Скопилось несколько новых и незамеченных в своё время "Лукоморий". Эти "Лукоморья" ("У Лукоморья") я рассматривал отдельно от "Руслана и Людмилы", поскольку пролог к поэме часто печатался как отдельное стихотворение для детей (при этом объединяю как отдельные стихотворения, так и иллюстрированные прологи к "Руслану и Людмиле"). Благодаря тэгам электронная систематизация сейчас не очень зависит от последовательности изложения, поэтому расчищаю свои завалы и даю небольшую подборку иллюстраций к "Лукоморью".
Введением пусть будет эта картинка художника А.Елисеева из книги-альбома Елисеев А. Зарницы памяти. — М.: Мир детства, 2016 (https://www.labirint.ru/books/574281/).
Неофициальный визит Пушкина в Лукоморье
1) И.Билибин
У Билибина в его "Сказке о золотом петушке" был на начальных листах изображён в старорусской манере кот на цепи. Явно из Лукоморья. Даю портрет этого кота крупным планом.
"Сказка о золотом петушке", худ. Билибин, 1907
2) В.Масютин
У Масютина тоже из всего "Лукоморья" только портрет кота. Точнее, два портрета кота (или портрет двух котов?). Это из немецкого издания 1922 года. У меня есть достойное современное российское переиздание. Привожу фото (с сайта аукциона и интернет-магазина) для подтверждения подлинного расположения кота на переплёте.
"Руслан и Людмила", худ. Масютин (Берлин, 1922)"Руслан и Людмила", худ. Масютин (М.: Тримаг, 2014)
Пусть будут все масютинские коты крупным планом (мои фото из современного переиздания).
Худ. Масютин (рисунок на переплёте)Худ. Масютин, (концовка Пролога)
3) Л.Багина
С изданием, содержащим картинки Багиной, мы уже встречались (когда смотрели "Сказку о золотом петушке").
"Сказки".- М.:Омега, 2016
Есть несколько разворотов, посвящённых Лукоморью.
Худ. Багина, 2016Худ. Багина, 2016
4) П.Рейхет
С этим изданием мы тоже встречались при обзоре "Золотых петушков".
"Сказки". — СПб.: Мир ребёнка, 2011
Здесь один разворот, отданный Лукоморью
Худ. Рейхет, 2011
Можно попробовать рассмотреть детали.
Кот учёныйЛеший бродит
Русалка на ветвяхЦаревна и бурый волкКоролевич пленяет царя
5) Н.Добрицын
Позднесоветское издание "Руслана и Людмилы" на английском языке. С этим изданием мы ещё не встречались.
"Руслан и Людмила". — М.: Радуга, 1986
Пролог ("У Лукоморья") представлен одной страничной иллюстрацией.
Худ. Добрицын, 1986
6) Л.Лосенко
Ещё одно новое в моей коллекции издание "Руслана и Людмилы", на сей раз современное.
"Руслан и Людмила". — М.: Махаон, 2016
"Лукоморье" представлено одной иллюстрацией на разворот.
Худ. Лосенко, 2016
7) Н.Арзамасцев
Лихой провинциальный сборник сказок из Девяностых годов. Разные художники. К Пушкину имеет отношение только "У Лукоморья", которым открывается сборник (худ. Н.Арзамасцев)
Для "Лукоморья" художник применил технику, свойственную для комиксов. Ну и постарался держаться поразвязнее — ибо тоталитарные рамки нужно было разрушать. Убожество редкостное, но с "изюминкой" — этим и интересна художественная жизнь 1990-х гг. (отличительная черта того времени — непонимание собственного убожества, т.к. слишком узок ещё кругозор был). Книга редкая, поэтому дам все развороты, посвященные "Лукоморью".
Кот + Леший с русалкойНевиданные звери + Витязи из моря
Пленение царя + Полёт на бородеЦаревна и бурый волк + Баба ЯгаКащей + Пьяный Пушкин
8) А.Яковлев
Современная книжка, относящаяся к научно-популярной литературе для детей: Улыбышева М. Как Пушкин русский язык изменил (худ. А.Яковлев). — М.: Издательский дом "Фома" ("Настя и Никита"), 2013.
"Как Пушкин русский язык изменил" (худ. А.Яковлев)
Художник рисует забавные фигурки, в которых есть сходство с манерой Л.Филипповой советских времён и Н.Демидовой в современных книжках (https://fantlab.ru/blogarticle59854). Наверное, такую манеру уже можно характеризовать как "русский комикс". Неожиданно в этой непрофильной книжке оказалось много картинок (включая обложку), относящихся к "Лукоморью".
худ. А.Яковлевхуд. А.Яковлевхуд. А.Яковлев
UPD/29.05.2019
9) А.Власова
Современное массовое издание. Сборник "Сказки. Руслан и Людмила" — М.: Эксмо, 2019. Это не первое издание иллюстраций, хотя, возможно, первая такая подборка в сборнике. Художница — А.Власова, которую я, наконец-то, оценил.
"Сказки. Руслан и Людмила" (худ. А.Власова)
К "Лукоморью" два разворота. Один — титульный разворот ко всему сборнику (тут герои традиционные), второй — к "Руслану и Людмиле" (тут оригинальные персонажи).
худ. А.Власовахуд. А.Власова
UPD/07.06.2019
10) Л.Владимирский
У Владимирского широко известна сюита к "Руслану и Людмиле". Но картинки, посвящённой Прологу, в этой сюите нет. Благодаря фундаментальному труду С.Чистобаева "Художники детской книги СССР. 1945-1991. Т. 3. «В»", стало известно, что иллюстрация к "Лукоморью" у Владимирского всё же имеется. Это картинка из детского журнала 1990-х гг.
"У Лукоморья", худ. Владимирский, 1990-е гг.
У Владимирского манера очень узнаваемая (или очень однообразная...). В этом позднем "Лукоморье" его манеру можно угадать по лицу (морде?) дуба.
UPD/12.06.2019
11) Н.Устинов
Рисунок Н.Устинова из журнала "Мурзилка" (1969. № 6) — по случаю 170-летия со дня рождения Пушкина.
По горячим следам решился сделать сравнение случайных для моего собрания циклов иллюстраций к "Вересковому мёду".
Художник В.Ненов у нас встречался как иллюстратор "Сказки о Золотом петушке" (https://fantlab.ru/blogarticle58512). Художник И.Олейников встречался в связи с его графическим романом по русской народной сказке "Теремок" (https://fantlab.ru/blogarticle57420). Ни в связи с Пушкиным, ни в связи с "Теремком" эти художники не пересеклись. Но общее у них нашлось — это "Вересковый мёд" Стивенсона. Оба цикла иллюстраций новейшие, создавались параллельно. Сравним.
Качество у обеих книг хорошее — теперь это вообще норма для художественных изданий (было бы глупо специально заказать художнику новую сюиту, чтобы напечатать её кое-как).
Издательство: М.: Контакт-культура, 2017 год, 4000 экз. Формат: 84x108/16, твёрдая обложка, 24 стр. ISBN: 978-5-903406-65-4
Аннотация: Замечательная баллада о верности и чести, о тайне, которую нельзя раскрыть врагу, и надо сберечь любой ценой, даже ценой жизни собственного сына.
Комментарий: Иллюстрация на обложке и внутренние иллюстрации И. Олейникова.
У Олейникова в этом издании строгий стиль. Чёрные форзацы, никаких украшательств. Вот фото титульного шрифтового разворота — с самого начала чувствуется класс.
Издательство: М.: АСТ, 2018 год, 2000 экз. Формат: 60x84/8, твёрдая обложка, 32 стр. ISBN: 978-5-17-109527-7
Аннотация: Замечательная баллада о верности и чести, о тайне, которую нельзя раскрыть врагу, и надо сберечь любой ценой, даже ценой жизни собственного сына.
Комментарий: Иллюстрация на обложке и внутренние иллюстрации В. Ненова.
У Ненова иллюстрированные форзацы есть. И дальше вводные листы хорошо украшены.
Баллада повествует об истреблении королём Шотландии «маленького народа» (англ. dwarfish folk), прежде населявшего эти земли, — Стивенсон называет их также «пиктами». Двух последних представителей этого народа, отца и сына, доставили к королю, чтобы они открыли секрет приготовления сладкого хмельного напитка из вереска, причём им угрожают пытками и смертью на костре. Старик-отец соглашается открыть секрет. Однако ему совестно делать это на глазах сына. Поэтому он просит сначала утопить юношу в море. Когда король соглашается и юношу бросают в волны, старик говорит, что ему-то костёр не страшен, но сомневался он в стойкости сына, а тайны он всё равно не выдаст, и она умрёт вместе с ним
Мы все знаем эту балладу в переводе С.Маршака, и, тут уж ничего не поделаешь, она "стала фактом русской культуры" как и маршаковские сонеты Шекспира. Ну, то есть, Cтивенсон здесь вообще не при чём. Перевод Маршака был сделан в 1941 году. До этого балладу (или её ходячий сюжет) в СССР, конечно, знали — но знали немногие. Поэт К.Симонов знал, например. Есть у него довоенное стихотворение про красных республиканцев в фашистской тюрьме "Рассказ о спрятанном оружии" — сюжетная линия один в один как в "Вересковом мёде". Видать, Стивенсон, ещё не был известен всем читателям "Правды". После опубликования маршаковского перевода такой сюжет уже, конечно, было бы невозможно использовать простодушным советским поэтам.
Начнём сравнение.
1) Вводные шесть строф
Подряд все развороты к перм строфам из обеих книг.
1.1) Олейников
У Олейникова — настоящая графика, как её представляют в учебниках: скупость цвета, символизм, текст как элемент иллюстрации.Олейников задаёт торжественный настрой.
Худ. ОлейниковХуд. ОлейниковХуд. Олейников
1.2) Ненов
Ненов рисует подробно батальные сцены. Интересно и масштабно. Но картинки отдельно от текста. И поскольку художник не успевает высказаться, он своими разворотами текст разрывает, ещё более отдаляя его от иллюстраций.
Худ. НеновХуд. Ненов
Худ. НеновХуд. НеновХуд. Ненов
2) Встреча короля с последними медоварами
Концепции подтверждаются: у Олейникова — лаконизм, у Ненова — многофигурные композиции со множеством второстепенных героев.
2.1) Олейников
Худ. ОлейниковХуд. Олейников
2.2) Ненов
Худ. НеновХуд. Ненов
3) Предложение шотландскому королю
3.1) Олейников
Олейников как художник опять смог удивить. В его картинках всегда мелькали весёлые или хотя бы хитрые рожицы. Но в этой книге художник создал настоящую трагедию: улыбкам нет места. Более того, Олейников максимально сгущает краски: главный герой — маленький пикт — имеет отталкивающую наружность. И дело не во внутренней красоте медовара (чего уж красивого в просьбе убить младшого), а в правде: вот оно, лицо священного фанатизма!
Король. Худ. ОлейниковПикт. Худ. Олейников
3.2) Ненов
У Ненова старший медовар — божий одуванчик, прельстивший туповатого короля.
Король. Худ. НеновПикт. Худ. НеновКороль и пикт. Худ. Ненов
4) Финал
4.1) Олейников
Здесь Олейников, при общем лаконизме, показал более подробный видеоряд, чем Ненов.
Худ. ОлейниковХуд. Олейников
4.2) Ненов
Ненову чужды длинные планы по типу Тарковского. Сражений нет — хватит одной картинки.
Худ. Ненов
Концы в воду — чего же боле?
В советское время тоже были циклы иллюстраций (диафильмы и мультики не рассматриваем пока).
У меня есть книжка советских времён с иллюстрациями художника А.Харшака. Эта книжка представлена на Фантлабе, да ещё и с качественными сканами
Издательство: М.: Советская Россия, 1981 год, 300000 экз. Формат: 70x90/16, мягкая обложка, 32 стр.
Аннотация: Замечательная баллада о верности и чести, о тайне, которую нельзя раскрыть врагу, и надо сберечь любой ценой, даже ценой жизни собственного сына.
Комментарий: Стихотворение. Иллюстрация на обложке и внутренние иллюстрации А. Харшака.
Кроме того, на сайте Музея детской книги имеются сканы очень редкой и потому дорогой советской книжки (у меня её нет).
Король и старый пикт. Худ. ХаршакКороль и старый пикт. Худ. Волович
Ну вот такое получилось знакомое всем печальное стихотворение Маршака с очень достойным иллюстративным рядом очень разных художников. И советские, и современные издания — это образцы настоящей книжки-картинки, когда небольшое произведение разрастается за счёт иллюстраций.
Но современные книжки-картинки имеют твёрдую обложку и стоят на парадных полках у взрослых.
Закончилась эпопея с "Золотыми петушками". За четыре месяца промелькнули 63 художника из 69 источников. Сам Золотой петушок в России — это узнаваемый брэнд и символ всех пушкинских (и не только) сказок. Это настолько естественно, что собственно в золотых петушков никто и не всматривается: узнавание по абрису происходит.
Переплёт сборника сказок, худ. Т.Маврина
Фронтиспис сборника сказок, худ. В.Конашевич
Хотя именно рисунок петушка в этой сказке и должен быть квинтэссенцией авторской манеры. Так что стоит присмотреться к портретам петушков.
Разные были художники, в том числе и те, которых я активно не воспринимаю. Так, я с большим недоумением рассматриваю иллюстрации Ст.Ковалёва. Однако, одна картинка этого художника к "Золотому петушку" попала в альбом иллюстрированной пушкинианы позднесоветских времён — а это знак признания. Тогда эта картинка была примером новейшей графики, каких-то актуальных тенденций. Игнорировать этот факт невозможно.
"Золотой петушок" Ковалёва как признанный образец современной графики
Раздумывал над успехом художника Ковалёва и понял, что помещённая в альбом иллюстрация, действительно, хороша — но с точки зрения композиции: ракурс на пейзаж выбран такой, чтобы почувствовать головокружение от родных просторов. А уже на этом фоне — портрет Золотого петушка.
Заинтересовался: а что у нас собственно с портретами персонажа, именем которого названа сказка? Постарался собрать вычлененные изображения. Портретов оказалось немного (портрет — это когда изображение персонажа занимает основное положение в картинке). Встречаются портреты самодостаточного петушка (на странице нет ничего, кроме него).
"Золотой петушок", портрет Брюханова
UPD/29.05.2019
"Золотой петушок", портрет А.Власовой (2019)
Но чаще рисуют петушка сидящего на спице — и, как правило, на фоне башен, пейзажа, просторов. Так что это общая тенденция. Значит, есть поле для сравнений. Посмотрим.
1) Минимализм — одинокие петушки на спице. А вокруг — "зефир струит эфир".
Худ. Ващенко (1988)Худ. Антоненков (2016)
2) Петушок в символической среде с элементами градоустройства.
Вот и вернулись к петушку Ковалёва. Мне кажется, я разгадал очарование этой композиции, которая так понравилась советским искусствоведам. Ковалёв — уралец. Пейзаж, на фоне которого "петушок на спице бьётся", вроде бы выстраивается в один ряд с другими показанными картинками разных художников: изгиб реки, поля, холмы... Но у Ковалёва это именно уральские горы (на горы совсем не похожие) — здесь нет открытости равнин, здесь постоянно горизонт ограничен. И хочется забраться выше и выше, чтобы ощутить тот самый русский простор. Вот эту тягу и передал художник, вознёсшись выше петушка и жадно вглядываясь в даль. Вот в этом сильном чувстве и проявилась оригинальность простой по замыслу картинки.
Бажов в родном краю приземлённую ящерицу воспел — она символом Урала и стала. А Ковалёв-то вон каким бунтовщиком заделался...
Странная книжка. Серия издательства "Акварель" в принципе оправдывает своё название "Волшебники кисти". Но эта книжка мне с первого взгляда показалась исключением. Ненов очень достойно проиллюстрировал, например, "Вересковый мёд" (https://www.labirint.ru/books/647386/). Но его "Сказка о золотом петушке"... Бывает, что нормальный художник от Пушкина впадает в ступор и выводит что-то совершенно беспомощное. Так я сначал и подумал про Ненова.
Долго был в недоумении от этих иллюстраций, рассматривая их в отзывах читателей в интернет-магазинах. Купил книгу только потому, что вышло дешёвое издание в мягкой обложке. От знакомства "в живую" недоумения только прибавилось.
Уж хотел сразу объявить эти картинки китчем, но решил всё же подумать, какая тут может быть концепция — или хотя бы придумать концепцию за автора-художника. Картинки как будто стащенные из Интернета. Это меня и натолкнуло на мысль о том, что перед нами "мультяшность", к которой я отношусь скорее положительно. Но эта мультяшность — современная, эпохи полнометражных 3D фильмов с компьютерными, конечно же, персонажами. Вот с этой точки зрения давайте и посмотрим цикл Ненова.
2) Спецэффекты — небо горит петухом. Чем тревожнее — тем петух краснее и больше. Представляете, как бы это на экране смотрелось?
3) Крупно, на весь экран лица персонажей — хорошо прорисованные, без всяких там импрессионистов.
4) Главная примета современных мультов по классической литературе: дополнительные персонажи, которые вьются вокруг главных героев и часто интереснее главных героев, от которых ничего нового ждать не приходиться — двести лет одно и то же талдычат.
Вот военный смотр. Правофлановый — рыжий ратник. Рядом с ним — забавный седой коротышка. Коротышка потом куда-то делся, а рыжий сопровождает царя на всём протяжении фильма.
Вот на заднем плане какие-то бойкие тётки-молодухи. Тоже вьются вокруг царя (может, конечно и невестки).
Вот Дадона собирают в поход — молодухи снаряжают, рыжий удручённо чешет затылок: сдал Дадон, старый боевой товарищ.
Линия царя и шамаханской девицы с точки зрения боевых друзей. Рыжий присутствует на втором плане, ведёт себя сдержанно. А какой-то чернобородый персонаж не очень одобряет, озабоченно косится на счастливую пару.
А вот реакцию молодух на явление подлой разлучницы художник не показал. Наверное, это в развёрнутой версии сценария будет. В книжке-то — так, набросок.
Ну вот такое современное прочтение. Иные времена — иные мульты.