Ещё из новых иллюстраций к "Моцарту и Сальери" последних лет.
СОВРЕМЕННЫЕ ИЛЛЮСТРАТОРЫ-2
Слева — книга 2021 года с иллюстрациями старейшего художника А.Рейпольского, справа — книга 2023 года с иллюстрациями молодой художницы Е.Климовой (возможно, это её страничка на Фантлабе: https://fantlab.ru/art14626).
Худ. А.Рейпольский (2021)
Мягкие акварели без страстей. Советские Семидесятые (более полное отражение этого стиля было даже не в кинематографе, а в традиционных театральных постановках классических театров). Рейпольский последние 50 лет себе не изменяет.
На заставке — пейзажик.
Сальери в синем на красном стуле.
Зато Моцарт в красном. Должны же они чем-то отличаться?
Худ. Е.Климова (2023)
На контрасте — экспериментальный театр.
Насмешливость. Снисходительная улыбка над классиком.
Загадочная художница М.Садердинова. Очень грамотные рисунки профессионала.
Но рисунки как будто отстранённые — без внутреннего чувства.
Судя по другим работам, у художницы хорошо развито мягкое чувство юмора. А "Маленькие трагедии", видимо, художницу не вдохновляют.
Худ. С.Емельянова (2023)
У опытной художницы С.Емельяновой — игры с формой. То ли детские рисунки талантливого младшеклассника, то ли наивная живопись деревенской бабушки. Наверное, такая имитация должна вызывать тёплые чувства. Ну да, любили советские дети рисовать Пушкина, были специальные ТВ-передачи ("В каждом рисунке — солнце"), где очень этому умилялись.
1) Сальери произносит вступительный монолог, а Моцарт приводит к нему слепого скрипача.
2) Моцарт играет свою безделку, а Сальери после его ухода готовит яд.
3) Моцарт и Сальери обедают, беседуют о Чёрном человеке.
4) Моцарт играет свой "Реквием"
Художница старательно следует за текстом, отражает все фрагменты — следствием является отсутствие собственной концепции иллюстрирования.
Объединяет две сюиты только то, что художники были проверенные советские, а книги выходили в частных недолговечных издательствах. Может, потому и не выжили эти издательства, что предлагали необязательную русскую классику на добротном полиграфическом уровне.
Худ. Д.Титов (1992)
К моменту выхода книжки Титов был зрелым художником. Иллюстрации, вероятно, выполнены в технике ксилографии. Они скучноватые. Заставка — интерьер с клавесином.
Две иллюстрации: Сальери до отравления проговаривает свой гнусный замысел, и Сальери после отравления слушает игру Моцарта.
Хорошо прорисованы крупные черты лица Сальери, он выставлен угрюмым твердолобым персонажем — именно такой типаж режиссёры, наверное, и выбирали на роль завистника.
Худ. А.Борисов (1996)
Сейчас иллюстрации Борисова переиздали в серии "Школьная библиотека" но, в традициях этой серии, обесцветили картинки. По крайней мере, стало окончательно понятно, что художник А.Борисов — тот самый , который иллюстрировал всю трилогию о Незнайке в конце 1970-х гг.
Утомляясь от однообразия трактовок художников, иногда думаешь: "Хоть бы Чижиков, что ли, эти маленькие трагедии проиллюстрировал". Чижикова не дождались, но хоть Борисов нарисовал.
1) Шмуцтитул. Чёрный человек вынесен как символ пьесы.
2) В книге богатое оформление — на всех листах, где нет страничных иллюстраций, нарисованы всякие символические фигурки в орнаментальном обрамлении. Вряд ли они подчинены самостоятельному замыслу. Привожу их только на иллюстрированных разворотах. Первая иллюстрация — Моцарт ведёт слепого скрипача на встречу с Сальери. Оригинально — никто этот пролог к игре скрипача ещё ни рисовал.
3) Моцарт за фортепьяно (так у Пушкина), Сальери слушает. Это первая игра, ещё до отравления — скрипач встретился случайно, а так Моцарт шёл к Сальери представить свою "безделицу" (уважал его критику). Сальери не скупится на комплименты: "Ты, Моцарт, бог, и сам того не знаешь". На рисунке Сальери сосредоточен, его льстивые слова идут от сердца.
4) А вот теперь вторая игра — "Реквием" после отравления. Мизансцена почти такая же, только под другим углом. Сальери плачет.
Ну, наверное, у Пушкина — любителя симметрии — эти две игры Моцарта были не случайны. Внимательный художник обратил на это внимание.
Продолжаем смотреть иллюстрации к "Моцарту и Сальери". Сегодня — книги советских времён (начиная с 1936 года), в которых к этой пьесе отсутствуют полноценные сюиты, а имеется одна, чаще всего, иллюстрация.
Одна иллюстрация интересна тем, что художник вынужден выбрать один узловой момент произведения. Ещё интереснее становится тогда, когда художники, не сговариваясь, выбирают один и тот же узловой момент.
Худ. И.Рерберг (1937)
"Маленькие трагедии", изданные в 1937 году в издательстве Academia. Силуэты Рерберга — эталон вкуса. Такие силуэты вполне можно себе представить в каком-нибудь дореволюционном журнале "Золотое руно". В 1937 году они должны были бы смотреться замшелым консерватизмом. Но это если бы традиции не были прерваны. А так — сталинский Термидор. После длительного перерыва изящные силуэты смотрятся очень свежо.
На рисунке — эпизод, когда уже отравленный Моцарт играет для Сальери свой "Реквием". Сальери льёт счастливые слёзы — долг перед искусством исполнен. На этом рисунке Моцарт величественно сдержан, а Сальери в светлой печали.
Помимо страничной иллюстрации, у Рерберга в оформлении к каждой пьесе использованы прелестные заставка и концовка. Для "Моцарта и Сальери" это фрагменты с игрой слепого скрипача (заставка) и с одиноким задумчивым отравителем (концовка).
Заставка и концовка — крохотные на огромном листе. Это я ещё края скана обрезал, чтобы картинки были видны. Гармонию, конечно, этим разрушил.
Худ. А.Якобсон (1936)
Художница А.Якобсон и сборник "Драмы", изданный в Ленинграде в 1936 году.
Одна иллюстрация к "Моцарту и Сальери" — фрагмент тот же, что и у Рерберга: Моцарт играет свой "Реквием". Мелкая штриховка рисунка характерна для экспериментальной иллюстрации тех лет, хотя, возможно, больше объясняется техникой нанесения изображения на литографский камень.
По содержанию: характеры героев невнятны.
Худ. Д.Дубинский (1949)
"Маленькие трагедии", изданные в массовой серии в 1949 году, — ранняя работа Дубинского, известного художника советских времён. Опять одна иллюстрация к "Моцарту и Сальери", и опять тот же фрагмент.
Моцарт юн и беспечен, хотя и играет "Реквием". Сальери застыл в понимании своей ошибки — он напрасно отравил Моцарта. Хотя это прозрение по тексту пришло к Сальери потом, после ухода Моцарта. Сейчас он еще, плача, должен радоваться тому, что совершил задуманное, освободился от бремени ("... и больно и приятно, // Как будто тяжкий совершил я долг").
Худ. В.Бехтеев (1982)
В.Бехтеев прожил долгую жизнь (1878-1971), выделялся среди художников-современников. Его иллюстрация к "Моцарту и Сальери" была опубликована впервые в 1982 году. Период наивысшей творческой активности в книжной иллюстрации у Бехтеева пришёлся на 1930-е — 1940-е гг. Скорее всего, и эта иллюстрация была сделана в тот же период. С выбором фрагмента — без неожиданностей. Но необычная композиция.
Становится понятным, что оригинальность художников, выбирающих этот фрагмент, может быть выражена только в изображении противоречивых эмоций Сальери. Бехтееву это удаётся.
Худ. М.Поляков (1950)
Замечательный советский ксилограф М.Поляков. Офорт к "Моцарту и Сальери" в книге про художника. Выбор фрагмента очевиден.
Сальери показан со спины, но эта спина очень красноречива. Поляков — мастер старой школы.
Худ. Ю.Коннов (1979)
Малоформатная на хорошей бумаге книжка, изданная в 1979 году в г. Горьком с претензией на эстетство (а цена всего 55 коп.). Ксилографии художника Коннова. Стандартная мизансцена усилена тенями других персонажей (Чёрного человека и скрипача) и символическим задним фоном. Для гравюры такое нагромождение обычно.
Сальери грустно плачет.
Худ. В.Носков (1982)
Из книги Эйдельмана "Болдинская осень" (М.: Молодая гвардия", 1982). Художник — плодотворный ксилограф Носков. Качественная стандартная работа. Фрагмент для единственной иллюстрации, естественно, такой же, как у всех.
Худ. В.Горяев (1974)
Двухтомник Пушкина (1974 г.) с картинками в жанре жёсткого минимализма. Горяев — художник, обласканный либеральной советской критикой.
Как и всё творчество Горяева, единственный рисунок к пьесе — вызов. Сальери злобен и откровенно чёрен.
Худ. П.Бунин (1969, 1975, 1999)
Советский художник П.Бунин — ещё один поклонник минимализма художественных средств. Как таковых он сюит к литературным произведениям и не создавал, предпочитая обходится яркими отрывочными образами. К "Моцарту и Сальери" иллюстрации по одной-две штуки разбросаны по нескольким книгам.
Сцена пиршества Моцарта и Сальери присутствует часто, но разбавляется другими фрагментами (Сальери, замысливший недоброе, или Моцарт, встречающий слепого скрипача).
В альбоме 1999 года Бунин представил полотно с игрой слепого скрипача.
Там же дал крупный портрет Сальери, льющего слёзы по моцартовскому "Реквиему".
Худ. Э.Юрьев (1983)
В каталоге-справочнике есть сведения, что в 1983 году в Чебоксарах на чувашском языке выходили "Маленькие трагедии" с иллюстрациями местного художника Э.Юрьева. Книжку мне раздобыть не удалось. Но какие-то сканы есть на сайте Чувашского государственного художественного музея: https://artmuseum.ru/museumexpo?author=8a....
Худ. С.Любаев (1984)
Тот самый С.Любаев — модный в наши дни художник. Его неизданные в своё время иллюстрации советского времени (1984 г.) я нашёл в 8-м томе фундаментальной энциклопедии С.Чистобаева "Художники детской книги СССР. 1945-1991".
Замечательные оригинальные картинки, по технике напоминающие иллюстрации Мавриной и некоторых других художников, рисовавших в середине 1930-х гг. для издательства Academia. Концепция, видимо, была "Моцарт и карлики" (если приглядеться, на некоторых картинках всякая мелочь у ног Моцарта копошится).
Продолжим тему гравюры в иллюстрациях к "Моцарту и Сальери". После советских мэтров ксилографии — студент Белогуров. Правда, у него гравюры на оргстекле и линолеуме, соответственно и техника чуть отличается. Но всё равно гравюры.
Худ. М.Белогуров (2023)
Книга, вышедшая менее года назад — дипломная работа. Удивительное событие. Хотя возможное именно в наше время.
Сюита явно не ученическая, хотя немного заметны юношеская восторженность и прямолинейность художника.
1) Оформление книги в лучших традициях и с ориентацией на заветы Фаворского. Приёмы Фаворского используются напрямую, но в гротескном виде. Титульный разворот с небольшими картинками и колонтитулы с персонажами.
2) Разворот к Сцене первой. На заставке — Сальери думает думу, но не в кресле, а стоя у окна. На переднем плане — увядшие цветы. Видать, любит Сальери цветочки губить. На левой стороне разворота, возможно, Моцарт (он неотличим от Сальери, понять можно только из контекста). На него надвигается тень в остроконечном капюшоне: это Чёрный человек пришёл, а капюшон у него как колпак палача. Хотя палач-то — Сальери. Были, конечно, предложения в литературоведении считать Сальери этим самым заказчиком реквиема. Но у Пушкина тема Чёрного человека явно потоньше подана.
Страничная иллюстрация к Сцене первой. Игра слепого скрипача, конечно. Сальери злобствует.
3) Заставка и страничная иллюстрация к Сцене второй. Обошлись без кидания яда в бокал. Но и так понятно, что Сальери — исчадие ада, он даже чёрный, как Чёрный человек. Ну и злодей, конечно. И гений (по словам Моцарта). А гений и злодейство... Всё, запутались.