В развитие медвежьей темы в русских сказках необходимо вспомнить и пушкинский опыт — написанное в 1830 году начало "Сказки о медведихе". Сказку иллюстрировали нечасто, но часто это делали выдающиеся иллюстраторы.
Худ. В.Масютин (1924)
Начну с художника В.Масютина — одного из любимых графиков 1920-х гг. Библиофильскую книжку с пушкинским отрывком Масютин делал в эмиграции в 1924 году.
Библиографическое описание:
В Интернете гуляют порознь все четыре страничные ксилографии (с сайтов аукционов), но 9 иллюстраций в тексте нашлись только в замечательном ЖЖ у Ivan Novak: https://ivannovak10.livejournal.com/23666.... Посмотрим, что есть — пройдёмся по сюжету.
1) Начало: "Как весенней теплою порою" выходила медведиха с медвежатами.
Появился мужик с рогатиной. Медведиха собралась с мужиком расправиться:
цитата
Уж как я вас мужику не выдам
И сама мужику .... выем.
То ли Пушкин в черновике сходу не придумал, что бы такое у мужика выесть, чтобы размер соблюсти (но в этом случае в печатном тексте у пушкинистов было принято давать просто пустое место), то ли придумал, но такое неприличное, что его пришлось заменять многоточием (но в этом случае часто появлялись редакторские скобки). Загадка. Только профессиональным пушкинистам позволено знать все похабные места у Пушкина.
2) Итог поединка предопределён: смысл рогатины в том, что атакующий медведь сам на неё насаживается. Медведица, защищая медвежат, конечно бросилась на мужика.
Но встретить медведицу рогатиной надо правильно. Здесь Пушкин анатомически точен:
цитата
Он сажал в нее рогатину
Что повыше пупа, пониже печени.
3) Мужик, оказывается, жену хотел порадовать.
цитата
„Вот тебе, жена, подарочек,
Что медвежия шуба в пятьдесят руб<лев>,
А что вот тебе другой подарочек,
Трои медвежа<та> по пять рублев“.
Но и в "Липовой ноге" старик по просьбе старухи медведю лапу отрубил. Что же здесь будет?
Пока что симпатии Пушкина на стороне медведей.
цитата
Дошли вести до медведя чернобурого,
Что убил мужик его медв<едиху>,
Распорол ей брюхо белое,
Брюхо распорол да шкуру сымал,
Медвежатушек в мешок поклал.
4) Медведь, лишившись жены и детушек, изливает свою печаль.
цитата
Голову повесил, голосом завыл
Про свою ли сударушку,
Чернобурую медведиху.
— Ах ты свет моя медведиха,
На кого меня покинула,
Вдовца печального,
Вдовца горемычного?
Уж как мне с тобой, моей боярыней,
Веселой игры не игрывати,
Милых детушек не родити,
Медвежатушек не качати,
Не качати, не баюкати.
Нехорошо мужикам медведих убивать ради шубы жене.
5) Важный момент в конце неоконченной сказки:
цитата
В ту пору звери собиралися
Ко тому ли медведю, к боярину.
Приходили звери большие,
Прибегали тут зверишки меньшие.
Пушкин перечисляет множество зверушек. Здесь важно, что это вассалы медведя-боярина. Пушкин каждому зверю присваивает интересный чин. Но Масютин это не обыгрывает, даёт натуралистические изображения зверей.
Это те самые неуловимые 9 иллюстраций в тексте. Ну а пушкинский текст обрывается. Очевидно, что звери во главе с медведем пойдут требовать от мужика сатисфакции. Всё будет как в "Липовой ноге".
Худ. Б.Зворыкин (1915)
Полную сюиту к сказке делал Б.Зворыкин в 1915 году.
Библиографическое описание:
Это такой "псевдо-русский стиль".
Очень похоже на Билибина. Но вот почему-то если Билибин — то это стиль "русский модерн", а если эпигоны Билибина — то "псевдо-русский стиль". Зворыкин — эпигон.
Современное воспроизведение иллюстраций сделало СЗКЭО: https://fantlab.ru/edition315849. Привожу комбинацию сканов, сделанных с подлинного издания, и сканов современного издания.
1) На заставке — безмятежная прогулка медведихи с медвежатами.
2) Убиение медведихи и презентация подарков жене.
3) Печаль медведя-вдовца и сбор к нему лесных зверей.
Зворыкин тоже изображает зверей в натуральном виде.
Худ. С.Мочалов (1930)
В советский период отдельных изданий сказки не было, полные сюиты иллюстраций к ней были редкостью. Чаще художники ограничивались одной иллюстрацией.
Вот Сборник пушкинских сказок, выдержавший в 1930-х гг. несколько изданий и допечаток, с иллюстрациями разных художников. У меня в мягкой обложке, зачитанный до дыр.
К "Сказке о медведихе" иллюстрация С.Мочалова. Наверное, неудивительно, что для единственной иллюстрации выбрана сцена насаживания медведицы на рогатину.
Худ. Е.Кибрик (1936)
Ленинградская серия вновь иллюстрированных произведений Пушкина (Ленгослитиздат, 1936-1937). Мы из этой серии уже видели "Онегина" (см.) и "Повести Белкина" (см.). "Сказки Пушкина" (1936) проиллюстрировал выдающийся художник Е.Кибрик. Из этого сборника сказок мы смотрели "Сказку о золотом петушке" (см.).
Снова единственная иллюстрация к сказке, и снова — жестокая сцена. В том отрывке, который оставил Пушкин, эта сцена выглядит квинтэссенцией сказки.
Иллюстрации Кибрика к сказкам Пушкина стали заметным явлениям. Оценки современников были разные. Есть такая публикация юбилейного — 1937-го — года: ПУШКИН В ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОМ ИСКУССТВЕ («Литературный современник». 1937. № 1).
Один критик сам пишет скупо и в скупости обвиняет художника:
цитата
Интересны и рисунки Кибрика к «Сказкам Пушкина», хотя, может быть, несколько излишне скупые в своем сюжетном и живописном разрешении.
Другой критик более щедр:
цитата
Удачно справился со своей задачей художник Кибрик. Его работа была особенно трудна, иллюстрации к сказкам — это самый засоренный участок в иллюстрациях к Пушкину. Все художники шли по линии стилизации в сусальном боярском стиле. Кибрик искал новую форму для иллюстрирования сказки. Его листы в одно и то же время и реальны и сказочны, его образы близки и понятны.
А вот знаменитый художник Петров-Водкин (особенно интересно):
цитата
Иллюстрации Кибрика — это графическая лирика, особенно хорош «кораблик» к «Царю Салтану». Что касается других, то они технически запутанны. Некоторые более четки, другие сложны; можно было облегчить с точки зрения технической. А стиль тут есть.
Худ. В.Фаворский (1949)
Детгизовский трёхтомник юбилейного — 1949-го года — со скромными гравированными рисунками. Сказки — во втором томе.
К "Сказке о медведихе" заставка и концовка Фаворского. Мудрый мастер опустил сцену насаживания медведихи на рогатину. Самое начало: медведиха с медвежатами.
И самый конец: звери собрались на вой осиротевшего медведя.
У Фаворского — понятно — всё строго реалистично.
Худ. Г.Никольский (1972)
Часто из сказки брали только начало (до появления мужика с рогатиной) и публиковали в качестве лирического стихотворения в тоненьких книжках. Вот такая книжка: "Зимняя дорога" (М.: Детская литература, 1972). С этим названием выходили несколько подборок с разным составом и разными художниками. Здесь иллюстрации Г.Никольского — знаменитого анималиста. Чёрно-белые иллюстрации.
Поскольку самое начало, то Никольскому ничего не остаётся, кроме как нарисовать медвежью семейку. Впечатляющие фигуры.
Кстати, медвежат двое, а не трое, как у Пушкина. Натуралист Никольский поправил кабинетного учёного Пушкина — благо, в этом кусочке количество медвежат и не названо. Количество — трое — будут названы мужиком при дарении их жене (у Мочалова в сборнике 1930-х гг. тоже было двое медвежат, но там ведь иллюстрация ко всей сказке, т.е. в противоречии с указанием Пушкина).
Худ. С.Былинский (1988) и худ. А.Тюрин (1985)
Были и такие подборки стихов разных поэтов. Название и состав одинаковые, художники разные: "Золотая рыбка" с иллюстрациями С.Былинского (1988) и "Золотая рыбка" бóльшего формата с иллюстрациями А.Тюрина (1985).
Только начальный отрывочек — только портрет медведихи с медвежатами (у Былинского — два, у Тюрина — три).
Худ. В.Назарук (2002/2018)
В наше время завораживающие иллюстрации к сказкам Пушкина сделал В.Назарук. У меня лучшее издание от "Речи" (2018).
Шмуцтитул к "Сказке о медведихе".
Особенность всей книги — рисованные рамочки, все разные, даже для одной сказки несколько вариантов.
Собственно страничные иллюстрации: безоблачный зачин и громовой конец.
Звери с чинами не наряжены в человеческие костюмы, но все выразительно смотрят, по-человечески сочувствуя вдовцу.
Худ. Т.Маврина (1974)
Знаменитый сборник пушкинских сказок (первое издание — 1974) с иллюстрациями Т.Мавриной.
Единственная (из опубликованных) полная сюита к "Сказке о медведихе" советских времён. На шмуцтитуле для каждой сказки свой "кот учёный".
1) Мирные медвежьи забавы и мужик с рогатиной.
2) Сцена убийства опущена. Рыдающий вдовец.
3) И вот только Маврина показала вереницу зверей и для каждого отметила ту сословную черту, которую им присвоил Пушкин (для белочки-княгинечки никакого символа не нашлось — только лапки сложенные).
цитата
[1] Прибегал туто волк дворянин,
У него-то зубы закусливые,
У него-то глаза завистливые.
[2] Приходил тут бобр, богатый гость,
У него-то бобра жирный хвост.
[3] Приходила ласточка дворяночка,
[4] Приходила белочка княгин<ечка>,
[5] Приходила лисица подьячиха,
Подьячиха, казначеиха,
[6] Приходил скоморох горностаюшка,
[7] Приходил байбак тут игумен,
Живет он байбак позадь гумен.
[8] Прибегал тут зайка-смерд,
Зайка бедненькой, зайка серенькой.
[9] Приходил целовальник еж,
Всё-то еж он ежится
4) Концовка.
Видимо, это итог операции звериного собора: медвежатки из неволи высвобождены. Мужик с женой, наверное, дома разорванные лежат.
Помимо иллюстраций к "Серебряному копытцу" смотрели мы год назад и иллюстрации к "Таюткиному зеркальце". И вот в этом "Зеркальце" действует центральный персонаж горно-заводской уральской мифологии — Хозяйка медной горы (кого надо — изувечила, а барыню напугала так, что та после дураков рожала). Сейчас время пришло для первого сказа из цикла про Хозяйку. Сказ так и называется "Медной горы хозяйка".
Н.Аземша (1985)
Начинать бы, конечно, следовало с прижизненных иллюстрированных изданий (1939-1950), но для первого знакомства пришлось взять наиболее полно проиллюстрированное издание, чтобы отследить узловые моменты сюжета. И таким изданием оказалась книжка-картинка с иллюстрациями Н.Аземши: Бажов П. Медной горы хозяйка. — М.: Советская Россия, 1985. Большая удача.
Худ. Н.Аземша
Экспозиция
Поскольку действие сказа строго локализовано, художники с удовольствием рисуют пейзажи. Тут проблема в том, что горно-заводской округ горами-то как раз похвастаться не мог ("горное дело" — оно всегда под землёй). Впрочем, Аземша рисует условный Урал — и очень похожий.
Собственно завязка. Для правдоподобия (не сказка какая-нибудь, а сказ) вступление с нарочито излишними подробностями: не просто герой повстречал Хозяйку, а "пошли двое наших заводских покосы смотреть, один-то неженатик... и т.д." Один — молодой Степан (не весь ещё ядовитой крошкой отравлен), а про другого потом и не вспоминают.
Встреча Степана с Хозяйкой медной горы
Степан очнулся от дрёмы и увидел:
цитата
...у большого камня женщина какая-то сидит. Спиной к парню, а по косе видать — девка. Коса ссиза-черная и не как у наших девок болтается, а ровно прилипла к спине.
...А одежа и верно такая, что другой на свете не найдешь. Из шелкового, слышь-ко, малахиту платье. Сорт такой бывает. Камень, а на глаз как шелк, хоть рукой погладить.
Аземша и не пытается изобразить деревенскую девку: у него сразу владычица подземного царства представлена. Кокошник на Хозяйке медной горы, кстати, у Бажова не упоминается, но на картинках поздних иллюстраторов часто присутствует. Видать, фильм "Каменный цветок" (1946) задал образ в кокошнике.
А чего Хозяйке медной горы от Степана надо? Весточку передать приказчику на руднике:
цитата
Хозяйка, мол, Медной горы заказывала тебе, душному козлу, чтобы ты с Красногорского рудника убирался...
Ящерицы
Хозяйку медной горы сопровождает сонм ящериц, которые покрывают землю сплошным ковром. Ящерица — символ Среднего Урала. Я в детстве думал, что это чисто уральское земноводное и есть (только встречается редко, не везде же скалы из земли выходят, где они греются). На Юг в первый раз попал — очень удивился: ящериц немеряно, а никто их не поэтизирует. Пример мифотворчества Бажова, который придумал горно-заводской Урал.
Ящерицы — слуги Хозяйки медной горы. Они и кандалы снимают с рук человека, и чай ему заваривают (позже).
Но главное — другое! Сама Хозяйка со своей косой, как будто приклеенной к спине, оборачивается ящерицей.
цитата
Вместо рук-ног — лапы у ее зеленые стали, хвост высунулся, по хребтине до половины черная полоска, а голова человечья
Зрелище жуткое, даже в интерпретации Аземши.
Степана передёрнуло: "Тьфу ты, погань какая!".
В забое
Передал Степан приказчику послание Хозяйки медной горы, и слова про "душного козла" передал. Приказчик отреагировал:
цитата
— Выпороть его, — кричит приказчик, — да спустить в гору и в забое приковать!
Благочинный Степан у художника постненьким получился, а вот приказчик да палач — очень колоритные.
Чёрт, на дворе-то крепостное право! Выпороли и приковали.
В гостях у Хозяйки медной горы
Хозяйка медной горы вытаскивает Степана из забоя. То ли в шутку, то ли всерьёз предлагает взять её в жёны.
цитата
Ну, женишок, пойдем смотреть мое приданое
Роскошный поземный дворец.
Степан собрался с духом и отказал Хозяйке медной горы. Этот поступок был оценен.
цитата
Не обзарился ты на мои богатства, не променял свою Настеньку на каменну девку. Вот, — говорит, — тебе подарочек для твоей невесты, — и подает большую малахитовую шкатулку.
Вот так и появляется в сказах та самая малахитовая шкатулка.
Особо описывает Бажов роскошный обед, которым Хозяйка угостила Степана. Роскошный — в представлении крепостного рабочего:
цитата
Накормила она его щами хорошими, пирогом рыбным, бараниной, кашей и протчим, что по русскому обряду полагается
При прощании Хозяйка медной горы заплакала. Плачет мелкими и очень ценными малахитовыми зёрнами, но рука тёплая.
Трудовые подвиги
Надеясь на получение вольной, Степан при помощи Хозяйки медной горы находит малахитовую глыбу.
Приказчики Степана обманули, но из столицы приехал сам барин, хочет найти такие глыбы, чтобы из них пятиаршинные столбы можно было вырубить. Степан имеет с ним разговор: дерзко требует вольную себе и невесте вперёд. И опять: Степан совсем картонный, а писарь да барин из столицы — весьма живописные и с собственным характером.
Дальше — известно: малахитовые колонны Исаакиевского собора.
цитата
Вырубили из этой малахитины столбы, какие им надо, выволокли наверх, и барин их на приклад в самую главную церкву в Сам-Петербурхе отправил.
Ленинградец Аземша не упустил возможности закончить сюиту видом северной столицы.
Конец Степана
А вот окончание сказа Аземша оставил без иллюстраций. Степан не смог забыть Хозяйку медной горы. Повадился бродить по горам. Был обнаружен мёртвым.
цитата
...около покойника ящерку зеленую видели, да такую большую, каких и вовсе в наших местах не бывало. Сидит будто над покойником, голову подняла, а слезы у ей так и каплют
Хозяйки медной горы в системе фантазийных персонажей
цитата
Вот она, значит, какая Медной горы Хозяйка!
Худому с ней встретиться — горе, и доброму — радости мало.
Кто такая — Хозяйка медной горы? Бажов пытался уверить, что это продукт регионального народного творчества. Но никакого "рабочего фольклора" на Урале не существовало. Хозяйка медной горы — литературный персонаж Бажова. Хозяйка — это молодая красивая дева. Встречаются такие в настоящем (крестьянском) фольклоре: русалки, снежные девы. Но они приносят человеку только зло. А Хозяйка медной горы не только убивает, но и помогает. Природа двойственная, как у Бабы-Яги. Вроде бы Хозяйка (как и Баба-Яга) бессмертная и неживая ("каменная"), однако (в отличие от Бабы-Яги) испытывает к отдельным мужчинам любовное влечение. Эрос и танатос, как пишут о ней учёные комментаторы. Видимо, ближайший аналог Хозяйки медной горы — это античная Венера. Символ Венеры — это ещё и символ меди. Так что аналогия для Бажова была на поверхности. Хозяйка живёт под землёй, но не просто под землёй, а в Медной горе (горное дело касается и тех гор, которые растут не в небо, а к центру Земли). Уральские Гумёшки — это перевёрнутый Олимп.
После иллюстраций к "Метели" из белкинского цикла уместно будет посмотреть картинки к пушкинскому стихотворению "Бесы" (http://feb-web.ru/feb/pushkin/texts/push1...). Стихотворение очень известное:
цитата
Мчатся тучи, вьются тучи;
Невидимкою луна
Освещает снег летучий;
Мутно небо, ночь мутна.
Есть у "Метели" и "Бесов" общее. Во-первых, тема зимней непогоды. Во-вторых, "Бесы" — это первое произведение, написанное в Болдинскую осень 1830 года (тогда же, когда и "Повести Белкина"). Есть и отличия: метель в прозе — это у Пушкина реалистическое описание, а метель в стихах — психическое переживание. Интересно, как художники отобразили эту разницу.
1) Передвижники и примитивисты
Бесы в стихотворении про метель, потому что мельтешение снега и вой ветра вызывают такие ассоциации:
цитата
Бесконечны, безобразны,
В мутной месяца игре
Закружились бесы разны,
Будто листья в ноябре...
И вот кружащихся в снегу бесов — буквальное прочтение — изобразил в самом начале XX века серьёзный художник И.Симаков, а в конце XX века — художница-примитивист Л.Усатова (первая иллюстрация — из альбома "Пушкин в русской и советской иллюстрации", а вторая — из альбома "Пушкин в творчестве примитивных художников").
И.Симаков (1904)Л.Усатова (1998)
Такое соседство совсем не случайно: русская иллюстрация до эпохи художников круга "Мира искусства" — это и есть примитивизм (не по технике, а по концепции: рабское буквальное сопровождение текста). Пожалуй, современный примитивизм даже и предпочтительнее будет: в нём, чаще всего, здоровый юмор интеллектуалов виден.
2) Заставки и виньетки
Но когда запретили рисовать чёртиков, советским художникам-реалистам пришлось перейти на пейзажные зарисовки. Вот Ф.Константинов награвировал вьюгу (в трёхтомнике 1949 года и в "Избранном" 1959 года). Ямская тройка — непременный атрибут, поскольку в "Бесах" барин беседует с ямщиком.
Заставка. Худ. Ф.Константинов (1949-1959)
В пушкинских изданиях взрослую аудиторию картинками к "Бесам" не баловали. Следующие картинки появились только в 1979 году, когда был издан аккуратный томик пушкинской "Лирики" с иллюстрациями А.Иткина.
"Лирика". Худ. А.Иткин (1979)
Раз уж в первый раз с этим изданием встречаемся, вот его библиографическое описание из каталога-справочника:
После такого пышного представления собственно иллюстрации к "Бесам" впечатления не производят: это просто маловыразительная заставка с темой "мутной ночи" и крохотная концовка — силуэт лошадок с повозкой.
Но это уже общая проблема иллюстрирования лирики (не только пушкинской), т.е. бессюжетных стихотворений. Душевно лирику рисуют хорошие художники-пейзажисты. Ошеломляющим, но и не повторённым был в 1949 году успех монументальных силуэтов Н.Ильина (вот это). Опыт реалиста Иткина в иллюстрировании лирики был не самым удачным. Сейчас его дополненный томик 1979 года переиздали в огромном формате (вот это). Может, к "Бесам" что-то поинтереснее есть в современном издании, но я покупать не стал.
3) Картинки в детских книжках
Бесы — совсем не детское стихотворение. Но первая строфа из него — хрестоматийная, в советское время использовалась в младших классах школы в качестве примера описания природы. Поэтому несколько строк ("Мчатся тучи, вьются тучи...") помещались в тонких серийных книжках.
Россыпь детских книжек
Ну а поскольку проилюстрировать здесь можно было только природу (и ездока), все картинки одинаковые у совершенно разных художников: метель забрасывает снегом возок. В книжке 1985 года поместили всё стихотворение без купюр ("Перемен! Мы ждём перемен..."), но художник оказался не готов его развёрнуто отобразить.
Все картинки моноцветные, а невысокое качество воспроизведения их ещё более обезличивает. Особенно не повезло посмертному изданию Конашевича: ничего не разобрать.
"Радуга", 1983. Худ. В.Конашевич
Жалко, что для советских малышей пропала страшилка (они тогда наперечёт были)
цитата
Сколько их! куда их гонят?
Что так жалобно поют?
Домового ли хоронят,
Ведьму ль замуж выдают?
4) Картинки для взрослых
Никто не против пейзажей в качестве иллюстраций. Но в "Бесах" всё же одного изображения стихии недостаточно. Самые поздние из известных мне профессиональных иллюстраций датированы концом XX века. П.Бунин передаёт страшное напряжение стихотворения в образе обезумевшей тройки. Но достаточно механистически — руку набил на рисунках конницы в боях.
"Жизнь и лира", 1996. Худ. П.Бунин
Простодушный Д.Арсенин вернулся к истокам: нарисовал чёртиков. И много других элементов белой горячки.
"Александру Пушкину...", 1994. Худ. Д.Арсенин
На стену такую картинку, конечно, не захочется вешать: китч. Но приходится признать, что эта композиция Арсенина оказалась иллюстрацией, по которой всё же можно идентифицировать пушкинских "Бесов".
Ещё остались сборники, в которые включён сказ "Серебряное копытце", и где художники давали на весь сказ одну полноценную иллюстрацию. Сегодня — сборники неуральских издательств (написал бы "столичных издательств", но есть один саратовский) и неуральских художников (большинство — очень известных).
1) Э.Булатов и О.Васильев
Сборник русских литературных сказок, куда частенько помещали и сказы Бажова. Художники — легендарные Булатов и Васильев. Нонконформисты в живописи и традиционалисты в детской книжной графике. В пост-советское время они тщательно открещивались от книжной иллюстрации, но ещё неизвестно, в качестве кого они останутся в истории.
Сборник "Волшебное зеркало" был выпущен в Саратове несколькими изданиями. У меня — издание 1978 года без суперобложки. Но найти в сети скан этой суперобложеи не составляет труда.
К некоторым сказкам из этого сборника много иллюстраций, к Бажову — нет.
Шмуцтитул
К "Серебряному копытцу" — страничная иллюстрация, заставка и концовка.
ЗаставкаКонцовка
У Васильева и Булатова картинки узнаваемые, а персонажи — типовые. Это как докомпьютерные игры: вырезаем фигурку и разные платья, и наряжаем одного пупсика с бессмысленным выражением лица в разные наряды. Странно, но успех к иллюстраторам при таком подходе часто приходил. Ведь и у всеми любимого В.Чижикова такой же поточный метод.
Это надо уметь типовое, но приятное лицо нарисовать и все аксессуары и обстановку красиво выписать. Всегда спокойно и радостно от таких картинок. Поэтому, наверное, и нравится детям.
Страничная иллюстрация, худ. Васильев и Булатов
А Серебряное Копытце, между прочим, козёл домашний с пятью рогами!
2) C.Остров
Другой сборник русских литературных сказок "Драгоценный ларец", почти того же состава, что и предыдущий. Вышел в центральном издательстве попозже саратовского "Волшебного зеркала". Художник — С.Остров.
С.Остров — выдающийся график. Очень плодотворный, но разнообразный. Иногда кажется, что он разные манеры рисования пробует, как будто играя: получится или нет, как у Майофиса или у Трауготов. В этом сборнике у Острова только одна страничная иллюстрация к "Серебряному копытцу".
Страничная иллюстрация, худ. Остров
Опять домашний козёл с пятью рогами. Но это самый красивый козёл из всех ранее виденных.
3) В.Панов
Множество раз издававшийся сборник сказов Бажова с иллюстрациями В.Панова. У меня шестое издание 1979 года. Панов — иллюстратор реалистической направленности в книжной графике.
О художниках на Фантлабе только упоминания в связи с бажовскими сказами (приписывание других книг А.Ковалёву не оправдано: он только в палехской манере работал): А.Ковалёв (https://fantlab.ru/art4620) и Буреев (https://fantlab.ru/art11154)
Имеется интересный по технике нецветной форзац.
Форзац
К "Серебряному копытцу" — заставка, концовка и страничная иллюстрация.
ЗаставкаКонцовка
Палехская манера канонична, но всегда любопытно рассматривать детали. На этой страничной иллюстрации — кульминация, единство времени и места соблюдено. Все герои собраны: старик с девочкой, белый козлик и чёрная кошка Мурёнка. Ещё добавляется интерес, каких необязательных зверушек живописцы разместят на картинке.
Страничная иллюстрация, худ. Ковалев и Буреев
Какая-то белая птица (кричит в позе вороны). Белок много и заяц. Белки и зайцы — непременные спутники Деда Мороза в советских мультиках.
4.1) А.Ковалёв (UPD 28.08.2019)
Выпало из головы — есть у меня набор палехских открыток к сказам Бажова (1961 год). Художник — один только А.Ковалёв.
Имеется и открытка к "Серебряному копытцу — очень камерная и новогодняя. Для меня — лучшая картинка. Эти открытки рассматривал в детстве, когда читать не умел. Потом открытки затерялись, конечно.
Восстановил этот набор открыток совсем недавно. А там — внутри папки и на обороте каждой открытки — штампы из Челябинска про Юрия Гагарина. Вряд ли почтовые штемпели — что-то самодельное. Редкий артефакт.
4.2) А.Белюкин (UPD 21.08.2019)
В моей коллекции есть библиофильский уменьшенного формата двухтомничек с иллюстрациями А.Белюкина. Но "Серебряного копытца" там нет. А есть ещё однотомное издание сборника сказов высокого зауженного формата (на Фантлабе: https://fantlab.ru/edition75021). Издание на хорошей бумаге, но, в общем-то, обычное.
Этот обычный сборник с картинками Белюкина мне постоянно попадался у букинистов, он у них не переводится. Я его, естественно, игнорировал. А зря — там "Серебряное копытце" есть. И к нему одна страничная яркая иллюстрация.
Пользуясь случаем (я снова в Перми с её богатыми букинистическими магазинами), приобрёл, наконец, этот сборник (1980 года) в свою коллекцию.
5) Б.Диодоров
Подарочная книжка уменьшенного формата на хорошей глянцевой бумаге (для советской книги это было нечастое явление). Тираж маленький по тем временам (5 тыс. экземпляров), цена выше обычного, но подъёмная (2 руб. 60 коп.). Странно, но сегодня у букинистов книга редкостью не считается, продаётся очень недорого.
Было ещё одно позднейшее упрощённое переиздание в стандартном формате с теми же иллюстрациями, но уже на вклейках, т.к. текст печатался на простой бумаге (https://fantlab.ru/edition85605).
К каждому сказу — шмуцтитул. В конце — крохотная декоративная заставка (не приводится).
Шмуцтитул
Сами иллюстрации — по одной схеме к каждому сказу: начальный разворот, где заставка слева и страничная иллюстрация справа.
Разворот, худ. Диодоров
Диодоров — художник выдающийся. В этой книге у него беспримесные цвета, условный фон рисунка цвета уральских поделочных камней на срезе, скованные фигуры, театральные жесты. Видимо, иллюстрации стилизованы под лубочную манеру. Картинки очаровательные, хотя можно спорить, подходит ли лубочная манера бажовским сказам.
6) М. Орданьян
Экспериментальная современная книга издательства "РОСМЭН"(2007 год).
Книги на Фантлабе нет (подал заявку). Художника нет не только на Фантлабе, но и вообще о нём сведений раздобыть не удалось (даже не знаю, мужчина или женщина).
Картинки непривычные. Поэтому надо сначала понять, умеет ли художник рисовать в общепринятом значении этого слова. Посмотрим сначала на портрет Бажова.
Портрет Бажова
Нормальный портрет. Рисовать художник умеет. Кажется, что это имитация настенной графити, которая через трафареты делается. Острый шрифт, опять же, навевает мысли о настенных графити. К этой манере художник, видимо, добавил своё представление о каменных аппликациях: острые разноцветные пластинки. Там, где сложная композиция с несколькими персонажами, такая манера создаёт впечатление неряшливой аляпистости.
Иллюстрация в тексте
Там, где попроще композиция, где главное — передача настроения, что-то у художника получается.
Страничная иллюстрация, худ. Орданьян
В целом, конечно, заметно отсутствие кропотливой реализации замысла. С наскоку за авангард не зачлось. Да и уральский колорит такой манерой не передать: камнерезное искусство достигло больших высот, а рисунок поделочных камней очень плавный, волнистый. Так что никаких ассоциаций с уральскими техниками не возникает.
7) И.Минкина
В Интернете совершенно очаровал меня рисунок на обложке. Купил эту книжку в современной массовой серии.
К сожалению, к "Серебряному копытцу", кроме этого рисунка, больше иллюстраций не было. В книге рисунок обложки повторён.
Страничная иллюстрация, худ. Минкина
Вот ведь советского Панова через губу рассматриваю: "Реалист...". А в современной книжке Минкину какую-нибудь увижу и радуюсь: "Реалист!".
Жалко, но общий уровень рисунков в книге гораздо ниже, чем у вынесенного на обложку. Товарищи молодые иллюстраторы-реалисты! Неустанно овладевайте наследием советских заурядных графиков! Честным трудом поднимайте свой уровень!
Традиционные иллюстраторы сказов Бажова для детей всегда стояли перед проблемой классификации этих сказов. Вроде бы быль: надо рисовать в стиле реализма, но вроде бы и сказка: можно немножко мультяшности подпустить. Удачный баланс нащупывался редко. Вся мультяшность, как правило, концентрировалась в сцене сияющей крыши лесного балагана.
Сегодня две книжки, где в основном проведена реалистичная линия, но кошка Мурёнка явно говорящая (она и у Бажова постоянно мурлычет: "Пр-равильно!").
Обе книги издания московской "Детской литературы" второй половины 1980-х гг.
Одна книжка-картинка большого формата. Художник Е.Попкова (1985).
Обложки уже почти не несут информации о посылах художников. Олень с кошкой на обложке у Попковой — успел приесться и трудно отличим от других книжек, где благородные рогатые вынесены на обложку. У Лышко обложка не такая прямолинейная, и если приглядеться, то можно обнаружить какого-то незатёртого козлика. Но эта обложка в целом декоративна и перегружена орнаментом (впрочем, это, наверное, были требования серии "Мои первые книжки".
Но всё равно, художники пока ещё не обезличены. Типовые сюжетные сцены они пытаются решать творчески, по-своему.
1) Красоты Урала.
Попкова решает показ локации сказа традиционным образом: золотая осень, вид на какие-то условно-уральские горы. А вот Лышко кусочек природы даёт как иллюстрацию рассказа Коковани об охоте на козлов (косулей), которых много и которые отличаются от единственного козлика с серебряным копытцем. При всей "майнридовщине" картинка даёт представление о собственно уральском хребте — скалистые выходы на поверхность в глухих лесах, которыми поросли горы; узкие терассы; деревья, повисшие над отвесной невысокой стеной...
Худ. Е.Попкова, 1985Худ. Ю.Лышко, 1988
2) Изъятие сиротки.
В этом эпизоде никаких сюрпризов художники не преподнесли, но разницу в технике демонстрируют, что, конечно, разнообразит сравнительный ряд.
Худ. Е.Попкова, 1985Худ. Ю.Лышко, 1988
3) Прощание с кисой.
Кокованя с Дарёнкой уходят в лес, кошку, конечно, решили оставить (лес не для кошек). Дарёнка прощается:
цитата
Жаль Дарёнке кошку свою оставлять, да что поделаешь! Гладит кошку-то на прощанье, разговаривает с ней:
— Мы, Мурёнка, с дедом в лес пойдём, а ты дома сиди, мышей лови. Как увидим Серебряное Копытце, так и воротимся. Я тебе тогда всё расскажу.
Кошка лукаво посматривает, а сама мурлычет: “Пр-ра-вильно придумала. Пр-равильно”.
Худ. Е.Попкова, 1985
У кошки — человеческая мимика и явная улыбка. Всем понятно, что непростая кошка. Вроде бы и по Бажову ("кошка лукаво посматривает"). Вот только Мурёнка совсем не очеловечилась, а наоборот — отвергла человека и слилась в танце с лесным козликом (эта иллюстрация Попковой не приводится в силу банальности).
4) Мурёнка и чеширский кот.
Добрались художники и до эпизода сидения Мурёнки на дереве. Кошка, как мы помним, дома не осталась, но побежала по улице за своими, отбиваясь от собак. Дарёнка её заметила.
цитата
Хотела Дарёнка кошку поймать да домой унести, только где тебе! Добежала Мурёнка до лесу, да и на сосну. Пойди поймай!
Худ. Е.Попкова, 1985Худ. Ю.Лышко, 1988
А говорящая кошка на дереве среди ветвей — это уже подозрение на чеширского кота. А уж если знать, что Мурёнка потом исчезнет ("растворится")... У Попковой сходство Мурёнки с чеширским котом — в кошачьей улыбке, которая заранее была отработана.
Ну, у Лышко сходство только в том, что одна кошачья голова видна. Но это уже не важно — теперь мы знаем всё про русских последователей Кэрролла.
5) Мурёнка глядит в окно
Иллюстрируется эпизод, предваряющий прибытие козлика в лесной балаган. Дарёнка одна (Кокованя ушёл в завод и пропал на три дня).
цитата
Как темнеть стало, запобаивалась. Только глядит — Мурёнка лежит спокойнёхонько. Дарёнка и повеселела. Села к окошечку, смотрит в сторону покосных ложков и видит — от лесу какой-то комочек катится. Как ближе подкатился, разглядела — это козёл бежит. Ножки тоненькие, головка лёгонькая, а на рожках по пяти веточек. Выбежала Дарёнка поглядеть, а никого нет. Подождала-подождала, воротилась в балаган, да и говорит:
— Видно, задремала я. Мне и показалось. Мурёнка мурлычет: “Пр-равильно говоришь. Пр-равильно”.
Легла Дарёнка рядом с кошкой да и уснула до утра.
Худ. Е.Попкова, 1985Худ. Ю.Лышко, 1988
Попкова продолжает линию на очеловечивание Мурёнки: девочка, разинув рот, внимает откровениям кошки. У Лышко — интересное предположение, что Мурёнка сговорилась с козликом, пока девочка спала. Ну, действительно, Серебряное Копытце за Мурёнкой прибегал, выманивал её.
6) Зимнее чудо.
Эту красоту надо видеть. Для этой сцены беру отличные сканы, выложенные на Фантлабе. Спасибо skvortsov.vova и Че
Худ. Е.Попкова, 1985Худ. Ю.Лышко, 1988
И была ещё позднейшая иллюстрация Попковой к "Серебряному копытцу" в сборнике "Солдат и царица": Сказки русских писателей. Художник Е. Попкова. — М.: Алтей, 1993.
У меня этот сборник есть, но пока не могу найти. Даю картинку из Интернета.
Худ. Е.Попкова, 1993
Сцена чуть изменилась в сторону упрощения.
Период коммерциализации книжной графики 1990-х гг. вообще интересный. Молодые художники пребывали в эйфории — казалось, что они создадут новое лицо детской иллюстрации, А опытные мастера советского периода (Попкова в их числе) чувствовали себя немного неуютно. Но конкуренцию им вскоре составит совсем не молодёжь, которая всё же была воспитана в советских традициях...