Повесть является прямым продолжением своеобразного эпилога к основному пятикнижию, «Barren», который рассказывает об обороне Тиббетс-Брука, родного села главного героя цикла, Арлена, от орд демонов во время Шарак Ка — местного аналога Тармон Гайдон. Главным героем становится Селия, Гласная Тиббетс-Брука и параллельно с основным сюжетом мы узнаем ее предысторию, которая, в основном, связана с неприятием традиционным обществом ее нетрадиционной сексуальности. Вернее будет сказать, что данная сюжетная линия оказывается в «Barren» основной, а сражение с демонами — отходит на второй план: и так уже ясно что всех победили, да и кому эти демоны нужны, когда у нас появился куда более актуальный и животрепещущий конфликт.

Изначально я думал, что «Butter Cookies and Demon Claws» происходит до начала подцикла «Nightfall», но нет, со времен событий «Barren» прошло уже 16 лет. Таки образом действие развивается или параллельно заключительному роману второй трилогии или даже после него. Демоны уже давно были побеждены и практически не беспокоят Тиббетс-Брук, и селяне предаются спокойной и размеренной жизни. Селия, к которой ранее часто относились с предубеждением, после того как возглавила оборону от демонов, пользуется всеобщим почетом и уважением. Живет со своей женой, печет легендарное печенье (и раздает его детям в обмен на свежие слухи, из-за чего владеет практически безграничной информацией о соседях) и, увы, постепенно стареет. А вот старый делец и бывший противник Селии, Раско Хог (да, свин по-английски), кажется, только молодеет, что только подогревает подозрения к нему местных. Ходят слухи, что он держит демонов в подвале и подпитывается от них энергией. А уж когда его находят убитым, да еще и со следами когтей демона на теле, подозрение становится уверенностью и Селии не остается ничего, кроме как начать расследование.

«Butter Cookies and Demon Claws» — это не просто уютное фэнтези, а уютный детектив, жанр совершенно особый. Если в классическом детективе все начинается с убийства, то в здесь во главе угла стоит чувство уюта и комфорта, наслаждение теплыми встречами с близкими, вкусной едой и спокойной атмосферой. Убийство же лишь придаёт пикантную изюминку, даёт герою (но чаще — героине) блеснуть своими способностями, либо же выступает как раздражающий фактор. Движущим мотивом персонажей уютного детектива становится не столько желание восстановить правопорядок и покарать преступника, сколько реставрация комфорта: устранение всего, что препятствует наслаждению простыми радостями. Пожалуй, жанр, еще до того как он стал мейнстримом, изобрела Макс Фрай с «Лабиринтами Ехо», но если она в более поздних произведениях стала экспериментировать, добавляя все большее количество мрачных элементов, вплоть до практически гениального газлайтинга читателя в повести «Книга огненных страниц», которая заставляет усомниться, правильно ли было понято все прочитанное ранее, то современное уютное фэнтези тяготеет к жёсткой гарантии безопасности для читателя, иногда приводящей к упрощениям и перегибам: например здесь куда чаще описываются сапфические отношения, как "менее токсичные и более безопасные для женщин" (Цири грустно ухмыляется и передаёт привет).

Вот и почти половина объема короткой, 96-страничной повести отдана под описание благоустроенной жизни Селии, а само расследование начинается только во второй половине и оказывается весьма простым. Прилагать каких-то волевых или умственных усилий не обязательно: все улики лежат на видных местах, а если какой-то информации не хватает, ей любезно поделится покойник в завещании. Да и объем текста, оставшийся после уютных посиделок никак не способствует закрученному расследованию, чего уж там греха таить. А когда убийца обнаружен, мы понимаем, что наказывать его совершенно не обязательно, ведь каждому сыщику-любителю прекрасно известно: если убитый был нехорошим человеком, а убийца — наоборот, то тем хуже для убитого. Да и нет времени расшаркиваться, там чай с печенюхами стынет.

При этом не могу не отметить, что при всех жанровых условностях повесть написана компетентно. Домашняя атмосфера, привлекательные персонажи и пасторальный колорит, вкупе с какой-никакой а интригой, делают чтение легким и приятным, пусть даже повесть лишена и толики амбициозности. Отчасти, возможно, потому что жанр уютного детектива, даже больше чем классический детектив склонен к формульности, когда атмосфера превосходит мораль, а комфорт читателя важнее катарсиса и закрученного сюжета. И эта формула, чёрт ее побери, работает — продажи не на пустом месте взялись.

Но, увы, повесть не существует в вакууме и относиться к ней можно двояко: как к самостоятельному произведению в жанре уютного фэнтези и как к части масштабного, многотомного цикла со своей стилистикой и эстетикой. За пределами цикла повесть практически не имеет ценности: персонажи, их судьбы и конфликты берут начало в прошлых книгах и без контекста лишаются львиной доли глубины, а устройство мира может показаться бессмысленным — в сжатом объеме для подробных объяснений просто не находится места.

Если выведение повести за скобки цикла ослабляет ее, то взгляд на «Butter Cookies and Demon Claws» как часть цикла, даёт куда более негативный эффект. «Война с демонами» Питера Бретта — изначально очень мрачный цикл, в котором человечество является добычей царствующих по ночам демонических орд, скрываясь лишь за ненадежными магическими барьерами, природу которых уже давно забыло. Для понимания эстетики цикла давайте посмотрим иллюстрации к грядущему коллекционному изданию (кликабельно):

Уют, безопасность и комфорт в мире, где подобные существа властвуют по ночам невозможен как класс. Однако же в новой повести мы наблюдаем совершенно иную картину, которая лучше всего подчеркивается еще одной иллюстрацией:

И эта отухюггженная по самые помидоры (если так можно выразится) картина настолько чужеродна всему, что было ранее и будет после (у нас там завершение второй трилогии на носу), что включение её только опошляет цикл.

Впрочем, цикл был опошлен гораздо раньше, о чем говорили многие читатели основного пятикнижия, а идентичность его несколько раз резко менялась в процессе написания. И здесь мы должны вернуться в самое начало, в 2008 год, когда молодой и подающий надежды автор фэнтези представлял читателям свой дебютный роман. Какую книгу он хотел написать и что он хотел сказать миру? На эти вопросы могут ответить многочисленные интервью, которые до сих пор можно найти в сети: раз, два, три.

Если обобщить приведенную в них информацию, можно прийти к выводу, что Бретт хотел написать эпическое фэнтези, где постоянный страх перед Ночью и борьба за существование стали суровой повседневностью. Страх в цикле стал центральной темой, через борьбу с ним исследуется и моральный рост персонажей, и общественное устройство. Бретт пытался отойти от классических тропов, сосредотачиваясь на повседневной жизни персонажей, а когда "избранные" в цикле все же появились их оказалось сразу два, и каждый со своей собственной философией и своим путём к тому, как человечество должно перебороть ужас ночи, при этом нельзя сказать, что какой-то из них является единственно верным.

Дебютный роман Бретта, «Меченый», получил в целом, весьма теплый приём, если не считать отдельную часть аудитории, которая жестко критиковала книги за недостаточно прогрессивный подход к описанию мира, патриархальный взгляд на женских персонажей и отсутствие разнообразия. Второй роман автора, «Копьё пустыни», в котором описана глубоко патриархальная, милитаристская и иерархическая культура Красии, только усилила нападки на автора у данной части аудитории. И, так уж получилось, что после этого цикл стал претерпевать серьезные изменения.

Уже в третьем томе, «Дневной битве», была введена ярковыраженно феминистичная линия Иневеры, возлюбленной одного из главных героев цикла, которая постепенно становится серым кардиналом Красии, затем появляются вторичные сюжетные линии, описывающие активизм в борьбе за права женщин и меньшинств в этом глубоко традиционалистском обществе. Изменилась и риторика автора, например в ответ на один из вопросов о роли женщин в цикле автор говорит следующее:

цитата

...женские персонажи должны быть изображены вдумчиво и с любовью, и что нам следует остерегаться негативных стереотипов... Я создаю всех своих персонажей, мужчин, женщин и небинарных персон, с любовью и заботой.... И многие читательницы писали мне, что высоко оценили разнообразие в моём цикле.

От строгой и выверенной концепции победы над страхом автор перешел к проблемам социальной справедливости и разнообразия, которые будоражили активную часть англоязычного фэндома.

В новом же цикле, «Nightfall», который является прямым продолжением предыдущего от лица детей главных героев, автор пошел еще дальше: мало того, что он последовал по пути Джона Гвинна и в продолжение взрослого цикла эпического фэнтези написал трилогию с ярковыраженными чертами янг-эдалта; он сделал центральным персонажем гермафродита, а темы гендерной идентичности и, например, кроссдрессинга, становятся основными. А чтобы мир цикла был благосклонен к главным героям, автор беспощадно прошелся по нему ножницами реткона, исправив в частности религиозных фундаменталистов красийцев, которые теперь куда более толерантны и терпимы.

Въедливый читатель может возразить, что автору самому решать, как развивать свой мир, и, более того, "после" далеко не всегда значит "впоследствии", поэтому смена вектора развития цикла может быть продиктована изменением мировоззрений автора, а не попыткой встроиться в текущую конъюнктуру и избежать обвинений наиболее громогласной части аудитории.

Для меня, впрочем, причины, далеко не так важны, как следствия, а они — плачевны: цикл умудрился растерять львиную долю популярности, что легко заметить глядя на динамику оценок на Гудридсе:

Меченый — 131,212 оценок рейтинг 4.25

Копьё пустыни — 91,293 оценок рейтинг 4.21

Дневная битва — 65,267 оценок рейтинг 4.20

Трон черепов — 42,496 оценок рейтинг 4.13

Королева демонов — 29,394 оценок рейтинг 4.17

Впечатляющее, почти пятикратное падение популярности! Конечно, длинные циклы всегда имеют тенденцию к снижению читаемости, но настолько катастрофическое падение можно увидеть очень редко. А у первых и наиболее критикуемых активистами романов оказался наивысший балл! И это еще одна аномалия, ведь у первых романов рейтинг как правило, ниже, чем у последующих, ведь самая нелояльная часть аудитории уже была отсечена.

Что же с новым, еще более прогрессивным циклом, да еще и написанным в популярной янг-эдалт стилистике, что, наверное, должно было дать прирост популярности?

Увы:

The Desert Prince — 5,500 оценок

The Hidden Queen — 2,143 оценок

Цикл не удержал аудиторию, а поменял её, причем новая оказалась гораздо менее многочисленной. И третий роман, который выйдет в следующем году, очевидно, продолжит тенденцию к снижению популярности. У меня в принципе есть подозрение, что он может оказаться последним в карьере автора.

Изначально Бретт оправдывал низкие продажи новой трилогии ковидными ограничениями, но в постковидную эпоху ситуация лишь усугубилась. В этом свете попытка встроить в цикл еще одно произведение модного жанра (раз уж квир и янг-эдалт буста популярности не дали) выглядит как последняя, отчаянная попытка привлечь новую аудиторию. Увы, все мы знаем, к чему приводит повторение одних и тех же действий в надежде на иной результат.

Бретт стал живым олицетворением того, что происходит, когда автор забывает об изначальной концепции цикла и пытается впихнуть в него невпихуемое, слабо заботясь о внутренней логике и изначальной задумке, а попытка привлечь новую аудиторию оборачивается потерей идентичности и неизбежным падением популярности. И даже если эти изменения были продиктованы самым искренним изменением воззрений автора, это не отменяет ответственности за художественную целостность мира. В массовой культуре это далеко не первый, но оттого не менее печальный случай. Повесть «Butter Cookies and Demon Claws» оказывается симптомом болезни всего цикла и ловушки, в которую угодил автор: вне контекста цикла она пуста, а в контексте — разрушительна. Впрочем, она вряд ли способна нанести хоть какой-то вред, ведь то, что мертво, умереть не может.

Итак, простая служанка по имени Анжи убила короля...

Именно с этого начинается роман. Убийство было рядовым: Анжи просто подобрала нож, зашла в королевскую спальню, проделала в шее монарха лишнее отверстие, после чего выбралась из замка и, запрыгнув в первую подвернувшуюся карету, покинула город. Да, динамика здесь бешеная. И это одно из главных преимуществ романа.

Что это за король, чем он так провинился и стоило ли его убивать мы узнаем позднее. Пока же факт свершился: Анжи старается убраться как можно дальше, ведь за её голову была назначена баснословная награда и ищут ее все: от королевской гвардии до охотников за головами, включая печально известный Зверинец: пятерку легендарных наёмников, носящих звериные маски, по слухам, дающие им сверхъестественные способности. И не удивительно, что неопытная служанка очень быстро попадается. Ее хватает Ястреб, мрачная фехтовальщица, которая, как мы скоро узнаем, предала свой отряд, чтобы забрать весь причитающийся гонорар себе. Начинается долгий путь назад, к королевскому замку, где Анжи ждут пытки и смерть, а Ястреб — целая гора денег.

И это, пожалуй, главная проблема романа. Герои идут. Они идут. Идут. Идут. И еще немного идут. Короткий роман кажется ужасно утомительным, особенно в своей первой половине, из-за просто-таки бесконечной ходьбы разбавленной лишь редкими встречами и стычками. И, казалось бы, что такого — вон в «Оке мира» персонажи тоже ковыляют из Эмондова Луга в Запустенье на протяжении 800 страниц — для фэнтези это вообще дело обычное (ссылка на ютуб, простите). Но проблема в том, что если у Джордана (не говоря уж о Толкине) герои путешествовали не в вакууме, а в мире с богатой и интересной историей, которую можно было увлекательно изучать вместе с персонажами, то Лейкам ничего подобного предоставить читателю не может. Мало того, что перед нами весьма стандартное фэнтези с легкими элементами гримдарка (например, местный аналог магии — это наркотик, под действием которого колдуны постепенно мутируют) и со стандартными для жанра локациями (где героям переждать бурю? конечно, в старом маяке), так еще и Анжи не знает ничего о мире, а Ястреб — молчалива, груба и не склонна делиться инфодампами. Вся надежда только на редкие встречи с другими NPC, которые, чаще всего, заканчиваются для последних плачевно — напоминаю, за Анжи идет охота, листовки с ее внешностью облетели все королевство и одинокая наёмница с пленницей тотчас привлекает внимание.

И, конечно, другие члены Зверинца тоже не отстают, ведь у них теперь двойная цель: не только получить награду, но и наказать отступницу. Поэтому с определенного момента повествование принимает структуру, напоминающую «Дьяволов» Джо Аберкромби: линейный квест по сопровождению, разделенный на этапы, каждый с боссом (одним из членов Зверинца) в конце. А, учитывая, что оба романа вышли на оригинале в один месяц — я представляю разочарование любителей фэнтези, вынужденных два раза подряд читать один и тот же сюжетный паттерн. Не удивительно, что на Гудридсе сейчас у романа весьма низкая оценка, тем более для развлекательного фэнтези, рейтинги у которого, как правило, стреляют в потолок (Кейхилл соврать не даст).

Хорошо, зацепить миром не вышло, сюжет тоже схематичен: ходьба-драка-ходьба. Но что на счет персонажей и их взаимодействия? Увы, тут Эван Лейкам и сам признаёт, что не дотягивает до стандартов Аберкромби. Анжи представляет собой смесь практически полной беспомощности, инфантильности и наглости: бойкая на язык, но совершенно не готовая к последствиям своей болтливости (как и к последствиям поступков в целом). Ее образ — прямое отражение второго достоинства романа: изображение того, что импульсивные действия, даже если они кажутся правильными, не всегда приводят к позитивным изменениям, так и убийство короля усилило религиозных радикалов, которые под шумок подмяли под себя власть и начали проводить массовые казни "неверных". В противовес ей Ястреб замкнута и молчалива. В итоге все диалоги также сводятся к нехитрому паттерну: Анжи что-то спрашивает, Ястреб велит ей заткнуться, Анжи дерзит, Ястреб даёт ей лупанцев. Некоторое время они идут молча, потом ситуация повторяется. Проблема в том, что практически до самого финала автор наводит тень на плетень и не спешит раскрывать персонажей. Почему Анжи убила короля? Почему Ястреб предала свой отряд и решила забрать добычу себе? Мы это узнаем только в самом конце, но без этой информации персонажи лишь пустые оболочки, не вызывающие практически никаких читательских эмоций. А после... о, мы об этом еще поговорим в части со спойлерами.

Но сначала давайте еще немного помыслим шаблонами. Итак, герой попадает в сложную, практически безвыходную ситуацию. Очевидно, она кажется такой лишь на первый взгляд, и на самом деле перед нами старт арки роста персонажа, который через неизбежный катарсис должен измениться и тем самым получить шанс на спасение. Прекрасно этот сюжет раскрыл Паоло Бачигалупи в своей «Наволе». При этом он избежал той ошибки, в которую с размаху угодил Лейкам: как только Анжи претерпевает внутренние изменения, логика мира сразу пасует перед ее закалившимся характером, выстилая красную дорожку из нелепых сюжетных ходов к трамплину до второго тома.

И здесь мне придется рассказать про концовку романа, потому что без разбора этого безобразия разговор о книге будет неполон.

Так-то. Только мне показалось, что книга начинает обретать голос и глубину, как автор все испортил, не только начав бесстыдно подыгрывать героине, но и наплевав на логику мира, да и мораль из вышепроцитированной цитаты вся испарилась. Как оказалось, Ястреб сама запустила спираль насилия, которая в итоге привела к смерти короля и ее резкая отповедь после раскрытия всей картины звучит несколько лицемерно. С другой стороны, именно она в итоге и помогла замкнуть круг насилия, в чем была бы некая ироничная справедливость, если бы не ожидание второго тома в котором он, очевидно, совершит новый виток.

В очередной раз настойчивая реклама несколько преувеличила реальность: автор даже и не планировал быть новым голосом фэнтези, его цели были куда менее амбициозны: классическое приключенческое фэнтези с элементами гримдарка и знакомыми сюжетными тропами. Но даже стремясь к настолько скромной цели он справился в лучшем случае на три с минусом.

1. Дэйв Хатчинсон «The Essence». Нежданно-негаданно вышел новый, внецикловый роман от автора «Осени Европы». Сюжет, впрочем, для Хатчинсона вполне узнаваемый: простой человек оказывается втянут в игру спецслужб.

---

2. Брендон Сандерсон «Tailored Realities». Сборник рассказов и повестей Сандерсона, которые не входят в мультивселенную «Космер». Часть рассказов ранее была доступна только в электронном виде, а два рассказа и крупная повесть публикуются впервые.

---

3. Антология «We Will Rise Again». Антология "революционной фантастики", кроме рассказов, собравшая под обложкой политические эссе и интервью с активистами политических движений. Блюдо весьма специфичное, но в англоязычной фантастики явление слишком заметное, чтобы игнорировать. Думаю, первейший претендент на все жанровые премии.

4. Тим Пауэрс «The Mills of the Gods». Новая историческая фантазия Пауэрса, написанная в традиционном для него стиле смешения мистики, фэнтези, криптоистории с реальными историческими фактами и персонажами.

---

5. Питер В. Бретт «Butter Cookies and Demon Claws». Новая отдельно-опубликованная повесть Питера Бретта, относящаяся к циклу «Война с демонами». Судя по аннотации, действие происходит после окончания основного пятикнижия, но до новой трилогии. Повесть — своеобразный эксперимент для автора и его попытка зайти в жанр "уютного фэнтези". Я бы сказал, что такой жанровый винегрет был бы губителен для цикла, но его это уже вряд ли испортит.

---

6. Замиль Ахтар «Death Hymns of Homara». Самостоятельный роман во вселенной цикла «Стальные боги» (действие происходит, как я понимаю, задолго до первого романа).

Кстати, самые внимательные, наверно, заметили, что роман сменил обложу. Первый вариант выглядел так:

---

7. Майкл Флетчер «Dogged». Это еще один приквел к основной трилогии, от автора, который известен русскоязычному читателю романом «Без надежды на искупление». К сожалению, цикл «The Obsidian Path», к которому относится данный роман на русском не издавался. «Dogged» — также эксперимент для автора: детективное фэнтези с куда менее мрачной атмосферой, чем привыкли читатели автора.

8. Антология «The Best Horror of the Year, Volume Seventeen». Среди хоррора могу отметить только ежегодную антологию лучшего от Датлоу.

9. Кассандра Клэр «Better in Black». Сборник рассказов во вселенной цикла «Сумеречные охотники», рассказывающий историю сложных взаимоотношений пар персонажей из различных подциклов и временных периодов.

---

10. Ава Райд «An Archive of Romance». Стилизованная под альбом с дневниковыми записями и заметками повесть, являющаяся дополнением к дилогии «Этюд багровых вод», первый роман которой был опубликован на русском языке.

---

На этом короткий выпуск с обзором декабрьских новинок закончен.
Перед тем как подводить итоги года уходящего и переходить к обзору планов издательств на 2026 год предстоит сделать последний в этом году обзор фантастических журналов.
Следите за новостями!