Рецензии


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Рубрика «Рецензии» облако тэгов
Поиск статьи в этом блоге:
   расширенный поиск »

  

Рецензии


Внимание!

Данная рубрика — это не лента всех-всех-всех рецензий, опубликованных на Фантлабе. Мы отбираем только лучшие из рецензий для публикации здесь. Если вы хотите писать в данную рубрику, обратитесь к модераторам.

Помните, что Ваш критический текст должен соответствовать минимальным требованиям данной рубрики:

  1. объём не менее 2000 символов без пробелов

  2. в тексте должен быть анализ, а не только пересказ сюжета и личное мнение нравится/не нравится

  3. рецензия должна быть грамотно написана хорошим русским языком

  4. при оформлении рецензии обязательно должна быть обложка издания и ссылка на нашу базу (можно по клику на обложке)
Модераторы рубрики оставляют за собой право отказать в появлении в рубрике той или иной рецензии с объяснением причин отказа.

Модераторы рубрики: Славич, kkk72, Aleks_MacLeod, sham, volga

Авторы рубрики: tencheg, Smooke, sham, Dragn, armitura, kkk72, Dark Andrew, Pickman, fox_mulder, Нопэрапон, Vladimir Puziy, Aleks_MacLeod, drogozin, shickarev, glupec, rusty_cat, Ruddy, Optimus, CaptainNemo, Petro Gulak, febeerovez, Lartis, cat_ruadh, Вареный, terrry, Metternix, TOD, Warlock9000, Kiplas, NataBold, gelespa, iwan-san, angels_chinese, lith_oops, Barros, gleb_chichikov, Green_Bear, Apiarist, С.Соболев, geralt9999, FixedGrin, Croaker, beskarss78, Jacquemard, Энкиду, kangar, Alisanna, senoid, Сноу, Синяя мышь, DeadPool, v_mashkovsky, discoursf, imon, Shean, DN, WiNchiK, Кечуа, Мэлькор, Saneshka, kim the alien, ergostasio, swordenferz, Pouce, tortuga, primorec, dovlatov, vvladimirsky, ntkj666, stogsena, atgrin, Коварный Котэ, isaev, lady-maika, Anahitta, Russell D. Jones, Verveine, Артем Ляхович, Finefleur, imra, BardK, Samiramay, demetriy120291, darklot, пан Туман, Nexus, evridik, Evil Writer, osipdark, nespyaschiiyojik, The_Matrixx, Клован, Кел-кор, doloew, PiterGirl, Алекс Громов, vrochek, amlobin, ДмитрийВладимиро, Haik, danihnoff, Igor_k, kerigma



Страницы:  1  2  3 [4] 5  6  7  8  9 ... 228  229  230

Статья написана 13 ноября 23:36
Размещена также в авторской колонке imra

Маг и его Ученик: вдвоем против Обетованного, или Кто тут в Небожители крайний?

gibel_bogov

Хьервард. Искорка в костре Сферы Миров. Родина эльфов и альвов, древесных и горных гномов, троллей и кобольдов, гаррид, хеддов и гоблинов. И, конечно же, людей. Смелых ярлов и танов, вольнолюбивых баронов и бондов, знающих цену деньгам торговцев.

Мир, полный ошеломляющих красот и кошмарных ужасов. Обычный мир, коих тысячи.

Мир, где родился на свет тан Хаген. Человек, без которого хитроумная задумка Хедина не имела  шансов на воплощение.

Десять веков Истинный Маг Хедин, Познавший Тьму, ждал, пока закончится изгнание, наложенное на него Советом Поколения. Пока он сможет взять Зерно Судьбы Ученика, назначенного ему Предвечными, из Шара Жребия. Будущего величайшего воина, полководца и правителя. Того, с чьей помощью Хедин собрался осуществить давно лелеемый план. План, способный изменить судьбы не только смертных и Магов, но и самих Богов.

Спустя пару десятков лет после рождения Хагена, ставшего за это время отменным бойцом и предводителем воинов, время пришло.

И устремились дружинники Хагена к столице Хранимого Королевства, залога Магов перед Молодыми Богами. И двинулись рати его противников к берегам острова Хединсея, вновь ставшего оплотом мятежного Мага. И застонал эфир под напором заклинаний, используемых как врагами Хедина, так и самим Познавшим Тьму. И закачались весы Равновесия, не зная, на чью сторону они склонятся через несколько часов.

Николай Даниилович Перумов вырвался на фантастический небосклон в 1993 году с дилогией (позднее трилогией) «Кольцо тьмы». Роман был написан еще в 1989 году, и переносил читателя в Средиземье Толкиена, 300 лет спустя после Войны Кольца. Фэндом буквально порвало. Равнодушных не было. Часть толкиенистов исходила ядом, по поводу «жирования на костях Профессора», другая с удовольствием вылавливая блох, отдавала должное талантливому автору.

«Кольцо тьмы» действительно стало событием. Перумову удалось прочувствовать дух мира Толкиена и показать его более приземленную и менее романтическую сторону. Все бы хорошо, но великолепно начав роман, Перумов не удержался. После того, что автор сделал со Средиземьем в конце, он был просто обязан на нем жениться, или отправиться за решетку за надругательство над чужим миром с отягощающими обстоятельствами.

Ну да это все лирика, а фактаж в том, что получив имя после «литературной игры» на чужом поле, Перумов показал, что и сам в состоянии создавать нетривиальные миры. Более двух десятков книг общим тиражом более четырех миллионов экземпляров стали зримым подтверждением его мастерству.

«Гибель Богов» (впервые издана в 1994) стала первой полностью самостоятельной книгой Перумова. Оригинальный мир (даже Сфера миров), как потом выяснится непосредственно связанный с нашей Землей, многочисленные и качественно проработанные системы магии, удалой размах и затягивающий сюжет.




Статья написана 10 ноября 08:09
Размещена также в рубрике «Материалы с конвентов и литературных встреч» и в авторской колонке vvladimirsky

Захаров Дмитрий. Кластер (по рукописи).

Номинировал Николай Караев: Как всякая хорошая фантастика только прикидывается фантастикой (но делает это хорошо), так и кафкианская антиутопия Дмитрия Захарова лишь маскируется под таковую. Замкнутый сам на себя мир российских государственных корпораций, сражающихся за производство удивительного полупроводника, арсенида голландия, оказывается населен людьми, более чем похожими на нас – нас из настоящего, недавнего прошлого и, как ни жаль, обозримого будущего. В этом романе есть все атрибуты фантастического триллера: от всесильных спецслужб до таинственных террористов, от послушных винтиков условно киберпанковских вертикалей власти до оживленных кукол, ждущих своего мессию, – но главное в «Кластере» не это, и даже не мастерская полифония, незаметно и неумолимо затягивающая читателя в мутные бездны корпоративной вселенной. Главное, на взгляд номинатора, то, что «Кластер» не столько создает свой собственный мир, сколько открывает нам глаза на имеющийся. Постепенно проступает карта лабиринта, в котором, как водится, почти все маршруты заканчиваются тупиками – не потому, что мы такие уж плохие люди, а потому, что «раньше у нас было время, теперь у нас есть дела», потому что чаще комфортнее уйти оттуда, где надо бы не забыть остаться, потому что иногда уютнее предать и забыть. Но кто-то, может быть, и прорвется к звездам, из которых идет снег.


ОТЗЫВЫ ЖЮРИ


Андрей Василевский:

цитата

В книге — два слоя: там, где про Медведя Семена, Жирафа Русю, оловянных и др. — замечательно; там, где про человеков — скучно и, кажется, уже читано. Убрать бы этих хомо сапиенсов на задворки повествования, какая славная повесть могла бы получиться (меньшего, конечно, объема).


Валерий Иванченко:

цитата

Пиарщик-оппозиционер и плюшевый медведь против режима и корпораций, трагедия.

Не очень складно придуманная и сбивчиво изложенная история – с конкуренцией инновационных ведомств, чиновниками, революционерами, воровством, шпионажем, эстрадной певичкой и разумными куклами.

У пиарщика российской корпорации «Микрон» пошла чёрная полоса. На организованном им концерте случается непонятный идеологический теракт в сопровождении стрельбы и паники. Его снимают с должности и ссылают в архивный подвал. Тем временем игрушечный медведь, пытается вывести своих друзей (жирафа, зайцев, щенка) из соседнего подвала, где вот-вот произойдёт конец света. Игрушки, наделённые сознанием, были созданы ещё в 90-е годы в ходе экспериментов с волшебным веществом арсенидом. Потом тему закрыли, но создания остались жить в подземельях заброшенных лабораторий. На них открыта охота, поскольку заключённый в них арсенид страшная ценность. Пиарщик, рискуя свободой и жизнью, погружается в корпоративные тайны, связывается с фейковым подпольем, заводит роман с певицей и решает во что бы то ни стало спасти доверчивых мелких существ. Всё оказывается не так просто, кругом предательство, он бежит в Америку вместе с медведем, потеряв его друзей по дороге, но и Америка не спасает.

Захаров – писатель не бесталанный, но не особо умелый. У него то и дело сбоит стиль, слов избыточно много, но все неточные, и, главное, не получается вовлечь читателя в текст и в придуманный мир. Персонажи либо неприятны, либо безразличны, история тоже оставляет равнодушным, слишком много гротеска, слишком надуманной она кажется.

Разумеется, всё это вкусовые претензии. Ведь прошлогодний «Репродуктор» многим понравился, а «Кластер» поинтересней и заметно сильнее. Ну, страннейший и ходульный сюжет. И что? У нас ведь фантастика, социальная.

Находка с живыми куклами при всей видимой нелепости оказывается ловким ходом. На фоне бессмысленного мира, населённого отталкивающими персонажами, маленький медведь Семён сияет как светоч активного гуманизма. Тут есть момент наглой эксплуатации, но автор искренне любит своего медведя не за пушистость, а за стойкость и чистоту помыслов, и мы тоже не сможем не полюбить.

И всё же две трети или даже три четверти всей истории кажется, что Захаров весьма расплывчато представляет, о чём собственно рассказывает и что хочет сказать. Сюжетные ходы путаются и рвутся, роман выглядит кладбищем благих пожеланий. Сатира выходит беззубой, переживания – неубедительными, остросюжетность – натянутой, мысли – наивными. Перелом происходит лишь ближе к финалу, когда заканчиваются кривые подводки, а из тумана запутанной экспозиции проступают очертания драмы. Похоже, что только в конце автор определяется как с жанром, так и с высказыванием. Обречённая искренность – вот, оказывается, о чём речь. Жестокость творца, отважное бессилие твари. Женщины – суки, только игрушки не предают. Россия ни к чему не способна, ей бы красть, да детей своих жрать. Капитализм – дерьмо, революция не лучше. Может не глубоко, зато выстрадано. И главное – ударные развязки на месте. Читатель вознаграждён за упорство и уходит довольным.


Константин Мильчин:

цитата

Офисная антиутопия в сочетании с критикой режима и власти. Захаров как писатель совершенствуется, но ему, безусловно, стоит внимательнее относится к словообразованию.


Константин Фрумкин:

цитата

Из всех представленных на конкурс работ «Кластер» — пожалуй, самый актуальный. И актуальный он не только потому, что написан про почти современную Россию и ее хозяев, но и потому, что вдохновлен очень важными «обертонами» нашей общественной жизни — обертонами, которые вроде бы всем доступны, но почему-то редко достигают слуха авторов остросюжетных повествований — даже «политических» и «актуальных».

Итак, российские госкорпорации соревнуются за то, кто первый отчитается, что наладил производство некоего полупроводника. Беда в том, что на самом деле делать полупроводники никто не умеет, деньги на их производство украдены, а отчитаться о проделанной работы можно только теми материалами, которые когда-то СССР купил в Японии.

Проблема лишь в том, что из этих материалов сделаны живые игрушки — мишки, щенки и солдатики. А значит, отчитаться о распиленных средствах можно только переловив и уничтожив этих беспомощных живых существ.

Получается грандиозная метафора всей нашей «политической экономии». Невозможность заняться созидательным, высокотехнологическим трудом побуждает нашу власть заменить его трудом по уничтожению и мучению своих беззащитных подданных — попытаться извлечь дивиденды из их уничтожения, бросить их в топку прогресса, буквально на их костях построить замену недостающих высоких технологий. Метафора прозрачная — тем более что охота за игрушками происходит в бункере, на строительстве которого некогда погибло немало сталинских зэков. Попытка компенсировать очевидной жестокостью свое бесплодие.

В результате — необычный ход — отношение к игрушке предстает как нравственный ориентир.

И сколь грандиозна асимметрия сюжета: на одном конце госкорпорации тратят миллиарды, гоняют спецагентов и льют кровь только для того, чтобы удачно имитировать свою нужность и маскировать бесполезность — на другом конце одно частное лицо жертвует своей жизнью, чтобы спасти одного плюшевого медведя.

При этом экстремисты, стремящиеся разрушить царство госкорпораций, не лучше их, ибо пытаются сделать из игрушек бомбы. Экстремисты — это те, кто некогда получил советский, отечественный полупроводник, и теперь возомнил себя богом и ненавидит имитационный мир госкорпораций. Ностальгия по советскому созиданию оборачивается мечтой о бомбе.

Что еще сказать о романе Захарова? Стиль его прост, и ничему не мешает.

Звучащая в романе тема волчьих нравов в среде офисного планктона вторична и была разработана во многих других литературных текстах, начиная с романов Сергея Минаева.

Роман нельзя назвать выдающимся, но он несомненно может понравиться.

Я надеюсь, что Дмитрий Захаров продолжит писать.


Галина Юзефович:

цитата

Во-первых, огромный шаг вперед по сравнению с прошлогодним «Репродуктором», а во-вторых, роман, в котором герои по-настоящему живые и их жалко. История про разумных игрушек перекликается с историей разумных медведей из прошлого романа, но отработана на принципиально ином уровне – гораздо тоньше и уместнее. Другое дело, что Захаров почему-то все время пытается писать кафкианско-абсурдистскую сатиру на российскую бюрократию, которая у него выходит утомительно однообразной – не смешной, не страшной, не злой, а какой-то совершенно серой и безликой – под стать описываемому объекту: трудно было удержаться, чтобы не пролистывать «сатирические» страницы.  Мне кажется, что если бы в романе осталась только одна линия, связанная со спасением игрушек, он бы от этого очень сильно выиграл.  Ну, и к концовке есть кое-какие вопросы: все плохо, это понятно, и плохо более или менее везде, но этой суховатой констатации как-то явно не хватает для мощного финального стаккато.


Отзывы на другие произведения, номинированные на "Новые горизонты" см. на официальном сайте премии.


Статья написана 7 ноября 15:32
Размещена также в рубрике «Материалы с конвентов и литературных встреч» и в авторской колонке vvladimirsky

Клещенко Елена. Московские каникулы // Клещенко  Е.  Файлы Сергея Островски.— Млечный путь, 2015 (электронная публикация).


Номинировал Владимир Борисов: Это фантастика ближнего прицела. Редчайший для нашего времени вид научной фантастики, требующий определённой смелости и хорошего знания современных технологических новшеств. Хотя номинируется лишь одно произведение — повесть «Московские каникулы», представляет интерес весь сборник Елены Клещенко «Файлы Сергея Островски». Форма фантастического детектива не должна скрыть от читателя главное, что интересует автора: возникновение совершенно новых этических проблем, вызываемых быстрым проникновением в наш мир вещей и явлений, из фантастики переходящих в реальность. Всё это ждёт нас «за поворотом, в глубине», к этому нужно готовиться, это нужно осознавать, это нужно осмысливать и учиться в этом жить. Потому что жить по-старому не получится, отсидеться в уголке не удастся. «Хищные вещи века» вторгаются и внедряются в наше пространство незаметно, но стремительно и затрагивают всех.


ОТЗЫВЫ ЖЮРИ


Андрей Василевский:

цитата

Ну что ж… детективная деятельность в условиях несколько расширенных технологических возможностей по сравнению с настоящим моментом (то есть близкое будущее). После сериала «Черное зеркало» (Black Mirror, 2011-2016) читать это уже не занимательно. Между тем, занимательность — это единственная мотивировка для обращения к таким текстам, почти лишенным художественных, психологических и философских достоинств/измерений. Поэтому всю книгу — «Файлы Сергея Островски» — я читать не буду. Возможно, зря.


Валерий Иванченко:

цитата

Елена Клещенко, научный журналист и редактор, написала серию научно-детективных историй из не очень отдалённого будущего (не пропадать же профессиональным знаниям и умениям). В этой серии действует один сквозной персонаж: русский американец – полицейский, затем частный сыщик. В разных историях он для раскрытия преступлений пользуется методами футуристической криминалистики (вроде детальной расшифровки ДНК, например), мотивы и способы совершения преступлений связаны со всякими идеями из передовых областей науки. В одном рассказе сыщик даже ведёт расследование на обитаемой лунной базе. На премию номинирована маленькая повесть «Московские каникулы» — не очень закрученная, но, может быть, самая литературная.

Действие повести разворачивается на подмосковной даче, и явных примет будущего здесь почти нет. Вся фантастичность сводится к выдуманному способу лечения болезни Альцгеймера – компьютерному интеллектуальному протезу. Это изобретение задаёт некоторые параметры предполагаемого преступления, расследование же приходится вести по старинке. Расследование совершенно частное и проводимое к тому же в ограниченном кругу съехавшихся родственников. Хотя за пределами дачи царит высокотехнологический капитализм, в замкнутом мирке повести мы погружаемся в забытую атмосферу советского детектива.

Советский детектив был любим за остросюжетность, нарушающую привычный и приевшийся быт. Важными приметами его были психологизм, узнаваемая типажность и чёткость нравственных ориентиров. Советский сыщик был идеалом, образцом человека, борющегося с недостатками старого мира и своими собственными несовершенствами ради общего будущего. В повести Клещенко главный герой идеален вдвойне – ведь он прибыл в милую, но несколько затхлую Россию из самой передовой Америки. Прибыл, чтобы наказать зло, спасти дядюшку, произвести впечатление на кузину. Несмотря на некоторые сложности адаптации, особого труда ему эта миссия не доставит, с его-то опытом защиты закона среди прожжёных капиталистов.

С психологичностью в повести не так чтобы сильно здорово, но детектив вышел крепкий и даже не женский, без всякой романтической лабуды, свойственной Устиновым и Дашковым. Профессиональную состоятельность автор показала на пять, создав чтение достойное, грамотное, хотя и без всяких достоинств сверх намеченных в техзадании. Читать это нет совершенно никакой необходимости, пока вас не волнует перспектива болезни Альцгеймера.


Константин Мильчин:

цитата

Смесь детектива и фантастики с добавлением некоторого количества умных слов, сложных девайсов и попыткой выйти на международный уровень. За заодно на философско-футуристический.  В  ит оге получается российская адаптация «Черного зеркала» с актерами из сериала «Ментовские войны».


Артём Рондарев:

цитата

В повести за образец взят старомодный английский детектив, с большой семьей, живущей в большом доме, откуда пропадает человек, ворохом подозреваемых, сложными семейными отношениями и единством места и действия, которое, кстати, происходит в России, куда герой, связанный узами родства с описанной семьей, приехал погостить. Повествование обладает некоторым морализаторским потенциалом, и недаром две фамилии писателей, возникающие тут в речах и мыслях героев, — это Достоевский и Честертон.

В силу жанровых особенностей о сюжете я почти совсем не буду говорить. Речь тут идет о розыске людей, который главный герой осуществляет, преимущественно прибегая к помощи интернета и разнообразных гаджетов; действие, судя по всему, разворачивается в каком-то недалеком будущем, в котором успели появится некоторые технические и электронные новинки, однако по сравнению с нашим временем все они не производят впечатления какого-то особенного технологического прорыва, и в этом состоит первая проблема: не вполне понятно, на каком основании повесть отнесена к фантастическому жанру. Да, тут есть взлетающие автомобили и какие-то хитрые подслушивающие устройства, но никакой принципиально иной проблематики они в повествовании не вносят; да, сюжет строится вокруг технологий, на данный момент недоступных, но, опять-таки, после непродолжительного раздумья эти технологии можно заменить на нечто уже существующее, и сюжет от этого никак не пострадает. Думать, что фантастика – это такой жанр, где много разнообразных устройств и «не все как у нас» — значит, полагать его чем-то вроде «реализма с гаджетами», то есть, строго говоря, уничтожать все эндемичные фантастике проблематики и в довольно большом числе случаев просто свести ее к графомании: Стругацкие писали определенно менее искусным стилем, чем Бунин, но любят их не за это.

Другая проблема тоже связана с гаджетами и жанром, но она в каком-то смысле прямо противоположна первой: классический детектив (а повесть прямо в него метит) нельзя написать в будущем, только в настоящем или прошлом, просто оттого, что функция читателя в детективном жанре принципиально отличается от функции читателя любых других жанров. Как гласит второе правило «Десяти заповедей детектива» Рональда Нокса, «Никакие сверхъестественные или ненатуральные силы не допускаются»; в детективе же, который происходит в будущем, этих сил всегда пруд пруди, ибо, как известно, при определенном уровне технического развития техника становится неотличима от магии: устройства, которые умеют делать то, что в наше мире не умеет делать еще ничто, появляются из кармана с ловкостью фокуса, и не вполне понятно, в чем тут роль читателя, который в детективе, как ни крути, — обязательный соучастник событий, ибо, собственно, детективная загадка всегда предлагается автором как повод для состязания с читательской проницательностью. Как читатель может догадаться, что одно непонятное устройство отключается с помощью другого непонятного устройства, которое внезапно оказывается у героя в сумке, и сделать из этого какие-то выводы? Разумеется, никак. Таким образом, автор обретает роль демиурга, который не обязан ни перед кем отчитываться, и тебе остаётся только гадать: задумывалось ли применение этого непонятного девайса при сочинении сюжета или автор просто достал его из шляпы, когда понял, что сам забрел в тупик? То есть, честно ли написана задача, или же в нее по мере попыток ее решить на ходу подбрасываются все новые и новые условия?

Если же отвлечься от этих претензий (на мой взгляд, правда, весьма существенных), то читается это все довольно увлекательно и написано достаточно внятным языком; тем не менее, даже несмотря на внятность языка, названные выше проблемы приводят к тому, что у тебя в итоге возникает ощущение авторского превосходства над тобой: автор настолько лучше экипирован знанием происходящего, чем ты, что ты постепенно теряешь нить и принимаешься путаться в героях (выписанных довольно стереотипно), их аргументах (которые часто ссылаются на вещи, о которых у тебя нет никакой возможности узнать) и в сюжете в целом, — до той степени, что хочется вернуться на несколько страниц раньше и перечитать, с чего же все-таки все началось.


Константин Фрумкин:

цитата

Приятный классический детектив. При этом очень тщательно продуманы черты недалекого будущего. Они правдоподобны, им веришь, все так и будет: примерно так же, как сегодня, но с такси на воздушной подушке, автомобилями, возвращающимися домой на автопилоте, и лабораториями, по ДНК рисующими портрет человека. Однако все же это не более чем детектив. Никаких дополнительных измерений и новых горизонтов в тексте не проглядывает.

Лично мне чтение «Московских каникул» несколько затрудняло повышенное внимание автора к одежде, прическам и занавескам — всем этим милым трикотажно-текстильным деталям. Но это отнюдь не недостаток, а может быть даже и достоинство повести.


Галина Юзефович:

цитата

Преувеличенно традиционный, словно бы аккуратно выпиленный по типовому шаблону герметичный детектив с одним-единственным фантастическим допущением. Интрига выстроена на честную четверку; герой (американец русского происхождения, приехавший на историческую родину навестить родню) выглядит идеальным суперменом без человеческих свойств; локейшн, в котором происходит действие (классическая постсоветская дача), производит впечатление плоской и минималистичной декорации, нарочито лишенной каких бы то ни было узнаваемых теплых деталей. Диалоги – как будто автор только что закончил какие-то онлайновые курсы по creative writing’у. Словом, старательный и ученический блочно-панельный опус – не плохой и не хороший, но в целом совершенно не обязательный.


Отзывы на другие произведения, номинированные на "Новые горизонты" см. на официальном сайте премии.


Статья написана 6 ноября 14:33
Размещена также в авторской колонке imra

Подземная модель социума, или 50 оттенков жизни

Bunker

Еще три года назад шериф Холстон был абсолютно счастливым человеком. Нужная работа по поддержанию закона. Любимая жена Эллисон. И даже выигрыш в лотерею, позволяющий завести ребенка.

А потом внезапно все закончилось.

Эллисон, его Эллисон захотела выйти наружу.

В этом явно была виновата проклятая информация, которую она восстанавливала, работая со старыми серверами. Оказалось, что известное им восстание было не единственным. И данные на компьютерах стерли не обязательно бунтовщики.

Именно эта проклятая информация заставила ее сказать, что все они видят снаружи — ненастоящее. И отважиться на то, что никто не делал по своей воле уже сотни лет — выбраться из Бункера.

Джульетта, один из лучших техников за последнее десятилетие, также была счастлива у себя на Глубине, возясь с машинами, от которых зависели тысячи жизней. И вовсе не собиралась подниматься на верхние этажи, и занимать хоть какие начальственные должности. Но мэр Джанс умела уговаривать.

Оказалось наверху все гораздо сложнее, и начальник Ай-Ти отдела Бернард Холланд мало того, что изрядно амбициозен и метит на кресло мэра. Вдобавок он скрывает чертовски важную информацию о происходящем снаружи.

И готов за нее убивать.

Американец Хью Хауи с детства мечтал стать писателем. В школе даже начал свою первую большую книгу. Однако потом мальчик подрос,  и идею писательства подзабросил. Изрядно попутешествовал, причем на своей яхте, разок чуть не ставшей для него могилой. Поработал капитаном уже чужой яхты, в одном из своих круизов встретив очаровательную девушку Эмбер, вскоре ставшую его женой. Семейная жизнь заставила покончить с морскими путешествиями, заставив заняться более спокойными делами.

Поднакопив впечатлений, Хью вернулся к писательскому ремеслу, в 2011 получив реальную отдачу от своих трудов.

Первая часть его трилогии «Бункер» была включена в топ 100 книг на Amazon и получила несколько номинаций читательской премии Goodreads Choice Award. А также массу восторженных отзывов от журналистов, критиков и коллег по цеху.

Постапокалиптической литературы на нашем веку появились уж многие десятки (а то и сотни) экземпляров. Но «Бункер» Хауи выгодно отличается от них одной немаловажной деталью.

Тайной и интригой. Практически с самого начала читателю ясно, что все не так просто, и производственным романом, описывающим тяжелое будущее человечества, дело не ограничится (да и человечества, кроме жителей бункера мы тут не увидим). С первых страниц автор дразнит наше любопытство намеками, упоминаниями и недоговорками.

Остроты в блюдо добавляют герои, находящиеся практически в том же (если не хуже) состоянии тягостного недоумения, что и читатель. Ведь протагонисты, прожившие в Бункере всю жизнь, и не особо задумывавшимися о внешнем мире, вдруг оказываются по уши в океане лжи. Точнее понимают, что всю жизнь именно в нем и барахтались.

А благодаря тому, что персонажи вышли у Хью весьма качественными и располагающими к сопереживанию, поймем это и мы.

Холстон, нормальный, хороший мужик, крепкий и надежный, любящий и любимый, не гений мысли и не философ. Плывущий по течению, как подавляющее большинство из нас, не особо задумывающийся об отвлеченных вещах. Так, скорее всего и закончивший бы свою жизнь в кресле шерифа (а то и мэра), если бы не жена.

Эллисон, которую нам почти не покажут, натура абсолютно другого склада. Умна, причем в техническом смысле тоже. Мечтательна, жаждет большего, несколько авантюристична. Натура, способная разом поставить все на одну единственную карту.

А насколько пронзительной и щемящей вышла история невоплощенной любви мэра и помощника шерифа! А их путешествие на глубину, будто поход двуединого Орфея, ищущего часть себя — свою пропавшую Эвридику. И что самое главное — нашедшего, и почти выведшего из Аида.




Статья написана 3 ноября 20:26

В "Расколотом Мире" автор погрузил читателей в историю противоборства двух враждующих сторон. Однажды сущности, доселе дремлющие где-то в глубинах, пробудились и возглавили каждую и из этих сторон. Но, им нужны вместилища, не человеческие тела, а какие-то материальные предметы. Так появились Линия и Стволы. Линия олицетворяет собой культ промышленности, воплощённую урбанизацию, способную добраться даже в самые далекие уголки планеты. Возглавляют её Локомотивы — огромные поезда, в каждом из которых заключен демон. Стволы же, в противовес Линии, представляют собой более хаотичную систему, ведь демоны нашли себе пристанище в оружии и посредством своих чар могут управлять носителями, которые зачастую являются бандитами и проходимцами. За хорошую службу они награждают носителя нечеловеческой скоростью, долголетием и другими способностями, выходящими за рамки привычных человеческих, но и наказание, в случае неповиновения, не заставит себя долго ждать.

"Историю я знаю не слишком хорошо, но мне известно, что было время, когда никто из них еще не пришел в этот мир, чтобы нас терзать. Было время, когда ствол был просто стволом, а люди строили Локомотивы, чтобы те служили им, а не наоборот. Не знаю, была ли тогда война или нет — наверное, была, но дела обстояли лучше. Я слышал, что на земле есть духи, только и ждущие, чтобы принять нужную форму, и что так на свет и появились Стволы и Линия. Я слышал, что мы сами их сотворили, что нечто в этих предметах отозвалось в нас и наших кошмарах и наваждениях, и мир изменился из-за нас".

В первой книге мы наблюдали историю с трех ракурсов — Кридмура, агента Стволов; Лоури, максимально преданного Линии и Лив, до определённого момента находящейся где-то посредине, в качестве нейтрального персонажа. Во второй же части перед нами предстает хроника жизни Гарри Рэнсома — гениального изобретателя или проходимца, человека ложной скромности и создателя знаменитого Процесса Рэнсома, некоего светового феномена, секрет которого будет раскрываться постепенно. Гарри очень амбициозен, язык у него подвешен, а врожденная способность попадать в передряги граничит с удивительной способностью достаточно удачно из этих передряг выбираться. Он мечтает создать Рэнсом-Сити — город-утопию, где каждому найдётся своё место, кроме Линии и Стволов, естественно, где не будет неравенства и жестокости, а теплый свет Процесса Рэнсома будет освещать улицы и дома. Суждено ли сбыться этой мечте мы узнаем позже, а пока автор описывает события, которые предшествовали тому, как в конечном итоге все вышло.

История подаётся в форме дневника, который попал к некоему Элмеру Мерриалу Карсону — писателю и редактору. Поначалу мистер Карсон отнёсся скептически к рукописи, но впоследствии настолько увлёкся достаточно противоречивой личностью гениального изобретателя, что желание собрать воедино историю мистера Рэнсома стало для него своего рода делом жизни. Поскольку это написано в форме дневника, то и сама структура подачи текста достаточно фрагментарная. Основная история часто разбавляется небольшими флэшбеками из прошлого Рэнсома, в основном из его детства. Но автор очень точен в деталях и во время чтения путаницы не возникает. Гарри путешествует по стране, пытаясь популяризировать Процесс, мягкий и теплый свет которого должен стать полноценным конкурентом и заменителем холодному и безжизненному свету Линии, который уже распространился по миру, освещая города и опустошая карманы его жителей. Но представления Процесса часто выглядят, как цирковые шоу в различных деревнях и городках, а иногда даже выходят из-под контроля.

Вообще, личность главного героя получилась достаточно противоречивой. У него было тяжелое детство, но амбициозность и даровитость позволили выбиться в люди. Он сам себе на уме и не проявляет должного сострадания в моментах, когда это было бы уместно. Но, за таким героем и наблюдать интереснее, а попытки понять — гений он или проходимец, делают чтение ещё более увлекательным. Постоянные путешествия и смена локаций не позволяют заскучать, и в процессе этого квеста автор рассказывает нам еще больше о мироустройстве, которое уже в первом романе выглядело чертовски притягательным. И всё это приправлено неким духом авантюризма, присущим больше вестерну, чем истории в жанре фэнтези. Но, наряду с некоей шутливостью и авантюризмом, автор не сглаживает жестокие моменты. Если кому-то суждено умереть внезапно и кроваво, будь то второстепенный персонаж или ключевой, то он умрёт именно так — внезапно и кроваво.

Все события, происходящие в романе, пропускаются через восприятие главного героя, поскольку он — центральная фигура повествования. Это одновременно и плюс, и минус, потому что Лив и Кридмуру, которые были центральными персонажами первого романа, уделено преступно мало времени. Пару раз они пересекались с главным героем непосредственно, а остальные события, имеющие ключевое значение для противоборства Линии и Стволов, остались за кадром, и только отголоски дошли до нашего главного героя. Роману не хватает второй, пусть и небольшой, сюжетной линии, которая рассказывала бы о путешествиях Лив и Кридмура, с последующим раскрытием Тайны Генерала Энвера, которая была центральной загадкой "Расколотого Мира", способной положить конец этой войне.

Если копнуть поглубже, то это хроника жизни человека, привлекшего излишнее внимание к своей персоне. Человека, которого взяла в оборот система, чья персона стала своего рода культом. Феликс Гилман показывает, насколько сильно общество способно превозносить или ненавидеть отдельные личности, приписывая им ложные достоинства и заслуги. Как этот культ личности может сподвигнуть людей на самые разные поступки — от паломничества до покушения на убийство. Как масса, объединённая общей целью, становится опасной и неуправляемой. Всё это имеет место быть в наших реалиях, только облачено в более утрированную и фантасмагоричную форму.

Сами Линия и Стволы — это аллюзии на наши реалии. Символ урбанизации и прогресса, способного подмять под себя привычный, извечный порядок вещей, неприкосновенность природы, олицетворением которой являются холмовики — существа, появившиеся задолго до человека. А Стволы — это оружие, способное ломать жизни и истреблять целые народы. Символ могущества и жестокости, излишней жесткости, которая присуща людям.

Итог: на выходе получился роман, развивающий вселенную Полумира, но показывающий историю с другого ракурса. Говорят, что это своего рода фишка автора — писать циклы косвенно связанных между собой романов, обрывая историю на полуслове. Как к этому относиться, каждый решит для себя сам, но мне понравилось, пусть и не хватило "экранного" времени для уже полюбившихся Лив и Кридмура. Это история человека, оставившего свой след в истории и искренне верящего в создание города-утопии — Рэнсом-Сити, где каждому найдется свое место, а дома и улицы будут освещаться тёплым светом Процесса Рэнсома. А получилось у него или нет, вы узнаете, прочтя этот роман...

P.S. К слову, перевод второго романа завершён, выход на русском языке намечен на конец этого года.


Страницы:  1  2  3 [4] 5  6  7  8  9 ... 228  229  230




  Подписка

RSS-подписка на авторскую колонку


Количество подписчиков: 683

⇑ Наверх