Данная рубрика посвящена всем наиболее важным и интересным отечественным и зарубежным новостям, касающимся любых аспектов (в т.ч. в культуре, науке и социуме) фантастики и фантастической литературы, а также ее авторов и читателей.
Здесь ежедневно вы сможете находить свежую и актуальную информацию о встречах, конвентах, номинациях, премиях и наградах, фэндоме; о новых книгах и проектах; о каких-либо подробностях жизни и творчества писателей, издателей, художников, критиков, переводчиков — которые так или иначе связаны с научной фантастикой, фэнтези, хоррором и магическим реализмом; о юбилейных датах, радостных и печальных событиях.
Позавчера Светослав Славчев стал 25-м болгарским автором, открытым на сайте. И 20-м болгарским автором, составленным мной. Своеобразный юбилей.
Некоторых приходилось делать с нуля, некоторых дорабатывать, так библио Вежинова начинал делать Claviceps P.
Интерес к Болгарии возник у меня ещё в дошкольном возрасте, после знакомства с книгой Ирины Токмаковой "Синие горы, золотые равнины", этот сборник очерков о Болгарии для детей меня по-настоящему увлёк: с таким восторгом рассказывала писательница о габровских шутках, о болгарской кухне, истории Болгарии, о болгарском языке, похожем и не похожем на русский, языке со многими "ложными друзьями переводчика". Уже в школьные годы у меня появилась возможность читать много книг, изданных в соцстранах. Не все были на русском языке и некоторые приходилось только листать. Выделялись роскошные издания из ГДР, Чехословакии, Югославии. Венгерский нон-фикшн мог похвалиться не только хорошей полиграфией, но и смелостью тем (для того времени), например, венгры издавали книги о полузапретной в СССР рок-музыке. Помню, сильно удивили меня карикатуры на Хрущёва и Кастро в перепечатанном венграми французском издании. Да и вообще — многое в Восточной Европе отличалось от Советского Союза. Я уж не говорю о движении FKK ( нудизма) в ГДР.
Болгарские книги, во всяком случае, те, что попадали мне в руки, в плане полиграфии чаще всего уступали соседям. Бледная печать, размытые фото, иногда — рыхлая бумага. Но среди изданных в Болгарии на русском книг встречались очень интересные тексты, здесь тоже было на чём остановить внимание. В том числе — в фантастике. Очень мне понравились "Звёздные приключения Нуми и Ники"(1980/1983) Любена Дилова, увлекательная детская (точнее — подростковая) фантастика о космических путешествиях и первой любви. На всю жизнь я запомнил название живого корабля — Малогалоталотим ( или просто — Мало). Библиография Дилова стала одной из первых открытых мной на Фантлабе.
"Остров Тамбукту" (1957) Марко Марчевского начинался увлекательно — приключения на море и на острове среди дикарей в лучших традициях приключенцев 19 века, но потом всё скатилось в пропаганду, роман я читал уже в перестройку и он показался устаревшим. И из фантастики здесь — незначительное криптоисторическое допущение. Без демонстративного подчёркивания нравственного преимущества социализма роман просто не был бы опубликован — об этом я узнал уже позже, когда готовил Марчевского для сайта. В конце 40-х — начале 50-х новые социалистические власти Болгарии начали борьбу с "буржуазными" жанрами в литературе — приключениями, фантастикой, детективом. Приключенческая литература почти полностью сузилась до книг о болгарских партизанах. Разрешалось так же то, что публиковалось в СССР. Зато пометка "перевод с русского" чаще всего автоматически становилась для произведения своеобразным цензорским разрешением. Этим часто пользовались в Болгарии и позже: в 60-х многие классики англо-американской фантастики публиковались с русских переводов. Во всяком случае, так сообщалось в примечании. Марчевский сделал большое дело — восстановил доброе имя классических приключений в глазах новых литературных властей. Признанный писатель, коммунист, автор канонической книги о мальчике-партизане, когда он написал о приключениях на острове, то и для других это вскоре стало можно. Но, конечно, чтобы опубликовать роман, пришлось наполнить его социальными рассуждениями, подтвердить полезность приключенческой литературы для молодёжи социалистической страны. При составлении библио Марчевского я перечитал "Остров Тамбукту" — и не без интереса, понравилось даже больше, чем в юности.
Павел Вежинов вернул болгарскому читателю фантастику, так же, как Марчевский — приключения. Болгарская фантастика первоначально старательно копировала советскую (и не всегда — лучшие образцы). Но Вежинов был самобытным автором. Встречаются люди, которые не любят фантастику, они отказывают Вежинова в звании "фантаст" и настойчиво причисляют его к некой "большой литературе". Но если даже "антифантастам" Вежинов приглянулся, то это говорит о мастерстве автора. Философская повесть Вежинова "Барьер" (1976) оставила сильные эмоции. Потом уже прочитал я другие его вещи. "Белый ящер" (1976), к примеру. Тоже сильная повесть. Странно, что такие произведения — с элементами эротики и хоррора — пропускали в социалистической стране.
Роман Хаима Оливера"Энерган-22" вышел в Союзе в легендарной "мировской" серии "Зарубежная фантастика". Впечатления неоднозначные. Мощное, по-хорошему киношное, начало: ближайшее будущее, мрачная антиутопия, диктатура на фоне экологической катастрофы, атмосфера классического нуара... но опять вторая половина книги откровенно проседает. Но в общем — скорее, понравилось.
Не фантастика, но нежно любимая болгарская книжечка, выдержавшая несколько изданий на русском — "Габровские анекдоты" с прекрасными рисунками-карикатурами Бориса Димовски.
Писатель Никола Кесаровски придумал "пятый закон роботехники" — "Робот должен знать, что он робот". Из-за нарушения этого закона в рассказе "Пятый закон роботехники" произошло необычное убийство: обнимая человека, робот не знавший о своей силе, сломал несчастному позвоночный столб. Первоначально сюжет реализован в форме комикса в 1980 году.
Цончо Родев — основоположник болгарской подводной археологии и его фантастические рассказы тоже связаны с морем и археологией
Недялка Михова — профессиональный учёный-философ, профессор, её произведения вроде бы должны претендовать на философскую глубину, но я читал только один рассказ Миховой и, честно говоря, он мне не понравился. Хотя было бы интересно подробнее ознакомиться с творчеством писательницы.
Антон Донев, юморист и любитель фантастики, автор многих фантастических юмористических миниатюр, иногда — забавных, иногда — не очень.
У популярнейшего в 70-80-х гг. среди болгарских подростков "приключенца" (приключения нередко сочетались с фантастикой) Петра Бобева читал я в детстве фантастико-приключенческий роман "Опалы Нефертити". Но совершенно ничего не могу вспомнить об этой книге. На русский Бобева переводили очень мало.
Особенно мне полюбились болгарские комиксы. В СССР комиксов было мало, а в Болгарии существовал даже полностью посвящённый комиксам журнал "Дъга". У "Дыги" полиграфическое исполнение было вполне хорошим, формат — большой. Выглядел журнал круто. Темы — приключения, фантастика. С журналом в качестве сценаристов сотрудничали фантасты Дилов (комикс "Звёздные приключения Нуми и Фрики"), Славчев (несколько комиксов по мотивам своих произведений), Никола Кесаровски (комикс "Пятый закон роботехники"). Публиковались комиксы по "Девочке с Земли" Булычёва, по "Хоббиту" и "Властелину колец" Д. Р. Р. Толкина, "Острову Сокровищ" Р. Л. Стивенсона, по мотивам популярного и в СССР романа поляка Шклярского "Томек на тропе войны", по книгам «В пустыне и джунглях» («Стас и Нели») Г. Сенкевича, «Моя жизнь среди индейцев» Д. У. Шульца. Даже с "Хоббитом" я впервые познакомился на болгарском и в виде комикса!
Разумеется, в "Дъге" были свои оригинальные сюжеты, не связанные с известными книгами — особенно прославились фантастический боевик "ЭЛО: Экипаж по ликвидации опасности" (говорят, в 90-х провинциальное издательство выпустило ставший библиографической редкостью комикс о "ЭЛО" на русском) и "Чоко и Боко", аист и лягушонок, близкие родственники наших Волка и Зайца, герои серии мультфильмов и комиксов. Большинство сценариев комиксов о Чоко и Боко написал Йосиф Перец, юморист, автор фантастических рассказов, сценарист болгарского фантастико-сюрреалистического полнометражного мультфильма «Планета сокровищ» — сюжетно это "Остров сокровищ» Р. Л. Стивенсона, перенесённый в космос.
Библиография Переца тоже открыта на сайте.
Среди художников, работавших в "Дыге" выделю Петра Станимирова — от приключенческих подростковых комиксов в 90-х он перешёл к оформлению книг Стивена Кинга и сейчас является одним из самых известных хоррор-художников Восточной Европы.
СтанимировСтанимиров
СтанимировСтанимиров
В 21 веке в Болгарии начал активно развиваться хоррор — открыты библиографии писателей Адриана Лазаровски, Ивана Атанасова, Сибина Майналовски. Очень много для развития местной литературы хоррора сделал писатель, рок-журналист, специализировавшийся на тяжёлой музыке, переводчик с русского и английского Адриан Лазаровски. Лазаровски переводил на болгарский Хармса, Лавкрафта, Кинга, сказки Постникова о Карандаше и Самоделкине и сам написал сказку "Карандаш и Самоделкин в Болгарии". Мне довелось немного общаться в Лазаровски в сети, он был интересным, вежливым собеседником. К сожалению, писатель несколько лет назад погиб в автокатастрофе. В его честь создан клуб писателей хоррора LAZARUS.
Также открыты библиографии Светозара Златарова, Ивана Мариновски (рассказы его не читал, но знаком с его комиксами, он был сценаристом графических произведений), Васила Райкова (рассказ "Профессор Корнелиус возвращается" не впечатлил), писателя и выдающегося исследователя фантастики Атанаса Славова, Янчо Чолакова и классика-нефантаста Христо Ботева. Мои коллеги подготовили библио Агопа Мелконяна, Эмила Манова, Димитра Пеева, Христо Поштакова, Николая Хайтова.
ЛазаровскиРодевПерец
Работы ещё много. Не полностью охвачены даже все наиболее значимые фантасты Болгарии. Хотелось бы видеть на сайте патриарха национальной литературы, автора первого болгарского фантастического рассказа Ивана Вазова, Светослава Минкова и Елина Пелина, В. Люцкановой, Л. Николова-Нарви, А. Наковского, В. Настрадиновой...
Повесть (магреализм) "Баллада о Георге Хениге" (1987) Виктора Паскова — одно из лучших произведений среди, прочитанных мной за последние несколько лет. Паскова тоже обязательно надо открыть. Цитирую отрывок из своего отзыва на повесть:
цитата
На мой взгляд, «Баллада о Георге Хениге» — одно из самых ярких произведений 80-х, и не только в болгарской, но и в мировой литературе.
Возвышенное и земное. Вечная борьба этих двух стихий. Многие писали об этой борьбе. Но так, как написал Пасков — эмоционально, вовлекая в переживания читателя, доведя противостояние вечного и сиюминутного до предела, удалось сделать это очень немногим. Книга читается на удивление легко и увлекательно, несмотря на то, что текст насыщен серьёзными философскими и этическими вопросами.
Рассказчик вспоминает своё детство. 50-е годы 20 века. Семья жила в беспросветной бедности, хотя глава семейства Марин был талантливым музыкантом. Такими же бедняками были и соседи по дому, несчастливыми по-своему. Но в жизни мальчика-рассказчика присутствует настоящее чудо, состоявшееся благодаря дружбе с живущим неподалёку Георгом Хенигом. Георг Хениг — скрипичный мастер в третьем поколении, мастер гениальный, приехавший в начале века в Болгарию из Чехии, чтобы учить местных мастеров. Всё сложилось не так, как он ожидал — ученики его предали, жена умерла, знакомые забыли. Брошенный всеми больной старик умирает от голода в чудовищной нищете в маленькой комнате, на которую уже положили глаз бдительные соседи. Семья Марина начинает заботиться о старике. Понимая, что времени осталось немного, Хениг приступает к своему последнему и главному творению — он хочет сделать скрипку для Бога. Мир, созданный за шесть дней, получился так себе, а скрипка для Бога делается долго и тщательно из специальной древесины, десятилетиями впитывающей звуки и ветер. Есть только одна трудность: прежде чем работать над скрипкой мастер всегда изучал своего клиента, подбирал дерево и делал скрипку по характеру заказчика, но каков Бог, он не знает...
В сюжете выделяются две основные линии — почти мистическая работа мастера над скрипкой и яростная работа отца рассказчика, трубача-виртуоза, над буфетом, заветной мечтой его жены, недоступной бедной семье. Измученный нищетой, разочаровавшийся в жизни трубач, пытаясь доказать право на существование в сугубо материальном, бездуховном мире, собирает вещь, которая должна для него, слишком долго стремившегося к высоким идеалам, стать индульгенцией перед женой, перед обществом.
Есть ли в книге фантастические элементы?
А как же разговоры с тенями умерших, разговоры с деревом для скрипки? Человек рациональный скажет, что всё это плод фантазий фанатично влюблённого в своё дело старика и впечатлительного мальчика, но ведь здесь есть и самое настоящее, самое обыкновенное чудо — мастерство гения, отрешившегося от всего, страдавшего, как библейский праведник, ради шедевра. Я склонен считать, что это магический реализм. Не в духе латиноамериканской школы, выросшей на «Педро Парамо», это болгарский магреализм, идущий по дороге, проложенной Вежиновым.
При прочтении книги возник список из несколько близких по духу произведений. Печальные размышления о человеке, как о не самом совершенном божьем создании напомнили восхитительную новеллу Маргерит Юрсенар «Грусть Корнелиуса Берга» , а мысли о творчестве — «Альтиста Данилова» Орлова.
После Войны новые социалистические государства Европы, испытывавшие сильное идеологическое влияние СССР, перестраивали своё отношение к печатной продукции. Резко увеличилась доля публикаций советских авторов. Печатать советских писателей было даже проще — если уж они опубликованы в Советском Союзе, то никаких вопросов у цензоров, как правило, не возникало. Кстати, принцип "если напечатано в СССР, то полностью допустимо к печати" помогал, например, публикации западных классиков фантастики в Болгарии — там просто переводили с русских изданий и после этого публикации сразу давался "зелёный свет". Разумеется, начала своё движение на Запад и советская фантастика. У многих восточноевропейских стран уже существовали традиции выпуска комиксов и, хотя в конце 40-х — начале 50-х к классическим комиксам в странах социализма относились с неодобрением, но уже после "оттепели" комикс стал возвращать утраченные позиции. Слияние восточноевропейского комикса и советской фантастики стало неизбежным.
Изображения кликабельны.
Одна из самых крутых комикс-держав Восточной Европы — Венгрия — и в годы социализма производила немалое количество комиксов, которые с удовольствием печатались в журналах ГДР и Польши, стран, что и сами могли похвастаться серьёзными традициями в этой области. Один из главных мастеров венгерского комикса Эрнё Зорад (Zórád Ernő) по мотивам романа Владимира Обручева "Плутония" в 1954 году создал классическую работу Utazás Plutóniába. Именно "Путешествие в Плутонию", реалистичные "объемные" иллюстрации принесли Зораду первую славу. В описаниях доисторических животных, как мне показалось, заметно влияние Буриана. Да и кто из художников, рисовавших динозавров, не испытал его влияния. В 1983 году "Плутония" переиздана отдельной книгой.
В 1977 году Эрнё Зорад адаптировал под названием Az időspirál для журнала Füles роман "Спираль времени" Георгия Мартынова, отдельным изданием комикс вышел в 1983.
Болгарские комиксы не имели такой богатой истории, хотя, конечно, уже до Войны здесь существовала комикс-культура, а в начале 40-х выходило несколько специализированных изданий. Новая власть относилась к фантастике и к комиксам с подозрением и первый, насколько мне известно, фантастический комикс социалистической Болгарии вышел в 1959 году. Это "Мъглявината на Андромеда", адаптация части романа "Туманности Андромеды" Ивана Ефремова, который незадолго до этого был опубликован в СССР. Текст Михаила Лыкатника, художники Иван Гонгалов и С. Искренова. Комикс печатался в пионерской газете "Септемврийче" с марта по май в 16 выпусках. История, перенасыщенная текстом, рассказывает о приключениях в "мире мрака". В эпилоге из пары абзацев в конце последнего эпизода проясняются дальнейшие события и анонсируется скорый выход романа на болгарском языке.
В 1963 году в "культовом" болгарском научно-популярном журнале "Космос" (аналоге нашей "Науки и жизни") почти на протяжении всего года публиковался комикс "Гриада" на основе скандально известного романа советского писателя Александра Колпакова. Впрочем, тогда роман ещё не был скандальным, обвинения в плагиате и "гриадный крокодил" случились в 1964. Художником комикса выступил всё тот же Гонгалов. Графика в этом комиксе простовата, поверхностна, но отличается своеобразным юмором. За последнее время комикс дважды переиздавался в Болгарии в рамках антологий для любителей "ретро".
В поисках вдохновения болгарские комиксисты обращались не только к советским фантастическим бестселлерам, но и к менее известным произведениям. Так в 80-х подготовлены комиксы по рассказу начинающего тогда Евгения Дрозда "Коробка с логисторами" (рассказ публиковался в "Юном технике") и по повести узбекского фантаста Ходжиакбара Шайхова "Загадка Рене". К тому времени Болгария уже имела стремительно развивающуюся комикс-индустрию и крутейший цветной журнал подростковых комиксов "Дъга". Но комиксы опубликованы вновь в газете "Септемврийче" в чёрно-белом исполнении. Авторы и того и другого комикса — "Кутийка логистори" (1986) по рассказу Дрозда и "Загадъчната планета Рене" (1987) по произведению Шайхова — Георги Кирилов и Николай Михайлов (художник).
А вот в "Дъге" с 1985 по 1992 год вышло 19 выпусков комикса «Момиченцето от Земята» («Девочка с Земли») Румена Чаушева (художник) и Тодора Гергиева (сценарий). По произведениям Кира Булычёва об Алисе, как несложно догадаться. Точнее — по мотивам повестей "Девочка, с которой ничего не случится" и "Путешествие Алисы". Но в в 1992 году "Дъга" приказала долго жить в связи с переменами в общественной жизни Болгарии — на издание дорогого журнала просто не хватало денег, да ещё и приходилось выдерживать конкуренцию с другими комикс-журналами, появившимися на рынке. Собственно, история об Алисе подходила к концу — оставалось пересказать последние четыре главы, но прервалась она на победе над Весельчаком У и лже-Верховцевым. Хотя художник полностью закончил комикс и к печати готовились, если не ошибаюсь, ещё три эпизода. Чаушев до сих пор называет комикс об Алисе своей любимой работой.
Комиксисты ГДР охотно адаптировали сказки советских писателей — Волкова, Носова, Чуковского, Алексея Толстого, комиксы о Буратино существовали в нескольких вариантах. К советской фантастике немцы обращались реже. Тем не менее в 70-х в восточногерманских периодике появились комиксы "Projekt M 2118" (1970-1971, текст Р. Рудольфа, рисунки Р. Флигера) по "Стране багровых туч" братьев Стругацких и "Aelita" ("Аэлита", 1973) по роману А. Толстого (текст и рисунки Дитриха Панша). "Projekt M 2118" ( в примечании к комиксу написано, что он "создан по книге "Атомная Голконда") — это всё же не слишком динамичная история в картинках, а вот "Аэлита" с брутальной графикой выглядит поинтереснее.