облако тэгов
Каждый месяц Алекс Громов рассказывает о 12 книгах
Я слишком хорошо знал, что творится там, внутри.
И слишком хорошо видел, как крепко мы влипли.
А на орбите звездолет, только нас не заберет.
Очень не вовремя я вспомнил, что путь домой закрыт. Моя третья вахта за двадцать световых лет от Земли подходит к концу, но вряд ли завершится».
Олег Дивов. Чужая Земля
…Недалекое будущее. Люди уже приступили к освоению окрестностей Солнечной системы, вплоть до ближайших звезд.
Вот тут и возникают неудобные вопросы – насколько применимы в практическом смысле благородство, искренность и даже простодушие? Обычно-то пользы от них в сложных и хитроумных делах немного. Но если стоишь между профессиональными хитрованами и теми, кто помнит всё, что знали предки, а собеседника видит насквозь, то и такое может пригодиться. Можно договориться честно? Казалось бы, чего проще, но на Земле далеко не все на это согласны. И вот уже над новым миром нависает прямая угроза войны на уничтожение.
«Собственно, последствия неудачного визита делегации ООН мы разгребаем до сих пор. На Земле вокруг «Зэ-два» стремительно развился политический кризис, быстро зашедший в тупик. Если по-простому: никто не знает, как разрешить конфликт интересов великих держав, чтобы все выглядело прилично и земляне не поубивали друг друга на фиг из-за инопланетных папуасов, которых нельзя просто взять и поубивать на фиг, потому что все должно выглядеть прилично.
Единственное, что понятно мировому сообществу, – отчего русские стоят за папуасов горой и всячески рекламируют, настраивая в их пользу рядовых землян: это Хитрый План. Коварство русских общеизвестно.
Увы, немногие знают коварство Министерства внеземных операций…»
У Эрадала задергалась щека.
— Вы сможете сделать это? Вы в состоянии действовать в соответствии с древним соглашением?
— Я могу дать вам свое слово, — сказал он наконец. – Однако сейчас мое слово немногого стоит».
Грег Киз. Настоящая королева
Она объявилась в монастыре, где проходила обучение искусству Темной Леди. И вернувшись, она заинтересовалась политикой, к которой ранее была равнодушна. Возможно, причинной стали попытки покушения на ее собственную жизнь. Настала пора королеве вернуть свой законный трон, собрав армию.
Но против выступает Святая Церковь. И один из ее иерархов обвиняет служителя церкви в том, что тот достичь успеха в реализации поставленных перед ним целей: «Ты не смог помешать Уильяму объявить дочь наследницей. Ты обещал исправить свою ошибку и снова потерпел поражение. Одна из дочерей не только жива, она в настоящий момент занимает трон Кротении. Одно это может стоить тебе жизни, Хесперо. Ты не сумел ускорить прохождение священных путей темными лордами в Королевском лесу.
Более того… — он протер лоб рукавом своего одеяния. — … более того, мой предшественник, твой дорогой друг Луцио, доверил тебе стрелу Айтаса, чтобы ты убил Тернового Короля. И тут ты тоже оказался не на высоте, и теперь у нас нет стрелы».
Энни Отважная совершает военные рейды, утверждая, что просто сидеть на троне – скучно. В ответ на чужие ловушки она выстраивает собственные. Начинается священная война, пробуждается древнее зло и разворачиваются магические схватки.
«Как ты уже знаешь, будущего можно избежать, если ты способна его предвидеть. Однако оно имеет определенное направление и инерцию. Когда Адская руна увидела, что твоя армия изменила направление движения, и ты поняла, что она это знает, ты могла поступить по-разному. Могла свернуть куда-то в сторону, или вообще остановиться, или взять с собой несколько тысяч солдат – или поступить так, как это произошло в реальности: попытаться воспользоваться ситуацией и устроить ловушку для вражеской армии.
Адская руна увидела все эти возможности, но они выглядели неясными – и лишь одна предстала перед ней очень четко. В свою очередь, возможные варианты – отбросить прежний план, послать больше людей и так далее – станут еще больше непредвиденными, во-первых, из-за того, что у тебя есть выбор из дюжины вариантов, во-вторых, из-за того, что его собственные реакции не очевидны».
Не от баловства праздного, а по потребности. Надеюсь я, что в час трудный пригодятся мои заметки, уберегут кого от беды.
Минуло немало лет, пройдено немало верст, а все каждый раз, как достаю я свои заметки, встает все ясно перед очами, будто вчера было. Молод я был тогда, полон сил и веры в правое свое дело. Силы теперь, конечно, поубавилось, да и годы давят валуном неподъемным. Только веры, как и прежде, во мне вдосталь.
Сии заметки составлены были мной, юным ведуном Нежданом, в годы странствий моих по землям Руси Сказочной. По поручению старших из Ведающих должен был отправиться я в дорогу, дабы нести людям и нелюдям добро и правду. Много лет я, как и прочие мои други, постигал таинства знаний по старым, помнящим еще руки древних, манускриптам. До последней лучины вглядывался я в мудрость веков с тусклых страниц, дабы после идти в мир, нести знания о том, как жить в согласии Были и Небыли. Где оберег подсказать, совет аль борение».
Tony Sart. Нечисть. Ведун
Сборник небольших рассказов отечественного автора, художника, что нашло свой отпечаток в оформлении книги, тексты которой в основном стилизованы под былички. Как отмечено в самом начале, отправлялись ведуны из капища Ведающих в путь-дорогу, и лишь некоторым удалось вернуться и стать старцами, Ведающими, которые и обучали следующие поколения ладить с нечистью да с людьми.
Собственно, именно накопленные Ведающими знания и являются главной силой основного персонажа в его приключениях, потому что он сам вовсе не является суперменом, и поэтому ему приходиться думать, как помогать людям, попавшим в беду в мире, где помимо людей есть другие нечеловеческие существа.
В данном случае – это славянское, а не европейское фэнтези с рыцарями, дамами и королями. Главный герой – молодой ведун Неждан — передвигается по миру, оказываясь в разных ситуациях. Особых хитросплетений нет, коротко и призрачно, часть описанного относиться к разным местам и разным «сказочным» (по современному мнению) существам. Некоторые из текстов (завершающий -«Нечисть. Дурак») – по-своему неплохи и даже заставляют поверить в возможность подобного бытия. Когда-то и где-то. Главное – не сюжет, а сама атмосфера.
«Впрочем, одного взгляда хватило, дабы понять, что здесь утро далеко не доброе. Да и когда в последний раз оно было таким — одним пращурам известно. Идя по головному пролету, я оглядывал людей, выбиравшихся из домов. Хмурые серые лица. Не сонные, когда стоит лишь окатить себя свежей водой из колодца — и разом сбивается дрема, а именно серые. Безучастные, обреченные. Приметил я, что нет привычного гомона детворы, шумных перебранок да сплетен баб у колодцев, окриков мужиков, выгоняющих скот, иль лая собак.
Лишь хмурые лица.
Перебросятся по-соседски еле слышно короткой фразой — и вновь глаза в землю. На меня даже не смотрели, что было особо странно. Новый человек в селе всегда событие, а уж ведун и подавно. Частенько случалось, что стоит нашему брату забрести в какое село, так и ребятня сбегается посмотреть на диковинного человека, который с Небылью слад находит, и бабье да мужички торопятся: кто на кикимору грешит за кислое молоко, кому овинника угомонить надо, чтоб девок за зады не щупал.
Как-никак и подмога с нечистью всегда, да и событие, дабы рассеять череду однообразных трудовых дней, полных забот. Оттого я встревожился сразу. Неладно тут было, ох неладно».
Возможно, какие-то миссии прилетали сюда миллионы или миллиарды лет назад, но, не обнаружив здесь нужной структуры, вернулись назад или основали в Млечном Пути собственный анклав. Не исключено, что их потомки, превосходя Согласие на миллиарды лет в развитии, до сих пор живут наблюдателями, ожидая своего часа.
Никто ведь не знает, что происходит с расой, эволюция которой протекает столь длительный срок…».
Майк Манс. Юная раса
Вторая книга из научно-фантастического цикла «Согласие» описывает то, что происходит как на Земле, так и за ее пределами. Начавшийся контакт с инопланетянами – это вовсе открывшееся миллиардам людей на планете (которым про союз с инопланетянами пока еще ничего не знают) светлое будущее, а наоборот – возрастание всевозможных рисков. Самый важный из них – насколько Согласие, с которым Земля подписала договор, способно их защитить от могучего внешнего врага? Того самого, активность которого Согласие уже беспокоит. Ест ли сила, способная противостоять Согласию? Или действительно верна теория Волкова, одного из земных лидеров, о том, что само Согласие возникало много раз, после чего разрушалось противостоящей ему могущественной Несогласной расой? Что делать представителям земных спецслужб, если подозревают, что среди них – «крот», агент Несогласных, готовых убивать тех, кто будет мешать его деятельности?
В романе детально описана одна из планет Согласия, деятельность ее центра координации, в котором работали и представители других рас, в основном – ученые и военные специалисты. И тут-то посетившие центр земляне посетили этаж, отвечавший за зонды дальней разведки Кен-Шо и обмен данных с другими расам. Но на подробной карте Согласия и окрестных районов было видно, как мала зона контроля Согласия по сравнению со звездными далями. Так не был полностью заселен рукав Ориона, и было неизвестно, кто обитает в центре галактики. Сколько еще неизвестных тому же Согласию рас существует во Вселенной? И какие они? Какие могут быть с ними отношения?
«…ваша система находится на самом краю Согласия. Мы к вам – ближайшая раса, — начал Вол-Си. – Соответственно, для нас это — фронтир. Есть ещё несколько рас, за которыми ведется наблюдение, как в своё время за вами, но не Кен-Шо, а другими.
С точки зрения рисков, именно здесь наиболее вероятны нападения. С единичными кораблями справился бы даже зонд, который патрулировал систему тысячи лет. Как и справлялся вполне успешно.
Мой корабль способен противостоять большому флоту, в десятки или сотни кораблей, в зависимости от уровня их технического оснащения. Но если вдруг мы столкнёмся с массовым вторжением, в тысячи или десятки тысяч кораблей, то придётся привлекать помощь.
Моя задача отслеживать возмущения ти-поля и прогнозировать движения таких флотов. Прямой мониторинг осуществляется на пятьдесят световых лет, а прогнозирование с помощью разбросанных зондов увеличивает область примерно в три раза. Находясь здесь, у вас в гостях, мы расширяем безопасную зону Согласия».
Конечно, никто не платит на новости. Большинство людей, похоже, не интересует, правдиво ли то, что им сообщают. Так или иначе, все врут. Мы все равно ничего не в силах изменить. Зачем копаться в грязи? И так хорошо.
В любом случае, человек верит только в то, во что хочет верит».
Зои Бек. Paradise City
Чем настоящее отличается от возможного будущего? Того самого, в котором большинство людей обитают в мегаполисах, а в прилегающих к ним территориям обитают лишь немногие жители. Главная героиня Лина – журналистка-расследовательница, обитающая во Франкфурте через несколько десятков лет.
Героиня романа работает в агентстве «Галлус», названном по имени квартала, где оно было основано, и занимается проверкой сообщений, репортажей, интервью и документов из официальных источников. Иногда эти расследования вызывают скандалы, и тогда правительство начинает действовать, но чаще попытки разоблачения чужой лживости заканчиваются ничем.
Но при этом, как подчеркивает автор (кстати, не только теле- и кинорежиссер, но и переводчик и автор детективных публикаций) личность проводящих подобные расследования остается в тайне хотя бы потому, что если узнают, то будет трудно проводить другие расследования, и то, что не обходится без нападок на «правдивую прессу», чьи методы расследования и аналитики не совпадают с государственными средствами массовой информации.
В тексте описано, как она собирает информацию в одном селений, где очевидец рассказывает о нападении диких животных, но в его словах неясности, а в официальных данных все завуалировано и стало одним из пропагандистских тем правительства, не желающего тратить деньги на программы, связанные с дикими животными.
Далее в динамичном сюжете – расследование героини трагедии, которая случилась с главным редактором ее агентства, непонятным образом упавшим на рельсы перед подъезжающим поездом. В романе описываются различные методы официальных властей по управлению людьми, в том числе – используя врачебные рекомендации.
«Всю ночь проверяла подноготную сотрудников. – Эзлем отступает на шаг и тянет за собой Лину. Они стоят вблизи раскидистого куста, который наряду с другой пышной зеленью украшает больничный двор. Лина не сразу понимает, что Эзлем беспокоится о том, как бы не попасть под камеры. – Мы должны исходить из того, что секретные службы как минимум подозревают, что мы все работает на «Галлус», а скорее, знают это наверняка.
Неважно, как хорошо вы маскируетесь и каким образом попадаете в агентство. Они видят это по социальным баллам, которые в официальной статистике не так уж высоки, потому что у вас нет постоянного места работы».
Палата № 6. Безумцы в русской классике
В книге собраны рассказы знаменитых отечественных писателей – Гоголя, Чехова, Бунина, Достоевского, Гаршина, — в которых так или иначе затрагивается тема душевных болезней. Авторы по-разному описывали их признаки, как внешние проявления с точки зрения окружающих, так и ощущения самих людей, страдающих разными психическими заболеваниями. Сборник проиллюстрирован впечатляющими рисунками Ивана Иванова. Также в свет вышла первая часть серии «По ту сторону сна. Безумцы в зарубежной классике».
Одним из первых произведений русской литературы, посвященных этой проблеме, можно назвать повесть Николая Гоголя «Записки сумасшедшего». Главный герой, бедный чиновник невысокого ранга, страдает от ощущения своей ничтожности и от безнадежной влюбленности в дочь начальника. Поначалу его мучает постоянная тревога и депрессивные мысли, потом он начинает, как ему кажется, понимать, о чем говорят собачки богатых дам. Тут автор использовал углубляющееся помешательство героя как один из приемов сатиры: в разговорах собачек саркастически пародируются беседы их хозяек.
Но в итоге несчастный чиновник окончательно теряет связь с реальностью, воображает себя испанским королем и в итоге попадает в заведение для душевнобольных. Учитывая, что в те времена психиатрия находилась в зачаточном состоянии, а обращение с пациентами было совсем не гуманным, последние страницы повести преисполнены трагизма. Впрочем, часто любого человека, чье поведение или даже мнение в чем-то отличалось от общепринятых стандартов, общество могло сразу объявить ненормальным.
«В любовных делах, а особенно в женитьбе, внушение играет большую роль. Все — и товарищи, и дамы — стали уверять Беликова, что он должен жениться, что ему ничего больше не остаётся в жизни, как жениться; все мы поздравляли его, говорили с важными лицами разные пошлости, вроде того-де, что брак есть шаг серьёзный; к тому же Варенька была недурна собой, интересна, она была дочь статского советника и имела хутор, а главное, это была первая женщина, которая отнеслась к нему ласково, сердечно, — голова у него закружилась, и он решил, что ему в самом деле нужно жениться.
— Вот тут бы и отобрать у него калоши и зонтик, — проговорил Иван Иваныч.
— Представьте, это оказалось невозможным. Он поставил у себя на столе портрет Вареньки и всё ходил ко мне и говорил о Вареньке, о семейной жизни, о том, что брак есть шаг серьёзный, часто бывал у Коваленков, но образа жизни не изменил нисколько. Даже наоборот, решение жениться подействовало на него как-то болезненно, он похудел, побледнел и, казалось, ещё глубже ушёл в свой футляр».
Название «фиорд» обыкновенно связывается с представлением о холодных, голых скалах туманной Норвегии с ее снежными хлопьями и глетчерами и угрюмыми обитателями ее долин: но Нагасакский фиорд представляет собою нечто совершенно противоположное. В то время как норвежская природа производит впечатление чего-то могучего, величественного, грозного и действует на зрителя удручающим образом, в Японии она точно ласкается к темно-синим, светлым и тихим водам, тянущимся на сотни миль к центру острова Кюсю.
Всюду вы видите прекрасные группы скал, удобные для восхождения отлогие горы с роскошной растительностью, изящные и опрятные деревушки, миниатюрные садики, к которым примыкают выхоленные рисовые поля, содержащиеся в таком образцовом порядке, точно они служат своим собственникам только для забавы. Там и сям над голубой поверхностью воды вздымаются высокие, живописные скалы с пиками и вершинами, увенчанными такими же живописными соснами или высокими криптомериями; вьющиеся растения в цвету ползут вверх по желтым склонам гор и отражают ее в зеркальной глади вод. Местами из зелени выглядывает небольшой храм причудливой архитектуры и прихотливой окраски, а на некоторых скалах виднеются высокие ярко-красные пагоды. Дюжины островков разбросаны по всей бухте, и между ними скользят, красиво покачиваясь, точно лебеди, лодки с белоснежными парусами».
Эрнст фон Гессе-Вартег. Япония и японцы. Жизнь, нравы, обычаи
В новом предисловии издательства (автор С.Э. Ермаков) подробно рассказывается о самом Эрнсте Гессе-Вартеге, родившийся в Вене в 1850-х годах и прожившего необычную, яркую, на первый взгляд, но странную в смысле достоверности событий жизнь. Этот искатель приключений сумел объехать почти весь земной шар, начав свое поездки в 21 год, и через несколько лет, в 1894 г. отправился в свое первое кругосветное путешествие через Юго-Восточную Азию, посетив Индию, Сингапур, Гонконг и Китай, Корею, Японию, и рассказав об этом в этой книге. Первый перевод ее на русский язык появился в 1902 году.
Гессе-Вартеге запечатлел страну уже после начала перемен, падения сегунов и возвращения верховной власти императору, который стал перевооружать регулярную армию и развернул борьбу с самураями, которые выступали за сохранение власти знатных и могущественных родов в провинциях.
Япония начала торговлю с западными странами и США, изменившую жизнь японцев. Но в то самое время в стране бережно хранились старинные традиции и ритуалы.
Гессе-Вартег уделяет внимание японской женщине и ее непростому причудливому туалету, рассказывает о местных традициях брака, японской молодежи и современном (ну да, это было давным-давно!) японском театре и литературе. Не обойдена вниманием как японская армия и флот, так и повседневная жизнь крупных городов, в том числе — уличная жизнь в Токио. Отдельная глава посвящена Киото — древней столице Японии, другая глава – гейшам. В одной из глав автор подробно описывает императора и его двор, который ему довелось посетить.
«Я стоял пред лицом обладателя трона, на котором восседали его двадцать два его предшественника и родоначальник которых получил свою власть от самих богов!.. Нельзя сказать, чтобы император был красив, но его невзрачная наружность искупается выражением гордого достоинства и впечатлением чего-то необыкновенно величественного во всей его особе.
Из многих тысяч японцев, которых я встречал в течение нескольких месяцев моего пребывания в Японии, я не видел ни одного с такой интересной, характерной наружностью. И если принять во внимание, что император является представителем семьи, которая в продолжение двух с половиною тысяч лет не выходила из известных границ, то его можно считать японцем самого чистого типа.
Император был в мундире, похожем на форму французского артиллерийского офицера, из черного сукна, с черными же шелковыми обшивками, на правой стороне груди красовались звезда ордена Хризантемы и два небольших кавалерских креста. После того как я был представлен церемониймейстером, император обратился ко мне с несколькими вопросами, касающимися моих путешествий, особенно Кореи. Он говорил довольно тихо по-японски, и переводчик, находившийся тут же передавал мне его слова на французском языке. Мои ответы и повествования переводились ему по-японски, причем он всякий раз прерывал нетерпеливыми восклицаниями «гей, гей», т.е. «да-да» или «понимаю, понимаю».
Во все время нашей беседы император никому не смотрел в глаза; он стоял прямо и неподвижно, как статуя, и на прощанье никому не протянул руки. Поклонившись три раза, мы двинулись из зала, пятясь к дверям».
Здесь еще живы китайские рыбаки, на памяти которых пристал к этому одинокому, Богом забытому острову первый английский корабль. Это событие совершилось в 1845 г. С тех пор остров превратился в сущий рай. По северному берегу его раскинулся, в длину шести километров приблизительно, большой город, насчитывающий 300 000 жителей, а огромная гавань его, пространством в 20 кв. километров, ежегодно дает приют тысячам двадцати кораблей, общая вместимость которых достигает девяти миллионов тонн.
Ежедневно в гавань приходит до полусотни кораблей, ежедневно не меньше и уходит, направляясь во все страны Старого и Нового света, и торговый оборот этой самой маленькой из английских колоний достигает тысячи миллионов марок в год.
Находясь в Гонконге, не перестаешь удивляться и невероятным результатам деятельности осевшей здесь горсти англичан, и чуждому нам, европейцам, китайскому миру, который окружает эту горсть. С виду он как будто грозит затопить ее своими волнами, на самом же деле легко управляется и направляется этой горсточкой англичан».
Эрнст фон Гессе-Вартег. Китай и китайцы. Жизнь, нравы, обычаи
В новом предисловии издательства (автор С.Э. Ермаков) упоминается, что книги Гессе-Вартега были популярны во второй половине XIX в. и даже оказали влияние на таких знаменитых писателей, как Карл Май и Марк Твен. Это вполне понятно — Гессе-Вартег побывал в множестве мест, которые для людей того времени считались далекими и экзотичными и путевые заметки тех, кто там побывал, а затем бойко увиденное описал (и чуть присочинил) – пользовались неизменные успехом.
В наше время это теперь уже старинное описание прежнего Китая позволяет не только оценить, каким же был Китай примерно полтора века назад, но и то, как европейцы путешествовали по стране и относились к увиденном вокруг.
Поэтому неслучайно одна из глав называется «Мой первый китайский обед», а уже следующая – «Кушанья и напитки китайцев». Впрочем, Гессе-Вартег уделял внимание не только еде, но и местной экзотике, поэтому рядом с главой «Европейские колонии в Китае» есть другая – «Прогулки по китайским ремесленным кварталам», в которой описано немало разнообразного и экзотического.
Другой экзотикой является китайский императорский двор и выезд желтого паланкина самого императора, сопровождаемого многочисленной охраной. Как уверяет автор, носильщики в красно-бело-голубых одеждах не смеют во время всего пути вымолвить слова, ни плюнуть, ни кашлянуть, а посторонним людям смотреть на императорский кортеж запрещено. Конечно, упоминается Заповедный город и его великолепный парк и театральные представления.
Уделяя внимание нравам и обычаям китаянок, Гессе-Вартег обращает внимание на косы китайцев, на китайский чай и на китайский щелк. Одна из глав посвящена особенностям внутренних городов Китая, другие — окрестностям Пекина и Великой Китайской стене. Среди других тем, о которых можно узнать из книги: китайские тайные общества в Китае, китайская пресса, китайская почта и китайская армия, торжественные трапезы в честь духов и культ предков при императорском дворе.
«Кантон, как и другие города Китая, остается и поныне тем же, чем был пятьсот, тысячу и более лет назад; та же культура, те же обычаи, и нравы, и промышленность; он лишь сильно разросся, но не прогрессировал. И четыре тысячи лет назад ходила здесь подобная же монета, и то, что производилось, выделывалось здесь во времена Иисуса Христа, производится и выделывается и теперь. Все остается неизменным, на прежнем месте; ни шагу вперед, ни шагу назад. Китай не заглядывает вперед, он знает лишь настоящее, а еще лучше свое прошедшее.
Благодаря тому, что в Кантоне нет никаких так называемых достопримечательностей, наши современные «топтатели вселенной» избегают его; лишь самые храбрые из них посвящают ему самое большее день. Из сотен туристов, заглядывающих сюда ежегодно, и десять процентов не проводят здесь больше одного дня, два процента — больше двух дней. А между тем Кантон такой город, в котором в течение месяцев можно находить все новое и новое, — нигде народная жизнь не может быть увлекательнее, интереснее, достойнее внимания, диковиннее, чем здесь. Нигде нельзя глубже заглянуть в чуждую нам суть монгольского мира, который ныне обширнее кавказского, и в то же время настолько не схож с ним, что общего между ними только, кажется, и есть, что и в нем, как в нашем, люди рождаются, живут и умирают. Китай находится только на другом материке, а похоже, что на другой планете».
А.А. Хисматулин. Три текста из салджукидских провинций. Часть 2: Мухаммад ал-Хатиб. Фустат ал-‘адала фи кава‘ид ал-салтана («Шатёр справедливости в правилах султаната»)
Данная книга продолжает серию, посвященную средневековым восточным литературным памятникам и их подделкам. Причем, что особо интересно, подделки относятся к той же эпохе, а значит, и сами являются литературными памятниками. Как и почему они появлялись? Подобные тексты часто приписывались известным ученым, порой они бывали составлены из фрагментов работ мнимого автора. Таким образом, как отмечает исследователь, настоящий автор стремился подкрепить свою точку зрения в той или иной области авторитетом великого мудреца.
Весьма распространенной была и ситуация, когда текст приписывался видному государственному деятелю недавнего времени. В подобных случаях настоящий автор обычно рассчитывал отличиться перед правителем, благодаря «обнаружению в архивах» неизвестного труда выдающегося человека.
И, наконец, были такие сочинения, как рассматриваемый в данном издании «Шатер справедливости». Он был собран автором, точнее, компилятором, из чужих произведений, чтобы повысить свои шансы на получение придворной должности.
«После описания встречи первого салджукидского султана Тугрила с халифом и последующего признания Салджукидов султанами ислама автор опускает дальнейшую хронологию событий, чтобы порассуждать об Алп Арслане. Он изображает его как правителя, во времена которого никто не беспокоился о религиозных нововведенцах. Затем он кратко рассказывает о восстании исмаилитского центра в Аламуте, который набрался сил и терроризировал правителей в XII — середине XIII вв. Однако автор опускает любую конкретную ссылку на уничтожение Аламута монголами в 654/1256 г. Согласно сообщению автора, салджукидские правители после Алп Арслана ослабли в сопротивлении инакомыслию, что способствовало его новому распространению на Среднем Востоке. Однако в конце текста автор меняет тон, утверждая, что теперь всё изменится, потому что Мас‘уд б. Кай Кавус, придя к власти, решил бороться с ним. Идея автора определить место нового салджукидского султана Рума в качестве восстановителя управления, которое заслуживает доверия в сопротивлении инакомыслию и нововведениям, соответствует тенденции среди некоторых анатолийских историков XIII и XIV вв. — пытаться позиционировать Салджукидов Рума в контексте истории Великих Салджуков».
Лев Овалов. Майор Пронин
Майор Пронин стал героем анекдотов, что всегда свидетельствует о небывалой популярности книжного персонажа. По книге — он пришел в органы еще при «железном Феликсе». Был он тогда простым красноармейцем, которому обидно после ранения застрять в тылу, пока товарищи бьют белых. Какая польза в том, чтобы поселиться в особняке дамы из «бывших» и день за днем чего-то ждать?..
Вскоре он, конечно, поймет, что дело это серьезное. И за одним из недругов молодой Страны Советов, с которым он впервые там столкнется, Пронину предстоит гоняться много лет. Одна из самых ярких историй об этом – повесть «Голубой ангел». В ней сконцентрирована атмосфера довоенной советской приключенческой литературы: кругом враги, шпионы, вредители. И одновременно точно запечатлены детали повседневной жизни тогдашних людей, которые современному читателю вряд ли известны, а значит интересны сами по себе.
Да, история с похищением чертежей нового авиационного двигателя и покушениями на жизнь его конструктора (чтобы не восстановил свое изобретение) воспринимается сейчас как немножко наивная. Но это лишь один слой повествования. Вторая половина сюжета так лихо закручена, что не всякий современный блокбастер сможет с ней сравниться. Вот тогда и становится ясно, откуда взялись анекдоты о всемогущем и всепроникающем майоре Пронине…
«Все как бы притаились. Так в степи, после выстрела, прячутся в свои норы суслики. Нигде никого и ничего. То ли это ветер качнул травинку, то ли зверек на мгновение высунул свою мордочку, чтобы посмотреть, не грозит ли ему откуда-нибудь опасность… Тишина, безмолвие, неподвижность.
Каждое утро заходить в парикмахерскую, каждый вечер пить чай у Основских и ждать, ждать…
Вот почему Пронин заставлял Виктора еще в детстве решать, казалось бы, ненужные для будущей работы труднейшие головоломки и часами в морозы, в непогоду ходить по лесу на лыжах!
Что ж, эта тренировка давала себя знать, и Виктор оживленно рассказывал Анне Григорьевне, как его мать варит варенье из крыжовника, и глубокомысленно расхваливал посредственные снимки Основского».
Слегка прищуренные на долю секунды глаза могут выдавать некоторое подозрение. Чуть заметное подергивание нижней губы может сообщить о приятном удивлении или раздражении.
Программы заметят чувства, о которых вы, возможно, и сами не знаете, и используют собранную информацию, чтобы принимать решения, которые могут повлиять на ход вашей жизни. Возможно, это предопределит, какую вам будут показывать рекламу в социальных сетях, получите ли вы работу или вас осудят за совершение преступления.
В любом случае, это теория, и многие относятся к ней скептически. Действительно ли наши самые потаенные чувства настолько легко прочесть? В самом ли деле мы можем создать универсальную типологию эмоций, задав специфический набор гримас, которые соответствовали бы каждой из них?».
Книга эмоций. Под редакцией Эдгара Джерарда Хьюза. Научный редактор Дарья Ведмицкая
В этой книге собрана разнообразная достоверная информация, посвященная эмоциям и их проявлениям, на протяжении веков, с древнейших времен до наших дней. В Древней Греции была богиня раздора Эрида, которая подталкивала других богинь к соперничеству и выяснению, кто же из них лучше (яблоко Париса), что привело к Троянской войне и падению великого города. В античные времена считалось, что боги вмешиваются в жизнь людей, посылая не столько стихии и чудовищ, но насылая на людей нежелательные страсти и устремления. Далее упоминается роль эмоций в прежние времена в Европе, в том числе – в великих поэтических произведениях. Само слово «эмоция» появилось в английском языке всего три века назад. Один из европейских сатириков предложил идею «женского термометра», который измерял бы женские страсти. Далее рассказывается о том, как культ «сентиментальности» стал противовесом суровым рациональным подходам, развитию концепции вчувствования, роли теорий психологии и значения психоанализа.
Главы издания посвящены анализам масок театра Но, предыстории эмодзи, любовным чарам и противоядию от них, культурам эмоций, богам любви и вожделения, эмоциональным упражнениям и играм.
«Проекция – один из наших самых узнаваемых защитных механизмов. Когда мы не в силах выносить тяжелые чувства, такие, как зависть, или жадность, мы приписываем их другим: дворовый хулиган хочет, чтобы его жертвы испытывали страх и тревогу, потому что он сам переживает их где-то в другом месте. Будучи экс-президентом США, Дональд Трамп реагировал на критику, обвиняя своих оппонентов в том же, в чем обвиняли его они…
Проекция и перенос могут принять и куда более пугающий вид. Когда сильную личность одолевают эмоции, которые она не может преодолеть и не в силах им противостоять, этот человек может изыскать способы вывалить свои агрессивные эмоции в чужую психику. Это механизм выживания с чудовищными последствиями…»
Но наблюдения современных учёных не подтверждают давно устоявшее представление о взаимопомощи крокодила и бегунка. Рептилии не нуждаются в чистке зубов. А бегунок питается не мясом, а мухами».
Эухения Перрелла. Друзья по природе. Иллюстрации Лучиллы Тубаро
Красочное детское издание, в котором увлекательно рассказывается, какие партнерско-дружеские взаимоотношения бывают между различными животными в дикой природе. Оказывается, вдвоем легче и удобнее жить, защищаться от неприятелей и даже заботиться о своем здоровье!
В тексте рассказывается о нескольких таких парах животных, причем большинство этих пар, как рассказывает чилийский автор (при участии двух отечественных научных консультантов) — на первый взгляд кажутся немыслимыми! Зачем бегемотам, которые известны своей неуживчивостью, по-дружески относится к птицам и прощать им любое беспокойство? Оказывается, поодиночке трудно выжить и в пустыне, и в джунглях, и в море, и в бурном тропическом лесу.
Но вот не все истории, которые уже веками рассказывают об этих парах самых разных животных, как выяснили современные ученые, оказались правдой. Но тем более, юному читателю будет интересно полистать и почитать это издание и узнать много нового для себя.
«Гусеницы бабочек из семейства голубянок и муравьи очень дружны. Оказывается, крошки-муравьи защищают свою большую приятельницу, потому что обожают лакомиться капельками сладкой росы. Когда гусеница превращается в куколку, союз остаётся в силе, и кокон могут охранять целые муравьиные колонии. А вот когда бабочка выбирается из кокона, ей нужно улететь прочь как можно быстрее, потому что ее прежние защитники больше не признают такую красавицу и вполне могут напасть на нее».
