Осторожно, под катом будет очень много картинок! Я предупредил
Disclaimer: несмотря на то, что это лучший скан из имеющихся, во многих местах видна заблюренность изображения. Вероятно, связано это не с качеством сканирования, а с качеством самой печати. Тем не менее, если кому-нибудь удастся добыть более качественное изображение, я с удовольствием заменю все фрагменты.
UPD: огромнейшее спасибо Александру (batod), который добрался до областной библиотеки и заново отсканировал весь разворот. Благодаря его усилиям все фрагменты изображения заменены на более качественные.
Начать нам проще всего будет с разложенных перед читателем журналов. Стартанем с крайнего правого и будем двигаться против часовой стрелки.
Итак. Крайний правый разворот перепутать сложно — хотя б потому, что на нем большими буквами написано сакраментальное "Treasure on Thunder Moon". Все верно, это заглавная иллюстрация к повести "Сокровище Громовой Луны" Эдмонда Гамильтона (что иронично, 8 лет спустя опубликованной именно в ТМ). Просто посмотрите, с какой тщательностью воспроизведены детали оригинального изображения! Художник Малкольм Смит. Позже именно он рисовал обложку и внутренние иллюстрации к "Звездным королям".
Amazing Stories, апрель 1942, с. 198-199
Присмотревшись к обложке того номера, мы обнаружим, что на ней запечатлен один из центральных элементов коллажа — робот, держащий вывеску (бутылки колы недостает, мы найдем ее позже). Это иллюстрация к последней повести Отто Биндера про робота, Адама Линка, художник — Роберт Фукуа.
Amazing Stories, апрель 1942
Про Адама стоит рассказать отдельно. Первый рассказ про него, "I, robot", опубликованный в 1939 году, произвел небольшой фурор среди тогдашних любителей фантастики. Вот что писал по этому поводу Айзек Азимов:
цитата
[Рассказ] определенно привлек мое внимание. Через два месяца после прочтения я начал "Робби", историю про симпатичного робота, с которой и началась вся серия про позитронных роботов. Одиннадцать лет спустя, когда девять историй из серии были собраны под одной обложкой, издатель, несмотря на мои возражения, назвал сборник "Я, робот". Ныне моя книга более знаменита, но история Отто была первой.
В последующих рассказах Адам сменил массу профессий, обзавелся женой (угадайте, как ее зовут :) и, под занавес, спас человечество от захватчиков с Сириуса. Совсем неплохо для робота без позитронного мозга!
Идем дальше. В том же номере печатался очередной рассказ Фестуса Прагнелла про приключения Дона Харгривза на Марсе и около, "Devil Birds of Deimos": только Дон собрался справить с Принцессой медовый месяц, как все пошло не по плану из-за аппарата эволюции. На иллюстрации (автор — снова Фукуа) изображена сцена с теми самыми "дьявольскими птицами". И одна из них — явно наш клиент, перекочевала вместе с подопечным в когтях (он, на самом деле, с соседней страницы). Как и Марс.
Amazing Stories, апрель 1942, с. 168-169
Смотрим следующий журнал. Вернее, торчащий между двумя другими журналами небольшой кусок с грустным дракончиком. В оригинале он какой угодно, только не грустный — еще бы, он жаждет полакомиться главным героем рассказа "Doom Over Venus" Гамильтона (да и вообще, это не дракон, а огнедышащий червь). Иллюстрация на обложке авторства Говарда В. Брауна живописует одну из "грез" секретного агента Кларка Стэнтона. История разворачивается в мире Капитана Фьючера через несколько сотен лет после событий "Сокровища Громовой Луны" (и да, там снова встречается левиум!).
Thrilling Wonder Stories, февраль 1940
Пару следующих обложек пока пропустим (обязательно вернемся к ним позже), перейдем к Amazing. Здесь даже гадать не приходится, благодаря надписи Shaver Mystery. "Сцена в пещерах" кисти Роберта Гибсона Джонса предваряет номер, целиком и полностью посвященный одной из самых потрясающих мистификаций в истории фантастики.
Amazing Stories, июнь 1947
Началось все с того, что в 1943 году никому тогда неизвестный Ричард Шейвер написал в редакцию Amazing Stories письмо с описанием некоего открытого им прото-языка, предка всех остальных. В этом языке у каждого звука есть свой скрытый смысл и, применив некий набор правил к любому слову из любого языка, можно вычленить его скрытое значение. Редактор журнала, Рэймонд Палмер, опробовал предложенный метод и, посчитав, что в этом что-то есть, спросил у Шейвера, откуда у него такая информация. Тот в ответ прислал длиннющщее письмо, содержание которого сводилось примерно к следующему: когда-то давно на Земле существовала сверхпродвинутая цивилизация, понастроившая городов в пещерах и улетевшая затем на другую планету. На Земле остались потомки этих древних, в большинстве своем деградировавшие садисты, которые не только периодически похищают людей, но и — с помощью оставшейся техники — внушают населению зловредные мысли, которые и приводят к войнам, катастрофам и прочим мелким неприятностям. Палмер дописал текст до размеров романа и опубликовал его под названием "I Remember Lemuria" в номере за март 1945. Выпуск разошелся как жареные пирожки, что явно требовало продолжения банкета. В течение трех лет Шейвер продолжал исправно поставлять в Amazing отборный контент, в ответ получая буквально тысячи писем, читатели которых подтверждали, что все рассказанное — чистая правда и они тоже слышат у себя в голове голоса подземных обитателей. В общем, разразилась настоящая истерия. Многие фэны, долгие годы исправно покупавшие журнал, были возмущены подобным положением дел и начали требовать от Палмера прекратить публикацию псевдонаучной ерунды, именуемой Shaver Mystery (говорят, поучаствовал даже совсем юный в ту пору Харлан Эллисон). В 1948 Палмеру пришлось пойти на уступки, но не фэнам, а издателям, почуявшим, что продажи стали проседать. Но сама "шейвериана" никуда не делась: когда Палмер, живо интересовавшийся НЛО и прочими оккультными явлениями, ушел из Amazing и основал собственный журнал, первым делом туда перекочевали именно рассказы про подземных обитателей. Надо заметить, что Ричард, похоже, и сам верил во все, что писал. Гораздо позже, уже в 70-х, Палмер признался, что 8 лет, якобы проведенных Шейвером в тех самых пещерах, он, на самом деле, пролежал в психлечебнице. Подозреваю (но не могу доказать), что легкость, с которой люди с неустойчивой психикой купились на эту мистификацию, была одной из путеводных нитей к рождению дианетики Л. Рона Хаббарда: настойчиво убеждай людей в самой отъявленной чуши — и рано или поздно кто-нибудь да поверит.
Ладно, идем дальше. Пару фрагментов той обложки Смехов изобразил отдельно:
Amazing Stories, июнь 1947
Amazing Stories, июнь 1947
Полистав номер, можно найти и "толстяка", сидящего справа. Правда, по частям. Тело взято из иллюстрации к "Formula from the Underworld" (художник Энох Шарп), голова — из масштабного полотна (его рисовали целых три художника: Фукуа, Джулиан С. Крупа и Малкольм Смит), служащего иллюстрацией к "The Red Legion". Оба произведения, разумеется, авторства Шейвера и изображают тех самых подземных обитателей ("Дерос" в терминологии автора).
Amazing Stories, июнь 1947, с. 10-11Amazing Stories, июнь 1947, с. 90-91
Похожих один-в-один на обложку соседнего Astounding нет: характерная "блямба" под название присутствовала с мая 1940 по ноябрь 1941 (причем никогда не была черной), но там нет похожих. Самый вероятный кандидат — номер за декабрь 1939-го, на обложке которого иллюстрация к "Этюду в алых тонах" Альфреда Элтона Ван Вогта, художник Гилмор. Рассказ настолько похож отдельными деталями на фильм "Чужой", что Ван Вогт даже подал в суд на создателей киноленты, но проиграл. Позже история вошла в состав романа "Путешествие на космическом корабле "Бигль"". Справа — пример с "блямбой", на обложке иллюстрация к "Приходу ночи" Азимова, художник Хьюберт Роджерс.
Опознать следующий журнал нелегко, но возможно. Это Thrilling Wonder Stories за январь 1941, на обложке которого иллюстрация к "The Crystal Invaders" Джозефа Милларда авторства Габриэля Майорги.
Thrilling Wonder Stories, январь 1941
Фрагмент внутренней иллюстрации к этому же рассказу попал на коллаж отдельно. Художник М. Марчиони.
Thrilling Wonder Stories, январь 1941, с. 78
Идем дальше. Раскрытый слева журнал отличается детализацией прорисовки, отчетливо видна и надпись. Это разворот с началом рассказа "No Man's World" Генри Каттнера, художник неизвестен. Обратите внимание, видна даже выделяющаяся заглавная G на странице справа.
Thrilling Wonder Stories, август 1940, с. 42-43
Любопытна и обложка: на иллюстрации Говарда В. Брауна к этому же рассказу можно разглядеть инопланетянина, отчасти похожего на того, что через пол-листа простер руку с бластером: те же глаза, уши и тонкие ноги, прикрытые "килтом" (спасибо swgold за подсказку!). Оставшееся можно найти на обложке чуть более позднего номера, за апрель 1941: у стреляющего инопланетянина те же лицо, бластер и пр. Это иллюстрация к "Who Was Thomas Morrow?" Роберта Мура Уильямса, художник Эрл Берги.
Thrilling Wonder Stories, август 1940Thrilling Wonder Stories, апрель 1941
А вот луч из пистолета второго инопланетянина куда-то пропал. А, нет, он, с потерей цвета, перекочевал в другую часть коллажа:
Выглядит подобное "излучение" довольно странно, но, вообще-то, такие же разноцветные кольца были и на других обложках. Вот, к примеру, выпуск Captain Future, читатели которого из раза в раз ругались, что в романах никакими цветными кольцами бластер не стреляет. Похоже, придумал эту концепцию как раз-таки Берги, он автор обеих обложек.
Captain Future, весна 1940
На странице 10 того же номера Thrilling разместился блок рекламы: помимо журналов, головное издательство выпускало еще и комиксы. Нижняя обложка — от того самого журнала, что лежит под правой рукой читателя (художник — Макс Плейстед). Скорее всего, самого комикса у Смехова под рукой не было и срисовывал он как раз с рекламы.
Thrilling Wonder Stories, август 1940, с. 10Exciting Comics, июль 1940
Еще интереснее обложки выше. На той, что посередине, красуется Капитан Фьючер. Но не тот, про которого писал Эдмонд Гамильтон, а другой персонаж. Здесь его зовут Эндрю Брайант — ученый, после очередного эксперимента получивший сверхчеловеческую силу и способность летать и, разумеется, начавший бороться с преступностью.
Верхняя обложка посвящена Доктору Стрэнджу. Не тому, к которому все привыкли, а из Золотого Века Комиксов. Зовут его Хьюго Стрейндж, он, как и Фьючер, ученый и тоже обрел способности в результате экспериментов. В общем, здорово быть ученым в начале 40-х.
Startling Comics, июнь 1940Thrilling Comics, июль 1940
Еще одна реклама есть, например, внизу страницы 59. Это бутылка колы, с которой, очевидно, и срисована бутылка в котомке у робота. В перерисованном виде выглядит, конечно, немного иначе, но зато сохранены даже завитушки в названии.
Thrilling Wonder Stories, август 1940, с. 23
С журналами закончили, поищем остальные кусочки нашей мозаики. Странные машины справа — из Amazing, иллюстрация к "The Sea People" Шейвера, художники — Фукуа и Магарян.
Amazing Stories, август 1946, с. 8-9
На страницах 46-47 того же номера можно обнаружить еще один фрагмент — "лупоглазика" в колбе. Правда, без колбы. Это иллюстрация к "Маршу меркуриан" Дона Уилкокса, художник Нед Хэдли. Колбу тоже можно найти, но в совсем другом журнале — Astounding за май 1944. Это иллюстрация к "Cuckoo" Питера Шуйлера Миллера, художник Артур Уильямс.
Amazing Stories, август 1946, с. 46-47Astounding Science Fiction, май 1944, с. 88
А на задней стороне обложки можно найти и те самые космические корабли, что между ног робота. Эта обложка — часть замечательного проекта Amazing Stories, посвященного иллюстрации чужих миров — как Солнечной системы, так и других звезд (немного прочитать про это можно в колонке Сергея Соболева: 1, 2, 3, 4). В данном случае изображена одна из планет Альтаира в представлении Фрэнка Р. Пауля. Обратите внимание на дискообразную форму кораблей — и это еще до истерии по летающим тарелкам, начавшейся с "крушения" в Розуэлле годом позже. Даже как-то неудивительно, что Палмер со временем переключился на журналы, посвященные тематике НЛО.
Amazing Stories, август 1946, задняя обложка
Статуя свободы — это иллюстрация к "Magic City" Нельсона Бонда, художник снова Хьюберт Роджерс.
Вся композиция "чудик, тянущий руки к читателю" очень похожа на комбинацию двух изображений: к "Грабителям" Фредерика Белкнапа Лонга (художник Артур Уильямс) и к "Captain Stinky" Уильяма П. Макгиверна (художник Джулиан С. Крупа). Композиция и глаза чудика взяты из Astounding, сам чудик из Amazing (выглядывает из-за барной стойки).
Astounding Science Fiction, март 1945, с. 56Amazing Stories, июнь 1942, с. 168-169
Последующие догадки, к сожалению, из области спекуляции.
От самого левого Amazing видно только название и полосатое нечто, которое может быть чем угодно, от надписи до рисунка. Но лично мое мнение — это американский флаг с обложки номера за август 1943. Уже знакомый нам Фукуа иллюстрировал тогда рассказ "A Patriot Never Dies" Рэймонда Палмера (под псевдонимом, разумеется).
Amazing Stories, август 1943
Еще меньший кусок журнала затесался между разворотом с рассказом Каттнера и номером Thrilling. Поначалу у меня была мысль, что это может быть истребитель с обложки номера за июль 1940 (художник — снова Фукуа, иллюстрировал другой рассказ Палмера "When the Gods Make War"; публикация была под псевдонимом A. R. Steber, увлекательная история которого достойна отдельной статьи). Но с появлением качественного скана стало очевидно, что фрагмент все же больше похож на условную птицу.
Amazing Stories, июль 1940
Страница журнала, который читатель держит в правой руке, — возможно, внутренняя иллюстрация к "Adam Link Saves the World" (иллюстратор — кто бы вы думали? — Фукуа). Если это действительно так, выходит, один журнал представлен два раза. Еще из вариантов — обложка Amazing за сентябрь 1941: те же концентрические кольца; да и вообще обложка красивая, не удержался.
Amazing Stories, апрель 1942, с. 32-33Amazing Stories, сентябрь 1941
Найти однозначно исходник стрелка справа от ноги робота сложно, поскольку количество вариантов зашкаливает. Выберите любого по вкусу:
Thrilling Wonder Stories, январь 1941, с. 78Amazing Stories, июль 1939, с. 52
Amazing Stories, октябрь 1939, с. 39Amazing Stories, октябрь 1940Amazing Stories, июнь 1942, с. 211
Amazing Stories, август 1942, с. 110Thrilling Wonder Stories, апрель 1941, с. 85Amazing Stories, декабрь 1942, с. 64
Опознать девушку слева от ноги робота еще сложнее. Ничего похожего один-в-один я не нашел, но вот несколько возможных прототипов:
Amazing Stories, декабрь 1941, с. 62
Amazing Stories, октябрь 1940, с. 107Amazing Stories, июль 1939, с. 108
Пляшущие индейцы — возможно, из колонки "научных загадок" номера за октябрь 1946. Автором традиционно была Люсиль Тейлор Хансен, антрополог, публиковавшаяся под мужским псевдонимом. Автор иллюстрации — да, вы угадали, Роберт Фукуа.
Amazing Stories, октябрь 1946, с. 158
Наконец, некоторые фрагменты коллажа остались неопознанными:
Если у вас получится найти первоисточники — смело присылайте, я с удовольствием добавлю с указанием авторства догадки.
Подведем краткие итоги. Леонид Смехов здорово постарался, умудрившись уместить три с половиной десятка изображений авторства примерно двадцати художников в один-единственный коллаж. Кажется, никто в дальнейшем повторить подобное даже не пытался.
На этом наш сегодняшний экскурс завершен. Надеюсь, вам понравилось
В копилку плагиатанеявной дани уважения: иллюстрация в Astounding Science-Fiction за февраль 1940 года vs плакат к "Аэлите".
Иллюстрация к рассказу "High-Frequency War" Харла Винсента, с. 108. Художник Чарльз ШниманПлакат (1929). Художник Израиль Боград
Чарльз Шниман (Charles Schneeman, 24.11.1912 — 01.01.1972) — американский иллюстратор. В 1933 получил степень в области искусства, с 1934 по 1941 делал иллюстрации для НФ-журналов, сначала Wonder Stories, затем Astounding. В числе прочего иллюстрировал "Легион времени" Джека Уильямсона и "Серый Ленсмен" Э. Э. "Дока" Смита. После войны практически отошел от фантастики, работая по большей части на ежедневные газеты, в Нью-Йорке, затем в Денвере и, наконец, в Лос-Анджелесе. Под конец жизни переехал с семьей в Пасадену, где участвовал со своими работами в выставках художественных музеев. Ныне его бумаги, зарисовки и пр. хранятся в University of California, Davis: полная опись, статья c примерами работ.
Израиль Боград (1899 — 07.06.1938) — советский плакатист. Окончил художественную школу в Ростове-на-Дону, с 1924 рисовал кино- и рекламные плакаты, с 1925 участвовал в выставках. В 1938 арестован и в июне того же года расстрелян. В 1957 реабилитирован. Примеры работ.
Рассказ Нормана Найта. Предыдущий рассказ автора, "Saurian Valedictory" (про дочеловеческую цивилизацию рептилий), очень ценили Эдмонд Гамильтон с супругой
Л. Рон Хаббард все еще не выдает свою фантастику за что-то иное