Калейдоскоп фантастики

Доктор физико-математических наук профессор Московского физико-технического института Д. Франк-Каменецкий рассматривает чтение научно-фантастической литературы как форму отдыха для утомленного творческой работой ума. «С этой позиции ценность научной фантастики тем выше, — заявляет уважаемый ученый, — чем более неожиданны – и даже невероятны – развиваемые идеи и вытекающие из них ситуации».

Академик Н. Федоренко читает фантастику не только удовольствия ради, но и «по долгу службы». Как директор Центрального экономико-математического института Академии наук СССР он в научно-фантастических произведениях ищет и находит «предвидения социального и научно-технического прогресса, которые можно с пользой применить при долгосрочном прогнозировании и оптимальном планировании».

А не правильнее ли рассматривать эти схематично сформулированные положения как составные части, как обязательные компоненты научно-фантастической художественной литературы? Никто ведь не станет отрицать, что не может существовать научно-фантастическая литература без фантастики, о которой летчик-космонавт Алексей Леонов сказал на страницах «Литературной газеты»: «Фантастика — это своего рода сказка, это выражение человеческой мечты. Ну, а мечта — это взгляд в будущее. Если лишить человека мечты, сказки, он лишится перспективы, лишится горизонта в своей жизни». Рабочий завода «Динамо» Станислав Антонюк в том же номере «ЛГ» утверждает даже, что «любая художественная проза — в какой-то мере фантастика. Нет литературы без фантастики. Ведь каждый подлинный писатель вкладывает в произведение свое представление о мире, домысливает его таким, каким хочет видеть, — совершенным, прекрасным».

Если говорить о третьем компоненте фантастики, то следует отметить, что некоторым фантастам ближе до звезд, чем до настоящего литературно-художественного творчества. Поднять писателя-фантаста до существующих литературных высот («Аэлита» А. Толстого, «Туманность Андромеды» И. Ефремова) – благородная задача литературной критики.

В. ВЛАСОВ, слушатель народного университета рабкоров.

Москва

КРИТИКОВАТЬ СЕРЬЕЗНО, ДОБРОЖЕЛАТЕЛЬНО

Интересный и очень своевременный разговор начат о научной фантастике. Для большинства выступивших на страницах газеты вопрос о праве на существование научной фантастики является бесспорным. Спор идет о другом: о чем и как должна писать фантастика, о ее месте в литературе.

Отрадно, что о научной фантастике заговорили не только сами писатели-фантасты и их читатели, но и философы, и литературоведы.

Почему же научная фантастика до сих пор не имеет своего определенного места в «большой» литературе? Почему она до сих пор носит ярлык литературы «второго сорта»? Видимо, потому, что составные части фундамента, на котором строится все здание научной фантастики – синтез науки и художественной литературы, — взаимодействуют не всегда равномерно. В современной критике речь идет в большинстве случаев о социальной значимости научной фантастики, но не о ее художественных принципах и критериях. Научная фантастика развивается на ощупь, поэтому столько огрехов на ее поле. Отсутствие серьезной критики сказывается отрицательно на художественном уровне произведений даже ведущих фантастов, на выборе тематики произведений. Не случайно доктор исторических наук И. Бестужев-Лада подмечает одинаковые недостатки в последних произведениях таких разных писателей, как А. и Б. Стругацкие и И. Ефремов.

Научная фантастика – прежде всего художественная литература, и ее художественные образы призваны нести всестороннюю идейную нагрузку.

Поэтому ей необходима доброжелательная серьезная критика, ей необходима глубоко и всесторонне разработанная теоретическая основа.

А. БЫКОВА, преподаватель Узбекского государственного института физической культуры.

Ташкент.

НОВАТОРСТВО ЛИ ЭТО?

Уважаемая редакция!

Вы начали большое и нужное дело, затеяв разговор о советской фантастике, ее проблемах и возможностях. Я с интересом прочла обе дискуссионные полосы. Чувствуется, что это только начало, ибо не выяснены еще многие точки зрения, не прояснена позиция самой газеты на важные аспекты проблем, которые волнуют сегодня многочисленных читателей книг этого направления. Все это и побуждает меня включиться в разговор, не дожидаясь, куда он повернет дальше.

В своей статье «Иллюзия простоты» З. Файнбург справедливо отмечает огромные возможности научно-фантастической литературы, повышенный спрос на нее со стороны читателей.

Особое внимание автора обращено к творчеству А. и Б. Стругацких, вокруг последних произведений которых идут постоянные споры, высказываются подчас диаметрально противоположные мнения на то, в чем же заключается суть научной фантастики, какова ее роль в формировании мировоззрения нашего современника.

З. Файнбург делает попытку разъяснить читателю, в чем, по его мнению, заключена сложность современной фантастики и почему некоторые любители фантастики не поняли последних произведений братьев Стругацких. Причина, как я поняла, в том, что мы, любители этого рода литературы, хотим, чтобы в научно-фантастических книгах образы героев будущего были полнокровными, психологичными. А этого как раз и не надобно требовать, потому что фантастика ориентирует читателя прежде всего на сопереживание с идеей, персонифицированной в герое, а не с самим героем. Схематизм героев, таким образом, вполне оправдан.

Нет! Нет и нет. С таким утверждением согласиться я никак не могу. Любая литература, в том числе и научно-фантастическая, есть прежде всего человековедение. Это хорошо понимали классики научно-фантастического жанра. Поэтому и капитан Немо, и Лось, и Гусев – это прежде всего люди с ярким, страстным характером. Поэтому-то они так долго живут в нашей памяти. А в последних произведениях Стругацких таких живых и понятных в своих проявлениях героев нет. Я пишу об этих писателях потому, что всегда внимательно следила за их творчеством. Их талант несомненен. З. Файнбург назвал их первые произведения добротными, хорошо сработанными, но традиционными. Пусть так. Традиционно – это не значит плохо. Я не против новаторских книг, наоборот, я – за новаторство. Только вот за то ли новаторство, какое есть в их последних книгах? Я имею в виду, такие, к примеру, повести, как «Хищные вещи века», «Улитка на склоне», «Второе нашествие марсиан», наконец, «Обитаемый остров». Тревожно и тяжко становится на душе после их прочтения. Я знаю, что критика называет эти произведения «предупреждениями».

Но кого и о чем они предупреждают? Об опасности материального изобилия для человечества? О том, что будущее зависит не от социальной структуры общества, а от человеческой натуры? Но ведь пути развития человечества могут быть разными и то, что грозит буржуазному обществу, не может грозить нам.

Мне кажется, что создаваемые писателями-фантастами мрачные картины нравственного распада и измельчания человеческого общества никак не согласуются с традициями советской фантастики, возвеличивающей человека – творца, созидателя всех материальных и духовных ценностей, преобразователя природы.

Мне очень хотелось бы прочесть на страницах «ЛГ» статью, в которой содержался бы объективный критический анализ творчества этих писателей.

В. ВАСИЛЬЕВА, Москва.

БЕЗ СКИДОК НА СПЕЦИФИКУ

Глубоко признателен «ЛГ» за то, что она решила обратить внимание общественности на яркое явление современной литературы – на научную фантастику.

Мне хочется отметить, что наши писатели-фантасты не мыслят образ человека из будущего без его вошедшей в плоть и кровь, ставшей необходимостью потребности в творческом труде на благо общества. Причем надо сказать, что и в кресле космонавта, и в лаборатории, и на чужой планете, и за пультом управления – словом, везде труд этот не будет легче. Герои научно-фантастических произведений зачастую в тяжелых условиях, с большим риском, самоотверженностью продолжают трудовую эстафету прошлых поколений.

Оценивая художественный уровень научной фантастики, пожалуй, надо иметь в виду два обстоятельства.

Во-первых, научная фантастика еще сравнительно молода. Во-вторых, как мне кажется, писать настоящую научную фантастику труднее, чем нефантастику. Почему? А потому, что по всем литературным «параметрам», которым она должна соответствовать, добавляется еще одна – научно-фантастический, отражающий специфику ее и дух. Причем такую специфику, какую далеко не каждый писатель может усвоить.

Несмотря вот на эти объективные условия, в научной фантастике есть и классика, есть замечательные и просто хорошие произведения.

Все же художественный уровень нашей фантастики надо совершенствовать. Может быть, некоторые писатели-фантасты, относясь к этому небрежно, полагают, что специфика все скроет. В общем, надо работать в этом направлении и самим писателям, и критикам, и литературоведам, и читателям. Может, есть смысл создать постоянную рубрику в «ЛГ»?

В. КАВСКАЯ, инженер.

Астраханская область.

«Литературная газета» № 42 от 15 октября 1969 года, стр. 6.