Встреча с поэтом и прозаиком Марией Галиной, презентация книги «Автохтоны»
10 августа 2016 в 19:00, Невский пр., д. 46
Атмосфера нового романа Марии Галиной завораживает с первых же строк. Город, затерявшийся где-то на границе Восточной и Западной Европы, где все коренные жители – автохтоны – прекрасно знают друг друга, а каждый чужак, пытающийся внедрить себя в их тесный круг, встречает незримое сопротивление, — буквально погружает в себя, вызывают ощущение того, что в этом мире читатель, как и персонажи книги, существует уже очень давно. Главный герой книги приезжает в город, на причудливых узких улочках которого толпятся туристы, пьют пиво и кофе в кафе, с целью найти следы деятельности группы театральных авангардистов, которые в 1920-х годах поставили в местном театре пьесу, единственный показ которой прошел при весьма странных обстоятельствах. Однако в расследовании театральной истории сливаются прошлое, настоящее и будущее, бывшие жители города вновь выходят на авансцену и влияют на современные события. И чем ближе герой приближается к окончанию своих изысканий, тем активнее сопротивляется этому город.
Многослойный, атмосферный роман мастера современной прозы Марии Галиной станет, несомненно, одним из самых ярких событий этого литературного года.
Мария Семеновна Галина — поэт, прозаик, критик, переводчик — родилась в 1958 году в Калинине (Тверь). Окончила биологический факультет Одесского госуниверситета и аспирантуру по специальности «гидробиология, ихтиология». Кандидат биологических наук. С 1987 г. проживает в Москве. Мария Галина – член Союза писателей Москвы, неоднократно входила в жюри жанровых премий, работала в экспертном совете премии «Большая книга». Переводила прозу и стихи. Лауреат премии журнала «Новый мир» «Anthologia» (2006) за высшие достижения в современной русской поэзии, Большой премии «Московский счет» за лучшую поэтическую книгу 2006 года («Неземля»), поэтической премии международного поэтического фестиваля «Киевские лавры» (2012), Специальной премии «Московский счет» за лучшую поэтическую книгу 2014 года («Все о Лизе»).
Напомню, что в Петербург Мария Галина приезжает по приглашению Петербургской фантастической ассамблеи — "Буквоед", вестимо, подсуетился. Ну действительно, не приглашать же крупнейшей книжной сети Северо-запада писателя за свой счет?
По свежей информации, в "Азбуке" вот-вот должна выйти "Детская книга" Антонии Байетт. Переиздание. Но начали издатели с главного романа британской писательницы — "Обладать". На мой взгляд, роман совершенно потрясающий. К сожалению, в России эта вещь прошла почти незамеченной — и в первый раз, в 2006-м, и через десять лет, в 2016-м. Чертовски обидно. Тот случай, когда роман можно было рецензировать на сотнях страниц: поводов для осмысления и рефлексии хоть отбавляй. Может, еще выпадет шанс развернуть рецензию. Надеюсь, альтернативная история британской литературы — это достаточно фантастично, чтобы рецензию не выпили из колонки. Опубликована в газете "Санкт-Петербургские Ведомости" в начале 2016 года.
Альтернативная история любви
Антония Байетт. Обладать: Романтический роман. / A. S. Byatt. Possession: A Romance, 1990. Пер. с англ. Виктора Ланчикова и Дмитрия Псурцева. — М.: Иностранка. Азбука-Аттикус, 2016. — 640 с. — (Большой роман). Тир. 7000. — ISBN 978-5-389-10433-4.
Британская «Букеровская премия» — одна из немногих литературных наград, которые никогда не подводят читателя. Среди книг, отмеченных жюри, практически нет произведений слабых, проходных, второстепенных. Но даже на этом фоне роман «Обладать», удостоенный награды в 1990-м году, выделяется особо. Выделяется всем, начиная с подзаголовка («романтический роман», в оригинале «A Romance») и заканчивая выбором жанра. По сути, книга Антонии Байетт — «альтернативная история» британской литературы, в центре которой оказалось два классика викторианской эпохи, вымышленные автором от начала до конца — вместе со всем их внушительным поэтическим и эпистолярным наследием.
Когда речь заходит о настоящем, полноценном романе, выделить ключевое событие, ставшее отправной точкой в этом повествовании, как правило невозможно. Английский филолог не первой молодости с запутанной личной жизнью, не добившийся заметных успехов на академической стезе, случайно обнаруживает черновики письма великого британского поэта девятнадцатого века. Повинуясь мгновенному импульсу, он присваивает эти письма, адресованные безымянной даме — вместо того, чтобы передать их своему куратору и непосредственному начальнику. Такова завязка романа Антонии Байетт «Обладать», признанного одним из главных событий в британской литературе рубежа 1980-1990-х годов. Но когда на самом деле началась эта история? Тогда, когда Рандольф Генри Падуб, коллега и современник Роберта Браунинга и Уильяма Вордсворта, впервые повстречал на званом обеде холодную и неотразимую Кристабель Ла Мотт, поэтессу, не замеченную читателями девятнадцатого столетия и ставшую иконой феминизма в двадцатом? Или тогда, когда Кристабель, англичанку бретонского происхождения, впервые посетила мысль создать поэму «Мелюзина» на материале средневекового фольклора? Или еще раньше, во время медового месяца Падуба?
Антония Байетт выводит слишком сложную и слишком тонкую вязь, чтобы отыскать главную нить в этом сюжетном кружеве. Зато понятно, когда и где все закончилось: на уединенном английском кладбище, ненастной ночью в конце 1980-х, под театральный аккомпанемент громовых раскатов, неподалеку от недавно вскрытой могилы. Или, если мелодрама вам больше по душе, чем готика — следующим утром, на накрахмаленных простынях провинциальной гостиницы. Между двумя этими условными точками вместился целый клубок судеб, биографий и персональных историй. Но главными героями густонаселенного романа Байетт остаются Падуб и Ла Мотт — и современные исследователи их творчества, литературоведы Роланд Митчелл и Мод Бейли, Он и Она во все времена.
Сюжетные линии накладываются друг на друга, как два прерафаэлитских витража, повторяющие один и тот же сюжет, но собранные разными руками из разных элементов. «Все старинные легенды можно пересказывать снова и снова, по-новому, — наставляет Кристабаль юную кузину, мечтающую о славе поэта. — Что надлежит более всего в пересказах оберегать и шлифовать неустанно, так это простые, чистые части повествовательного канона... Однако нужно добавлять везде и что-то свое, присущее только тебе как писателю — чтобы узнаваемые сцены не давая впечатления чего-то присвоенного автором в тщеславных целях, светились ненавязчивой новизною и казались первозданными». На страницах романа Антонии Байетт «чистые части повествовательного канона» повторяются дважды, трижды, иной раз четырежды — в разные эпохи и с участием разных персонажей. Случайная встреча, словесная пикировка, поиск общих интересов, обоюдное желание, постепенно зарождающаяся душевна близость... Впрочем, автор выходит далеко за рамки этих ученических прописей. «Обладать» — роман о любви, о мужском и женском началах, о диалектическом единстве разума и чувства, об изменчивости и неизменности, о повторяющихся сюжетах, незакрытых паттернах и много о чем еще. Мелодрама и пародия, «производственный роман» и детектив, альтернативная история и семейная сага — все разом.
В послесловии переводчики Виктор Ланчиков и Дмитрий Псурцев подчеркивают, что английские филологи и критики давно «сточили перья, рассуждая о «вертикальном контексте», смысловой многоплановости, скрытых цитатах» у Байетт — вряд ли рецензенту удастся добавить к пестрому разнообразию трактовок что-то новое, остается только поделиться некоторыми наблюдениями, не претендующими на оригинальность. Мне кажется, один из героев романа неспроста вспоминает теорию раздробленной личности, «которая образована противоборствующими системами верований, желаний, языковых представлений, биологических стимулов». При этом личность остается единой, сохраняет динамическую целостность — или безвозвратно скатывается в пучину шизофрении. Антония Байетт, литературовед по профессии и по призванию, отлично усвоила уроки постмодернизма. Отрывки из дневников и мемуаров, бретонские народные предания и мотивы из Старшей Эдды, псевдоцитаты из литературоведческих статей, исторические реконструкции, поэтические и прозаические фрагменты — у нее все идет в дело. Однако роман «Обладать» не просто ворох стилизаций, отвлеченная «филологическая проза», остроумная постмодернистская игра. Как ни банально звучит, целое у Антонии Байетт неизмеримо больше арифметической суммы составляющих — и это, по сути, единственное оправдание для любого литературного эксперимента, независимо от его продуманности и сложности.
Круглый стол «Фантастические рассказы в непрофильных изданиях» // секция самиздата и самопродвижения авторов
Золотой век американской НФ начался в эпоху расцвета профильных фантастических журналов. Советской — когда рассказы и повести ведущих отечественных авторов стали наперегонки печатать десятки научно-популярных и молодежных журналов в разных уголках нашей страны. Времена менялись и изменились вконец. Сегодня сложно прославиться, опубликовав дебютный рассказ на страницах «Техники — молодежи» или «Знания — силы». Но это не значит, что традиция прервалась. Напротив: непрофильных журналов, регулярно обращающихся к фантастическому жанру, стало много больше, чем сорок лет назад. К традиционным площадкам добавились новые, на страницах СМИ ежегодно появляются сотни произведений «малой формы». Вот только слышим мы о них до обидного редко. В 2016 году организаторы Петербургской фантастической ассамблеи попытаются исправить это упущение. О том, по какому принципу отбирались фантастические рассказы в СССР и как эта система работает в наши дни, расскажут Людмила Синицына (журнал «Наука и жизнь»), Елена Клещенко («Химия и жизнь»), представители петербургского научно-популярного журнала «Машины и механизмы» и другие редакторы СМИ, неравнодушных к фантастике. Модерирует круглый стол писатель и литературовед Алан Кубатиев.
Доклад «О литературных семинарах в советскую эпоху». А. Балабуха // секция литмастерства
Не так уж много времени прошло с того момента, когда литературные семинары для писателей-фантастов снова начали набирать популярность в России. Между тем, эта давняя и славная традиция насчитывает не одно десятилетие. Причем ни знаменитая «Малеевка», ни ленинградский семинар Бориса Стругацкого не были первыми — и тем более не были единственными. Чему учили в ту далекую эпоху молодых писателей-фантастов, какие методы использовали и можно ли сегодня позаимствовать что-то полезное из инструментария мастеров той полузабытой эпохи? Увы, людей, которые могут рассказать обо всем этом, основываясь на собственном опыте, с годами становится все меньше. Но тем ценнее их наблюдения и умозаключения. Организаторы Фантассамблеи попросили поделиться своими воспоминаниями петербургского прозаика, поэта и переводчика, старейшину нашего фантастического цеха Андрея Дмитриевича Балабуху, побывавшего на многих из тех семинаров и литературных студий и близко общавшегося со многими мэтрами, которых уже давно нет с нами.
Доклад «Вампиры и религия: противостояние, родство, перспективы». Ф. Морозова // общелитературный и фантастический блок
Несмотря на то что вампиры в литературе становятся всё человечнее и зауряднее (ходят в школу и в офисы, ищут работу, бомжуют и даже играют в вампирские компьютерные игры), тень сверхъестественного все равно реет над ними. Но так ли эта тень черна, как принято думать? Традиционно кровопийц считают созданиями дьявола, однако из-под клыкастой маски нередко выглядывает светлый лик… Фотина Морозова, писатель, неоднократный член жюри международного сетевого конкурса «Трансильвания», поспорит с предвзятыми мнениями и рассмотрит следующие вопросы.
• «Клали требы упырям и берегиням»: высокое происхождение вампиризма. Порочные склонности отдельных божественных личностей и целых божественных коллективов.
• «Подходит, как ключ к замку»: христианство и вампиризм. Символизм крови. Питье крови как причастие. Черты святости в вампире.
• «От чего умер директор Института переливания крови? От переливания крови». Вклад вампиров в советский культ.
• Срез произведений, совмещающих вампиризм с религиозной темой, на материале конкурса «Трансильвания». Типичные ошибки пишущих.
Если вы терпеть не можете как вампиров, так и религию, вам стоит посетить этот доклад хотя бы для того, чтобы понять, что именно вызывает вашу неприязнь. Если вы собираетесь совмещать эти темы в своем творчестве, он поможет вам избежать банальностей и не угодить в распространенные ловушки.
Байки от Балабухи // развлекательные мероприятия
Что такое «байка»? По определению — поучительный или юмористический рассказ, иногда основанный на реальных событиях, достоверность которого чуть выше, чем у анекдота. Иными словами, история о том, что, может, было, а может, и не было. «За что купил — за то и продаю». «Байки от Балабухи» незаметно стали традиционной составляющей Петербургской фантастической ассамблеи. Ну кто кроме Андрея Дмитриевича может рассказать о личных встречах с Гарри Гаррисоном и Робертом Сильвербергом, поделиться воспоминаниями о Виталии Бугрове и Илье Варшавском, пересказать малоизвестный исторический анекдот, поделиться случаями из переводческой и издательской практики — да так, что заслушаешься?.. В этом году участников Фантассамблеи ждут новые, нигде ранее не публиковавшиеся байки — не упустите возможность стать первыми слушателями, дорогие друзья!
Библиотека комиксов в СПб, 7-я Красноармейская, д. 30 (через арку, вход со двора) (м. Технологический институт, Балтийская, Фрунзенская).
Время проведения:
23 июля 2016
Контакты:
vk.com/comixstudies_bk , comixstudies@yandex.ru
Программа второй конференции исследователей комикса «Наука о комиксах»
23 июля 2016 года проект ComixStudies и Библиотека комиксов в Санкт-Петербурге приглашает вас посетить вторую «Науку о комиксах» и посодействовать развитию комиксологии в нашей стране!
13:00 – 13:30 – Приветственное слово от организаторов:
Тарасюк Ю.Б. (куратор Библиотеки комиксов в Санкт-Петербурге)
Павловский А.Ф. (ComixStudies: Наука о комиксах). История комикса в России: рассуждения о книге Хосе Аланиса «Komiks: Comic Art in Russia» (2010)
Историография – это наше все, особенно в случае с историей русского комикса. Книга американского исследователя Хосе Аланиса «Komiks: Comic Art in Russia», опубликованная издательством «The University Press of Mississippi» в 2010 году, до сих пор остается единственной монографией по истории этого вопроса. Хосе Аланис начал изучение советского и российского комиксного искусства еще в 1997 году, обобщив в этой книге ряд важных выводов о трагической судьбе «девятого искусства» в России. Тому, как автор «Komiks: Comic Art in Russia» создает зонтичный бренд «русского комикса» и как конструирует его образ в глазах англоязычных читателей, посвящено это сообщение.
Секция 1. Комиксы в России, Россия в комиксах (13:30 – 15:00, секретарь – Шашкова А.Ю)
Веретнова Ю.В. (Музей русского лубка и наивного искусства) Рисованные истории в современном лубке. Московские народные картинки Сергея Трубникова.
Продолжение разговора о сходстве и различии рисованных историй в комиксах и лубке. Рефлексия русской народной картинки (лубка) профессиональным искусством в ХХ веке, когда сам лубок исчез, как традиционная часть русской культуры, раскрыла его графические и живописные возможности станковой картинки с рисунком и текстом, как универсальной художественной формы. Современный авторский лубок включает в себя многих художников, работающих и как стилизаторы, и как аранжировщики народной картинки. Имя Сергея Трубникова хорошо знакомо как специалистам, так любителям и ценителям русского лубка. Однако, сам художник именует свои листы исключительно «московскими народными картинками», избегая растиражированного слова «лубок».
Тарасюк Ю.Б. (Библиотека комиксов в СПб) Альманах русской манги (2011-2016): между комиксом и мангой.
Вот уже на протяжении последних пяти лет «Альманах русской манги» (2011-2016), издаваемый «Фабрикой комиксов», остается одной из попыток продвинуть русский стиль на русской почве. Это уникальное для отечественного рынка издание на сегодняшний день насчитывает уже 12 томов. В докладе будут рассмотрены наиболее значимые работы, опубликованные в этих сборниках, и на основе их анализа докладчик постарается ответить на вопрос: действительно ли близки эти истории к японской манге, что их объединяет и есть ли в них самобытность? Что такое «русская манга» — подражание или симбиоз? И какие у этого направления могут быть перспективы?
Павловский А.Ф. (СПбГУ) Комикс-студия «Муха» (1990-1995) и «Дикий век» русского комикса.
Комикс-студия «Муха», образованная в 1990 году художником Виталием Мухаметзяновым, стала знаковым явлением не только для комикс-культуры Уфы, но и для всей постсоветской России. Наряду с комиксами таких успешных объединений как студия «КОМ» (Москва) и «Велес» (Екатеринбург), комиксы «Мухи» определили лицо «Дикого века» русского комикса. Отсутствие развитой комикс-индустрии стало наследством культурной политики в СССР, и «Муха» до сих пор интересна исследователям как смелый эксперимент в издании рисованных историй на пустом месте – в стране, где вплоть до конца 1980-х годов не могли представить себе комиксов про чернобыльских бандитов-мутантов, ведунов, убивающих оборотней, и комиксов, специально нарисованных для тараканов.
Кофе-брейк. 15:00-15.30.
Секция 2. Comics Studies: теория и практика (15:30 – 17:30)
Свиридова В.В. (РГГУ) Роль комиксов в детских журналах России и Японии (на материалах журналов «Смешарики» и «Мэбаэ»)
В России быстро формируется устойчивый рынок детских комиксов, увеличивается их аудитория, однако этот феномен российского медиарынка характеризуется малой изученностью. Что касается Японии, то в этом вопросе она шагнула далеко вперед. Цель доклада – выявить роль комиксов и перспективы развития в детских изданиях в России и Японии. Детские журналы комиксов рассматриваются через типоформирующие факторы издания: экономические, аудиторные, организационные, целевые, характеризующие контент издания. Развлечение или социализация? Каждая страна делает свой приоритет.
Киселева Т.В. (независимый исследователь). Внедрение коммерческих брендов в комикс-повествование.
Главная цель внесения в рисованную историю тех или иных брендов – это придание ей реалистичности. Часто некоторые торговые марки становились символами эпохи, и потому крайне сложно обойтись без них в любом художественном произведении, ставящем перед собой задачу отразить то или иное время. Упоминание реальных, видоизмененных или попросту выдуманных брендов является не столько коммерческим ходом, сколько необходимым художественным приемом, обильно присутствующим и в современном американском мейнстриме, и в классических европейских произведениях, и в независимых комиксах со всего мира, поэтому представляет собой важный объект для комиксологического анализа.
Плешак Д.Г. (СПбГУ). Как рассказать The Killing Joke. Анатомия повествования.
Написанный знаменитым Аланом Муром и нарисованный Брайаном Болландом, комикс «Бэтмен: Убийственная шутка» (1988) считается одним из лучших графических романов в истории, даже несмотря на свой небольшой объем. В докладе предпринимается попытка проанализировать то, как в этом произведении строится повествование, как взаимодействуют текст и изображение и какой набор элементов позволяет составить законченную фабулу комикса.
Третьяков Д.В. (ВЕИП). Сериальный комикс как суррогат семьи.
В докладе анализируется феномен «сериального» произведения на примере серий комиксов «Человек-Паук», «Ранма», «Бэтмен». Плотно ассоциируясь в XXI веке именно с телевидением, серийность более всего проявлена в комиксных сериях, объединенных одним персонажем или миром. На фоне постоянно перезапускающихся серий многолетнее существование почти непрерывных сюжетных линий в коммерческих комиксах обеспечено определенным типом отношения читателя (воспринимателя). В докладе ставится не только вопрос, какие черты характерны для «сериала» как отдельного типа произведения, но и то, какие элементы оказываются ключевыми для личного пристрастия к «сериалу». Делается предположение, что медленно разрушающийся в культуре институт семьи как минимальной, стабильной и доступной для понимания социальной группы замещается набором воспринимаемых сериалов.
17:30 – Анонс электронного сборника «Наука о комиксах» и третьей конференции 27 августа 2016 года.
Список аббревиатур
СПбГУ – Санкт-Петербургский государственный университет
ВЕИП – Восточно-Европейский институт психоанализа
РГГУ — Российский государственный гуманитарный университет
Круглый стол «Писатель-переводчик: плюсы и минусы» // секция фантастического перевода
В России есть давняя традиция: наши писатели, в том числе фигуры первой величины, не первое столетие охотно и помногу переводят с иностранных языков. Держат марку и фантасты конца XX — начала XXI века: в свое время на переводческую стезю ступили Евгений Лукин, Святослав Логинов, Вячеслав Рыбаков… Но вот в чем проблема: когда литератор со своим почерком, своим уникальным стилем берется за перевод, он в той или иной степени перекраивает под себя исходный текст. Зачастую бессознательно — но избежать этого невозможно. «Луна жестко стелет» Роберта Хайнлайна — один из лучших романов писателя, изданных в России, но сколько в этом тексте на самом деле от Хайнлайна, а сколько от переводчика Александра Александровича Щербакова?.. Теряет ли что-то читатель, когда за перевод берется автор с собственным узнаваемым почерком, или обретает? Способствует ли это успеху зарубежных писателей или подрывает их авторитет? Стоит ли бороться с такой тенденцией и если бороться, то как? Обо всем этом мы поговорим с почетными гостями Петербургской фантастической ассамблеи, писателями и переводчиками Андреем Балабухой, Марией Галиной, Сергеем Удалиным и другими. Модерирует круглый тол ответственный редактор издательства «Астрель-СПб», переводчик Николай Кудрявцев.
Доклад «Как переводить поэзию?». Т. Сурганова // секция фантастического перевода
Чем современная фантастика обязана Джозефу Редьярду Киплингу, романтику-викторианцу, апологету имперских идеалов? Киплинговский «демон», сворачивавший все корабли в его гавань, заставлявший все жанры работать на потребу его художественной задаче, его писательской идее, может сослужить хорошую службу и нам, потомкам и прилежным читателям. Поэзия Киплинга, в частности его баллады, — пример непревзойденного литературного мастерства, демонстрация возможностей фантастического (фантастический здесь — оценка и термин одновременно) языкового творчества. Как возникает, на каких лингвистических стыках рождается характерная, покоряющая нас киплинговская образность — обо всем этом нам расскажет Татьяна Сурганова, преподаватель МГУ им. М.В. Ломоносова, литературовед, переводчик, кандидат филологических наук, автор книги «Редьярд Киплинг. Топология поэзии и прозы», издатель и главный редактор литературного журнала-альманаха «Человек на Земле».
Доклад «Поэтика цитаты». А. Кубатиев // секция экспериментальной литературы
Что есть цитата? Не трогаем словарь. Вспоминаем Осипа Мандельштама и находим: «Цитата есть цикада. Неумолкаемость ей свойственна». Качество это, «неумолкаемость», амбивалентно: оно достоинство, оно и порок. Идеальное цитирование ― изящно начатый и законченный отрывок. Афоризм или нет, но он особенно хорош в должном контексте. Цитата переливчата, она меняется сама и меняет то, рядом с чем она звучит, меняет отношение к тексту, из которого иссечена цитатором. Судьба многих великих произведений зачастую становится судьбой цитат из них. Цитирование может скреплять самые разные сферы деятельности человека: научную литературу и художественные тексты, политику и экономику. Оно позволяет создавать очень доброкачественную иллюзию тех свойств, которыми индивидуум не обладает. Но цитата, как отмечено выше, не всегда благо. Добросовестных цитаторов мало. Примеров недобросовестного цитирования множество. Всем нам хочется попасть в число первых, а не вторых. Шутки шутками, но петербургский писатель и литературовед Алан Кубатиев — один из немногих, кто может указать нам этот путь.
Доклад «Как устроен книжный магазин?». В. Владимирский, Е. Бойцова // общелитературный и фантастический блок
Представьте, дорогие читатели, а особенно писатели фантастики, что вам выпала редкая, уникальная возможность: самим решить, как именно будут представлены в магазине ваши любимые (или просто ваши) книги. Мысль первая: сделать приоритетную выкладку, поместить нетленку на самое видное место, так чтобы ни один покупатель не прошел мимо, не обратив на нее внимание? — и тираж разлетится со свистом!.. Мечты, мечты, где ваша сладость?.. К сожалению, самые прямолинейные решения — не всегда самые верные, сложный механизм книжного магазина так не работает. А как работает, мало кто из писателей и читателей представляет. Краткий ликбез на эту тему проведут в рамках шестой Петербургской фантастической ассамблеи Елена Бойцова, соучредитель магазина «РаскольниковЪ», и Василий Владимирский, «книжный» журналист. Не гарантируем, что после доклада вы сможете сами запустить книготорговый стартап, который за несколько месяцев окупит все вложения, — но по крайней мере начнете понимать, почему это невозможно.