Данная рубрика — это не лента всех-всех-всех рецензий, опубликованных на Фантлабе. Мы отбираем только лучшие из рецензий для публикации здесь. Если вы хотите писать в данную рубрику, обратитесь к модераторам.
Помните, что Ваш критический текст должен соответствовать минимальным требованиям данной рубрики:
рецензия должна быть на профильное (фантастическое) произведение,
объём не менее 2000 символов без пробелов,
в тексте должен быть анализ, а не только пересказ сюжета и личное мнение нравится/не нравится (это должна быть рецензия, а не отзыв),
рецензия должна быть грамотно написана хорошим русским языком,
при оформлении рецензии обязательно должна быть обложка издания и ссылка на нашу базу (можно по клику на обложке)
Классическая рецензия включает следующие важные пункты:
1) Краткие библиографические сведения о книге;
2) Смысл названия книги;
3) Краткая информация о содержании и о сюжете;
4) Критическая оценка произведения по филологическим параметрам, таким как: особенности сюжета и композиции; индивидуальный язык и стиль писателя, др.;
5) Основной посыл рецензии (оценка книги по внефилологическим, общественно значимым параметрам, к примеру — актуальность, достоверность, историчность и т. д.; увязывание частных проблем с общекультурными);
6) Определение места рецензируемого произведения в общем литературном ряду (в ближайшей жанровой подгруппе, и т. д.).
Три кита, на которых стоит рецензия: о чем, как, для кого. Она информирует, она оценивает, она вводит отдельный текст в контекст общества в целом.
Модераторы рубрики оставляют за собой право отказать в появлении в рубрике той или иной рецензии с объяснением причин отказа.
Когда было объявлено, что АСТ готовит эту книгу к выходу в «Снах разума», я глазам своим не поверил. После не очень удачной попытки издания её сборника в 1997 году я уже не чаял дождаться её книг на русском языке, даже романов, не говоря уже о малой прозе, хотя рассказы продолжали выходить в Еслях и антологиях. И тут не просто книга Конни Уиллис, а сборник специально отобранных лучших произведений малой прозы! Издательство подошло к материалу вдумчиво: часть переводов взяли из старого сборника и Еслей, а некоторые перевели заново. Все переводы – и старые, и новые – сделаны на высоком уровне, к ним претензий нет никаких. Самым худшим переводом, к моему удивлению, оказалось предисловие…
Стиль Конни Уиллис уворачивается от определений заячьим зигзагом – от драматизма военного Лондона в период «Блица» к семейной комедии, которая так и просится на экран, от постапокалиптических трагедий до едкой сатиры на политкорректность и феминизм, от историй о призраках до наукообразного стёба – ей удается всё, даже самое сложное: о вере мнимой и вере истинной, она не стесняется ставить неудобные вопросы и давать на них парадоксальные ответы. И для каждой темы и сюжета она находит свою тональность, свой язык, свою манеру. Похоже, все эти рассказы и новеллы объединяет лишь неизменный психологизм и эмоциональная насыщенность, только окрашены они по разному. И еще одна фирменная черта, присущая прозе Конни Уиллис, – строгая логика повествования и мотивации персонажей, отчего у неё убедительно получается делать героями-рассказчиками мужчин.
Давайте же взглянем на рассказы и новеллы, составляющие сборник. Открывается он заглавной новеллой, сразу настроившей меня на нужную тональность. Мне всегда импонировали американские англофилы. У Уиллис изрядная часть произведений в той или иной степени связана с Британией. А в этом рассказе её Лондон всколыхнул во мне собственные воспоминания о том времени, когда мы с моей половиной были бедны, но счастливы там, и следующий визит, когда деньги нас не сильно стесняли, но что-то уже ушло… Слишком много личных параллелей. Новелла строится вокруг загадки, которую решает рассказчик, а её разгадка достойна пера классиков.
Следующая новелла, «Посиневшая луна», представляет собой комедию ситуаций, в которой важная роль отведена играм с языком. Именно поэтому особую важность приобретает качество перевода. К нему претензий нет: получилось весело и убедительно!
В малой прозе Конни Уиллис довольно много снега. А новелла «Светлое Рождество» прямо вся им засыпана. Когда я читал эту милую святочную историю, она разворачивалась у меня перед глазами в виде фильма с Сандрой Буллок в главной роли. (Потом оказалось, что недавно её таки экранизировали, но, увы, без Сандры.)
Еще одна смена тональности и перед нами пронзительный рассказ «Роза, на Солнце» – один из самых ранних в сборнике. Трагедия человечества, обреченного при превращении Солнца в сверхновую, переплетается с личной трагедией девочки, которая не хочет взрослеть…
Далее перед нами предстает «Письмо от Клири», от которого порою хочется выть, – эмоционально сухое повествование о людях выживших после ядерного катаклизма на задворках цивилизации, в заснеженных горах Колорадо.
Очередная смена тональности, и снова невероятно кинематографичная святочная история «Рождественский листок». Уж не знаю, почему мне снова привиделась здесь Сандра. Наверное, этот рассказ близок по духу многим комедиям с её участием.
А далее нам предстоит вместе с оксфордским студентом-историком из второй половины 21го века в «Пожарной охране» охранять от немецких налётов лондонский Собор Св. Павла. Я неплохо знаком с этим периодом британской истории, но впервые интерес к нему пробудила именно эта новелла. Это одна из самых лучших вещей сборника и этапная в творчестве Уиллис. Она принесла автору самую первую литературную премию, и заложила основу для целого цикла романов, в которых оксфордские историки изучают предмет «на натуре», то есть в соответствующем периоде прошлого. Надеюсь, теперь-то мы увидим переводы этих романов?!
В одном из своих прошлогодних постов я восхищался творческим долголетием «дедов старой закалки», прославленных фантастов Золотого Века, которые живы до сих пор. Сильно недооцененный у нас Джек Уильямсон – был одним из них, хотя его уже нет с нами. Он прожил 98 лет, а свои последние Хьюгу и Небьюлу получил в 93 и 94 соответственно. Рассказ «До Порталеса без остановок» – изящный оммаж Грандмастеру.
Еще в предисловии Конни Уиллис призналась в своей любви к Шекспиру, а рассказ «Много шуму» на его примере со всей прямотой показывает, чего стоит хвалёная американская политкорректность. Правильно злобная сатира!
Удивительно, как у Уиллис получается писать нравственно чистые истории о грязном и отвратительном. Действие новеллы «Возлюбленные мои дочери» происходит в студенческой среде, в колледже, построенном неким филантропом на заштатной планетке. Чего только эти студенты не делают ради секса – или чтобы его избежать! Одна из самых мрачных и тревожных вещей у автора.
Рассказ «В позднем меловом» – сатира на новые веяния в методике преподавания, а фантастический элемент в нем стремится к нулю. Не знаю, стоило ли включать его сюда.
«Проклятие королей», наверное, самая традиционная НФ в этом сборнике, но в ней есть так много всего: инопланетная археология землян приводит экспедицию к трагическому финалу, хотя ценную находку удается спасти – но какой ценой?
Некоторые считают, что сатира на феминисток «Даже у королевы» получила кучу премий незаслуженно. Не знаю, не знаю… Немногие догадаются так написать об этом!
Действие многих произведений Конни Уиллис начинается или происходит в церкви, а ее героями – главными или второстепенными – становятся лица духовные. Удивительно тёплая и человечная новелла «Гостиница» поднимает непростые вопросы истинной веры и истинного милосердия.
После рассказа Силверберга «Пастырь» я думал, что тема обращения к Богу приматов, обученных языку жестов, закрыта насовсем, но я тогда не знал, что Уиллис опередила его на несколько лет. Её ранний рассказ «Самаритянин» раскрывает тему оригинально, совсем иначе, чем у Силверберга. Отдельный интерес представляет в этом рассказе будущее Церкви как общественного института.
Полный драматизма рассказ «Что посеешь» устами девушки-подростка повествует о непростой жизни колонистов, которых Земля держит в узде с помощью (не)поставок необходимых медикаментов. Приходится выкручиваться самим, но жизнь в таких условиях корёжит и мораль, и нравственность, и даже материнскую любовь…
Атмосферная новелла «Джек» – одна из изюминок сборника. Начинается она привычно для людей, подготовленных «Пожарной охраной», то есть под немецкими бомбами в Лондоне времён «Блица». По мере развития событий и нашего знакомства с героями новеллы возникает подозрение, что что-то здесь не так. Но неожиданная разгадка подкрадётся исподволь, и никого не оставит равнодушным…
«Последнюю из «виннебаго»» я бы назвал локальной антиутопией. Серия мутаций возбудителей болезней животных привела к стремительному вымиранию собак и многих видов фауны. Человечество пытается защитить и сохранить хотя бы то, что осталось. Получив в критической ситуации практически неограниченные полномочия, Общество защиты животных, как выясняет по ходу сюжета герой-рассказчик, превратилось в Большого Брата.
Жанр историй о приведениях является частью английской литературной традиции. Конни Уиллис просто не могла пройти мимо этой темы. «Заупокойная служба» – прекрасный образец того, как даже в такой, казалось бы, переполненной нише можно создать нечто новое, тёплое, человечное.
А вот «Душа найдёт родную душу», наоборот, – изящное литературное хулиганство в форме научной статьи о посмертном творчестве Эмили Дикинсон. Она и при жизни-то была мизантроп ещё тот, а когда на кладбище вламываются уэллсовские марсиане на своих треножниках, то тут даже покойник не выдержит!
Пропитанный дождём, пронзительный и несколько депрессивный рассказ «Случайность» повествует о том, что в одну реку нельзя войти дважды… Или можно?
Весёлый (для читателей, не для главной героини), с лёгкой сумасшедшинкой рассказ «В отеле «Риальто»» повествует о буднях конференции по квантовой физике, которую кому-то взбрело в голову провести в сердце Голливуда. Ещё одна достойная комедия!
А в завершение сборника автор награждает нас «Прозрением», одной из лучших своих новелл. На священника прямо посреди проповеди о втором пришествии снизошло Прозрение: «Он уже здесь, ищи Его на западе». Что это – божественное вмешательство или крыша едет? Пытаясь разобраться в себе, он таки едет на запад – навстречу разгадке.
Мой (не очень) краткий обзор не позволяет оценить литературные достоинства рассказов и новелл, составляющих сборник, однако, надеюсь, поможет вам сориентироваться в том, что вы сможете там найти. Безусловно, Конни Уиллис – звезда первой величины на небосклоне американской фантастики, лидер «гуманистического направления» восьмидесятников. Её произведения удостаивались самых престижных премий рекордное количество раз: 10 раз Хьюго и 6 раз Небьюла (на обложке написано 9 Хьюго, но так было на момент выхода сборника в Штатах). А номинаций просто не счесть. И это ещё не всё. В прошлом году вышел её огромный двухтомный роман, плод шестилетнего труда, повествующий об оксфордских историках из будущего, «на натуре» исследующих Британию времён Второй мировой войны. Он способен принести автору немалый урожай премий.
Возвращаясь к сборнику, я отмечу, что давно не читал настолько прекрасного сборника малой прозы. И я не пожалею похвал тем, кто над ним работал. Однако, при хорошем качестве переводов и редактуры, его полиграфическая сторона оставляет желать лучшего. Напечатан он хорошо, однако его тонкая газетная бумага, использованная, видимо, для того, чтобы втиснуть 800 с лишним страниц в твердый переплет, непрочна и местами повреждается при первом же прочтении, да и переплёт, по всей видимости, тоже не очень долговечен.
Повторю, я несказанно рад, что эта книга вышла, что она вышла в «Снах разума» и стала украшением серии, но по сути своей, как сборник лучших вещей, она куда органичнее смотрелась бы в серии «Шедевры фантастики». И полиграфия там лучше приспособлена для такого большого объёма. Но это, всё же, другая парафия…
В завершение добавлю: выбросьте из головы всё прочитанное выше, возьмите в руки сборник, и садитесь читать…
ПОСТСКРИПТУМ №1:
При голосовании на «Книгу года 2010» я поставил этот сборник на первое место в переводной категории. Выбрать произведения в категорию переводной малой формы было гораздо сложнее – многие прекрасные вещи уже выходили на русском в старом сборнике и в периодике. После тщательной проверки я проголосовал так:
1. Конни Уиллис. Вихри Мраморной Арки
2. Конни Уиллис. Джек
3. Конни Уиллис. Прозрение
Жаль, что сборник вышел в конце ноября, и лишь немногие успели его прочесть, поэтому в финал не попала не только сама книга, но и все эти новеллы.
ПОСТСКРИПТУМ №2:
Каюсь, что начав свою колонку с рецензий на понравившиеся книги, я совсем было забросил рецензирование, увлекшись обзором иностранных премий. Чаще всего, после прочтения написать рецензию просто не хватало времени (работа, разъезды), а потом уже не вспомнить подробности, несмотря на заметки и закладки.
Эта рецензия является попыткой реабилитироваться и вернуться к этому занятию. Для памяти привожу список книг, о которых я так и не написал в своей колонке в 2010 году (а так хотел!):
1. Майкл Флинн. Эйфельхайм
2. Роберт Чарльз Уилсон. Спин
3. Кори Доктороу. Младший брат
4. Дэвид Марусек. Счет по головам
5. Пол Мелкоу. Десять сигм
6. Тед Чан. Купец и волшебные врата
7. Майкл Чабон. Союз еврейских полисменов
8. Джон Краули. Любовь и сон + Дэмономания
9. Иэн Бэнкс. Канал грёз
10. Гаэтан Суси. Девочка, которая любила играть со спичками
Действие книги развивается на некоей безымянной планете, чьи поселения носят славные литературные названия навроде Толстой-Сити, Есенин да Лермонтовка тож. Планета обладает интересной особенностью: при определенных условиях люди на ней не умирают, а превращаются в не-мертвых или зомби, по устоявшей классификации.
Обращение к столпам отечественной словесности не ограничивается топонимами. Героиня книги Катерина по славной традиции является лучом света в темном царстве живых трупов, которые цитируют Пастернака и Бродского и выглядят совсем уж добродушными и даже безобидными по сравнению с окружением девочки: совсем не тихим Ионычем и сокольничим Федором Михайловичем.
Сделан текст умело и профессионально. Персонажи, даже мертвецы, выписаны весьма живо и сочно, сюжет бодр, язык хорош. Иного от Данихнова ожидать и не приходилось: он из тех авторов, что закономерно выделились из схлынувшей уже «цветной волны». Впрочем, одну из характерных ее черт он сохранил. Более того, она является магистральной для его творчества. Речь идет об эмоциональной насыщенности текста.
Впору было бы в стиле обложечных аннотаций заявить, что читателя ждут «эмоциональные американские горки!», вот только горки предполагают подъемы, а писатель предлагает только спуск в мрачную безнадегу и прочие «свинцовые мерзости жизни». Последние, скажем прямо, он даже не наблюдает, а живописует. Пожалуй, что даже Чехов, который так и не смог по капле выдавить из себя мизантропа, был более человеколюбив.
Юмор, на который книга богата, оказывается бездонно черного цвета. Но это еще ничего-ничего. Чернота тотальна и распространяется не только на деконструкцию русской литературы, но и на весь мир. Что уж говорить о любви, невинности и дружбе?
Иначе до современного читателя не достучаться, считает писатель.
Но с чем, кроме бытового нигилизма, он хочет достучаться до читателя? Вынести приговор миру проще, чем найти или создать оправдания для его существования. Нужно быть добрее. И даже исходя из презумпции благих намерений, автору следует иметь в виду, что грань между изобличением ужасов и любованием ими не только тонка, но и субъективна. И проводить ее будет читатель.
Алексей Лукьянов "Глубокое бурение"
Алексей Лукьянов отменил "проклятый" вопрос «А зачем нам кузнец?». Автор он, как бы затерто не звучал этот эпитет, самобытный. И персонажи его книг тоже не похоже на ставшие обычными для фантастики фигуры могучих суперменов, бравых вояк с бластером и всезнающих «попаданцев» с маузером наперевес или рефлексирующих тружеников интеллекта – созданных авторами, которые представляют ту часть общества, что у нас принято называть средним классом.
Герои соликамского кузнеца люди простые, поближе к земле – заводские работяги, учителя и милиционеры. Попадаются среди них (героев, не милиционеров) и настоящие сикараськи. Именно сикараськи открывают авторский сборник и тайны собственного мироздания в смешной и умной сатирической фантасмагории «Книга бытия». Впрочем, действие уже следующего произведения, «Карлики-великаны», приближается к знакомым читателю реалиям и рассказывает о перипетиях общественной жизни в Соседском Союзе. Лукьянов как автор обладает широким диапазоном и легко переходит от юмора к лирике, что доказывают рассказ «И вот решил я убежать» и повесть «Жесткокрылый насекомый».
Но, конечно, главную ударную силу сборника являют собой рассказы «кузнечного» цикла. Тяготей рецензент к навешиванию ярлыков, он непременно отнес бы эти произведения к магическому соцреализму.
Если первый рассказ обещал развернуться в подобие каттнеровской серии о Хогбенах с поправкой на современную российскую действительность, то и «Глубокое бурение», и «Высокое давление» уже несут в себе социальное высказывание (если хотите, месседж) — незатейливое и увесистое. Как булыжник в руках былинного пролетария.
Хотя англо-американская фантастика давно стала полем сражения левых и правых взглядов, для фантастики российской такое – редкость. Даже произведения социальной фантастики рассматривали скорее социумы, чем классы.
А вот Лукьянов не только сделал рабочих основными персонажами, но и не забывает напоминать, что и сам принадлежит к тому, что называли раньше рабочим классом. Писатель при этом аполитичен – до той степени, что отвергает и политику, и всех политиков за ненужностью. Дай ему волю – уронит метеорит на Кремль или вышлет все правительство «в Германию или, на крайний случай, в Тринидад и Тобаго».
Написаны произведения сборника искренне, до сермяжной правды, и талантливо.
Конечно, к президенту Лукьянова среди прочих молодых писателей вряд ли позовут снова. Да и зачем ему президент?
Фантастическая повесть Олега Кашина вышла отдельной книжечкой в самом конце прошлого года в издательстве Ad Marginem. На задней обложке дана аннотация, соответствующая сложившимся к моменту выхода книги обстоятельствам, в ней издатели напоминают читателям об избиении Кашина в ноябре 2010 года. Конечно, грех издателю не использовать такой информационный повод для дополнительного пиара, но я, пожалуй, не буду обсуждать эту тему, тем более, что следствие ещё не закончено…
Аннотацию в сети я прочёл раньше, чем саму книгу, и заранее, отталкиваясь от многозначительных издательских пояснений и картинки на обложке, решил, что повесть будет политически очень острой, но не особенно высокохудожественной. Не знаю уж, к счастью или нет, но ожидания мои не совсем оправдались. История использования ускорителя роста живых существ (нет, не «луча жизни», придуманного профессором Персиковым из «Роковых яиц» Михаила Булгакова), а чудодейственной сыворотки, изобретённой неким Карповым, который «совсем не биолог, не химик и даже не фармацевт по образованию» написана лёгким, литературным, правильным языком. Конечно, в тексте есть несколько стилистических оплошностей, да ведь без них теперь книг не бывает. Спокойное, несколько отстранённое повествование без лишних премудростей. Что касается политико-сатирической составляющей, то она – основное вещество повести, суть, почва, но чрезмерного «негативного» перебора, я не увидел. Какой там перебор! Всё как в жизни: распил госбабла, разборки олигархов, анекдотичные казаки, «Олимпстрой» как привлекательное место работы, ЖЖешные страсти, спецслужбы и специнтернаты… А про Околоноля и без меня написали… Немного о сюжете: Карпов с женой Мариной перебирается из Москвы в родной город на русском Юге (город не называется, но по циклопическому монументу красноармейца в шинели и будённовке можно догадаться, что это – Ставрополь), где собирается закончить доводку сыворотки. Ему это удаётся. Ему это удаётся. Осталось проверить снадобье на человеке, и Карпов уговаривает испытать средство на себе лилипута Васю из местного цирка. Не буду дальше пересказывать повесть, тем более, что канва описываемых событий приблизительно дублирует популярный в своё время памфлет Лазаря Лагина «Патент АВ». Сами понимаете, без попытки применить сыворотку Карпова в традиционных для нашей страны целях создания нового человека (исходного материала для формирования «модернизационного большинства») не обойдётся: «Ну ты видишь – обычные люди из регионов, – положил ему руку на плечо начальник. – Я сначала привыкнуть не мог, но потом ничего, даже подружился с ними. Они очень хорошие, правда. Ты же и сам знаешь – модернизационное большинство. А что характером как дети – так от тебя и зависит, чтобы они быстрее повзрослели».
Я пишу, что политический контекст повести не шокирует, хотя, надо признаться, в нашем фантастическом цехе и такого нет. Был бы весьма рад, если б к созданию злободневных памфлетов подобного уровня и направления приложил руку хоть кто-нибудь из признанных мастеров-фантастов. Но… В гетто уютно, тепло и безопасно. Да, я помню об Александре Щёголеве с его «Хозяином». А ещё кто? Ответа на вопрос не жду.
UPD Совсем забыл, когда по-быстрому писал про повесть "Роисся вперде", что у нас есть остросоциальновысказывающийся кузнец Алексей Лукьянов с "Глубоким бурением" и "Высоким давлением". Каюсь.
Опубликовано в журнале "Шалтай-Болтай" #1 (50), 2011.
Имя Глена Кука в дополнительном представлении для любителей фантастики не нуждается. Не одно поколение читателей уже выросло на "Хрониках Черного отряда" и "Частном детективе Гаррете", и число поклонников творчества Кука с каждым годом только увеличивается. В недавно наступившем 2011-м вступил в их ряды и я.
Первое знакомство с автором я свел, прочитав входящий в цикл "Хроники Черного отряда" рассказ "Tides Elba" (немного рекламы: рецензию на сборник "Swords and Dark Magic" ждите на следующей неделе). Впечатления от произведения оказались настолько положительными, что я с трудом поборол желание тут же бежать в магазин за продолжением. Вместо этого я вплотную занялся приобретенным как раз перед новым годом свежим томиком из любимой мною серии "Черная fantasy", в который как раз вошли два первых романа из серии "Garrett P.I." Выхода этого тома я ждал еще с момента анонса прошлым летом и наконец дождался.
"Частного детектива Гаррета" относят к классике жанра фэнтезийного детектива, а образы главных героев цикла, самого Гаррета и его помощника Покойника, называют своеобразной пародией на Ниро Вульфа и Арчи Гудвина Рекса Стаута. Однако "Сладкозвучный серебряный блюз", первый роман цикла, скорее тяготеет к авантюрно-приключенческому боевику, чем к детективу, поэтому роман нельзя назвать типичным представителем цикла.
События книги начинаются после того, как давний приятель Гаррета Дэнни Тейт сломал себе шею, упав с лошади. Безутешные родные покойного, разбирая его архивы, неожиданно обнаружили, что усопший был владельцем приличного состояния, которое он завещал некоей женщине, о которой ни один из членов семьи ни разу не слышал до сих пор. Заинтригованный отец погибшего обращается к Гаррету с просьбой найти таинственную незнакомку и узнать, собирается ли она получать наследство. По странному стечению обстоятельств дама оказывается давней любовью Гаррета, поэтому детектив решает приняться за дело. Ситуацию осложняет тот факт, что последний раз девушку видели в Кантарде (далекой стране, на территории которой ведется жестокая война за обладание богатейшими серебряными приисками), а на состояние Денни мечтают наложить руку его деловые партнеры. Заручившись поддержкой своего друга Морли Дотса и трех его подручных, Гаррет покидает родной Танфер и отправляется в путь. Казавшиеся поначалу такими простыми и банальными поиски наследницы довольно быстро превращаются в полную запутанных интриг историю с приключениями, похищениями, покушениями, подкупами, кентаврами, венагетскими шпионами и прочими мало приятными личностями.
И нужно отметить, интрига сюжета сплетена отменно. Кук по крошкам скармливает читателям необходимую информацию, предоставляя возможность самим собрать из разрозненных кусочков целую картинку. Таким образом, читатели вынуждены сами ломать голову, стремясь разгадать загадки быстрее Гаррета с Морли. Хотя надеяться на это не приходится, так как самые главные козыри автор благоразумно держит в рукаве и выкладывает только ближе к концу романа. С другой стороны, некоторые, как оказывается немаловажные детали Кук частенько мельком упоминает в тексте, но поскольку внимание на них не заостряется, они достаточно быстро исчезают из памяти. А зря.
Но в конечном итоге все кусочки мозаики расставляются на свои места, все ключевые секреты раскрыты, а на самые главные вопросы даны исчерпывающие ответы. Хотя кое о чем автор все-таки умалчивает. Например, я так и не понял, каким образом Кейен удавалось собирать всю ту информацию, что она сообщала Денни, ну и самое главное, как ей удавалось с ним переписываться, потому что регулярного почтового сообщения в пустошах Кантарда ни я, ни герои книги что-то не встречали.
Однако интригующий сюжет совсем не основное достоинство романа. Главной удачей "Блюза", да и, пожалуй, всего цикла в целом, являются прекрасно прописанные персонажи. Практически все основные герои книги (кроме Покойника, который остался в Танфере) описаны настолько колоритно, что не возникает никаких сомнений в их реальности.
Учитывая, что повествование в книге ведется от первого лица, первым делом читатель знакомится с Гарретом. Наш герой — довольно интересный тип. Отслужив пять лет в морской пехоте, он вернулся в Танфер и занялся частным сыском. На первый взгляд он кажется достаточно беспринципным и циничным типом, но очень быстро выясняется, что у него есть одна характерная черта (а по совместительству еще и главное уязвимое место) — Гаррет не может пройти мимо испытывающей трудности женщины. Стоит только какой-нибудь красотке попасть в беду, как наш герой уже спешит на помощь в сверкающих доспехах и на белом коне. Хотя в других вопросах Гаррет особо не церемонится. Он обладает достаточно циничным взглядом на мир, порой довольно критически отзывается даже о самом себе, а для достижения необходимого результата не гнушается ни взяток, ни подкупов, ни телесных повреждений.
Однако в споре за приз читательских симпатий Гаррету ни за что не угнаться за Морли Дотсом. На первый взгляд Морли — типичный воротила из криминального мира. Любитель женщин (преимущественно замужних), постоянный игрок на паучьих бегах (неудачно), один из главных костоломов в городе и вообще он наполовину темный эльф. В качестве прикрытия он содержит ресторан... вегетарианский. Морли Дотс является убежденным вегетарианцем, не пьет спиртного и его рассуждения о неправильной диете Гаррета являются еще одной удачей "Блюза".
Очередным достоинством романа также является авторский стиль. Кук идеально воссоздал атмосферу достаточно мрачного и недружелюбного мира, на улицах которого нет полностью белых и пушистых героев. Тех же Гаррета и Морли едва ли можно назвать ангелами. С другой стороны, Картена и не является законопослушной страной, ведь для того, чтобы закон соблюдали, нужно, чтобы кто-то следил за его соблюдением.
Вышедшее в "ЭКСМО" издание — лучшее из тех, что появлялось в нашей стране. Белая бумага, стильное оформление книги оставляют издания от АСТ далеко позади. А вот другие оставшиеся в наследство от предшественников проблемы в книге, к сожалению, так и не исправлены. Здесь имеются в виду разногласия в переводе имен и названий, неисправленные ошибки переводчика и так далее. Однако существует надежда, что уже в следующих томах работа над ошибками будет проведена. Впрочем, у нового издания есть один серьезный недостаток — достаточно высокая цена, что может существенно сказаться на продажах, особенно если учесть, что старые издания вполне можно найти и по сей день.
Резюме: "Сладкозвучный серебряный блюз" нельзя назвать типичным представителем цикла о Гаррете, однако общее благоприятное впечатление о серии и персонажах составить можно. Интересное, интригующее и захватывающее чтение, позволяющее скоротать пару-другую вечеров, а затем потянуться к книжной полке за продолжением. Если вы любите суровых, остроумных и в то же время достаточно сентиментальных героев, запутанные интриги, головоломные загадки, а также мрачную атмосферу настоящего детектива, то ни в коем случае не проходите мимо. Тем более, что совсем недавно первые два романа цикла в отличном оформлении вышли в издательстве "ЭКСМО", а буквально на днях в продаже появились и следующие два.
Путешествуя по страницам книг, вы, возможно, встречали уже огромное количество мест, которые запали бы к вам в душу. Эдакие уголки, которые будто фиксируешь фотоаппаратом в своем воображении. Такие места просто должны были вам встретиться – это неотъемлемая часть любого путешествия. Но у каждого элемента есть свой противовес, и поэтому можно предположить, что в своем путешествии вы наверняка встречали места, которые ускользали бы из вашей памяти. Вовсе не потому, что они плохие, а просто дело в том, что слишком они уж неприметные на первый взгляд, слишком незначительные. И практически все они, как один, до мозга костей напоминают друг друга.
Добро пожаловать в одно из таких мест — городок, где время движется чуть медленнее, чем везде. Городок, где каждый знает каждого, где вся грязь, которая кажется незаметной на первый взгляд, знакома каждому – просто все об этом молчат. А еще холод и снег. И одиночество. Если для вас это звучит знакомо, то это не страшно – это значит, что вы наверняка уже встречали такие городки. Так что можно ожидать от такого места, кроме отчаяния? Психологический триллер? Какие-то ужасы? Да, без них не обойдется, но как часто бывает и в жизни – за внешне неприглядной оболочкой скрывается настоящий клубок страстей. Так что же нужно ожидать от этого романа? Историю любви, как ни странно. Но не такую, как вы привыкли. Здесь не будет красивых свиданий при свечах, романтических ужинов и прогулок по парку. Не будет. Потому что в этом месте все и не может быть так, как обычно, увы. Вы готовы? Тогда закутайтесь поплотнее в свое пальто – по вечерам здесь довольно холодно….
Честно говоря, когда я только-только рассматривал обложку книги, меня несколько покоробило сравнение автора со Стивеном Кингом. Первым делом я посмотрел именно фильм, и хоть впечатления у меня от него остались хорошие, но Кинг? Пожалуй, нет. Но вот когда я начал читать книгу, стали заметные какие-то схожие параллели. Правда не сразу. Они появлялись постепенно, обрисовывая себя по ходу развития сюжета, но они, безусловно, появлялись.
Две вещи, которые вы, возможно, найдете схожими с произведениями Кинга – это психологизм героев, и место действия. Линдквист так же, как и известный автор, достаточно детально раскрывает читателю внутренний мир персонажей, отвечая на вопросы о поведении и мотивации героев. Благодаря этому, все персонажи выглядят достаточно правдоподобно, а их поведение не вызывает вопроса “почему”. Тем более в рамках окружающей их обстановки, и особенно, города, в котором они живут, читатель и находит часть ответов на причины поведениях этих людей. Шведский Блакеберг чем то схож с Касл-Роком, но за одним исключением – атмосфера здесь более мрачная. Там где у Кинга идет плавное вступление, где люди, пожалуй, даже, наслаждаются размеренной жизнью, у Линдквиста атмосфера некоторого отчаяния сразу окутывает читателя — жители города желают вырваться из своих оков, но не прикладывают к этому никаких усилий, откладывая все “на потом”. Общая атмосфера, царящая здесь, описывается двумя словами – скука и почти всепоглощающее уныние. Некоторые пытаются о чем-то мечтать, что-то желают, к чему-то стремятся, но все это либо довольно мелочные цели, либо их мечты и надежды стираются под тем же самым унынием. Люди задумываются о своем будущем, но задумываются поверхностно, с мечтой в то самое “далекое и светлое”, и кормят себя обещаниями в духе “это последняя сигарета”, “скоро брошу пить”, “на следующей неделе я изменю свою жизнь”.
Другая схожая с Кингом параллель заключается в том, что Линдквист поднимает психологическую тему “темного внутреннего я”. Но у этого есть один минус. Поскольку устоявшаяся истина уже давно гласит, что нет монстра страшнее, чем человек, то и результат таких изысканий будет в некоторой степени предсказуемым. Но на этом сходство авторов, пожалуй, и заканчивается – потому что в том месте, где у Кинга начинают проявляться такие чувства как внутренняя злоба, агрессия, и ненависть к окружающим, для Линдквиста самым страшном качеством в человеке становится равнодушие. Как мне показалось, именно ради того, чтобы показать всю степень отношения к этому чувству, автор и ввел линию Томми, потому что конкретно в истории этого персонажа проявляются все те основные признаки “равнодушного” человека. Даже пожалуй не просто равнодушного, а несколько меланхоличного, местами даже рефлексирующего героя. Он не ищет ответы на важные вопросы, он злобно шутит, ворует, пользуется отношением своей матери, и в целом, вообще не знает, ради чего он живет. Уже не подросток, но еще не взрослый – он застрял где-то между тем и этим. Человек-пустышка, человек без цели. Именно поэтому, эта линия и кажется несколько недосказанной и оборванной – автор раскрывает свои карты несколько раньше, чем это было нужно, и персонаж, по сути, повисает в воздухе, не зная в какой области себя еще реализовать. Но я не могу сказать, что это лишний герой, поскольку его часть истории является важным элементом не только понятий автора, но и атмосферы происходящего.
Примером другого чувства – бесхарактерности, является линия Лакке и Виржинии, потенциал которой, на самом деле раскрылся только ближе к концу романа. Автор то ли осознанно, то ли не нет, раскрывает нам отношения персонажей во второй половине книги, постепенно, всё нагнетая и нагнетая их, чтобы ближе к финалу превратить, кажущуюся на первый взгляд, неинтересную линию, в чуть ли не противостояние основной сюжетной идеи по уровню драмы. Но, увы – поскольку все-таки основная линия для автора становится явно важнее, следующая после кульминации развязка истории Лакке получилась не очень сильной. Но сама линия героев не просто стала еще одним штрихом, на картине происходящего – она чуть вышла за рамки простого примера, так как было видно, что Линдквист действительно вкладывался и в эту историю. Вероятно, для него тема этих героев важна так же, как и рассказ о равнодушии – бесхарактерность людей проявляется в основном в их стремлении жить завтрашним днем. Здесь это показано наиболее ярко – герои мечтают уехать из города, мечтают иметь настоящие отношениях, да мечтают просто признаться друг другу в своих подлинных чувствах, но не делают этого, откладывая все на потом и оставляя дела на самотек. Единственной причиной, побудившей героев, к каким бы то ни было действиям, является опасность, которая может угрожать одному из них. Только в критический момент герои по-настоящему осознают свою привязанность – и это невероятно сильный психологический момент, поскольку такие события случаются в реальной жизни в печально огромном количестве. Единственным моментом линии, который не то чтобы выглядел неправдоподобно, но внушил мне некоторое чувство дискомфорта это факт, что Лакке – гуляка, разгильдяй, пускай с еще остатками светлого в душе – в своих размышлениях, без проблем обращается к Достоевскому. Пережив шок от пребывания такого знакомого имени в данной книге, я задумался о том, а насколько возможна такая ситуация. Без сомнения, я вовсе не считаю, что раз уж город небольшой, и находится в некотором роде положении, напоминающим порой резервацию, то люди, живущие там – полные дураки, не знающие литературы. О нет, вовсе нет. Я совершенно спокойно смогу предположить, что у них имеется библиотека, или какой-то книжный клуб. Проблема в том, что как персонаж – Лакке не оставляет впечатление человека, шатающегося по книжным клубам и библиотекам. Ему милее забегаловки и приятели по гаражу. Вот это одна из немногих вещей, которые бросились мне в глаза.
Но давайте отвлечемся от учительницы и разгильдяя, обращающегося к Достоевскому – я предлагаю обратить свой взор на проблему отцов и детей, где в роли героев, и одновременно злодеев выступят мама и папа Оскара, а так же полицейский Стаффан.
Затрагивая родителей Оскара, нельзя не вспомнить фильм, где акцент на этой проблеме был обыгран довольно блестяще – зрители не видел лица матери Оскара, а от отца они слышали только голос в трубке. Здесь, такой возможности, естественно не представиться, но автор сумел и без киношных приемов раскрыть эту проблему. Родители Оскара из того типа людей, которые удовлетворяются простым “нормально” на вопрос о делах. Порой кажется, что выдай ребенок просто какой-то звук – один звук, и родитель все равно в голове зачтет это за ответ. Вторая вещь, которая мешает отношением – это алкоголь. В книге есть потрясающая фраза Оскара, о том, что “алкоголь превращает папу в какого-то монстра”, меняет его. Глядя на таких родителей, у читателя не остается вопросов о том, откуда у Оскара взялась тяга к нездоровым увлечениям убийствами.
Третьего персонажа – Стаффана, можно было бы еще записать в круг “человек, для которого происходящее слишком огромно”. Но на самом деле с этой стороны ничего интересного я не нашел, потому что Линдквист действует по простой схеме, и размышления Стаффана на данную тему заключаются в мысли: “я разгребал обычные дела, а тут вдруг такой БАЦ!”. Гораздо интереснее его человеческая сторона и отношение с Томми. Он знает, что тот ворует, но прикрывает его, и терпит, обещая наказать его “в будущем”. И тот человек, который казался стражем порядка, человеком терпимости, верующим человеком – внезапно показывает клыки. Даже мать Томми понимает это в какой-то момент, но отказаться от брака она не в силах – бесхарактерность человека снова дает о себе знать.
Вы уже прониклись местной атмосферой? Чувствуете затхлость здешнего воздуха? Неприятно? Приготовьтесь – чем глубже, тем хуже. Но, слава богу, не всегда.
Надеюсь, читателю понятна, какая атмосфера царит в этом месте и какие люди живут в этом городке. Их там гораздо больше, чем я описал, но они всего лишь дополнения к основным штрихам. Мне бы хотелось чтобы вы представили все в полной мере специально – для того чтобы смогли вообразить, какие дети могут появиться в таком городе. С какими принципами и характерами. Здесь, я естественно говорю о Йонни и его дружках – мучителях Оскара, образы которых воплощают все то плохое, что может подарить такое место ребенку. Линия отношений Оскара с Йонни не просто показательна – она создает очень яркий барьер для читателя. В чем это выражается? Представив, каким образом одни дети мучают другого ребенка, уже никакой маньяк не покажется вам бессердечной сволочью. По изощренности, он возможно даже и не дотянет до их уровня.
Последний, о ком я упомяну перед переходом к основной истории – это Хоган, помощник Эли, один из самых противоречных персонажей. С одной стороны это своего рода функция, пример, суть которого раскроет одновременно и сам Хоган и читатель. Другая сторона вопроса – это отношения Хогана к Эли, а именно корень этих отношений, то зло, которое есть в самом Хогане. Сложно об этом говорить, не затрагивая любым образом сюжет, и поэтому этот вопрос я оставляю исключительно на совесть читателей. И как раз в линии Хогана проявляется минус, схожий с линией Томми – реализовав персонажа по полной программе, автор не знал, что делать с ним дальше, и оттого завершение его истории вышло несколько странным и не сказать, что особо удачным.
Но все о чем я говорил, все это – второстепенные линии, персонажи и истории которых, казалось бы, должны были влиять в основном на общее восприятия и атмосферу, но на деле такого нет. Эти персонажи, через свое поведение и поступки грамотно и четко раскрывают взгляды и идеи автора. Но все же это – круги на воде, неспокойные и множественные круги, восходящее и темное торнадо, в центре которого находятся два существа – один человек и один вампир.
История Оскара – это одновременно рассказ об одиночестве и о дружбе-любви. Сам Оскар не сказать, чтобы уж очень типичный представитель города – равнодушный и бесхарактерный, вряд ли. В нем нет того образа зла, воплощенного в Йонни, но частичка этого самого зла в нем есть. Город повлиял на него – посеяв еще с самого детства ненависть, и странные взгляды на окружающих. Оскар живет фактически самостоятельно, но не имея при этом друзей – он ходит везде сам, сам принимает нападки старших, но в тоже время он не ощущает какой бы то ни было опоры или поддержки. И не показные заботы родителей, ни появление временных друзей, не некоторое покровительство тренера не могут исправить этого. Не могли. Пока Оскар случайно не познакомился с Эли – своей новой соседкой. До этого момента он был одинок, после этого – уже нет, но цена за такое общение оказалась довольно непростой. Одиночество Эли происходит как раз из-за ее сути, из-за того, что она является вампиром. Молодым на вид, но бесконечно уставшим внутри – именно на этой ноте, в этом схожем потоке она и сталкивается с Оскаром, а все что следует дальше – лишь логическая цепочка событий, которая может последовать за такого рода встречей. За исключением некоторых деталей конечно – здесь есть свидания при Луне, но каждая новая встреча сопровождается случайными кровавыми подробностями, и постепенно, Оскар все равно выясняет две тайны Эли – но не просто выясняет, а принимает их. И если первая тайна читателю то известна, то вторая, я уверен заставит удивиться многих. В этом, наверное, единственная хорошая заслуга этого города – слишком большое количество крови, внутренних демонов и равнодушия снизило моральную планку людей на несколько пунктов вниз, и именно поэтому Эли не удивляется поведению людей, а Оскар в конце-концов смиряется с сущностью Эли. Что может быть страшного в этом для Оскара, если жители города, после очередного убийства уже просто пожимают плечами и зевают.
Правда если говорить совсем жестко – то линия Оскар/Эли является просто некой вариацией на тему Ромео и Джульетты, а все что вокруг происходит, по идее должно быть лишь декорацией. Но так судить не получается, просто потому, что слишком уж живые, слишком уж правдоподобные получились у автора истории и люди, чтобы тянуть на простые декорации.
Одним из главных плюсов книги, в сравнении с фильмом, является не только психологическое раскрытие героев, но и история Эли. Она здесь подается отрывочно, кусками – автора интересует не столько причина, столько сам результат, и конкретно происходящие события. Вампиризм здесь представлен в весьма интересном варианте – в виде болезни, которая подобно раковой опухоли захватывает тело человека. Сама Эли является примером не только носителя, но и показывает ту цену, которую требует романтизированное людьми “бессмертие”.
Все эти события – история с маньяком, знакомство Оскара с Эли, линии второстепенных персонажей занимают временной промежуток, чуть меньше месяца, но страсти, которые кипят в сюжете, не дают расслабиться читателю. Автор очень правильно расставляет приоритеты, ускоряя действие по ходу повествования, и накаляя атмосферу ближе к финалу. Кстати говоря, нельзя не отметить забавную, с нашей точки зрения, историю с русской подлодкой – этот пример прекрасно иллюстрирует влияние Холодной Войны на умы людей того времени.
Подводя итог, хочется сказать следующее — на самом деле, главный факт, который возможно в первую очередь заинтересует читателя (и о котором возможно стоило бы упомянуть в первую очередь) – книга достойная. Это так, но порекомендовать я могу ее не всем. Во-первых, обилие “вкусных” подробностей отпугнет младшую аудиторию. Любителям “Сумерек” здесь так же, как ни странно, ловить нечего (Хотя на первый взгляд казалось наоборот, правда?) – история не очень проста, и не зацикливается на одной сюжетной ветке. Плюс ко всему, общее настроение книги, довольно мрачное – здесь есть все что угодно, начиная от нюхания клея и заканчивая педерастией. Это неожиданно, это жестоко, но это оправдано, в рамках истории. Так надо – потому что так доходчивее. В дополнении к этому, как уже было сказано выше – есть некая недоработка двух сюжетных линий, и лично моя претензия – отсутствие настоящего “холода”. Автор прекрасно изобразил нужную атмосферу , но читая его, мне бы хотелось бы ощутить холод, подобный Симмоновскому “Террору”, когда тебе кажется, что лед выскальзывает за страницы и заползает прямо к вам в комнату. Но чего нет, того нет.
Но всем тем, кто не боится таких вещей и минусов, я могу смело порекомендовать эту историю. Она интересная, печальная, местами очень “грязная”, и отчасти в чем-то прекрасно-простая. И совершенно не жаль узнавать в очередной раз ту же мораль, потому что сама история стоит потраченного времени. Ведь в конце-концов, все же вы прекрасно понимаете, что той вещью, которая вытягивает героев из омута, оказывается, конечно же, любовь.
p.s. Пара нелестных слов об обложках. Поскольку вариантов всего два — либо "привет от Сумерек" либо "реклама фильма", то обе обложки одинаково плохи. Но у второй хотя бы стильно — Хлоя Моретц спереди , а не какое-то подобие Аврил Лавин.
облако тэгов
