КИНОрецензии

Шестого сентября 1951 года писатель Уильям С. Берроуз сыграл роль Вильгельма Телля, заменив яблоко на голове жены стаканом джина. Это была не очень мудрая замена. Разлетевшееся на куски яблоко всё ещё можно съесть, но спиртное, проглоченное вместе с осколками стекла, резко теряет свой вкус. Писатель Уильям С. Берроуз, должно быть, знал об этом, потому что вместо стакана застрелил жену и чуть не лишился жизни в мексиканской тюрьме, посаженный туда в наказание за непредумышленное убийство. Друзья помогли, и спустя полвека Дэвид Кроненберг снял фильм об этих событиях.

Уже сама попытка кратко изложить содержание «Голого обеда» сбивает с толку, и начинаешь задаваться вопросом, с чем именно имеешь дело и действительно ли создатели фильма в здравом уме. Это фантастический фильм или сущий бред? Экранизация книги, биография писателя? Собственный взгляд Кроненберга на жизнь и текст? Черт его знает. Ну и тараканы. Уильям Ли, умеренно успешный писатель, зарабатывает на жизнь дезинфектором, убивая насекомых желтым порошком. Его жена Джоан находит другое применение этому веществу и входит в состояние гало, как это называли героиновые наркоманы. Вскоре к ней присоединяется муж. Они прекрасно проводят время, пока не случаются пистолет, стакан и дырка в голове. В то время как писатель Уильям С. Берроуз сбегает в Марокко после этого инцидента, его киношное альтер эго перемещается в Интерзону, причудливый мир, населенный тараканами и монстрами.

Неясно, где именно находится вся эта Интерзона и каково её предназначение. Уильям Ли должен раскрыть эту истину, а затем зафиксировать её в виде регулярных отчётов. Для этого он использует пишущую машинку, по внешнему виду напоминающую таракана. Они обсуждают разные темы. В Интерзоне, помимо болтливых насекомых, Уильям Ли встречает и друзей-людей, включая женщину, поразительно похожую на Джоан. Нетрудно предсказать, чем закончится это знакомство. Тем временем Уильям блуждает в наркотическом аду и теряет способность различать сон и реальность. Зритель разделяет этот опыт, и кажется, что никакая внятная интерпретация «Голого завтрака» невозможна. Эти сцены скреплены бессвязной чередой выстрелов, чередой галлюцинаций, которые можно было бы организовать иначе, в лучшем случае – повествованием с кушетки. Стоит отметить, что у психотерапевта лицо Роя Шнайдера.

В доме моего друга-писателя стоит пишущая машинка, кажется, чёрная «Континенталь», с вставленном в нее листом бумаги, ждущим, когда её заполнят буквами. Что ж, подождёт, думаю я, вспоминая вышеупомянутого титана пера, выдающего шедевры с 8 утра до 4 вечера, словно от этого зависела его жизнь. Так и есть. Мой друг-писатель, конечно, пользуется ноутбуком, но, насколько я его знаю, он мечтает о собственном будущем процветании, когда сможет отказаться от компьютера в пользу чёрной «Континенталь», наслаждаясь неторопливым стуком слов. Я сам мечтаю писать от руки в блокноте. К сожалению, тот фраер, который будет печатать мои каракули в Word-е, сейчас мне недоступен ни по времени, ни по деньгам.

Забудем об эстетических интерпретациях: фильм Кроненберга «Голый обед» – это история о тайном мире между писателем и его рабочим инструментом. Если бы Уильям Ли писал картины, пишущую машинку заменил бы мольберт, у музыканта были бы партитуры или что-то вроде миксера. И так далее. Но человек пишет. Если бы мы просто разговаривали сами с собой во время письма, мы бы с комфортом наслаждались статусом безумца, глупца, говорящего сам с собой. Но это не так. В пространстве в несколько десятков сантиметров между головой и рабочим инструментом раскрывается отдельная сущность, чей статус совершенно неясен. Является ли существо, сопровождающее нас во время письма, этот маленький монстр, обогащающий долгие часы творческой работы своими разговорами, частью писателя? Вылупилось ли оно каким-то образом из него? Вполне возможно. В создании произведения участвует часть мозга, душа (называйте её как хотите), которой в других обстоятельствах не позволено говорить. Есть и другая возможность. Монстр, эта болтливая мерзость, откуда-то взялся. Это своего рода фамильяр, добрый или злой дух, посланный мне для помощи в творчестве. Я могу фантазировать об этом сколько угодно.

Что из этого следует? Если Кроненберг прав, художник не несёт ответственности за свою работу, его не следует хвалить и не следует критиковать за ошибки. Во время письма сила — которую можно представить себе в виде таракана — обретает способность речи, но в остальное время молчит. Она отсутствует, когда писатель варит суп, с чем-то там возится или спешит в киоск за сигаретами. В лучшем случае писатель Уильям С. Берроуз — соавтор своих книг, причём менее важный; в худшем — он подписался под произведением, написанным кем-то другим. К сожалению, он не единственный. Значит ли это, что я не написал ни одной своей книги? На этой странице журнала “Nowa Fantastyka” указаны мои имя и фамилия и красуется фотография человека, который, насколько мне известно, считается Лукашем Орбитовским. Но не Лукаш Орбитовский написал эту статью. Кто это сделал? Я не знаю. А кто такой писатель Уильям С. Берроуз? Вот это мы как раз знаем.

Это тот парень, который застрелил свою жену.

“NAKED LUNCH”. Reżyseria (z braku lepszego pomysłu) David Cronenberg. Występują (z braku lepszego pomysłu): Peter Weller, Ian Holm, Julian Sands. USA/Сanada 1992. IMDb rating 6,9 («ГОЛЫЙ ОБЕД». Режиссура (за неимением лучшего) Дэвида Кроненберга. В главных ролях (за неимением лучшего): Питер Уоллер, Ян Холм, Джуллиан Сэндс. США/Канада, 1992. Рейтинг IMDb 6,9)

Фильму дали зелёный свет в 2007 году. Пять лет спустя долгожданное детище Стэнтона, «Джон Картер» (“John Carter”), наконец-то выходит на экраны кинотеатров (премьера в Польше состоится 9 марта).

Это самый дорогой проект студии “Disney” этого года, на успех которого создатели фильма возлагают большие надежды. Если верить Стэнтону, руководство компании настолько уверено в успехе проекта, что ещё до премьеры, не зная финансовых результатов, с ним подписали контракт ещё на две очередные части. А такое случается нечасто. Столь же редко в современном Голливуде можно встретить фильм, который, несмотря на высокий бюджет, не оглупляет зрителя спецэффектами.

«Джон Картер», конечно, весьма впечатляющая сказка, снятая в 3D, но сказка очень хорошо выстроенная и рассказанная. «За годы работы в “Pikar” я усвоил одну вещь: когда рассказываешь в фильме историю, то должен сделать так, чтобы у неё были начало, середина и конец. Можно создавать полуфабрикаты, но они никогда не достигнут уровня хорошего кино», — утверждает режиссёр.

Фильм Стэнтона – прекрасное доказательство того, что опыт, полученный в студии “Pixar” при создании сценариев для таких анимационных хитов, как «История игрушек» и «Корпорация монстров», не пропал даром. «Джон Картер» – остроумный, насыщенный спецэффектами фильм, который понравится как детям (от 13 лет), так и их родителям. В нём есть всё, что должно быть в хорошем приключенческо-фантастическом фильме: сильные персонажи, логичный сюжет, нарастающий конфликт между положительным и отрицательным героями и, наконец, любовь – романтическая, но не слащаво-приторная.

С главным героем, Джоном Картером, мы знакомимся, когда он, будучи ветераном Конфедерации, возвращается в родной город после Гражданской войны. К сожалению, там его не ждёт ничего хорошего. Его жена погибает, а он сам спасается бегством, преследуемый жестоким полковником. И тут происходит нечто необычное. Джон просыпается, но не рядом со своим домом, а на другой планете. Перенесённый на Марс (Барсум на языке местных обитателей), наш герой обнаруживает в себе необычайные способности. Вскоре он узнаёт, что планета, на которой он оказался, умирает, и он её единственная надежда. Однако, прежде чем он сможет принести Марсу спасение, ему придётся примирить враждующие племена, завоевать сердце прекрасной принцессы и победить нескольких свирепых монстров.

Творец канона

Конечно, приведенное выше описание любому, кто когда-либо читал какой-либо приключенческо-фантастический роман, покажется банальным и схематическим. И он будет прав: «Джон Картер» — банальная история, но она точно соответствует канону. Ибо придуманный в 1911 году Эдгаром Райсом Берроузом (Edgar Rice Burroughs) конфедерат, чудесным образом перенесенный на Марс — один из самых архетипических персонажей фантастики. Джон Картер родился в компании, выпускающей блокноты, где Берроуз, будучи ее сотрудником, в свободное время писал фантастические рассказы. Начинающему писателю тогда было тридцать пять лет от роду, и он пытался стать бизнесменом.

Вот только в бизнесе он преуспел гораздо меньше, чем в писательстве. И брат, взявший Эдгара, к себе на работу, всё больше разочаровывался в его деятельности. Нависшая над Берроузом угроза безработицы заставила его полностью посвятить себя писательству. Он связался с издателем популярного в то время бульварного журнала «All-Story Magazine» и показал ему незаконченный роман. У него даже не было названия, и Берроуз колебался между «Моим первым приключением на Марсе», «Зелёными марсианами» и «Деей Торис, марсианской принцессой». В конце концов, издательство остановилось на названии романа «Под марсианскими лунами» (“Under the Moons of Mars”).

В феврале 1912 года вышла первая часть приключений Джона Картера (под нынешним названием «Принцесса Марса» [“A Princess of Mars”] она вышла лишь пять лет спустя). Берроуз заработал 400 долларов за весь роман. В то время он уже работал над другим книжным циклом. На этот раз действие происходило на Земле. Я говорю, конечно же, о «Тарзане», первая часть которого вышла в октябре того же года. Сегодня мы все знаем, что мировая слава Тарзана затмевает серию о Джоне Картере, но в глазах писателя приключения марсианского солдата были его величайшим достижением.

Серия (теперь называемая «Барсумским циклом») насчитывала двенадцать томов (последний был опубликован в 1943 году). В 1940-х годах также публиковались комиксы, вдохновлённые книгами Берроуза. Кроме того, комиксы о Джоне Картере появляются в США практически каждое десятилетие (только на рубеже 1980-х и 1990-х годов не было новых приключений Картера), а последний из них, «Властелин Марса: Падение Барсума» (“Warlord of Mars: Fall of Barsum”), вышел в 2011 году.

Стоит добавить ещё один интересный факт: в 1970-х годах приключения Джона Картера пережили в США беспрецедентный читательский ренессанс. Исследователи поп-культуры утверждают, что это было связано с тем, что ветераны войны во Вьетнаме узнавали себя в героическом конфедерате.

От «Флэша Гордона» до «Аватара»

В истории современной фантастики истории о Джоне Картере занимают важное, если не решающее, место в развитии жанра. В то время как Герберт Уэллс создавал архетип истории о вторжении марсиан («Война миров») и о путешествиях во времени («Машина времени»), Жюль Верн выдумывал изобретения («Двадцать тысяч лье под водой») и неизведанные земли («Таинственный остров»), Эдгар Райс Берроуз первым соединил вестерн и романтическую историю с фантастикой, отправив человека на Марс сражаться там за свободу.

Несомненно, без успеха цикла не появились бы ни «Бак Роджерс» (“Buck Rogers”, 1928), ни «Флэш Гордон» (“Flash Gordon”, 1934). Сегодня эти герои – иконы поп-культуры, а экранизации их приключений бьют рекорды популярности. Однако их бы не было, если бы не не было марсианского конфедерата. Отголоски мира, придуманного Берроузом, также отчетливо слышны в серии книг о Конане. Бои на мечах, странные существа, прекрасные женщины и кожаные наряды — все это элементы вселенной, придуманной Берроузом.

Впрочем, сколь огромно влияние этого героя на фантастику, показывают не только отсылки и аллюзии на него в золотом веке бульварного чтива, но прежде всего, творчество культовых американских творцов фантастики 1950-х годов. Циклом романов о Джоне Картере вдохновлялись Артур Кларк, Роберт Хайнлайн, и даже сам великий Рэй Брэдбери признавал влияние на него Берроуза. В своих интервью он неоднократно подчёркивал, что образ умирающей планеты, изображённый им в «Марсианских хрониках», был напрямую вдохновлён Марсом из романов о Джоне Картере.

Хотя с момента первого издания последнего тома цикла прошло семьдесят лет, увлечение западных авторов Джоном Картером не ослабло. Выдающийся комиксист Алан Мур (Alan Moore), создавший «Лигу выдающихся джентльменов» (неудачно экранизированную Стивеном Норрингтоном), отдал дань уважения Берроузу, заявив, что Рэндольф Картер (из рассказов Г. Ф. Лавкрафта) был родственником Джона. В один из выпусков комикса он ввел барсумцев, которые там сражаются с марсианами, известными по романам Уэллса. Страна Барсум также появляется в фэнтезийном цикле Стивена Кинга «Тёмная башня». Современные отсылки к серии на этом не заканчиваются. Джордж Лукас в «Звёздных войнах» намекал на марсианские пейзажи, описанные Берроузом в своих книгах. В серии «Вавилон-5» Джон Картер стал первым пилотом, побывавшим на Марсе. Наибольшую дань уважения этому персонажу на сегодняшний день отдал Джеймс Кэмерон. Во многих интервью он подчёркивал, что Пандора из «Аватара» была создана исключительно благодаря воображению Берроуза.

Проблема Джона Картера

Если столь многие великие деятели признаются, что вдохновлялись Джоном Картером и он оказал такое огромное влияние на формирование современной фантастики, почему этот литературный герой известен лишь немногим посвященным? Ответ на этот вопрос прост: в то время как большинство героев фантастики имели культовые экранизации (Конан, Флэш Гордон) или собственные сериалы (Бак Роджерс), Джону Картеру не везло с кино и телевидением.

Увлекшись историями о Марсе, популярный режиссёр анимационных фильмов 1930-х и 1940-х годов Боб Клэмпетт (Bob Clampett, знаменитый сериал «Looney Tunes») загорелся амбициозным планом снять первый полнометражный мультфильм о приключениях Джона Картера. Сам писатель с энтузиазмом отнёсся к идее, поддержал режиссёра и предоставил ему полную свободу действий в написании сценария. В течение пяти лет работы над фильмом Клэмпетту помогал сын Берроуза. Первые тестовые показы киноленты состоялись в 1936 году. Фильм был освистан. Продюсеры и зрители из маленьких городков, как сообщается, пришли к выводу, что в Америке никому не будут интересны фантастические приключения землянина, сражающегося на Марсе -- они были слишком абстрактными и оторванными от реальности. Проект закрыли, и Клэмпетт вернулся к съемкам короткометражных фильмов. Долгое время отснятый в то время материал считался утерянным. В 1970-х годах он был обнаружен в архивах семьи Берроузов, но до сих пор никто не сделал его доступным широкой публике. Однако, если бы проект был завершён тогда (то есть в 1930-х годах), первым полнометражным анимационным фильмом стали бы именно приключения Джона Картера, а не диснеевская «Белоснежка». Самое забавное в этой истории то, что менее чем через полгода после того, как все отвергли анимационные приключения Джона Картера, Америка влюбилась в космический сериал «Флэш Гордон».

После провала проекта Джон Картер осел на голливудских полках в ожидании лучших времён. В 1950-х годах гений спецэффектов Рэй Харрихаузен задумался об экранизации фильма, но решил, что технологии того времени не справиться с воображением писателя.

В 1980-х годах, на волне популярности «Конана» и «Звёздных войн», была предпринята ещё одна попытка экранизации, но режиссёр, которому предстояло экранизировать фильм, Джон Мактирнан («Хищник»), и восходящая звезда Голливуда Том Круз (да, именно ему предстояло сыграть роль крутого и высокого Джона Картера) решили, что для столь роскошного и дорогостоящего фильма время еще не пришло. Производство снова отложили на неопределённый срок.

Лишь в начале этого века о Картере вспомнил голливудский режиссер Роберт Родригес. Это случилось в 2005 году, сразу после успеха «Города грехов». Родригес планировал снять «Джона Картера» в той же технике (всё снималось на так называемых зелёных ящиках [green-box], которые затем расписывались персонажами и пейзажами). Однако из-за разногласий с продюсерами и Гильдией голливудских режиссёров ему пришлось отказаться от съемок. Проект попытался взять на себя Джон Фавро, но в конечном счете переключился на съемки «Железного человека».

И это хорошо, потому что после многих лет скитаний и технических трудностей Джон Картер наконец-то попал в нужные руки. Эндрю Стэнтон, будучи поклонником и невероятно талантливым и блестящим режиссёром, решил, что его фильм будет чем-то, что Голливуду категорически не по душе, а именно — точной экранизацией первой части.

В «Джоне Картере» нет отсылок к другим фильмам, и не так много специально добавленных сюжетных линий (кроме сцены с женой и забавного поворота сюжета, отсылающего к Эдгару Райсу Берроузу), но есть очарование архаичных фантастических историй. Когда смотришь этот фильм, порой сложно отделаться от впечатления, что если бы не современные спецэффекты, он вполне мог бы быть снят в 50-х годах. В нём та же атмосфера беззаботного кинематографического веселья и дух незатейливого приключения.

Извините, поправлюсь: Стэнтон внёс-таки одно существенное изменение. Фильм называется не «Принцесса Марса», а просто «Джон Картер». «Нам пришлось сменить название исключительно из маркетинговых соображений, — говорит режиссёр. – После целого ряда фильмов вроде “Дневников принцессы” и т.д. никто не отнесётся к нашему фильму как к фантастике, а, скорее, как к любовному роману для юных девушек. Мальчики такие фильмы не смотрят, а ведь это история в первую очередь для мальчиков, как больших, так и маленьких, всех возрастов».

Автор — журналист издания “Newsweek Polska”.