После сказки "Василиса Прекрасная" с её двойственным образом Бабы-Яги, я решил у Пушкина посмотреть его неоконченную драму "Русалка". После народных сказок интерес представлял статус русалки как персонажа русского фольклора. Статус оказался неопределённым.
Из работы В.Проппа "Исторические корни волшебной сказки" я не так давно с удивлением узнал, что в сборнике сказок Афанасьева русалка встречается только один раз (леший, кстати, тоже). И одновременно сам Афанасьев в книге "Поэтические воззрения славян на природу" уверенно пишет о многих разновидностях русалок. Получается, в языческих преданиях русалки есть, а в параллельно существующих сказках — нет. Может быть, считается, что Баба-Яга — вымысел, фантастический персонаж, про который сочиняются сказки, а русалка (и леший) — действительно существуют, про них сочинять ничего не надо, нужно только обобщать свидетельства очевидцев?
При этом, мы все воспринимаем русалок и леших как типично сказочных героев (в одном ряду с Кащеем и Бабой-Ягой) исключительно благодаря пушкинскому "Лукоморью".
цитата
Там чудеса: там леший бродит,
Русалка на ветвях сидит...
Обзоры картинок к "Лукоморью" я давал (тэг "У Лукоморья"), мы там видели милых девушек и только отмечали, что кто-то рисует русалок с рыбьим хвостом, а кто-то — с ногами. А ведь в научной литературе русалка приравнена к Бабе-Яге — она такая же мёртвая. Претензий к иллюстраторам "Лукоморья" быть не может: "Лукоморье" числится в литературе для самых маленьких, его соответственно и иллюстрируют.
Но Пушкин, конечно, знал, что такое русалка. Знал это и Билибин. Он в эмиграции в 1930-х гг. нарисовал жуткую русскую русалку на дереве (с ногами). А потом сказку Андерсена иллюстрировал про датскую русалочку (с хвостом). Можно сравнить.
Русская русалкаЕвропейская русалочка
У Пушкина в его драме дело на Днепре происходит, а украинские русалки будут подушевнее русских. То есть у Пушкина в пьесе русалка всё же не жуткая нечисть, а романтический персонаж — классово близкий европейским водяным русалочкам.
Сегодня посмотрим одиночные иллюстрации к "Русалке" (потом — отдельно — полноценные сюиты). Параллельно вспомним и сюжет.
В.Спасский (1912) и др. дореволюционные художники
Есть у меня дореволюционное массовое дешёвое издание пушкинской "Русалки".
Художник — В.Спасский, не самый худший дореволюционный график — атрибутирован по каталогу-справочнику "Пушкин в русской и советской иллюстрации" (1987). Вот библиографическое описание книжки (неточно указан номер выпуска).
Князь и дочь мельника
Некий князь соблазнил дочку мельника и ожидаемо расстаётся с ней. Он на другой женится.
Князь уезжает. Брошенная женщина произносит положенные пени перед отцом-мельником и бросается в Днепр (чтобы утонуть).
Мельник-ворон
Князь женился, но тоскует по своей первой любви. Он приезжает через семь лет на мельницу — а там сошедший с ума мельник. "Я здешний ворон". У Пушкина сцена очень впечатляет.
Русалки
Дочь мельника стала на дне Днепра Старшей русалкой — царствует над русалочьим племенем. Вот так Спасский русалок рисует: всё-таки нежить, по глазным впадинам видно.
Наша русалка утонула беременной, под водой родила дочь — русалочку. А сейчас подучивает её, чтобы та заманила своего отца, как он опять придёт на берег. Кипят страсти на дне Днепра:
цитата
... С той поры,
Как бросилась без памяти я в воду
Отчаянной и презренной девчонкой
И в глубине Днепра-реки очнулась
Русалкою холодной и могучей,
Прошло семь долгих лет — я каждый день
О мщенье помышляю...
И ныне, кажется, мой час настал.
Князь же опять приходит на берег Днепра, и юная русалочка предстаёт перед ним. Знаменитая концовка:
цитата
...Что я вижу!
Откуда ты, прекрасное дитя?
"Русалка" Пушкиным не закончена. Была масса попыток дописать продолжение (и академики, и поэты руку прикладывали). Хотя чего там продолжать? Пушкин, наверное, и бросил эту пьесу, потому что дальше скучно. Имелись два взаимоисключающих варианта, но оба предсказуемые. Эту тему — тему вынашиваемой мести — Пушкин к тому времени уже в "Выстреле" отработал.
Почтенная русалка
"Русалку" до революции активно иллюстрировали — на контрасте с советской эпохой это вызывает удивление. Скорее всего, "Русалка" была зачислена в разряд "мещанских драм", над которыми можно пролить слезу. В угоду сентиментальной публике и делались картинки. Показывать в альбомах иллюстрированной пушкинианы про "Русалку" почти нечего, вот там и помещают дореволюционные рисунки. С точки зрения продвинутой графики они ничего из себя не представляют. Вот, например, типичная "мещанская" русалка — не страшная, с младенцем на руках. Этакая кощунственная "русалочья мадонна".
Галерея князей и мельниковских дочек
Вот целый ряд рисунков разных дореволюционных художников про мезальянс князя и мельниковой дочки. Первый рисунок — аж знаменитого В.Васнецова ("Три богатыря", "Алёнушка"). Очень слезливо. У остальных, менее знаменитых, так же. Забавно, что в некоторых подписях к рисункам дочь мельника называют Наташей. А у Пушкина она никак не названа — это в опере Даргомыжского у русалки такое имя. В те времена оперу знали лучше, чем первоисточник.
Мельник и дочь
Вот интересный по технике дореволюционный рисунок.
Да и по содержанию интересная тема поднимается. Мельник дочку князю безропотно отдал, потом призывал смириться... Потом хотел кинуться в реку вслед за дочерью, но почувствовал, что у него крылья выросли, и он с кручи не упал — стал вороном. А потом за ним внучка-русалочка присматривает, а дочь-русалка ворчит на него под водой... Пушкин-то глубок, как всегда. Немногие художники до таких глубин опускаются.
А.Якобсон (1936, 1949)
Переходим к советским временам. Не баловала советская власть русалок. Изданы были только несколько картинок в составе сборников.
Первый сборник — "Драмы" из юбилейной "лениградской" серии. Художник — А.Якобсон, мы с ней встречались по поводу Бажова (тут и тут).
Драмы, 1936 ("Ленинградская серия")
Есть в сборнике и "Русалка".
Шмуцтитул
Библиографическое описание:
Князь и дочка мельника
1) В сборнике 1936 года к каждой драме — по одному рисунку. К "Русалке" — сцена прощания князя с Наташей. Отличия от дореволюционных сиропных картинок — в том напряжении, что присутствует в сцене. Наверное, не зря художница князя на коня усадила. Похоже на картинки к рассказам про Гражданскую войну: там часто такие прощания конного с пешим встречались. У Пушкина-то, понятно, страстность зашкаливает:
цитата
...Вон он скачет! —
И я, безумная, его пустила,
Я за полы его не уцепилась,
Я не повисла на узде коня!
Пускай же б он с досады отрубил
Мне руки по локоть, пускай бы тут же
Он растоптал меня своим конем!
Технически рисунок, конечно, хорош — никакой В.Васнецов рядом не стоял.
2) Второй рисунок Якобсон в той же манере (но с другой полиграфической техникой воспроизведения) оказался в огромном томе "Поэзия" 1949 года.
Юные читатели позднесталинских времён слегка волосы синим подкрасили.
Б.Дехтерев (1947)
Второй раз, уже после войны, иллюстрации к "Русалке" появились в сборниках, которые мы уже неоднократно смотрели (там картинки, как правило, повторяютсят). Иллюстрировать "Русалку" выпало Б.Дехтереву.
Трёхтомник 1947 годаИзбранное 1957 года
Семейство мельника
У Дехтерева к "Русалке" заставка и концовка. Он умудрился обойтись вообще без князя. Но показал маленькую русалочку — буквально "прекрасное дитя" (никаких намёков на русалочью породу нет).
Мельник с дочкойВнучка мельника
П.Павлинов (1934)
В советское время художники образов собственно русалок нам не представили. Но это в опубликованных изданиях "Русалки". А так ещё в 1934 году в "пушкинском" томе "Литературного наследства" было упомянуто про цикл ксилографий П.Павлинова и приведён один оттиск. И потом в альбоме иллюстрированной пушкинианы другой оттиск показывали. А других образцов мне обнаружить не удалось — может, только две картинки и было.
Авангардистская "Русалка"
Как образцы авангардистского стиля эти ксилографии навсегда остались в истории графики. Есть сведения, что они были нарезаны в 1922 году. Поразительно, как быстро сменилась эпоха — при публикации всего через 10 лет они сосуществовали рядом совсем с другой графикой, с её вялыми героями.
"Я здешний ворон!"
Геометрические фигуры и потоки света — отличительные признаки авангарда в графике.
"Откуда ты, прекрасное дитя?"
Сюита Павлинова могла бы в советское время вычленить "Русалку" из слезливых "мещанских" драм. Не сложилось...
"Гробовщик" до войны активно иллюстрировался русскими художниками-эмигрантами. Был эмигрантом и Зарецкий, сюиту которого мы посмотрели в обзоре советских довоенных изданий, потому что несколько его картинок воспроизвели в брошюре, выпущенной "Детиздатом" в 1936 году (а иллюстраций из немецкого издания 1923 года я не смог отыскать). Сегодня посмотрим издания, которые выходили только за границей. У меня ни одного этого издания нет. Все фото — из Интернета.
В.Бубнова (1934)
Помимо полной сюиты Зарецкого, была ещё одна довоенная полная сюита к "Гробовщику". Тоже сделана эмигрантом — Н.Бубновой, но в Японии. Есть в каталоге-справочнике описание изданного в 1934 году в Токио "Гробовщика" на японском языке:
С художницей В.Бубновой мы встречаемся в первый раз. На Фантлабе её странички нет, книга на Фантлабе не представлена.
Об этой японской сюите П.Эттингер ("пушкинский" том "Литературного наследства" 1934 г.) даже и не слышал. Но в 1987 году в альбоме "Пушкин в иллюстрациях" была помещена вот эта необычная картинка:
Иллюстрации В.Бубновой из альбома 1987 г.
Прямая отсылка к самому узнаваемому рисунку Пушкина к "Гробовщику". Сцена чаепития.
Пушкинский рисунок
Композицию и типажи этого пушкинского рисунка многие профессионалы потом с удовольствием воспроизводили — этакая раскавыченная всем известная цитата. Бубнова была, по-видимому, первой.
Не думал я, что удастся ознакомиться с такой экзотической книгой полностью. Но это оказалось возможным (благодаря сайту http://www.nashizdat.com/blog/illustratio...). И, вроде бы, все пять цветных страничных иллюстраций есть (как в описании каталога-справочника). Но вот на другом сайте шестая иллюстрация оказалась — без сомнения, из этой же сюиты (может, не вошедшая в печатный вариант), там же и иллюстрации отдельно почётче.
Вот титульный разворот этой книги (или как это называется у японцев): портрет Пушкина и все его рисунки к "Гробовщику".
"Гробовщик", 1934 (худ. В.Бубнова)
И можно пройтись по всем иллюстрациям, посмотреть какие узлы сюжетной линии выделяет художница для японского читателя.
Чаепитие
цитата
"...Я сапожник, имя мое Готлиб Шульц, и живу от вас через улицу, в этом домике, что против ваших окошек. Завтра праздную мою серебряную свадьбу, и я прошу вас и ваших дочек отобедать у меня по-приятельски». Приглашение было благосклонно принято. Гробовщик просил сапожника садиться и выкушать чашку чаю...
Приглашение на серебряную свадьбу, 1934 (худ. В.Бубнова)
Немецкая серебряная свадьба
Застолье, 1934 (худ. В.Бубнова)
цитата
Хозяин нежно поцеловал свежее лицо сорокалетней своей подруги
Гробовщик при исполнении
Адриян у тела купчихи Трюхиной, 1934 (худ. В.Бубнова)
Клиенты Адрияна сходятся на новоселье
цитата
В эту минуту кто-то еще приближился к калитке и собирался войти, но, увидя бегущего хозяина, остановился и снял треугольную шляпу. Адрияну лицо его показалось знакомо, но второпях не успел он порядочно его разглядеть. «Вы пожаловали ко мне, — сказал, запыхавшись, Адриян, — войдите же, сделайте милость». — «Не церемонься, батюшка, — отвечал тот глухо, — ступай себе вперед; указывай гостям дорогу!»
Запоздавший бригадир, 1934 (худ. В.Бубнова)
Недовольство клиентов гробовщика
У Пушкина описывается конфликт Адрияна с гостями-мертвецами. Когда первый клиент (сержант гвардии Петр Петрович Курилкин) потянулся с объятьями к гробовщику...
цитата
«...Адриян, собравшись с силами, закричал и оттолкнул его. Петр Петрович пошатнулся, упал и весь рассыпался. Между мертвецами поднялся ропот негодования; все вступились за честь своего товарища, пристали к Адрияну с бранью и угрозами, и бедный хозяин, оглушенный их криком и почти задавленный, потерял присутствие духа, сам упал на кости отставного сержанта гвардии и лишился чувств.
Адриян и клиенты, 1934 (худ. В.Бубнова)
Эту по-настоящему жуткую сцену и изобразила Бубнова. А всем остальным иллюстраторам кажется, что в кульминации надо рисовать скелет сержанта гвардии, тянущегося с объятиями к Адрияну.
Пробуждение Адрияна
Кошмар закончился, 1934 (худ. В.Бубнова)
У Бубновой современная для 1934 года манера (есть сходство с советскими детскими книжками-картинками 1920-х гг.). Оригинальность иллюстраций — в их симбиозе. Видно, что это рисунки западного художника, но с привлечением идей японской традиционной цветной гравюры.
Бубнова много пушкинских произведений на японском языке проиллюстрировала: и маленькие трагедии, и "Пиковую даму", и "Онегина", и "Кавказского пленника", и лирику, и сказки. Из всего этого удалось отыскать в Интернете только отдельные крупицы (поиск задавал на русском языке). Бубнова не повторяется, но другие иллюстрации тоже с японским влиянием. Не знаю, как этот стиль к "Онегину" подходит, а с "Гробовщиком" получилось стопроцентное попадание — ведь тема встречи с духами умерших в японской классической литературе уже в Средние века была отточена (включая сновидение, в котором и происходит потустороннее действие).
В.Масютин (1922)
Уже известный В.Масютин и его иллюстрации к "Повестям Белкина", изданным в Германии в 1922 году.
К "Гробовщику" — две страничные иллюстрации, которые есть в Интернете и заставка с концовкой, которых в Интернете нет.
Немецкая серебряная свадьба
Картинка с застольем была помещена в 1934 году в "пушкинском томе "Литературного наследства". Советский народ с ней ознакомился.
Пирушка, 1922 (худ. В.Масютин)
Интересно Масютин изобразил немецких посетителей серебряной свадьбы ("Тесная квартирка сапожника была наполнена гостями, большею частию немцами"). Пушкин интересовался темой русских немцев. Германн из "Пиковой дамы" — полностью обрусевший немец, офицер — свой человек, хотя и со странностями. А вот немцы-ремесленники из "Гробовщика" Пушкина вообще не напрягают. Они ещё не до конца ассимилировались ("с первого взгляду можно было узнать немца ремесленника"), разговаривают они "тем русским наречием, которое мы без смеха доныне слышать не можем", чухонец (финн) будочник Юрко — для них "русский чиновник". В общем, это комические персонажи. И сапожника Шульца Пушкин в своём наброске рисует пухленьким человечком.
Масютин, конечно, гротескный художник. Адриян — он на картинке сидит — далеко не красавец. Но два русских немца (стоят) производят устрашающее впечатление. Сам Масютин жил в то время в эмиграции в Германии, что, возможно, наложило свой отпечаток (вспомним В.Набокова, эмигранта, всем обязанного веймарской Германии и относящегося к немецкому национальному характеру резко отрицательно).
Объятия мертвеца
Масютина никакие соображения не заставили отказаться от изображения скелета.
Адриян и клиенты, 1922 (худ. В.Масютин)
А.Алексеев (1930)
С выдающимся художником А.Алексеевым мы уже встречались по поводу "Пиковой дамы" (вот тут, в самом конце). Были у него и "Повести Белкина", изданные в Бельгии на французском языке в 1930 году.
"Повести Белкина", 1930 (худ. А.Алексеев)
Есть библиографическое описание из каталога-справочника. По одной иллюстрации к каждой повести.
Удалось на сайтах зарубежных аукционов собрать по крупицам несколько картинок. Наложение друг на друга прозрачных силуэтов, зыбкость театра теней — к этому времени стал фирменным стилем Алексеева (эксперименты из области мультипликации).
Фронтиспис хорош — бесплотные силуэты героев (или рассказчиков) и напряжённый котяра стоит задом к зрителю: что-то чувствует, но ничего телесного не видит.
Титул: "Повести Белкина", 1930 (худ. А.Алексеев)
Гробовщик и клиенты
Единственная иллюстрация к "Гробовщику" — это скелет сержанта гвардии, похороненного в 1799 году.
Первый клиент Адрияна, 1930 (худ. А.Алексеев)
По сравнению со сдержанными бытовыми, по преимуществу, зарисовками советских художников, русские эмигранты тему оживших мертвецов у Пушкина не пропустили.
Благодаря капитальному альбому "А.С. Пушкин в изобразительном искусстве" (Л., 1937) нашёл маленькую книжечку с неучтёнными в каталогах иллюстрациями к "Пиковой даме".
В современных каталогах иллюстрированной пушкинианы этот цикл иллюстраций не учтен потому, что картинки не к тексту Пушкина, а к либретто оперы. Художники — супруги Кардовские. Я уже писал о случайном обнаружении их иллюстраций к либретто оперы "Евгений Онегин" (здесь). На сей раз, обнаружив в альбоме картинки Делла-Вос-Кардовской к "Пиковой даме", я уже знал, где искать.
"Пиковая дама" слева внизу
И действительно, быстро нашлась на Алибе маленькая серийная книжечка либретто "Пиковой дамы" в пару к "Онегину".
Сначала библиографическое описание, поскольку в каталоге-справочнике эта книжка отсутствует. В этой книжке в углу каждой иллюстрации чётко читаются монограммы художников, поэтому распределить иллюстрации труда не составило.
Ремезов Ив. Пиковая дама. Опера в 3-х действиях. Музыка П.И. Чайковского.Текст М.И. Чайковского. — М.: Издание Управления Театрами НКП РСФСР, 1934. — 72 с.; 14,5 см.
Если либретто к опере "Евгений Онегин" более-менее следует сюжету пушкинского романа, то либретто и, что немаловажно, устоявшаяся сценография к опере "Пиковая дама" от сюжета повести существенно отличаются. Герои действуют в костюмах XVIII века. На дворе весна. Герман (утратив в окончании второе "н") — гусар, влюбленный в Лизу по-настоящему. Он стреляется, а не сходит с ума; она топится, а не выходит замуж и т.п.
Поэтому картинки к либретто "Пиковой дамы" совсем не аутентичны содержанию повести. Но всё-таки в 1937 году Геллербах-составитель альбома включил эти иллюстрации именно как картинки к Пушкину, а не к Чайковскому.
К ключевым сценам повести (учитывая, что обстановка совсем другая) можно отобрать три картинки.
Оперный Герман наставляет пистолет на графиню (Кардовская)Оперный Герман на посту встречается с призраком (Кардовский)Оперный Герман обдёрнулся (Кардовский)
Отдельно стоят сцены встреч оперного Германа с Лизой — они к повести никакого отношения не имеют. Но одну оперную сцену с участием Германа и Лизы нарисовала Кардовская, а другую — Кардовский (та самая отсебятина либреттиста: "Уж полночь близится, а Германа всё нет..."). Поэтому картинки интересно сравнить с точки зрения разной техники супругов.
Оперные Герман и Лиза в 1-м действии летом (Кардовская)Оперные Герман и Лиза в 3-м действии зимой (Кардовский)
У Кардовского зимняя сцена Германа и Лизы будто сошла со страниц дореволюционного художественного журнала. Незнакомок Блока тогда так рисовали. Ну, может, Кардовский и сделал эту иллюстрацию когда-то для "Мира искусств" — и вот через 30 лет пригодилось?
Почему, кстати, у Кардовского эта встреча зимой происходит? И костюм Германа тоже ближе к общей (негусарской) военной форме XIX века (хотя короткие сапожки всё же гусарские)? Может, Кардовский больше про Пушкина думал, чем про Чайковского?
"Египетские ночи" — неоконченная прозаическая (со стихотворными вставками) повесть Пушкина. Две сюжетных линии — пушкинская современность и египетская древность.
Самостоятельный цикл иллюстраций к "Египетским ночам" существует (из опубликованных) только один. Художник — А.Кравченко, общепризнанный мастер ксилографии (на Фантлабе, конечно, представлен — https://fantlab.ru/art3103). Как гравер по дереву он считается противоположностью своему современнику Фаворскому (о котором у нас уже был разговор здесь). Противоположность, но всё же не антагонист — соотношение там сложнее. Абрам Эфрос ещё в 1923 году писал о "плеяде Фаворского" в гравюре. Фаворского он обожествляет, а Кравченко причисляет к "ветренникам" — Кравченко пришла счастливая мысль: перевести Фаворского на язык "Мира искусства". Поэтому гравюры Кравченко имеют "мило-галантный вид" (А.Эфрос "Профили").
Вот Эфрос обидеть хочет, но всё равно у Кравченко много фанатов. Мне Кравченко тоже в своё время голову вскружил. Разглядывал часто его огромный альбом (https://www.ozon.ru/context/detail/id/268...). При случае начал покупать иллюстрированные им книги. Первой покупкой, совпавшей с увлечением Пушкиным, был очаровательный двухтомник, во втором томе которого как раз и были "Египетские ночи".
Издание 1981 года
С суперомБез супераБиблиография
Добавление к библиографии: Тираж 30.000 экз. Цена 1 руб.
Понятно, что всегда хочется купить прижизненные издания (художника, конечно, не Пушкина). Для Кравченко это оказалось несложно: в 2010 году удалось приобрести юбилейное издание, явно с претензией на библиофильство: футляр, в котором было аж 6 книжек в твёрдой обложке, в том числе и отдельная книжка "Египетских ночей". Сохранность относительная, но всего 500 рублей!
ФутлярФутляр раскрытФутляр и содержимое
Собственно "Египетские ночи":
Книжка
Добавление к библиографии: Тираж 50.000 экз. Цена 2 руб., переплёт 75 коп. (итого 2 руб. 75 коп.).
Издание 1936 года на Фантлабе отсутствует.
Издание 1934 года
Только недавно, внимательно сравнив библиографию, я понял, что самым главным и полиграфически лучшим изданием кравченковских "Египетских ночей" является книжка 1934 года. Она тоже оказалась недорогой — нашёл на Алибе экземпляр в суперобложке всего за 700 рублей (доставка обошлась в 60 руб.). Несколько дней назад получил эту книжку. Это издание делали очень старательно. Смысл суперобложки (на фото не разобрать) в том, что она бесцветная, а надписи все тоже бесцветные, но рельефные, выдавленные — это заявка на рафинированность.
С суперомБез супераБиблиография
Добавление к библиографии: Тираж 5.000 экз. Цена 3 руб. 50 коп., переплёт 1 руб. (итого 4 руб. 50 коп.).
Ну, в общем, понятно: издание тем роскошнее, чем больше в нём пустых листов.
Отличия-то есть, и странно, что их каталог-справочник иллюстрированной пушкинианы не отразил. Если в изданиях 1934 г. и 1936 г. немного отличается комбинация иллюстраций (картинка на авантитуле в издании 1934 г. помещена в тексте в издании 1936 г.), то в издании 1981 г. имеется новая иллюстрация с Клеопатрой (на авантитуле), которой не было в книгах тридцатых годов. Ну, у Кравченко имелось, как это часто бывает, несколько отвергнутых вариантов. С Клеопатрой полный набор теперь есть в трёх книгах. Только в альбоме остался полный набор сцен небесного вдохновения импровизатора.
верхняя картинка в книгах не воспроизводилась
Пара слов — о подлинной иллюстрации. Судя по всему, в издании 1934 года ксилографии Кравченко — это оттиски с гравюрной доски (наверное, и в издании 1936 года — тоже).
Сейчас (и, как минимум, с 1960-х гг.) все иллюстрации в книгах (если они не ручной работы) воспроизводятся фотоспособом. То есть даже гравюры один раз печатаются с доски, а далее фотографируются (=сканируются, оцифровываются) и затем воспроизводятся с фото. В 1920-е — 1940-е гг. в книгах ксилографии часто переносились на бумагу непосредственно с досок — это был отпечаток типографской краски. Фаворский очень увлекательно об этом процессе писал в своих работах (жаль, на Фантлабе он только как иллюстратор представлен, а не как теоретик книжной графики).
Конечно, и в старых книгах это не было единственным вариантом. Применялось и опосредованное воспроизведение. Вот, если интересно, отрывок из альбома "Пушкин в изобразительном искусстве" (1937), где о древних фотомеханических способах воспроизведения картинок говорится профессиональным языком.
По сути старая книга с ксилографиями (а также с литографиями, монотипиями и т.п.), особенно если они отпечатаны на отдельных вклеенных листах — это почти гарантировано целый альбом офортов (Не постеры! Сейчас издатели "роскошных книг" делают издания с приложением офорта, т.е. персонально отпечатанного экземпляра иллюстрации — так цена на и без того дорогущую книгу взлетает в пять-десять раз, доходя до сотен тысяч рублей). Поэтому и цену старой книги надо делить на количество картинок в ней — тогда совсем недорого будет.
Не уверен, что я бы на спор определил, с доски или с фото сделана какая-нибудь иллюстрация. Вот одна и та же картинка в трёх книгах (сверху — современное издание 1981 года, в центре — эталонное издание 1934 года (картинка с доски), внизу — издание 1936 года (картинка, вероятно, с доски).
Моими непрофессиональными снимками невозможно передать разницу — она воспринимается, скорее, на ощупь. Но разглядывая вживую старое и новое издания "Египетских ночей", кажется, что картинка с доски в старой книге объёмная: при этом поверхность листа, понятно, абсолютно гладкая; видимо, эффект создаётся за счёт того, что краска по-настоящему наносилась на лист бумаги и поэтому первый и второй план (глубина) действительно присутствуют. А фотокартинка в новой книге, несмотря на чёткость, такого впечатления не производит. Собирание книг, отпечатанных типографской краской, затягивает: как знаток драгоценностей уверяет, что он сходу отличит бриллиант от стекла, так и библиофил думает, что ощущает различия и никогда не согласится на репринт (если у него хватает денег на подлинник).
Ну и, собственно, оставшиеся картинки (фото с издания 1934 года), которые не попали в обзоры выше:
Закончим тему иллюстрирования "Онегина" в 1930-е гг.
В этой книжечке карманного формата — либретто к опере "Евгений Онегин" (перед либретто — более чем на половину книжки большая статья про "Онегина"). Поскольку автор-то и не Пушкин, издание не учтено в каталоге-справочнике. На Фантлабе этого издания тоже нет.
Описание поэтому даю сам:
Ремезов Ив. Евгений Онегин. Лирические сцены в 3-х действиях. Текст по Пушкину. Музыка Чайковского. — М.: Издание Управления Театрами НКП РСФСР, 1934. — 64 с.; 13 см.
КАРДОВСКИЙ Д.Н., ДЕЛЛА-ВОС-КАРДОВСКАЯ О.Л. — 7 илл.: 1 фронтиспис, 6 ил. на отд. листах.
Тираж 10.500. Цена замазана, вроде бы 1 руб. 10 коп. (переплёта, понятно, нет — только обложка).
Делла-Вос-Кардовская — художница Серебрянного века (портреты Гумилева, Ахматовой). В 1937 году пишет портреты советских деятелей вполне в официально одобренном стиле — не знаю, считается это соцреализмом или нет. О художнице и посмотреть ее станковое творчество (графики там нет) — здесь: http://www.liveinternet.ru/users/2384045/....
Ну а Кардовский, её муж, как художник известен поболе: http://fantlab.ru/art1639. Он тоже, конечно, отметился в русском модерне. Вот, кстати, слева его дореволюционный, очень известный, портрет Онегина, который считается созданным в стиле "модерн" (в книжечке 1934 года его нет).
Но, в общем-то, Кардовский всегда был крепким реалистом даже в эпоху буйства модерна. Вот "Каштанка" Чехова с его иллюстрациями: https://www.labirint.ru/books/567002/. Эти иллюстрации были созданы до революции, но потом без всякой редактуры печатались и в сталинское время (у меня есть издание 1949 года).
Коллекционер помнит не про все экспонаты своей коллекции, тем более не про все обстоятельства приобретения (хотя пометки какие-то всегда ставятся, и каталог часто заводится). Но иногда история приобретения экземпляра прочно сидит в голове. Так у меня было с этой книжкой
В декабре 2016 года увидел книгу в интернет-магазине без каких-либо подробных указаний и сканов, только с изображением простой обложки: https://www.ozon.ru/context/detail/id/137.... Были имена художников. Но ведь бывает, что художники не рисуют, а просто оформляют книгу (причём и орнамент на представленной обложке, и сам шрифт обложки — тоже ведь входит в оформление).
Мучительные раздумья и сомнения... В Интернете картинок тогда не нашёл, но несколько раз встречались такие упоминания: любопытна иллюстрация Делла-Вос-Кардовской к "Онегину". Ладно, по крайней мере, иллюстрации есть. Но к этому ли изданию? Всё-таки решился и купил в "Озоне" за 500 рублей (ну, правда, рублей 120 удалось погасить баллами и "спасибами").
Получил уже в начале января 2017 года крохотную невзрачную книжечку (никак не могу научиться связывать цифры в описании размера и реальный размер). Скривился ("опять попался!"). Но книжка оказалась иллюстрированной и иллюстрированной богато (полностраничные иллюстрации на отдельных плотных листочках)!
В общем, получилось ценное и, видимо, редкое приобретение для коллекции. Теперь вот храню книжульку не на полке, а в специальной шкатулке и запакованную в мешочек.
Жаль, но коллекционеру часто приходится раздваиваться: он может трястись над редким, с его точки зрения, экземпляром и при этом быть совершенно равнодушным к содержанию. Так у меня получилось с этой же книжкой.
Пройдемся по картинкам.
Вот эта на авантитуле хороша: Ленский и Онегин склонились в поклоне перед Лариными. Ракурс необычный. И композиция и сами линии какие-то взвихрённые — очень экспансивно!
В самом тексте стиль иллюстраций, вроде бы, немного другой. Картинки без излишеств, при этом, конечно, очень добротные.
1. Онегин — см. № 5.
2. Сон Татьяны — отсутствует.
3. Дуэль имеется.
4. Первая встреча: в лучших традициях.
5. Последняя встреча: Редкость! Онегин без Татьяны.
Она ушла. Стоит Евгений, как будто громом поражён.
Ломаю голову — кому (мужу или жене) какие иллюстрации принадлежат. Вроде бы основные картинки в тексте — похоже на Кардовского (в том числе, и на его модернового Онегина).
Но вот первая, вводная, картинка ни на что не похожа — видимо, её-то и рисовала Делла-Вос-Кардовская, про эту-то картинку и встречались упоминания "любопытная" (в единственном числе).
Если это так, и "взвихрённая" картинка принадлежит Делла-Вос-Кардовской, то очень жалко, что она не все иллюстрации выполнила.
Ну а в общем, приятное для 1934 года сочетание: реалист-"мирискусник" и жена его.
Update (10.05.18)
Предположения авторства подтвердились. В издании "А.С. Пушкин в изобразительном искусстве" (Л., 1937) картинки в тексте однозначно атрибутированы как работы Кардовского.